Наследие: Проклятые судьбой

Улыбнулся спокойно и жутко И сказал мне: «Не стой на ветру». Анна Ахматова

      Когда-то этот город был домом для нескольких тысяч человек, теперь же здесь не осталось ничего, кроме поросших мхом и плющом зданий. Примечательным город делали равнинный ландшафт, практически уцелевшие дороги, отчасти целая инфраструктура, которая легко поддавалась восстановлению, а главное — равная удалённость от территорий вампиров и людей. Именно этот город ребята и выбрали для жительства: оставаться в доме у Седьмого основателя никто из них ни при каких условиях не собирался, а идти было особо некуда.       Кими отправилась вместе с ними, чтобы помочь обустроиться, а затем вернуться обратно. Девушка чувствовала, что ей предстоит весьма нелёгкий разговор с друзьями. Скрывать от них свои отношения с вампиром до скончания веков полукровка не намеривалась, тем более, после инцидента в библиотеке ребята и так должны были обо всём догадаться. Но градус неловкости сей факт не поубавит.       Если всё получится, и они не облажаются — настанет долгожданный мир, и люди смогут жить в мире с вампирами. Тогда Кими сможет быть спокойна за своих друзей — с ними всё будет в порядке, они проживут долгую и счастливую жизнь, а затем умрут в глубокой старости… Девушка вздрогнула. Полукровки в плане продолжительности жизни ничем не отличаются от вампиров. Получается, она переживёт их (при условии, что её саму не убьют в ближайшее время), и они умрут у неё на руках…       Но это будет не такая смерть, как на поле боя. Это будет та жизнь и смерть, которую они заслужили. Это будет смерть в старости, в окружении близких и семьи, возможно даже детей и внуков…       А что касательно её? Могут ли у полукровок быть дети? Кими раньше не особо задумывалась об этом: помимо неё до зрелого возраста дожил всего один полукровка, который находился в постоянных бегах вместе со своей матерью, и вряд ли у него была возможность завести детей…       Она думает слишком далеко наперед. Неплохо было бы пережить ближайшие несколько недель — ведь от их исхода зависит судьба всего мира…       С другой стороны — ради чего она борется? Ради друзей, ради семьи, ради остальных, ради мира — да, но и ради себя тоже. Так неужели сама Кими имеет права на мысли о будущей жизни?       — Кими-тян, что-то случилось?       — Почему ты такая грустная, Кими-тян?       Детские голоса вернули её в реальность. Сейчас был как раз черёд полукровки присматривать за малышами из приюта.       — Нет-нет, всё в порядке, просто немного задумалась. Может, во что-то поиграем? Во что вы хотите? Только чур не прятки или догонялки!       Вместе с детьми из приюта была и Рико. Как бы сильно девочке не хотелось остаться с названым братом, взять её в Сангвинем было бы ужасным решением.       Ещё одна причина продолжать бороться за мир.       Даже с активацией эссентий, нельзя было быть на сто процентов уверенными, что они реагируют на всех стражников вампирской столицы. И даже если бы это было так, то за ребёнком нужно было присматривать, что можно было обеспечить лишь здесь.       На улице уже давно стемнело, дети устали за день, и все, кроме старшей, заснули.       — Не переживай, Акане, Мика и Юи скоро вернуться. Они не делают ничего опасного — наверняка просто мебель перетаскивают или где-то полы моют. Они скоро придут за вами.       — Да я и не переживаю, — мотнула головой девочка. — Но разве всё уже закончилось? Я слышала, как Мика-кун и Юи-кун говорили, что многое ещё впереди.       — На самом деле, так и есть. Но с ними всё будет хорошо, и с тобой тоже. С вами всеми, обещаю. Ты веришь мне? — спросила Кими, развернувшись к девочке.       — Да, конечно! — Акане кивнула и улыбнулась.       Какая же у неё солнечная улыбка. И Кими пообещала себе, что не даст этой улыбке погаснуть, что со всей семьёй Хакуя всё будет в порядке.       Как можно было погасить эту улыбку?       — Кими, а тебе не страшно? — вновь спросила Акане. — Вокруг тебя столько вампиров, и ты даже разговариваешь с ними…       — Мика теперь тоже вампир, но ты ведь его не боишься?       — Конечно же нет! — спохватилась девочка. — Но Мика — член моей семьи. И он раньше был человеком…       — Все вампиры раньше были людьми: и рядовые стражи, и аристократы, — подметила Кими. — Моя мама была вампиром. Как видишь, вампиры были рядом со мной с момента рождения. Для меня их окружение ничем не отличается от людского.       — Но ведь твоя мама была доброй, Кими!       Доброй?       — Странно, что ты так решила, хоть ты её и не знала, — задумчиво ответила девушка.       — Но ведь ты добрая, Кими. Значит, и родители у тебя были добрыми. Разве нет? — удивилась девочка.       — Да, мои родители были добрыми, — ответ был предназначен не столь Акане, сколь самой Кими. — Но это не значит, что им не приходилось делать нечто плохое.       — Это как?       — Скажи, Акане, тебе ведь понравилась Адель?       В один из дней их пребывания в особняке, Адель, по её же собственным словам, совершенно случайно не туда свернула и зашла в комнату к детям. И конечно же, заприметив длинные и густые волосы Акане, аристократка захотела её заплести, а девочка была слишком напугана, чтобы как-либо возразить. Откуда же Акане было знать, что Адель будет такой милой с ней?       — Да, Адель-сама очень милая и добрая.       — И тем не менее, она вампирская аристократка. И моя мама тоже ею была. А как ты понимаешь, аристократами не за доброту становятся. И моей маме, и Адель, и Юи с Микой, и мне приходилось делать не самые лучшие вещи, чтобы спасти своих близких и себя самих. На самом деле, в мире почти не осталось безгрешных. Но это не так важно.       Кими взяла в руку свечу. Она была далеко не единственным источником света в комнате — сию роль выполняли керосиновые лампы, а свеча с едким запахом корицы была нужна лишь для того, чтобы устранить неприятную затхлость в помещении.       — Никто из нас не рождается злым. Во всех горит свет. Но мы взрослеем, мы видим этот мир со всей его красотой, но в тоже время — с его жестокостью. Бывает так, что с хорошими людьми случаются плохие вещи. И, если живёшь в мире достаточно долго, и с тобой продолжают происходить плохие вещи, и ты сам начинаешь совершать нечто нехорошее, порой даже ужасное, то свет гаснет.       Кими задула свечу.       — И ты продолжаешь идти по миру без света внутри себя, словно вслепую, без каких-либо моральных ориентиров, без понятия добра и зла, и ты снова и снова переходишь запретную черту, которую бы раньше и не думал переступать. Возможно, у тебя есть цель, ради которой ты всё это делаешь, но достигнув её, ты почувствуешь опустошение, потому что ничего, кроме этого больше нет. Ты существуешь, но не живёшь. Потому что у тебя нет света.       Кими дослала из кармана брюк зажигалку.       — Но может так случиться, что свет внутри тебя вновь загорится.       Полукровка подожгла фитилёк свечи.       — Найдёшь ли ты силы зажечь его самостоятельно, или будет кто-то, кто зажжёт его в тебе — это не так важно. Важно лишь то, что свет вновь загорится внутри. И тогда уже ничто не будет в силах его потушить.       Кими поставила свечу обратно на стол и положила руку на плечо девочки.       — Акане, пообещай мне кое-что ладно? Чтобы не случилось, как бы не обошлась с тобой судьба, не дай свету внутри тебя погаснуть. Береги его, береги свет, что горит внутри окружающих. И не гаси тот свет, что горит в других. Хорошо?       Девочка, которая до этого выглядела немного растерянно, стала выглядеть серьёзнее.       — Хорошо, Кими. Обещаю.       Когда Юи и Мика вернулись, все дети уже спали.       — Прости, нам пришлось немножко задержаться.       --Кое-что пошло не по плану.       — Ничего страшного, нам было очень весело, — улыбнулась девушка.       Дети не доставляли ни малейших хлопот, полукровке даже нравилась эта роль няньки, кроме того, запылённая одежда мальчиков свидетельствовала о том, что они все это время не прохлаждались где-то на лавочке, а работали на благоустройство нового дома.       — Спасибо, что присмотрела за ними. Ах, и кстати, тебя искали Макото и ребята. Они хотели поговорить с тобой о чём-то.       «Почему-то я не удивлена».       — Ладненько, значит пойду-ка я к ним. Спокойной ночи и до встречи, мальчики!       — Кими, подожди! — остановил её Юичиро. — Так это правда, что ты не собираешься оставаться с нами? Ты уверена, что тебе будет безопасно наедине с Батори?       — Видимо, об этом со мной и собираются говорить Макото и ребята. Не беспокойтесь за меня. Я уже большая девочка и могу о себе позаботиться.       Кими улыбнулась и пулей вылетела на улицу. Она была максимально не готова к этому разговору.       — Кими, — окликнула её Яёй.       Полукровка слегка напряглась — этот разговор обещает быть долгим.       — Вы уже закончили обустраивать новое жильё? — как ни в чём не бывало спросила Кими, подойдя к товарищам. — Не хотелось бы строить долгосрочных прогнозов, но есть вероятность, что вам придётся провести здесь очень много времени.       — На самом деле, мы выбрали прекрасное место, — заметил Таро. — А жилищные условия всегда можно улучшить. Но сейчас речь не об этом, Кими.       — А о чём же? Хах, я всё поняла! Вы же не думали, что так просто от меня отделаетесь? Я не уйду, пока вы не покажите мне, как всё обустроили!       Яёй и Таро провели Кими к дому, в котором поселились ребята. Там их уже ждали остальные члены отряда.       — Вечерочек, Кими, — поздоровался Шусаку и слабо улыбнулся.       Какие-то все они невесёлые.       Девушка села на диван рядом с Рикой и Макото.       — Итак, вы позвали меня явно не для того, чтобы я оценила интерьер вашего нового жилья, — решила начать разговор девушка.       — Так и есть… — произнёс Макото.       — Кими, мы беспокоимся о тебе, — перебила его Рика. — Мы понимаем: то, что ты остаёшься в доме Седьмого основателя, никак не связано с тем, что тебе надо регулярно наведываться в Сангвинем, чтобы продолжать эксперименты над эссентиями.       — Раз вы и так всё поняли, тогда в чём проблема? — спросила Кими. — Что бы не было между мной и Батори, вы всегда будете моими друзьями, и я всегда буду любить вас. Вы боитесь, что я о вас забуду? Этого не произойдёт никогда! Если хотите, я буду приходить к вам хоть каждый день!       — Кими, дело не в этом…       — Так ты его правда любишь? — спросила Яёй.       — Да, — ответ для Кими был настолько же естественный, как если бы у девушки спросили её имя.       — Кими, ты же понимаешь, к чему это может тебя привести?! Он же может просто пользоваться тобой! — выпалил Шусаку.       — Из всех вампиров, что нам доводилось встречать, Батори — последний, кому следует доверять.       — Но, Макото, разве мы уже не доверили ему не только наши жизни, но и жизни ребят? — напомнила командиру Кими.       — Тогда у нас не было выбора. А теперь… Кими, скажи честно, почему так произошло? Он заставлял тебя что-то делать?       — Да нет же! Ферид защищал меня, пока мы были в пути. То, что между нами, не происходит без моего согласия, если вас беспокоит именно это. Я понимаю, ребята. Я всё прекрасно понимаю. Это должно так странно выглядеть в ваших глазах. Признаться честно, я и сама от себя не ожидала… Но пожалуйста, примите это.       — Кими, — покачал головой Шусаку. — Мы просто не хотим, чтобы с тобой случилось что-то плохое из-за Батори.       — Я тоже этого не хочу, — она улыбнулась от осознания того, насколько глупо она сейчас выглядит со стороны. — Я не знаю, к чему это приведёт. Сейчас у нас проблемы куда более масштабные чем выяснения отношений друг с другом. И всё же, я рада, что всё происходит так, как происходит, — краснея, произнесла девушка.       — Только пообещай, что будешь осторожной и не будешь выключать голову, — умоляющее посмотрел на неё Макото.       — Обещаю! Разве когда-то было по-другому? — кивнула Кими, припоминая с подобных десяток случаев.       — И так, на всякий случай, — продолжил Таро, — если тебе понадобиться жилетка, чтобы поплакаться, знай, что у тебя таких целых пять!       Дабы сменить тему разговора, а вместе с ней — и настроение отряда, Кими уговорила ребят провести ей экскурсия по новому дому. Они справились даже лучше, чем девушка могла предположить: в помещении было не только чисто, но и уютно, что даже и не скажешь, что здесь живут солдаты в разгар решающей для всего мира войны.       Было около восьми вечера, когда Кими попрощалась с друзьями.       — Уже довольно поздно и темно. Может, тебя провести? — предложил Шусаку.       — А сам-то ты как будешь добираться назад? Не нужно беспокоиться, я всё-таки тренированный боец и к тому же полукровка. Со мной всё будет в порядке. До встречи, ребята!       Кими шла по заснеженной дороге, то и дело оборачиваясь к машущим ей вслед друзьям. Вскоре городок совсем скрылся из виду. Было темно, а единственным источником света была луна, чьё сияние отбивалось от серебристого снега. Предстояла далёкая дорога, но Кими не спешила, хотя могла прыжками добраться до дома Ферида за каких-то пять-десять минут. Девушка шла медленно, вслушиваясь в хруст снега под ногами, любуясь серебристыми лучами и думая о недавнем разговоре. Всё прошло куда более гладко, чем она ожидала.       Осталось выяснить, что же происходит между ними. Но не сейчас. Пока что все заняты, пытаясь не дать миру окончательно развалиться. А когда (если) они победят, тогда уже и можно задать Фериду вопрос в лоб.       Кими застыла на месте, рука потянулась к рапире. Она только что отчётливо услышала хруст снега и звук приближающихся шагов. Девушка обернулась — никого. Может, ей показалось? Но стоило только убедить себя в этом, как звук шагов вновь раздался совсем близко. Кими обернулась — и на сей раз краем глаза заметила человеческий силуэт. Но человеческий ли?       По спине пробежались мурашки. Кто-то стоял прямо за ней.       Не успела девушка как-либо отреагировать, как в ночной тьме прозвучал знакомый голос:       — Разве тебе в детстве не говорили, что опасно гулять одной, когда на улице темно?       — Ферид! — Кими повернулась к вампиру. — Зачем ты…       — Испугалась? — перебив её, спросил вампир. — Никогда бы не подумал, что ты такая трусиха, Кимушка.       — Я… а, да ну тебя, — манула рукой девушка. — Разве ты не должен быть в Сангвинеме или дома?       — Я закончил все свои дела и решил тебя встретить. Заодно и прогуляемся. Ты ведь несильно устала?       — Не-а, — мотнула головой Кими, будучи малость обескураженной. — Ферид, ты же шёл за мной от самого городка, да?       — Я собирался дать о себе знать ещё там, но твоё прощание с друзьями было таким трогательным! Будто бы вы расстаётесь навсегда, а не на несколько дней. Ко всему прочему, это был отличный шанс тебя напугать!       Такое проявление заботы заставило Кими невольно покраснеть.       Шли молча, рядом с друг другом, но без касаний. Кими хотелось прижаться к мужчине, или на худой конец — взять его за руку, но девушка так и не могла решиться на подобную инициативу. Словно что-то сдерживало её.       Ферид не произносил не слова, но на лице то и дело проскальзывала какая-то странная ухмылка. Не нужно быть гением, чтобы понять, что аристократ что-то задумал, но только что?       Почему она любит его? Того, кто с такой лёгкостью гасит свет в других, того, кто без малейших зазрений совести убивал людей и даже детей! Где же её моральные ориентиры, о которых она только что говорила Акане? А может быть, дело в её вере в то, что свет в каждом может загореться вновь?       — Ты не устала сегодня? — вновь спросил Ферид, когда они уже оказались на месте.       — Да не особо… Почему ты спрашиваешь? — теперь Кими была точно уверенна в том, что аристократ что-то задумал.       — Неужели я не могу поинтересоваться, как у тебя дела? Эксперимент с эссентиями прошёл на славу, но ты всё не унимаешься, а так и загнать себя недолго…       — Но ты же сам говорил, что всё ещё впереди. И, ты правда обо мне беспокоишься?       Вампир ничего не ответил, а лишь неоднозначно улыбнулся.       Кими молча пошла в свою комнату и направилась прямиком в ванную. Может, стоило остаться с ребятами? Судя по всему, Ферида бы не сильно огорчил её уход. Но зачем тогда он решил её сегодня встретить? Потому что она нужна остальным на время переговоров, но нужна ли она ему?       Нет, нет, нет, она сейчас думает абсолютно не о том. Ещё немного — и судьба мира измениться навсегда. Стороны конфликта не могут вечность сидеть в выжидающих позициях — переговоры уже начались. Секта Хакуя по-прежнему остаётся главной угрозой и для людей, и для вампиров. Всё разрешиться в ближайшие недели.       Кими вышла из ванной с твёрдым намереньем лечь спать пораньше, хотя усталости не было совсем, как и желания отправиться в страну Морфея. Но утра вечера мудренее, так ведь?       Девушка не сразу заметила бумажный пакет, лежащий на кровати.       «Надень это и приходи ко мне.       P. S. И лучше подбери волосы, иначе будет неудобно».       Кими покраснела до кончиков ушей. Её буквально трясло от возмущения.       Единственное, что сейчас хотелось сделать девушке — прийти к Батори, кинуть в него этим пакетом и спросить, какого чёрта он творит! Неужели он и правда думает, что после всех его непонятных действий с тем клинком, после нескольких дней молчания и практически полного её игнорирования, и оправданий, мол, дела… Каких оправданий?! Он даже не удосужился сказать, чем он так сильно занят, что за несколько дней не сказал ей и двух слов! И после всего этого, вампир искренне полагает, что она просто…       Нет, больно уж много ему чести, она не собирается идти выяснять отношения. Кими взяла пакет в руки. Тот оказался тяжелее, чем она думала. Нет, нужно просто отложить пакет в сторону и лечь спать. Но что в нём может быть такого?       Любопытство взяло верх, и девушка потянула за кончик ленты, которой он был перевязан. Увидев содержимое пакета, Кими тут же сменила гнев на милость. Где Ферид нашёл подобное платье, оставалось только гадать.       Девушка достала его из пакета и тут же побежала к зеркалу. Рукам было приятно от одного прикосновения к мягкой ткани, Кими быстро надела светло-голубое платье на завязках с открытыми плечами и струящейся юбкой и начала рассматривать своё отражение. Девушка покрутилась, любуясь тем, как ткань обнажает ножки чуть выше колен, а затем, слегка заворачиваясь, опускается вниз.       Неужели это такое извинение? Да уж, Батори не переставал удивлять.       В пакете, помимо платья, оказались ещё туфли на небольшом каблуке и заколка, дабы подобрать волосы. Теперь-то до Кими дошёл истинный смысл фразы в записке.       Девушка заплела косу, после чего затянула её в пучок на затылке и закрепила заколкой с блестящими камнями. Конечно, причёска была не идеальной, хотя, это с какой стороны посмотреть. Кими всегда казалось, что несколько спадающих прядей выглядят по-живому мило.       Ещё раз заглянув в зеркало, девушка направилась к Фериду.       — Ты так долго собиралась! Я уже думал, что ты не придёшь.       Вампир стоял посреди комнаты, в своём привычном костюме, только на сей раз без пиджака или же кителя. Комнату освещали лишь свечи, от которых исходил приятный и успокаивающий аромат. Помещение наполняли звуки музыки.       — Ты выглядишь удивлённо, — улыбнулся Ферид, приближаясь к девушке.       — Да уж не думала, что ты можешь быть таким романтиком, — Кими слегка отвела взгляд в сторону, чувствуя, как вновь заливается краской.       — Не нужно смущаться, — вампир взял девушку за подбородок и слегка приподнял его, заставляя её заглянуть себе в глаза. — Мы ведь уже столько всего интересного делали, а свидания у нас так и не было.       — Так ты решил устроить нам свидание? — улыбнувшись, спросила Кими.       Ферид ничего не ответил, а лишь взял её ладонь в свою и галантно поцеловал руку девушки. Кими положила вторую руку ему на плечо, дав мужчине полностью затянуть её в танец.       Танец был неспокойным, но и небыстрым, Кими следовала за Феридом, двигаясь в такт музыке и удерживая зрительный контакт. Как бы ей не хотелось узнать, что скрывается за этими красными, словно небо на закате глазами, что твориться в его мыслях, какие порывы движут им. Но увы, залезть к аристократу в голову она не могла, а узнать его намеренья удавалось настолько, насколько он сам позволял. В то же время казалось, что Ферид с лёгкостью читает её мысли и знает наперёд всё, что девушка намеривается сказать или сделать. Неужели она такая предсказуемая? Или же виной всему — многовековой опыт вампира?       — И как же дела у твоих друзей? — наконец нарушил молчание Ферид.       — А как всё обстоит в Сангвинеме? — хитро улыбнулась Кими, выполняя поворот вокруг своей оси.       — Вопросом на вопрос, — хмыкнул вампир, резко притянув девушку к себе после пируэта. — Так не честно, Кими.       — А что в твоём понятии честно? — не отступала девушка.       — Неужели ты считаешь меня настолько непорядочным и полагаешь, что для меня понятие честности — пустой звук? — Ферид слегка нахмурился. — Правильно, впрочем, делаешь. И тем не менее, ты мне доверяешь.       — Говоришь так, будто бы я должна об этом пожалеть, — девушка слегка замедлила движение, но лёгкий толчок заставил её вернуться к прежнему ритму.       — А я-то здесь причём? Ты взрослый человек и сама несёшь ответственность за свои поступки, как и за своё доверие к кому-либо. Только не хмурься, — заметив переменившееся настроение полукровки, Ферид нежно коснулся ладонью её щеки. — Просто совет от того, кто прожил не одну сотню лет.       — Просто странно говорить подобное тому, кто тебя любит.       — А что в твоём понятии странно?       — Моим же оружием, — немного обречённо вздохнула Кими. — Странно? Неординарно, чудаковато, необычно, продолжить ряд синонимов? Странно — это что-то, что сильно отклоняется от общепринятой нормы.       — Но разве странные вещи не кажутся тебе прекрасными? Как по мне, то лучше что-то одно странное, чем куча всего нормального.       — Я бы не сказала…       — Но заметь, вампиры — отклонение от нормы в понятии людей. Ну, а о полукровках я вообще молчу, — Ферид всё так же улыбался, но его глаза хитро сузились. Он вытянул руку, заставив девушку невольно прокрутиться, и вновь притянул её к себе, положив руку на талию. — Даже в этом чокнутом мире, который уже не один год подряд катиться в тартарары, ты остаешься самым необычным, что мне доводилось встречать.       — Но ведь я не единственная полукровка. И нас было бы намного больше, если бы не…       Ферид не дал девушке договорить, приложив палец к её устам. Вампир слегка наклонился к ней и тихо прошептал на самое ухо:       — Дело не только в том, что ты полукровка, Кими.       Сердце девушки забилось быстрее. Подобное заявление было соизмеримо с признанием в любви, по её меркам так точно.       Не дожидаясь, пока полукровка что-либо сообразит, Батори наклонился к ней. Поцелуй, сперва лёгкий и чувственный, стал более настойчивым и требовательным. Чувствуя, как чужой язык во всю хозяйничает у неё в рту, Кими обвила шею вампира руками и слегка подалась вперёд, буквально падая в его объятия.       Прохладные простыни кровати лишь слегка уняли жар горящего от поцелуев обнажённого тела. И тут Кими почувствовала, как Ферид что-то делает с её запястьями. Девушка вскинула голову и обнаружила, что её руки связаны лентой, второй конец которой удерживал их у изголовья кровати.       — Что?! Что ты творишь?! — возмущённо вскликнула она.       — Что-то не так, Кимушка? –Ферид склонился над её лицом и обвёл большим пальцем контуры губ. — Ты же сама не так давно говорила, что считаешь себя мазохисткой. Пришло время это проверить, — произнёс он и, немного помедлив, шёпотом добавил: — Не бойся. Больно делать не буду.       Кими такое обещание не особо успокоило, хотя девушка прекрасно понимала, что может с лёгкостью порвать эту ленту. А тело тем временем покрывалось мурашками от поцелуев, которые усеивали шею, плечи и грудь. Серебристые волосы вампира приятно щекотали кожу. Пальцы на ногах сжали простынь, Кими сомкнула уста и сдержанно простонала.       Хотелось просто вцепиться в Ферида, прижаться к нему, но положение позволяло лишь обхватить его ногами, а дальше предоставить мужчине всю свободу действий.       — Ферид… ах! — уже не в силах сдерживать стоны, произнесла Кими. — Руки… развяжи…       Батори, будучи довольным таким проявлением покорности, вновь припал к губам полукровки.       — Так что же ты сама не освободишься? Тебе ведь понравилось, да, Кими?       Собственное имя, слетевшее с его уст, показалось девушке по-особенному прекрасным и необычным.       И вот она наконец почувствовала, как лента перестала удерживать её руки. Кими коснулась ладонями лица вампира, вовлекая его в очередной поцелуй. Мужчина усадил девушку себе на колени, предавая ей инициативу. Полукровка упёрлась в его плечи, пока Ферид крепко обхватил рукой её талию. Кими откинула голову назад, чувствуя, как тепло растекается по всему телу, а ноги непроизвольно вздрагивают. Она обессиленно опустила голову на плечо вампиру, стараясь отдышаться.       Ферид резко повалил её на кровать, так что девушка вскликнула от неожиданности. Аристократ вонзил клыки ей в шею, но укус был аккуратным и неглубоким. Однако даже небольшая кровопотеря забрала у полукровки остаток сил. Вампир отстранился от шеи и кротко поцеловал Кими, оставляя на губах девушки привкус её собственной крови.       Полукровка медленно засыпала в объятиях вампира, наблюдая за тем, как рассеивается дым, вылетая из фитилей погасших свеч.                     — Сколько осталось этому миру?       Подобные вопросы уже давно перестали удивлять сектантов, как и то, что мир медленно скатывается в бездну тьмы, откуда нет возврата. Что поистине обескураживало подчинённых –то, как много времени господин уделяет своему союзнику, который столько лет подряд доносил информацию о действиях ЯИДА.       — Как ты себя чувствуешь, Гурен? — спросил Сайто, садясь рядом с наминари.       — Бывало и лучше, — хмыкнул подполковник. — Я устал ждать, — он поднял на основателя красные глаза.       — Потерпи, ещё немного и наш план воплотиться в жизнь, — ровным голосом ответил Сайто.       — Ты говоришь это уже не первый месяц! — Ичиносе вскочил на ноги. — Сколько можно ждать?!       — Гурен, — вампир поднялся и по-отцовски положил руку на плечо молодому человеку. — Я понимаю, что ты чувствуешь. Я благодарен тебе за доверие и терпение. Немного, осталось совсем немного и тебе больше не придётся сдерживаться.       — И тогда я смогу отомстить… У меня ведь не осталось ничего… никого кроме жажды мести. За то, что они сделали с моим отцом, с моими друзьями, за то, что они все эти годы делали со мной!       — Тише, Гурен, тише, — демон Махиру появился за молодым мужчиной и мягко приобнял его сзади. — У нас всё выйдет. И вампиры, и Курето, и всё командования ЯИДА получат своё. И ты отомстишь за тех, кого больше не вернуть.       Сайто прекрасно видел появившегося в комнате демона. Девушка, которая помыкала им ещё при жизни, не оставила это и после своей смерти. Удивительно, какими настырными и лживыми могут быть люди! Хотя, он и сам когда-то был человеком.       Но в комнате был ещё один никем не видимый наблюдатель.       Подобную сцену Юлиана видела не раз. Ложь с клеймом «во благо». Сошедший с ума от горя утраты человек. Свет, который погас и никогда больше не загорится вновь.       Но самое страшное не в том, что в человеке гаснет свет.       Юлиана коснулась пореза на шее.       Гораздо хуже то, что он гасит свет в других.