spoiled

      Школьники вернулись в Хогвартс за день до начала нового семестра. Все хвастались полученными подарками, местами, где успели побывать за столь короткое время, кто-то даже говорил, что встретил Санта-Клауса.              Учебный процесс возобновился. Многие ученики первое время просыпали завтрак, так как за каникулы привыкли поздно вставать. Но уже в середине марта всё встало на свои места. Мия доказала Снейпу, что достойна своей фамилии — того, чтобы быть дочерью Кристы, которая в своё время неплохо владела зельеварением.              — Только подумать!              Дверь в почти пустую гостиную Слизерина с грохотом отворилась. Мия, делающая домашнее задание, вздрогнула. За порогом стоял разгневанный и слегка возбуждённый своими мыслями Малфой.              — Гарри Поттер завёл дракона! Ты только представь, что будет, если учителя узнают об этом. Это ведь незаконно. Поттера и его друзей точно попрут со школы!              Гамильтон скривилась от хитрого лица Драко, когда тот готов был расхохотаться.              — А ты… Эм, уверен в этом?              — Ха, ты мне не веришь? — ухмыльнулся тот. — Я своими глазами только что видел, как лесник достал из печки самое настоящее драконье яйцо! А потом из него вылупился детёныш дракона и чуть не спалил бороду того великана. Я как увидел это чудо, сразу побежал рассказывать. Честно говоря, думал, что тут будет больше людей, — осматривая гостиную, процедил Малфой. — Тут только ты. И то мне не веришь! Куда эти два идиота делись?..              — Давай так, — Мия поднялась с дивана, — мы выждем подходящего момента и застанем их врасплох. В тот момент мы будет во всеоружии — позовём профессора, а сами, ссылаясь на то, что не могли подвергнуть школу такой опасности, как дракон в руках первокурсников, пойдём за ними. Я тебе верю, только сейчас нам надо молчать, так как никто без доказательств нам не поверит.              Драко ничего не ответил, только, садясь на диван напротив Мии, задумался на несколько секунд и согласно кивнул.       

***

      Следить за вечно-ходящей-друг-за-другом троицей было просто. Они не особо обращали внимания на других людей, разговаривали о своём новом драконе где хотели. Благодаря их неосторожности Мия узнала о том, что у Рона есть брат Чарли, который, по словам Уизли, должен будет забрать опасного питомца в эту субботу в полночь. Точное место встречи неизвестно, но это не главное — можно рассказать профессору, а та уже узнает, как искать нарушителей. Самое главное, чтобы Драко и Мие поверили.              Драко, завидев эту троицу, улыбался, чем сильно раздражал их. Играя на нестойких детских нервах, тот как будто предупреждал их о грядущей ночной встрече с учителем. На самом деле, как думает девушка, её с Драко «помощь» не нужна. Только стоит вспомнить Гамильтон о драконе, то та сразу не понимает, как они незаметно пронесут его в замок. В любом случае, это будет довольно мило с их стороны, если они поведают об этом профессору. Стоит только соврать о том, что Мия и Драко или «боялись того, что Гарри и другие захватят Хогвартс вместе с этим драконом», или «не верили тому, что говорят ребята, поэтому не могли рассказать раньше», или «хотели сами посмотреть на дракона», или просто «помочь гриффиндорцам, если на них нападёт дракон». Вариантов лжи может быть много, и все они выглядят очень правдиво, особенно в силу их возраста. Никто не сможет догадаться, что одиннадцатилетние дети врут о том, что боятся дракона. Или никто ничего не скажет, если они решат, что Гарри захочет захватить Хогвартс — да, это бред для взрослых людей — подумать только, одиннадцатилетний мальчик захватывает школу волшебства, — но для детей столь юного возраста эта догадка нормальна.              — Где-то здесь, да? — спросил Драко, осматриваясь по сторонам.              Парочка «героев» находилась около гостиной Гриффиндора, выжидая Гарри и его друзей. Думая, откуда гриффиндорцы начнут своё путешествие, Мия и Драко решили, что вероятнее всего из гостиной. Они притаились за углом возле спальни, стараясь вести себя как можно тише. Но проходили минуты, а Гарри и дракона всё не было. Парочка слизеринцев уже отчаялась, думая, что те изменили свои планы, но решили подождать ещё немного. И это стало их ошибкой.              — Драко, ты что-то слышишь? — испуганно спросила Мия, оборачиваясь на источник шума.              Чьи-то быстрые шаги, явно направляющиеся в их сторону, стремительно неслись вперёд. Обречённо прошептав имя декана Гриффиндора, Мия сжалась. Профессор МакГонагалл, одетая в длинную клетчатую сорочку, строго смотрела на ребят. Как только та подошла к слизеринцам, она фыркнула от возмущения.              — Что вы двое тут делаете? — сделав акцент на слове «вы», спросила профессор МакГонагалл.              — Мы… эм, ходили в туалет, — ответила Гамильтон.              — Вдвоём? В коридорах Гриффиндора? — прикрикнула она, насупив брови. — Пройдёмте-ка ко мне в кабинет.              — Вы не понимаете! — возмутился Малфой. — Совсем скоро тут будет Гарри Поттер с драконом!              — Чушь, — спокойно ответила она, хватая за воротник мантии Мию и Драко. — Вас ждёт дисциплинарное наказание. И двадцать пять штрафных очков.              — Но, профессор!.. Он и правда…              — Мне это надоело, — вскричала она. — Ещё раз услышу какое-то плохое слово в адрес Гарри, добавлю ещё штрафных очков! Вы меня поняли?              — Да, профессор, — сказали они в один голос.              Парочка дошла до кабинета профессора МакГонагалл в полной тишине, слушая лишь возмущения героев картин, которые не могли уснуть. Ночная прохлада давала о себе знать, ведь даже МакГонагалл вздрагивала от порывов ветра в своей-то тоненькой сорочке. Личные покои декана Гриффиндора были двухкомнатные — в одной комнате была спальня, а в другой — кабинет.              — Итак, вы говорите, что Гарри Поттер завёл дракона? — после этого вопроса Драко и Мия закивали головами. — Даже если и так… Почему вы решили караулить его около гостиной? Чтобы посмотреть на дракона?              — Нет, — сказала Мия, делая грустное выражение лица, — мы хотели проверить, так ли это. А если бы оказалось, что это и правда так, то немедленно рассказали бы вам, профессор, чтобы они не подвергли опасности Хогвартс. И, эм, я случайно услышала, что они иногда выгуливают дракона, поэтому мы хотели проследить за ними, а потом сразу проинформировать вас.              Профессор насупила брови, и села за стол. Она слегка задумалась.              — Я не уверена в ваших словах, поэтому не могу ничего предпринять. А, зная вашу личную неприязнь к мистеру Поттеру, мистер Малфой, я не могу в это поверить. В любом случае, с Слизерина снято двадцать пять очков за то, что вы гуляли ночью. А также будет наказание, чтобы впредь такого не случалось. А теперь ступайте в свои комнаты.              Мия и Драко не смели ничего возразить, поэтому сделали то, что велела им МакГонагалл. Парочка вышла из кабинета, и пошла в Слизеринские покои.              — Да чёрт бы побрал этого Поттера! Вечно из-за него какие-то проблемы, — возмутился Драко, а после, вдохнув, успокоился. — Кто тебя так врать научил?              — Я не врала, а лишь приукрасила, — важно заявила Мия, ухмыляясь. — А вдруг, если бы я это не сказала, то она бы сняла чуть больше очков или дала бы просто ужасное задание! Надеюсь, я хоть немного смягчила нашу участь, — испугалась Гамильтон, представляя, как МакГонагалл даёт им задание пойти сражаться с оборотнями или вампирами, или чистить котлы в кабинете Снейпа до конца года.              — Знаешь, это ведь из-за меня тебя наказали.              — Я знаю, — фыркнула Мия, не понимая, для чего он это уточнил. — Ты хочешь извиниться?              Драко засмеялся.              — Как тебе вообще это могло прийти в голову? Я просто хотел тебе напомнить то, что ты сама виновата в том, что предложила мне «застать их врасплох», а не рассказать всем сразу об этом.              Мия презрительно скривилась. Ну да, «Драко» и «извинится» совершенно несовместимые слова, как она поняла за эти пару месяцев. Только зачем делать ситуацию ещё ужаснее, говоря такие высокомерные слова? У Драко ужасный характер, что обусловлено воспитанием отца. Растили аристократа, что брезгливо относится к грязной крови, что чтит себе подобных чистокровок, что имеет высокое о себе мнение, что идеален почти во всём, что должен пожениться на такой-же идеальной девушке, которая вырастит идеального наследника. Расти и думать, что есть только ты и семья Малфой, а также твоя будущая аристократическая супруга и наследники. Думать, что ты один идеален и никто не сможет согнать на «нет» твою идеальность. Развить в себе чувство гордости, что должно расти с каждым днём и становится всё сильнее и сильнее, припечатываться в твои мысли нестираемым клеймом. Он должен. Он делает. Но хочет ли? Точнее, есть ли выбор? Он не знает, что есть другой путь жизни, где он мог стать таким, как все — обычным. Люциус хорошо позаботился о том, чтобы Драко ни за что не узнал, что он на самом деле не идеален. Чтобы Драко не знал, что грязнокровки такие же, как он. Чтобы Драко не понял, что имеет ужасные стандарты на видение мира, который, как ему кажется, крутится вокруг него и его семьи. Драко ведь не знает, что он и его отец не правы.              Он вообще когда-нибудь с кем-то сможет стать обычным?       

***

      Следующий день для Драко стал особенным. Во-первых, с факультета Гриффиндор сняли сто пятьдесят очков, что заставило Слизерин лидировать. Во-вторых, Гарри Поттера стали ненавидеть, ведь из-за него его факультет стал последним в списке. Но, конечно же, слизеринцы были ему благодарны за это. В-третьих, Гарри и Гермиону тоже настигнет наказание. В общем, не день — а чудо. С лица Драко ни на минуту не сходила злорадная улыбочка, хоть он и знал, что также подвергнется наказанию за прогулки по ночному замку.              Утро уже следующего дня было немного… нет, намного хуже. Мало того, что Драко встретил Гарри, из-за чего чуть не подрался с ним и его другом Роном, так ещё и объявилось то самое ужасное наказание. Малфой сразу избавился от своих «телохранителей», ведь хотел наедине с собой прочитать то письмо, принесённое совой на завтраке. Он встретил Мию, которая, судя по всему, проспала, возле кабинета травологии. Мия вздрогнула, когда возле неё пролетела сова, которая вылетела из окна. Кидая письмо на пол, она улетела.              — Это, вроде, наше наказание, — процедил Драко, садясь на подоконник и наблюдая, как Гамильтон рассматривает конверт. Та нахмурилась и, подойдя к Малфою, уселась рядом.              В письме ребята прочли, что отбывание наказания состоится сегодня в одиннадцать вечера. Нужно прийти к выходу из школы и дождаться сторожа Филча.              Пугало несколько вещей. Первое: отбывать наказание все будут вместе. Второе: сопровождающим будет Филч. Третье: нужно идти к выходу из школы ночью. Эти вещи заставили погаснуть надежде на то, что наказание будет не таким уж и плохим. Филч уж точно постарается, чтобы было ужасно. Да ещё и идти к выходу из школы. Неужели они пойдут куда-то за её пределы? А вдруг они поедут обратно в Лондон помогать маглам? А если они пойдут охотиться на вампиров? А вдруг будут помогать Хагриду рубить деревья? Вариантов того «ужасного» неограниченное количество, поэтому гадать на тему того, что придумала МакГонагалл или Филч бессмысленно. Нужно поддаться течению и принять свою участь, а не ныть по этому поводу, боясь незнания своей судьбы.              В пол одиннадцатого вечера Мия пошла в пункт назначения. Она решила, что лучше прийти чуть раньше, чем опоздать — а вдруг Филч разозлится и даст дополнительное наказание. Думаю, так подумал и Малфой, раз уж они встретились в гостиной. Они молча кивнули друг другу и пошли к выходу из школы. Настроения на бессмысленные разговоры не было, а потому до ворот они так и продолжали идти, не проронив ни слова. Там их уже ждал Филч с пугающей ухмылкой и не горящей лампой в руках. Слизеринцы молча подошли к нему, стараясь вести себя как обычно, только вот их глаза выражали неподдельный страх. Прошло около десяти минут, прежде чем пришли Гарри, Гермиона и Невилл.              — Идите за мной, — Филч зажёг лампу и направился куда-то вниз, к Запретному лесу. — Готов поспорить, что вы задумаетесь, прежде чем вновь нарушить школьные правила. Раньше провинившиеся в наказание на несколько дней подвешивались к потолку за запястье. У меня в кабинете до сих пор висят цепи, — мечтательно произнёс он. Видимо, Филч представил, как будет наказывать подобным образом Гарри или того же Драко. — Я их регулярно смазываю на тот случай, если ещё понадобятся.              — Это ужасно! — крикнула Мия, строго смотря на Филча. Тот, видимо, разозлился. — И бесчеловечно.              — Это ты так думаешь, — прошипел Филч. — А на самом деле это развивает человека. После таких наказаний ребёнок понимает, что нарушать правила нельзя.              Мия не посмела возразить Филчу, испугавшись его маниакального взгляда. Девушка попятилась назад и встала сзади Драко, ища в нём хоть какую-нибудь защиту. Малфой же никак не отреагировал — видимо, сам испугался.              Ночная тишина нагнетала обстановку. Как только ветер пробирался сквозь тонкие мантии волшебников, те ещё больше сжимались то-ли от страха, то-ли от холода. Филч привёл их к хижине лесника, который, услышав шаги, вышел из своего домика. Великан держал в руках фонарь, который освещал путь гораздо лучше фонаря Филча.              — Это ты, Филч? Давай быстрее, уже пора начинать.              Филч недовольно скривился, а Гарри облегчённо выдохнул.              — Полагаю, ты думаешь, что вы тут развлекаться будете? — спросил Филч, явно хотя испортить настроение Поттеру. — Нет, мальчик. Вы идёте прямо в Запретный лес. И, я полагаю, вы не выйдете оттуда целыми и невредимыми.              Невилл застонал, а Драко остановился как вкопанный.              — В лес? — спросил Малфой, явно опешивший таким заявлением Филча. — Но ведь туда нельзя ходить ночью! Я слышал, что там даже оборотни водятся.              — И вообще, нам запрещено ходить туда! — вскрикнула Мия, поддакивая Драко.              — Конечно нельзя, но только без сопровождения взрослых волшебников.              Хагрид подошёл к ребятам. На его плече висел колчан со стрелами, а в руках лесник держал лук. Рядом с великаном крутил хвостом Клык — собака Хагрида.              — Я вас уже полчаса жду. Гарри, Гермиона, как у вас дела? — спросил дружелюбно Хагрид, из-за чего словил гневный взгляд Филча.              — На твоём месте я бы не был с ними так любезен. Они идут отбывать наказание, а не веселиться.              — Хорошо, Филч. Ты свою работу выполнил, а значит иди обратно. Давай!              — Я вернусь к рассвету, и заберу то, что от них останется, — ядовито ухмыльнулся тот, и направился в Хогвартс.              Драко проводил его полным испуга взглядом, после чего, дрожа, произнёс:              — Я в лес не пойду.              — Тогда тебя исключат из Хогвартса, — спокойно отметил лесник, который явно был бы рад такому повороту событий.              — Я… я думал, что мы будем, например, писать сто раз объяснительную записку или что-то такое. В любом случае, так наказывать нельзя! Если мой отец узнает, то…              — Не думаю, что он погладил бы тебя по головке. Тексты он, понимаешь, собрался писать! Если не пойдёшь в лес, то иди обратно — собирай свои вещи и едь в Лондон.              Малфой ничего не ответил, но идти обратно не собирался. Светловолосый уничтожающе посмотрел на Хагрида, когда тот совершенно спокойно оглядел всех присутствующих.              — Отлично, с ним закончили…              — Нет, не закончили! — запротестовала Мия, совсем не понимая смысла такого сурового наказания. — Во-первых, вы должны относиться к нам на одном уровне, не занижать или не завышать способности других. Я ведь вижу, как вы с этим, — она выплюнула это слово, — Гарри возитесь. Во-вторых, у каждого есть свои мысли по поводу этого наказания, поэтому вы не имеете права разговаривать с нами в подобном тоне. В-третьих, насмехаться над нашими мыслями по поводу этого наказания тоже нельзя. Вы тут присутствуете в качестве сопровождающего, поэтому не стоит завышать планку по поводу своих умений. Давайте просто приступим к этому заданию.              — Так, значит, слизеринцы хорошо знают свои права, да? Сами-то не особо выполняете правила, только вот от других требуете полного подчинения. Значит так, пойдёмте, — попросил Хагрид, почувствовав яростный взгляд Гамильтон и подходя ближе ко входу в лес. — Видите эти следы? Жидкость, светящаяся такая… Это кровь единорога. Кто-то серьёзно ранил его, поэтому наша цель такова: найти животное, и добить, если не получится вылечить.              — А если то, что ранило единорога, найдёт нас? — спросил Драко, не в силах скрыть охвативший его ужас.              — Исключено. Нет в лесу никого, кто сможет вас ранить, пока вы со мной и Клыком. Не сходите с тропинки — тогда всё будет хорошо. Мы разделимся на три группы, так как следов тут… ну… много.              — Я хочу взять Клыка! — заявил Малфой, глядя на внушительного размера собачьи клыки.              — Хорошо, но предупрежу: собака-то трусливая. Значит так, Гермиона пойдёт со мной, Невилл с Гарри, а вот ты, Малфой, и ты, Мия, с Клыком пойдёте. Если кто найдёт единорога, то пускайте зелёные искры, а если в беду попадёте, то красные, поняли? А сейчас пошли, пора нам.              Гарри и Невилл пошли направо, Хагрид и Гермиона налево, а вот третья группа — вперёд.              Все шли молча, прислушиваясь к каждому звуку леса, вглядываясь во все капли волшебной крови. Мия смотрела во все кусты, вглядывалась в освещённые лунным светом кроны деревьев, думая найти там следы. Драко же смотрел себе под ноги, боясь выпустить из виду кровь, а также сжимал в руках лампу. Иногда Малфой поглядывал на Клыка, ведь знал, что собаки чуют опасность.              — А вдруг это правда оборотень, — подумал Драко, смотря на реакцию Мии. Девушка нахмурила брови и почувствовала, как сердце в страхе сжалось.              — Если это так, то нужно отбиваться. Не думаю, что мы сможем убежать от быстрого волка-оборотня.              — Тебе хорошо говорить — лучшая среди первогодок в Слизерине по заклинаниям, — повторил писклявый тон профессора Флитвика Драко. — Конечно, первый курс — понятное дело, что заклинания легко учатся. Если бы тогда я смог поднять то треклятое перо, то тоже был бы в любимчиках Флитвика!              — А ты не завидуй! — цыкнула она. — Хотя, толку от того, что я знаю пару заклинаний? Если я увижу оборотня, то упаду в обморок от страха!              Драко что-то пробубнил себе под нос, явно не зная, что на это ответить.              — Но знаешь, Драко, — Мия смотрела куда-то вперёд. Малфой перевёл испуганный взгляд на неё. — Не думаю, что первокурсников отправят самих в лес искать оборотня. Может, в этом и есть вся соль наказания — до усрачки нас напугать, а потом тихо слечь на дно, говоря, что никакого оборотня нет и кровь единорога ненастоящая.              — Я надеюсь на это, — заявил Драко. — Не то чтобы я боюсь его!              — Не просто боишься, а дрожишь от страха, — продолжила она, ухмыляясь. Малфою явно не понравился её ответ.              — Сама-то трусишься как собака на холоде!              — Я и не отрицаю! — шикнула она, явно не намереваясь дальше продолжать спор. Сплочённость команды важна, чтобы выжить.              Несколько часов три группы бродили по лесу, но никто, кроме группы Гарри, никого не нашёл. В три часа утра Поттер и Долгопупс застали мёртвого единорога у опушки Запретного леса. По словам Гарри, он увидел, как некто, одетый в длинную мантию с капюшоном, пил кровь единорога. После этого Хагрид побежал искать Мию и Драко, которые до сих пор ходили в лесу, и которые были подвергнуты огромной опасности. Но, благо, лесник нашёл их раньше, чем их смог найти тот монстр, что пил кровь единорога.       

***

      Потом начались экзамены.              Предмет «заклинания» требовал от учеников знания практики. Флитвик вызывал по одному к себе в кабинет и требовал заставить ананас плясать. Мия с лёгкостью выполнила задание, заставив профессора радоваться успеху своей любимой слизеринской ученицы.              На экзамене по трансфигурации МакГонагалл хотела, чтобы ученики превратили мышь в табакерку. Количество баллов зависело от красоты табакерки. Гамильтон давался трудно этот предмет, но она кое-как смогла заставить мышь превратиться в неплохую золотую коробочку, чем вызвала секундную похвальную улыбку декана Гриффиндора.              Экзамен по зельеварению был куда сложнее предыдущих из-за некоторых факторов. Во-первых, Мия не хотела облажаться перед профессором Снейпом. Во-вторых, её, да и всех других учеников, пугало само присутствие этого учителя, так как тот всегда смотрел с надменным взглядом, холодными глазами пробрался прямо в душу, не был скуп на унижения и дурные слова, заставляя почувствовать себя чернью. Задачей на этом экзамене было сварить зелье, отбирающее память. Профессор ходил вокруг работающих учеников, не давая тем расслабиться. Мия пару раз уронила нужные ингредиенты на пол, каждые две минуты переводила дыхание, старалась успокоить дрожащие руки. Она боялась, что завалит этот экзамен, ведь мама бы постаралась, чтобы её дочь пожалела об этом.              Когда все экзамены были сданы, то Мия смогла выдохнуть от облегчения. Осталась целая неделя до результатов экзамена и выпуска из школы, а значит эту неделю не будет ни уроков, ни домашнего задания. Гамильтон решила не одевать мантию и прогуляться без неё, так как было очень жарко.              На улице играли в салки первокурсники из Пуффендуя. Гриффиндорцы общались и разглядывали Хогвартс, ведь потом не смогут сделать это ещё три месяца. Слизеринцы обсуждали других людей, своих врагов и знаменитых школьников. Мия села около дерева, чьи листья были настолько густы, что не давали солнцу протиснуться сквозь них, поэтому это было идеальным местом, чтобы спрятаться от жары. Гамильтон прикрыла глаза, надеясь вздремнуть несколько минут или часов.              — Привет, Гамильтон, — раздалось где-то напротив Мии, что заставило девушку взглянуть на источник шума. Это была её соседка по комнате — Маристия Милн. Она улыбалась, ожидая приветствия от Мии.              — Привет, Милн.              — Я там такое услышала — закачаешься! — заверила та, пытаясь поднять Мию с земли, что у неё получилось с первого раза, ведь та была лёгкой. — Пойдём в более подходящее место. Тут слишком много людей.              Две девушки направились в школу. Спустя некоторое время они оказались в гостиной Слизерина. Милн села — точнее сказать, прыгнула — на диван, хлопая рукой около себя, таким образом приглашая Гамильтон сесть рядом.              — Я тут шла, короче, возле больничного крыла и поймала себя на мысли, что кто-то может лежать там. Я сразу подумала, что лечь в больницу перед выпуском — смешно. Меня, типа, пробрало любопытство, и я заглянула внутрь. Как оказалось, представляешь, там лежал… эм… Уизли из Гриффиндора! Он был в очень тяжёлом состоянии, как мне показалось, да! Его кто-то побил, подумала я. Но нет! Рядом сидела Грейнджер, которая объясняла мадам Помфри, что надо немедленно сообщить Дамблдору, что Гарри в опасности, ведь профессор Снейп охотится на какой-то там камень. И Гарри пошёл драться с ним, чтобы это камень уберечь, вот! Потом я убежала, так как мадам Помфри понеслась к выходу из больничного крыла, видимо, к Дамблдору.              Мия ещё долго хлопала глазами, пытаясь переварить все те слова, что сказала Милн. Гарри Поттер сейчас сражается со Снейпом? И Снейп хочет что-то украсть? Думаю, конечно, Криста обрадуется, ведь её любимый профессор оказался предателем, ведь ей такие нравятся — вспомнить хотя бы Волан-де-Морта. Да и ещё он убьёт треклятого Поттера, что так ужасен в глазах Кристы. Да, конечно, Гарри по-любому погибнет, ведь он не сможет убить Снейпа!              — Ты уверена? — спросила Мия, до сих пор поражённая словами Милн. — Почему ты именно мне решила рассказать?              — Эм, ну мы же друзья, нет? — спросила та, вскидывая одну бровь кверху.              — Друзья? — Мия была крайне удивлена. — Знаешь, мы не общались несколько месяцев, а тут ты говоришь такое.              — Странная ты, — улыбнулась Маристия, вставая с дивана. — Это не помешает нам стать подругами. Ну ладно, пойду я. Думаю к Грейнджер поприставать, поиздеваться. Скажу, что всем расскажу об Гарри и подожду, пока та не начнёт умолять меня не рассказывать.              — Ты думаешь, что это такая уж и тайна? — с издёвкой спросила Мия. — Скорее всего, если Поттер погибнет, то Грейнджер захочет, чтобы о нём помнили, как о герое, который захотел защитить Хогвартс от профессора Снейпа. Она и сама всем начнёт рассказывать о подвиге Поттера. Вот увидишь…              — Хм, верно. Но я всё-таки попробую. Давай, пока! — махнула рукой Милн, выходя из гостиной.              — Пока.