Для того, кто умел верить

Квентин Бек создаёт пару иллюзий, уверяя небольшую толпу людей, что он спас их. Он не использует образ Железного Человека, потому что это бы лишь запутало те слабые следы, что тот оставил за собой, а ведь Беку потом искать Старка. Ему нравится шоу, созданное им, он буквально обожает восхищение и частичка страха в качестве приправы на готовое блюдо его славы в чужих глазах. Это достаточно эффективно. С ним связываются меньше, чем через сутки. Квентин Бек называется Мистерио и охотно подписывает Соглашение. Ещё более охотно он соглашается отыскать Железного Человека и выступить против него — ещё бы, это ведь его основная цель — тот факт, что его до этого ещё и уволили из Старк Индастриз лишь больше доказывало его заинтересованность в поисках и передаче правосудию Старка. Правда, перед этим ему приходится запудрить мозги их местному мозгоправу, чтобы тот сказал комиссии, что он подходит для этого. Он старается создать видимость адекватного, сознательного, законопослушного гражданина — супергероя. Даже тогда, когда эти ублюдки выдернули непойми откуда недобитых Мстителей, дав тем шанс реабилитироваться и поквитаться со своим когда-то другом и членом команды. Они максимально раздражающие. Особенно Капитан Америка, решивший, что раз их попросили — вынудили — работать вместе, так он теперь командует и над Мистерио тоже. От раздражения не спасало и осознание того, что Роджерс и его команда ненавидят Старка почти также сильно, как и он сам. Его основная цель уничтожить Тони Старка, но если Мстители продолжат дальше вести себя как придурки, он пересмотрит свою позицию и прикончит и их тоже. За компанию.

***

Тони чувствовал, как бешено колотилось сердце. С момента его бегства от «правосудия» прошло чуть больше двух недель, и он правда устал, но всё равно продолжает свой путь. Что бы ни произошло, он не собирался сдаваться так просто, позволяя упечь его за то, что он даже не делал. Тем более, что разобраться в происходящем являлось для него делом чести, что в общем-то было логично. Но суть была не только в лживом обвинении и подставе со стороны неизвестного субъекта, не-е-ет. Этот сукин сын явно что-то сделал с Роуди и Питером, из-за чего они примерно в одно и тоже время впали в кому, о которой никто из врачей ничего внятного сказать не может. Соотнести эти два факта и увидеть эту странность можно было только если знать, кто такой Человек Паук, тогда можно было заметить, что пострадали члены его команды. Тони душила вина за это. За то, что Роуди всегда идёт за ним, не важно, в какую пропасть прыгает Тони. За то, что в эту же пропасть он потащил и ребёнка, коим несомненно всё ещё был Питер Паркер. А ещё злость — он ни за что не простит покушение на своих близких кому бы то ни было. Впрочем, его больное сердце колотилось сейчас не из-за злости и раздражения. С ним попытались связаться через коммуникатор паучка, а тот явно не смог бы сделать это сам. По причине нахождения в коме, ага. Если бы он вышел из неё, Тони бы знал — Пятница следит за этим. Это опасно. Некто не одевает костюм, не особо и контактирует с ним. Только взламывает — можно ли назвать полноценным взломом только доступ к коммуникатору? И пытается связаться. Тони облачается в костюм Железного Человека прежде, чем отвечает на звонок, зная, что как только он ответит, возможно, его попытаются отследить. Даром, что это не обычный метод связи через телефон. Ему интересно, кто это может быть. О личности Человека Паука почти никто не знал. Тони был в шаге от того, чтобы заявиться в больницу или домой к Питеру. Боже, его тётушка в порядке? Карапуз не простит, если с ней что-нибудь случиться. Возможно, этого и добиваются? Или нет. Тони не может понять ни слова из того, что говорит некто по ту сторону, пока Старк не обрывает звонок. У него почти паника. Пятница говорит, что это Зимний Солдат. Баки Барнс, не важно. Не то, чтобы Тони мог не узнать его голос. Тот говорил не столь много во время их крайне негативного взаимодействия в не столь давнем прошлом, но этого было достаточно. Почти паника — потому что угрозы Старк, что странно, не чувствует. Он знает, что за ним отправили Команду Стива — он отказывался называть их Мстителями, именем той прежней команды, которую Тони запомнил, как семью, пусть не особо идеальную, чуточку даже ущербную, ту, в которой он явно не самый любимый ребёнок — ему ли привыкать с детством с призрачным братом в виде образа Капитана Америки — но всё же семью. Запоздало приходит осознание смысла чужих слов в уже сброшенной связи. «Я не со Стивом. Нужно поговорить. Я хочу помочь». Во что превратилась его жизнь, раз убийца его родителей хочет ему помочь? Если это конечно правда. Чёрт. Старк даже не способен его толком винить. Прошло достаточно времени, чтобы не поддаваться аффекту, чтобы чётко отдавать отчёт тому, что у Барнса не то, что выбора не было, у него не было доступа к своему сознанию, чтобы этот выбор делать, так что сейчас Тони больше зол на Роджерса за то, что скрывал от него правду, и за то, что сделал в Сибири. И за то, что оставил Тони самому разбираться со всем этим дерьмом, пусть все — и сам Старк в том числе — и считали, что большая часть вины лежит на нём. Это глупо. Это безумно. Это самоубийственно. Это как никогда подходит ситуации, чтобы сделать это. Ему ведь правда нужна помощь, потому что в одиночку он больше был занят тем, чтобы скрываться, пусть у него и были все его игрушки, а также некоторые игрушки почившего ЩИТа, ну и конечно же изредко просыпающаяся паранойя, которая почему-то мертвенной тишиной молчит сейчас. Так почему бы ни получить её от того, от кого меньше всего ожидаешь? Он просто сделает свою жизнь чуть более сюрреалистичней. Тони может справиться с этим. Если конечно Барнс не соврал. Было бы глупо на его месте надеяться, что Тони слепо последует за первым, кто протянет руку помощи. Тем более за ним. Баки Барнс не казался дураком. А вот сам Тони себе казался. Подумаешь. С тихим вздохом он отправил ответное сообщение.