Дежа вю

POV Тейлор. Электронные часы на прикроватной тумбочке показывали три часа ночи. Трейси спокойно спала в моих объятиях уже несколько часов. А я все никак не могу уснуть – мысли не давали покоя. Голова уже начала болеть. Я подумывал выпить аспирин, но потом передумал – не хотел будить Трейси. Я перевел взгляд на лежащую в моих объятиях девушку. Трейси нахмурилась, вытянув губы бантиком. Появилось дикое желание поцеловать ее, но опять же победило желание не разбудить девушку. Судя по словам мамы и Метта, Трейс всю последнюю неделю практически не спала. Эти проклятые кошмары мучают ее сильнее, чем я думал. И как с этим бороться?! Есть предположение, что кошмары стали учащаться из-за самовнушения Трейси. И у меня даже ни одной идеи не было, как избавить ее от мыслей о скорейшей встрече с этим психопатом маньяком. Трейси буквально вбила себе в голову, что она обязательно с ним еще встретиться, и он ее убьет. Как переубедить ее – не знаю. Трейси заерзала в моих объятиях. Я сильнее прижал любимую к себе. - Тей… - Я рядом, милая! – шепнул я и чмокнул ее в макушку. – Спи. Трейси моментально расслабилась, причмокнула розовенькими губами и крепче обняла меня. - Люблю… - слетело с ее губ. Я улыбнулся, закрыв глаза. Тепло от этого маленького слова, сказанного ею, грело душу. Я, наконец, дождался ее признания. Парой мне казалось, что Трейси меня не любит, потому так долго молчала. Подобная мысль пугала намного сильнее, чем возможный крах моей карьеры. Не припоминаю, чтобы любил когда-нибудь вот так сильно, безумно, безрассудно. Неудачный опыт имеется, но ведь в прошлый раз я не сходил с ума девять месяцев, не зная, как убедить девушку в подлинности своих чувств. Хотя, в прошлый раз и чувств, как таковых, практически не было. Разве что, привязанность. Помню, что еще год назад я дико боялся влюбиться, боялся, что меня опять будут мучить, как это когда-то сделала Сара. Мы с ней начали встречаться еще в школе. Я думал, что люблю ее. Мне было хорошо с ней. Да и ей со мной, как я тогда думал. Сара была именно той девушкой, с которой состоялся мой первый поцелуй и первый сексуальный опыт. Я думал, что наши отношения идеальны и делал все возможное, чтобы не испортить ничего. Но Сара делала все, чтобы разрушить наши отношения – постоянная ревность, мелкие ссоры, которые перерастали в скандалы, упреки в нехватке внимания и прочие глупости. Последней каплей стал ее ультиматум – она заставила меня выбирать между карьерой и нашими отношениями. Вот тогда я и понял, что Сара на самом деле меня никогда не любила. Не знаю, что ей было нужно от меня, но точно не любовь. Скорее, популярность, ведь в школе я тоже был достаточно знаменит. Я ощутил нежное прикосновение губ к своей груди. По телу тут же стремглав понеслись мурашки. Я прикусил губу и зарылся носом в чуть влажные волосы Трейси. Интересно, что же ей сниться, если она даже во сне целует меня?! - Тей? – позвала Трейси. Именно позвала, потому что голос звучал не так сонно, как в первый раз. Неужели, проснулась? - Почему не спишь? – шепнул я, позволив ей чуть приподняться. Трейси коротко зевнула. Сонные глазки заморгали, пытаясь разглядеть черты моего лица в темноте. Я потянулся к прикроватной тумбе и включил ночник. Трейси резко зажмурилась и несколько раз заморгала. Я же замер, чувствуя подступающее возбуждение от вида ее обнаженной груди. Мы ведь так и не оделись после нашей первой близости – сил хватило лишь на то, чтобы укрыться простыней и заснуть. Мне, правда, заснуть не удалось. - Почему не спишь? – спросила она, привыкнув в тусклому свету. Я старался отвести взгляд от красивой груди Трейси. Желание уже давало о себе знать, но я старался противиться ему – чувство заботы обязано было победить потребность моего организма, ведь Трейси редко удается нормально поспать. Не хочу лишать ее возможности выспаться. Но обнаженная грудь любимой желанной девушки настолько привлекала, что до боли хотелось коснуться ее прекрасных выступающих форм, ощутить под губами нежную кожу, слышать, как Трейси с тихим стоном выдыхает мое имя, шепчет, что любит только меня… «Так, стоп! Мне нельзя об этом думать! Иначе, я точно потеряю над собой контроль! А здоровый сон Трейси для меня гораздо важнее!», - убеждал себя я. Но мое тело упорно твердило обратное, убеждая, что Трейси не пострадает, лишившись одного часа сна. - Тей, – позвала Трейс, помахав перед моим носом рукой, – ты слышишь меня? - Мне просто не спиться, - поспешно ответил я на предыдущий вопрос. – А ты почему встала? Сейчас только… - я перевел взгляд на электронные часы, - …пятнадцать минут четвертого. - Сон не очень хороший приснился, - буркнула Трейси и присела рядом со мной, прикрыв грудь простыней. Я нахмурился. Этот жест мне определенно не понравился. Почему она закрывается? Стесняется меня? Или поняла по моему пристальному взгляду, что я снова хочу ее и решила не провоцировать? А вдруг ей не понравилось? Я ведь даже не спросил ее об этом – стыдно было, отчего-то. - Что-то не так? – поинтересовалась Трейси, заметив мой хмурый взгляд. - Нет, все нормально. - Тей, если ты опять решил поиграть в «молчанку», то я знаю один отличный способ разговорить тебя! Он уже один раз сработал, сработает и во второй! - Ты стесняешься меня? – выпалил я. – Поэтому прикрываешься? Тебе не понравилось, да? - Ах, вот в чем дело! – улыбнулась Трейси. Она откинула простыню, села на меня и заставила принять сидячее положение. Я, не раздумывая, обвил руками ее тонкую талию и прижал к себе. Когда такая желанная грудь Трейси коснулась моей кожи, я тут же вспыхнул, ощущая, что начинаю воспламеняться. Уф, кажется, Трейси точно сегодня будет спать на час меньше! - Посмотри на меня, - шепнула она, легонько потянув меня за волосы. Я поднял голову и устремил взгляд на девушку. – Все было просто великолепно. Это самая лучшая ночь в моей жизни! К боли была готова, ведь это мой первый сознательный опыт. А прикрывалась, потому что думала, что смущаю тебя своей наготой. Ты ведь у меня такой стеснительный. - Тебе, правда, понравилось? – не унимался я. - Правда! – Трейси запечатлела на моих губах легкий поцелуй. – Это было настолько потрясающе, что я не против повторить! Не помню, когда в последний раз не спал почти всю ночь. Такое бывает довольно-таки нечасто – с моим-то плотным графиком работы. После насыщенного дня я, обычно, засыпал моментально, стоило голове коснуться подушки. А вчерашний день был более чем насыщенным. Однако это никак не отразилось на потребности моего организма ко сну. После прошедшей ночи, которой я жаждал сильнее, чем совместной работы с Адамом Сендлером, мою голову даже не посещали мысли о сне. Рядом с такой прекрасной девушкой, как Трейси, сон отходил на второй план. Хотелось лишь наблюдать за тем, как легонько трепещут ее ресницы, как дергается носик, как вздымается и опускается прекрасная грудь, прикрытая простыней – просто наблюдать за ее сном. Я всегда любил любоваться тем, как она тихонько спит, не мучаясь от причиняющих боль кошмаров. Во время спокойного сна Трейси напоминает мне прекрасную нимфу, обладающую наверно самой нежнейшей, точно чистый шелк, кожей, которую хочется без остановки целовать, к которой хочется все время прикасаться. А ее стройная фигура сводит с ума, даже когда Трейси надевает бесформенные джинсы и мужские рубашки на размер больше своего. Время близилось к десяти часам. Трейси все еще спала, а ко мне сон так и не пришел. Я медленно поднялся с кровати и направился в ванную комнату. Поначалу я нежился под струями горячей воды. Но позже, оживив воспоминания о сегодняшней ночи, минут пятнадцать простоял под холодным душем. Когда возбуждение спало, я покинул ванную. Трейси все еще сладко спала, обняв подушку. Ее каштановые волосы рассыпались по простыне, лицо расслаблено, губы чуть приоткрыты. Трейси несколько раз причмокнула, как обычно это делала во сне, и крепче обняла подушку. Как бы глупо это не звучало, но меня немного злил тот факт, что она крепко прижимается к подушке, а не ко мне. Возможно, осознав, что теперь я практически полностью обладаю этой девушкой, ревность будет проявляться сильнее и чаще, чем раньше. Надо найти способ бороться с этим. Не думаю, что Трейси спокойно будет воспринимать мои приступы глупой и бессмысленной ревности. Я сильнее обмотал полотенце вокруг бедер, и прилег рядом с любимой девушкой. Кровать прогнулась под моим весом, из-за чего Трейси заерзала. Я осторожно обнял ее за талию, примечая, что она стала немного меньше, нежели была раньше. А ведь когда мы с Трейси встретились на съемках фильма, она была немного полнее. Сейчас же я мог обхватить ее тонкую талию одной рукой. Тот факт, что в последнее время Трейси начала стремительно худеть, совсем не радовал. В первый раз я видел ее обнаженной в душе и точно помню, что ребра не были настолько заметны, как сейчас. Если так пойдет и дальше, я заставлю ее есть каждые два часа, как когда-то делал я, желая заполучить роль Джейкоба в продолжении Сумеречной Саги. Я осторожно убрал пряди волос, закрывающие худенькую спинку Трейси, в сторонку, нежно поцеловал ближнюю лопатку, а затем слегка укусил ее. Трейси недовольно замычала, что вызвало улыбку на моем лице. Я подобрался поближе к позвоночнику. Ее кожа все еще пахла ванилью, а на вкус была чуть солоноватой от пота. - М-м-м… - заворчала Трейси. – Люси, отстань! Я сплю! Попроси кого-нибудь из ребят тебя выгулять! Я еле подавил смешок, вызванный ее возмущениями в адрес собаки. Помню, как эта маленькая проказница по имени Люси укусила меня за нос, когда я назвал ее «Рокси». Может мне сейчас взять с нее пример?! Я медленно наклонился и укусил Трейси за плечо, стараясь не сжимать зубы сильно, чтобы не оставить синяков. В результате наградил свою девушку лишь небольшим красным отпечатком от зубов. Трейс вскрикнула. - Люси! - Когда ты назвала меня Меттом, я тебя простил, потому что это хотя бы мужское имя. Но называть меня женским именем, которое, к тому же, принадлежит твоей собаке, не позволю! – заявил я, широко улыбаясь, точно дурак. – Я жду извинений. - Обойдешься, - буркнула Трейси, повернувшись ко мне и натянув простыню на голову. – Нечего было меня будить! Я так хорошо спала. - Милая, уже почти одиннадцать часов утра, - оповестил я. – Скоро придет время обеда, а мы еще не завтракали даже. - Плевать! Мы приехали отдыхать, так вот я и отдыхаю. Поэтому прекрати мне мешать! Я и так почти всю ночь не спала! – бубнила Трейси. - Малыш, если ты сейчас не встанешь, то в торговый центр поедешь в простыне! - Ты позволишь, чтобы кто-то, помимо тебя, пялился на мое полуобнаженное тело? – хихикнула Трейси. Конечно не позволю! Убью гадов на месте! Или глаза выколю. Хм… я пока не решил. Может, и то, и другое сделаю, только в обратном порядке. План «А» провалился. Но ведь на этот случай есть план «Б», который, естественно сработает. Особенно если учесть суть этого плана. Трейси не сможет сопротивляться… надеюсь. - Вижу, моя Кнопка не намерена сдаваться? – Я сдернул с нее простыню, которая обнажила тело Трейси до самого пупка. Она рефлекторно закрыла грудь руками, сощурив свои милые карие глазки. Я, сделав вид, что не заметил ее недовольный взгляд, наклонился и оставил у самого пупка маленький красный след от своих зубов. Трейси вздрогнула. Это стало знаком для продолжения осуществления моего плана, который точно подействует – тепtрь я был уверен в этом. - Я знаю, что ты делаешь! – заявила Трейси, протягивая свободную руку к простыне. - Да? – Я широко улыбнулся и припечатал ее руку к кровати. - Тейлор, прекращай! Я спать хочу! - А так? – Я нежно поцеловал красный след у пупка, оставшийся после моего укуса. Трейси вновь вздрогнула, но на этот раз с улыбкой на лице. Реализуя свой план шаг за шагом, я стал медленно прокладывать дорожку из поцелуев от пупка до правой руки, которая прикрывала упругую грудь. Я уткнулся носом в кисть руки, призывая убрать преграду. Трейси даже не шелохнулась, наблюдая за моими действиями с улыбкой на лице. Продолжить путь любимая мне не давала. Но это меня не остановило – я отпустил ее свободную руку и принялся безжалостно щекотать Трейси. Девушка заерзал подо мной, визжа при этом так громко, что не будь мы на "диком" отдельном пляже, люди бы решили, что я насильник какой-нибудь. - Ладно... Сдаюсь... – Запыхтела Трейси, все еще повизгивая. Я остановил безжалостную пытку. – Встаю, встаю. Только перестань меня мучить, садист! - Так-то лучше! Я отправил Трейси в ванную, а сам оделся и спустился вниз на кухню. Повар из меня, конечно, никудышный, но мне хотелось как-то побаловать Трейси, поэтому решил начать с завтрака. А в торговом центре я уже присмотрю ей какой-нибудь подарочек. Последний день в Сиднее я планировал купить ей сувенир с достопримечательностью города, а позже отвезти ее в Австралию и показать один из моих любимых городов. Но сообщение Метта о возобновившихся кошмарах заставило меня позабыть обо всем на свете. Голова была занята лишь мыслями о Трейси. Впервые в жизни я накричал на отца и, наплевав на его слова, поступил так, как считал нужным. Приготовление завтрака проходило, как минимум, ужасно. Я умудрился разбить яйца, при этом даже не донеся их до миски. А те, что донес, разбил вместе со скорлупой. Но это еще ничего, учитывая тот факт, что нагретая сковорода с жарившимся беконом, в которую я ко всему прочему еще и не налил масла, задымилась. Горький дым заволок кухню. Я быстро выключил плиту, и включил вытяжку, о которой совсем позабыл. Пока размахивал чайным полотенцем, помогая вытяжке избавиться от дыма, уронил миску со взбитыми яйцами. Тихое хихиканье отвлекло меня от уборки неготового омлета. Я поднял голову. У входа на кухню стояла моя Трейси. Ее точеную фигуру уже прикрывало не тонкое покрывало, а зеленый топ на бретельках, из-под которых были видны лямки черного лифа, и очень короткие джинсовые шорты. Прикрыв рот рукой, Трейси пыталась подавить приступ дикого хохота, который, судя по ее красным щекам, прорывался наружу. - Я тут… это… завтрак готовлю… - промямлил я, поднявшись. Трейси выглядела настолько соблазнительно, что у меня в голове все мысли перемешались воедино. Я и раньше видел ее в подобных открытых нарядах (вспомнить хотя бы платья, которые Фиби для нее подбирала на вечеринки), но после сегодняшней ночи, когда Трейси, наконец, стала моей почти полностью, меня начинает сводить с ума практически каждое ее движение или слово. Видимо, организм, после года воздержания, получив желаемое, больше не станет отмалчиваться. - Я заметила, - хихикнула Трейси, одарив меня обворожительной улыбкой. Эта улыбка полностью обескуражила меня, и я выронил миску с оставшимися взбитыми яйцами на пол. Трейси разразилась громким хохотом, согнувшись пополам. - Я хотел сам приготовить для нас завтрак, но повар из меня никакой, - оправдывался я, когда Трейси помогала мне убирать кухню после моего кулинарного нашествия. – Удивить тебя не удалось. - Меня уже ничем не удивишь, - улыбнулась Трейси. – Почетная ветвь «Самый никудышный повар» уже давно ушла в копилку Райана и Метта, когда эти двое решили побаловать меня своей стряпней и умудрились спалить электрическую плиту, вследствие чего сработали пожарные датчики, которые затопили мою кухню, угробив при этом все электрические приборы. Дилан до сих пор их подкалывает, когда ребята просто хотя бы бутерброды приготовить вызываются. – Я подошел к Трейси и обнял за талию, зарывшись носом во влажные волосы девушки, пока она отмывала гарь от сковороды. – Так что ты еще можешь наверстать упущенное. А моих оболтусов лучшее вообще не подпускать к электрическим приборам. - Значит, ты научишь меня готовишь? - Если ты этого хочешь. - Хочу! – закивал я. – Хочу быть уверенным, что ты не попадешь в больницу с отравлением, после ужина, приготовленного мной. - Тогда начнем завтра, - улыбнулась Трейси, выключив воду. Сковорода блестела чистотой, следовательно, мне не придется покупать новую. Отлично! Куплю на эти деньги что-нибудь для Трейси. – А сейчас мы едем в торговый центр покупать мне одежду поскромнее этой. – Она указала на свой короткий топ. – Иначе, эти две недели мы точно проведем в постели. - Чисто теоретически, мы именно для этого и приехали. - Мы приехали отдыхать, - напомнила Трейси, развернувшись ко мне лицом. - А отдыхают люди чаще всего где? Правильно, в постели! - Из-вра-ще-нец! – проговорила Трейси, на каждом слоге тыкая указательным пальчиком мне в грудь. Я схватил ее руки, сцепил их у нее за спиной в замок и прижал Трейси к кухонному столику всем своим телом, не давая ей пошевелиться. Она хотела было что-то сказать, но я закрыл ей рот страстным поцелуем. Кровь в жилах закипела, стоило Трейси приоткрыть губы, позволяя мне углубить поцелуй. Я чувствовал и понимал, что еще чуть-чуть и больше не смогу сдерживать себя. Но именно этого я и хотел – потерять контроль над своим телом, позволяя себе творить то, чего раньше не позволял. Однако, в такие моменты, как в каком-нибудь кино, обязательно появляется тот, кто испортит всю малину. - Оу, ребята, полегче! – раздался насмешливый голос Патрика. В отличие от Макены, которая всегда, сгорая от стыда, выбегала из комнаты, поняв, что помешала, Патрик совершенно не смущался. Происходящее его скорее забавляло, нежели ставило в неловкое положение. – Не нужно осквернять мою кухню. Мне здесь еще пищу принимать. Трейси поспешно соскочила со столешницы, на которую я ее усадил в порыве необузданной страсти. Схватив с пола зеленый топ, который не без моей помощи там оказался, она наспех натянула его и убежала на второй этаж за сумкой. Уверен, сумка – это просто предлог, чтобы избежать приколов Патрика. - Держи, Казанова! – усмехнулся Патрик, швырнув мне мою футболку, которую Трейси закинула на холодильник. Я поймал хлопковую ткань и натянул на вспотевшее тело. Придется во второй раз душ принимать. - У вас с Макеной «талант» появляться в «нужное» время в «нужном» месте! – язвительно заметил я, одарив друга убийственным взглядом. - Я так и знал, что ты сдашься в первую же ночь! – Патрик сиганул за обеденный столик. – Жаль, мы с тобой не поспорили. А то я бы точно выиграл. - Ты бы точно проиграл! – поправил я, усаживаясь напротив него. – Я сдался лишь потому, что услышал от Трейси долгожданные слова. Она любит меня. Не за деньги, не за популярность и даже не ради пиара. Она действительно любит меня! По-настоящему! - Почему ты так в этом уверен? Может, она просто подслушала наш разговор. Не находишь ничего странного в том, что все эти месяцы она не решалась признаться тебе в своих чувствах, а после нашего с тобой разговора Трейси вдруг поняла, что любит тебя?! Это, как минимум, должно вызывать подозрения. - Даже если это так, я все равно не сомневаюсь в ее чувствах, - твердил я. – Я почувствовал некое притяжение, когда мы с ней познакомились. И это притяжение сводило с ума не только меня, но и ее тоже. Я почти с самого начала нравился ей. Еще в Ванкувере, на съемках, я признался ей в симпатии и попросил дать мне шанс, на что получил положительный ответ. Даже после приезда Лили, когда Трейси перестала вообще общаться со мной, думая, что я обманул ее, я был уверен в том, что она все еще что-то испытывает ко мне. Как бы она не старалась скрыть истинные чувства, игнорировать меня, я был уверен, что ее отношение ко мне ничуть не изменилось. Трейси сама себя обманывала, стараясь убедить в том, что я ей не важен. Однако при каждой нашей встрече я замечал, как глаза ее начинали блестеть, щеки наливались румянцем, а сердце билось быстрее обычного. Со мной происходило то же самое. Но только вот я не скрывал своих чувств, а Трейси просто боялась оступиться, поэтому до последнего умалчивала. Тем более она не была до конца уверена, что я искренен, поскольку ее удивил тот факт, что я не собирался скрывать наши отношения. Уверен, она изначально считала, что мне нужны отношения с ней лишь для пиара. - Лично я так думал с самого начала, пока мы вчера не поговорили, - заявил Патрик. А потом, улыбнувшись, добавил. – А сегодняшний «спектакль» подтвердил мои мысли о том, что у тебя давно не было секса! - О, заткнись, Патрик! – рявкнул я. – Ты начинаешь меня бесить. - Но ведь я прав! - Это не твое собачье дело! - Как ты терпел все это время?! – не унимался Патрик. - Я сейчас порву тебя на британский флаг, если не заткнешься! - А каков срок воздержания? Стрелка достигла опасной красной отметки – я взбесился и, схватив с кухонного стола миску, швырнул ее в Патрика. Друг увернулся, а миска врезалась в стену, сбив небольшую картину. Посуда не разбилась, чего не скажешь о картине. …Дорога до большого торгового центра Санта-Моники заняла около часа. Погода стояла потрясающая – ярко светящее солнышко, безоблачное небо и даже намека на ветер нет. Конечно, зимой это не назовешь, но такие уж климатические условия в нашем городе. А вот в Нью-Йорке, наверно, до сих пор снег на улицах лежит, и люди все в пуховиках ходят. Весь путь до торгового центра Трейси вела себя очень тихо. Патрик, который вызвался ехать с нами, без умолку болтал, а Трейси молчала. Даже никак не отреагировала, когда Патрик заговорил о футболе, хотя она всегда присоединялась к обсуждению любимого вида спорта даже с незнакомыми людьми. На все мои расспросы лишь улыбалась, отвечая, что с ней все в порядке. Но стоило мне отвлечься на Патрика, улыбка покидала нежные уста любимой, а глаза наполнялись болью и печалью. Чем вызвана подобная резкая смена настроения – непонятно. Не думаю, что она расстроилась из-за того, что Патрик нас прервал. Но что же тогда ее так мучает? Помнится, она что-то про плохой сон говорила, когда ночью проснулась. А я, балван, даже не поинтересовался, что ей приснилось на этот раз. Торговый центр располагался неподалеку от главного пляжа. Несмотря на солнечную теплую погоду, пляж пустовал. Какой бы жаркой погода не была – зима есть зима. Трейси молча вышла из машины, не замечая ничего вокруг. По затуманенному взгляды было видно, что она сейчас «летает в облаках». Появление небольшой группки моих поклонниц не вызвало в Трейси вообще никаких эмоций – она их просто напросто не заметила. Просто автоматически остановилась, когда я отпустил ее руку. Ее поведение начало меня пугать. Я быстро раздал автографы, сделал пару фотографий и вернулся к Трейси. Она стояла у входа в торговый центр, напряженно о чем-то размышляя. Я подошел к ней и обнял за талию, притянув к себе поближе. Взгляд Трейси тут же сфокусировался на мне. Она попыталась улыбнуться. - Что с тобой? – Я попытался поймать ее взгляд, но Трейси упорно не хотела смотреть мне в глаза. Тогда я обхватил ее лицо обеими руками и заставил поднять на меня свой взгляд. – Ты всю дорогу ни слова не проронила. Что-то случилось? - Нет, все отлично… - Трейси, я ведь знаю твое слабое место! – напомнил я, улыбнувшись. – Если не скажешь, что произошло, я до колик в животе защекочу тебя! - Вы угрожаете мне, мистер Лотнер? – Ее губы расплылись в полуулыбке, что немного меня успокоило – ничего серьезного не произошло. - Именно, мисс Кондон-Прайс! И если вы мне не ответите, я осуществлю свой план, – кивнул я. – Что случилось? Улыбка тут же покинула ее чудесные губки. Это меня насторожило. Что могло случиться за пять минут моего отсутствия? Неужели приступ? Почему тогда я ничего не слышал?! Трейси бы точно закричала – всегда кричит. - Милая, не пугай меня! Что стряслось? - Я… - начала она, опустив голову, точно нашкодивший ребенок. – Я подслушала ваш разговор с Патриком. Я облегченно выдохнул, словно сбросил с плеч тяжелый груз. - Фух… Я думал, что-то серьезное произошло. - Тейлор, это очень серьезно! – заявила Трейси, ткнув меня в грудь. – Я слышала и вчерашний ваш разговор. Если бы я не подслушала, то этой ночью мы бы... ничего не было бы... Но я… Я правда люблю тебя! - Тогда почему раньше не призналась? – Я даже представлять не хотел, к чему может привести этот разговор. Я не хочу расставаться или ругаться. У нас только все наладилось. - Первое время я не была в тебе уверена, - прошептала Трейси, опустив голову. – А позже думала, что ты понял все, что и так знаешь о моих чувствах, ведь мои действия о многом «говорили». Не знала, что тебе так необходимо было услышать эти слова. - Сейчас ты во мне уверена? Трейси кивнула, не поднимая на меня глаз. - Ты меня любишь? - Люблю! – пролепетала любимая. - Тогда поцелуй меня и пошли покупать тебе одежду. Шопинг с любимой девушкой оказался не таким уж ужасным, как о нем отзывались мои друзья. Может все дело в самой Трейси. Она заходила в тот или иной бутик не для того, чтобы весь его обшарить, а с целью купить конкретную вещь. Как я и думал, Трейси брала исключительно ту одежду, в которой ей было комфортно. Ей неважно было, что думают о ее внешнем виде окружающие. Но при этом я заметил, что покупала она вещь лишь в том случае, если я чуть ли ни слюной давился, когда она выходила из примерочной. Тряпки, конечно, не все были женственными, но Трейси выглядела безумно сексуально даже в бесформенной мужской футболке. Спустя два часа нашего шопинга я был загружен лишь двумя большими пакетами с одеждой. - Я больше не могу! - заныл Патрик, как ребенок, когда мы двинулись в следующий магазин. – Трейси, неужели этих двух пакетов тебе будет мало? Вы же всего на две недели приехали. - Себе я уже купила все, что хотела, - оповестила любимая. – Сейчас мы идем покупать одежду Тейлору. Сегодня ночью мы договорились, что съездим в торговый центр, чтобы купить ей одежду поскромнее той, что лежала в чемодане Фиби. Однако покупать вещи для меня мы не собирались, поскольку мой шкаф и так еле выдерживает старое тряпье. Я удивленно взглянул на свою девушку. Трейси обворожительной улыбнулась в ответ, и потащила нас дальше, в какой-то фирменный магазин мужской одежды. - Милая, у меня шкаф ломится от одежды, - заметил я. - Ломился, - поправила Трейси. – Если ты забыл, то напоминаю, что во время твоего отсутствия я устроила генеральную уборку в твоей спальне. Половина одежды, от которой ломился твой шкаф либо тебе уже мала, либо не подлежит «ремонту». Кстати, как твои трусы перекочевали из комода на письменный стол? Патрик прыснул диким хохотом после слов Трейси. Я же покраснел от неожиданного вопроса. Не знаю, что меня так смутило. Наверно тот факт, что вопрос, заданный Трейси, услышали проходящие мимо девушки. - Ой, кажется, я слишком громко это сказала, - спохватилась Трейси, прикрыв рот рукой. – Прости, милый. - Не знал, что ты держишь трусы на письменной столе, - заржал Патрик. Трейси смерила моего друга убийственным взглядом. Я не отставал и тоже «наградил» друга. Патрик моментально заткнулся. – Да ладно вам, я же пошутил! - Посмотрим, как ты будешь шутить, когда я сорвусь и надеру твой тощий зад! – пригрозил я. - А Трейси ревновать не будет, что ты трогаешь чужой зад? - Ты начинаешь меня бесить! Я уже пожалел, что согласился взять тебя с нами. Ответить Патрик не успел, поскольку Трейси надоела наша перепалка, и она потащила нас в магазин мужской одежды. Любимая смерчем носилась между рядами с одеждой, хватая на ходу вешалки. Я, как дурак, улыбался, наблюдая за беготней Трейси из одного отдела в другой. Такой оживленной я ее еще не видел. Ну, разве что разок, на съемках "Рассвета", когда я должен был пробежать под дождем небольшое расстояние. Тогда Трейси чувствовала себя виноватой в том, что я заболел, спасая ее собаку, потому старалась искупить свою вину при помощи заботы. А я и не возражал. Мне нравилась сама мысль о том, что она заботиться обо мне. И сейчас я получаю эту заботу безвозмездно. - Тейлор! – раздался над ухом чей-то женский голос. Я отвлекся от беготни Трейси и сосредоточился на появившемся собеседнике. Это оказалась невысокая кудрявая девчушка лет шестнадцати. Она была с двумя подружками, которые, в отличие от «кудряшки», выглядели старше. Возможно, все дело в чрезмерном использовании косметики. Девушки оказались моими поклонницами. Наперебой начали просить автограф, сфотографироваться – Патрик сегодня работал фотографом, что его не очень обрадовало. Одна из девушек попыталась меня поцеловать, но ее попытка провалилась, когда между нами вдруг возникла Трейси. Любимая проигнорировала присутствие моих поклонниц, как будто их и не было рядом. Она сняла с моей головы черную бейсболку, натянула какую-то другую, которую я даже не разглядел, и отошла на пару шагов назад, чтобы оценить вид. Хохот Патрика меня насторожил. Что там такого смешного? - Мне нравится, - улыбнулась Трейси. Я снял бейсболку с головы и тогда понял, что вызвало такую реакцию Патрика. На бейсболке был изображен я. А точнее говоря, постер Джейкоба с промо первой части «Рассвета». - Не смешно, - пробубнил я. - Тебе правда очень идет, - твердила Трейси. - Спасибо, конечно, милая, - я надел бейсболку на голову Трейси и притянул девушку к себе, - но на тебе она смотрится лучше. - Тогда для тебя есть второй вариант. – Трейси протянула мне бейсболку с изображением Эдварда. – Третьего не дано! - Нет, я, конечно, уважаю Роба и все такое, но носить бейсболку с его изображением не стану. Это уже слишком! Поклонницы, о которых я вообще забыл, завистливо вздохнули, когда я чмокнул Трейси в губы. - Прекращайте! – замычал Патрик. – Вы и так уже осквернили разделочный столик на моей кухне. - Кажется, я обещал надрать тебе зад! – прорычал я. У Патрика зазвонил телефон. Из динамика заиграла ритмичная клубная мелодия. Друг взглянул на мобильный. - В другой раз, сладкий! – Патрик послал мне воздушный поцелуй и отошел в сторону, ответив на звонок. - Теперь понятно, почему уже месяц он одинок, - хихикнул я, уткнувшись в макушку Трейси. Любимая крепко обхватила меня за талию. Я ощутил, как моей шеи коснулись ее мягкие горячие губы. Все тело покрылось мурашками. Щеки вспыхнули от нарастающего желания. Я еле подавил вырывающийся стон. - Если продолжишь в том же духе, я не стану сдерживаться, и мы воспользуемся примерочной не по ее прямому назначению, - предупредил я, уткнувшись носом в волосы Трейси. Аромат ванили еще сильнее сводил с ума. Это точно не поможет мне угомонить разбушевавшиеся гормоны. - А вы бесстыдник, мистер Лотнер, - хихикнула Трейси. Ответить мне не дали мои поклонницы, которые все еще стояли рядом с нами, непонятно чего ожидая. - Тейлор, мы так и не сфотографировались, - напомнила одна из них, хлопая густыми черными ресницами. - И не сфотографируетесь, – неожиданно влезла Трейси, – если ты еще раз предпримешь попытку поцеловать МОЕГО парня! - Он тебе не принадлежит… - Как раз наоборот, девушки! – перебил я. – Трейси – единственная, кому я действительно принадлежу! - Но… - начала одна из поклонниц. - Сладенький, у меня отличная новость! – влез Патрик, только что присоединившийся к нам после разговора по телефону. - Если еще раз так меня назовешь – я за себя не ручаюсь! – прорычал я в ответ. - Звонил Скотт, - продолжил Патрик, будто я и не угрожал ему. Хотя, он, по-моему, вообще никак на угрозы не реагирует. – Ребята бросили нам вызов. Уверены, что смогут нас обыграть. - Что на этот раз? - Футбол! - Американский? – поинтересовалась Трейси. Я расслышал нотки надежды и предвкушения в ее голосе. - Нет, - подмигнул Патрик. - Так, Тейлор, живо иди меряй все, что я набрала и поехали! – Трейси подтолкнула меня в сторону примерочной. - Хорошо, - согласился я, - но ты играть не будешь! - Как? Почему? Ох, надо было видеть выражение ее лица, чтобы понять, почему я обомлел. Она была похожа на котика в сапогах, который одним взглядом мог разжалобить любого, даже самого «черствого» человека. Не знаю, как Трейси научилась строить глазки, но эта способность ей очень помогла сейчас, хоть я и пытался противиться ее безумному желанию сыграть против моих психованных друзей. - Тейлор, ну пожалуйста! Ты не можешь лишить меня возможности утереть нос парням! - Твои оболтусы с удовольствием сыграют с тобой, когда вернемся домой, - настаивал я. - Да они играть не умеют! – воскликнула Трейси. А потом более спокойно добавила: – Ну, разве что, Метт. Но его тактику игры я уже давно выучила! Ты же знаешь, что я помогу вам выиграть! Алекс однажды усомнился в моих способностях и уже поплатился за это! Если ты не позволишь мне играть, - она подошла ко мне вплотную и тихо шепнула на ухо: - то до конца нашего отпуска я не позволю тебе прикоснуться ко мне! А по возвращению ты все равно получишь желаемое не скоро, поскольку у моих оболтусов чутье на нашу близость. Ты ведь помнишь, сколько раз они нас прерывали? До футбольного поля, которое находилось в нескольких кварталах от торгового центра, мы добирались на машине. Я очень хотел прогуляться, но фанатки, которые неизвестно откуда узнали, где я нахожусь, не дали нам шанса подышать воздухом. Футбольное поле оказалось не таким большим, каким его хотела видеть Трейси. Но думаю, и этого будет достаточно, чтобы утереть нос Скотту и Джареду. Трейси даже прикупила себе футбольную форму с номером и фамилией Лионеля Месси. Мне даже на секунду показалось, что этой форме она была больше рада, нежели предстоящей игре. Перед началом тайма я вновь предпринял попытку отговорить Трейси от игры. И я смог бы добиться своего, не появись на поле Сара. Моя бывшая, как оказалось, тоже собиралась играть, только в команде наших противников. Патрик ничуть не удивился ее появлению, как будто знал, что она придет. А вот Трейси разозлилась. Тогда я понял, что бессмысленно ее отговаривать от игры – она не уйдет на трибуну болельщиков, пока не выиграет этот матч. Ее настрой на победу мне определенно нравился. Но я жутко боялся, что ненормальный Скотт, который выше и плотнее меня раза в два, может покалечить Трейси. А саму Трейси это вообще никак не волновало. Она уже готова была начать игру и давно размялась на поле, пока мы с ребятами зашнуровывали бутсы. - Давайте быстрее! – поторопила нас Трейси. – Вы как копуши! Неужели никогда бутсы не завязывали? - Эй, Трейс, не боишься ноготь сломать во время игры? – заржал Скотт. Трейси изначально вспылила. Один ее взгляд мог пригвоздить к месту. Я уже приготовился смеяться, слушая, как Трейси будет угрожать Скотту позорной расправой. Но вместо этого она лишь широко улыбнулась, сверкнув белоснежными зубками. - Я скорее сломаю твою самооценку, когда выиграю! – хохотнула Трейси. – Так что не волнуйся за мои ногти! Уж они точно не пострадают! - Ты слишком самоуверенна! – брякнула Сара, проходя мимо нас. - Я уверена в своих способностях! – исправила ее Трейси. - Думаешь, сможешь обыграть парней? - Да! – спокойно ответила Трейси, не раздумывая. – Уже не раз это делала. Потому у меня нет повода сомневаться в своих навыках. И тебе советую! - Пари? – предложила Сара. - Каковы условия? - Ты расстанешься с Тейлором, если моя команда победит! - Нет! – отрезала Трейси. Взгляд любимой «похолодел» от злости. – Тейлор тебе не игрушка, дорогуша! И если у тебя нет других условий, то я не собираюсь заключать пари лишь для того, чтобы заткнуть тебя за пояс! - Испугалась! – засмеялся Скотт, тыкая пальцем в Трейси. - Давай мы на тебя поспорим! – предложила Трейси, не отводя злого взгляда от Сары. - Эй, я не вещь! – возмутился Скотт. - А Тейлор, по-твоему, вещь? – прорычала любимая. Такой злой я ее еще никогда не видел. Даже когда она со своими оболтусами ругалась. Хотя нет, с оболтусами она вела себя поспокойнее. - Никакого пари! – влез я. Чувствую, еще чуть-чуть и Трейси полезет с кулаками на моих друзей. Если они продолжат так себя вести, вряд ли она захочет еще раз с ними встретиться. Особенно с Сарой. – Давайте уже начнем! Трейси развернулась на пятках и трусцой побежала к середине поля. Ее футбольная форма мне совсем не нравилась. Конечно, для футбола это то, что нужно, и так я не буду отвлекаться, но все же футболка с шортами как будто висели на теле Трейси, настолько худой она была. Тот факт, что в последнее время она стремительно худеет, меня совсем не радует. Если так пойдет и дальше, ее ветром уносить будет. - Трусиха! – фыркнула Сара. Девушка завязала свою футболку узлом на животе, обнажив пупок. Я скривился. - Ошибаешься! – заступился я за Трейси. – Просто Трейси ценит наши с ней отношения и уважительно относиться ко мне, чего ты никогда не делала. Выслушивать ответ Сары я не стал. Да и не хотел особо. Знаю, что она опять начнет оправдываться, винить каждого встречного в том, что наши отношения рухнули, как карточный домик. Мне отнюдь надоело это слушать. Каждый раз одна и та же «песня». Хоть бы новенькое что-нибудь придумала или перерыв взяла. Мы разделились на две команды – в каждой по три игрока. Трейси, как истинный капитан, сразу разработала тактику игры, поставила Патрика на ворота, меня в защиту, а сама встала в нападении. Разыгрывать с ней мяч вызвалась Сара. Не знаю, зачем Скотт поставил ее нападающей. Неужели он считает, что Сара сможет обыграть Трейси или хотя бы мяч забрать у нее?! Ах, да! Они же не в курсе футбольных навыков моей малышки! Вот это будет сюрприз! Сюрприз состоялся. Причем через две секунды после начала игры. Трейси просто выбила из-под ноги Сары мяч и со всей силы ударила по нему. Мяч пролетел в паре сантиметров от лица Скотта. Джаред даже сообразить не успел, когда мяч влетел в сетку ворот. - Твою ж мать! – выругался Патрик. – Прямо в «девятку». Охренеть! - Гол! – объявила Трейси. – 1:0 в нашу пользу. - Скотт, подбери челюсть с газона. А то мы об язык твой споткнемся, - засмеялся я. - Это что вообще такое было? – прокричал с другого конца поля Джаред. - Я забила вам гол, – ответила Трейси, хихикнув. - Это не считается! – запротестовала Сара. - Считается! – Трейси даже не взглянула на свою противницу. – Оффсайда не было! - Не спи, Джаред! – крикнул я ему. – Давайте продолжим игру! Наш мини-матч длился всего час. За эти шестьдесят минут наша команда успела совершить больше десяти атак на ворота противника. Команда Скотта тоже не отставала в атаках, но мы с Трейси успешно защищали наши ворота, чего не скажешь о команде противников, которые пропустили семь мячей. Два из них забил я. Остальные – дело ног Трейси. Патрик оказался ужасным вратарем, поскольку пропустил три гола. Я даже ему прозвище придумал. Правда, Патрик его не оценил. - Кто дырка? Я? А ну иди сюда, Лотнер! Сейчас ты пожалеешь, что вообще со мной связался! - Патрик, у него черный пояс по каратэ! – заливаясь хохотом, напомнила Трейси. - А я – сын Арнольда Шварцнегера! – ответил Патрик. Так, футбольное поле плавно превратилось в арену для боев. Тактика боя была очень простой – Патрик нападал, я оборонялся. Каждая его атака оказывалась провальной, поскольку я успевал либо отскочить, либо заблокировать удар. В результате, Патрик взбесился и, заорав на весь квартал, кинулся на меня с кулаками. Мы начали бороться на газоне – я при этом смеялся, как ненормальный, поскольку удары Патрика напоминали детские. Пока преимущество оставалось за мной, поскольку прижатым к земле был именно Патрик. Я не давал ему вырваться из моей хватки, а он, словно змея, извивался на газоне, ругая меня последними словами. Бедняга, аж покраснел от злости. А меня это еще больше насмешило. Не пойму, откуда во мне столько энергии. Я был выжат, как лимон, когда наш футбольный матч закончился, а сейчас так яростно боролся с Патриком, будто до этого не играл в футбол, а просто сидел на трибуне. - Давай, милый! Я верю в тебя! – закричала Трейси. Наши бои с Патриком привлекли внимание прохожих. Стоило мне повалить соперника на лопатки, собравшиеся стали скандировать мое имя. А Скотт, Джаред и Сара всячески поддерживали Патрика. Правда, побеждал все равно я. Хоть Патрик и выше меня почти на голову, это его не спасало и никакого преимущества не давало – я сильнее него. Пронзительный громкий крик, напоминающий больше визг, оглушил меня, когда я окончательно обездвижил Патрика. Сердце мое сжалось, понимая, кому принадлежит этот вопль. Я отпустил Патрика и вскочил на ноги. Взглядом отыскал Трейси. Она стояла на коленях в самом центре поля и смотрела, не моргая, куда-то вдаль. Я проследил за ее взглядом и увидел широкую мускулистую спину уходящего парня. Очередной громкий визг Трейси привел в шок всех присутствующих. Я сорвался с места, как ошпаренный. Патрик рванул за мной. Трейси, согнувшись пополам, ныла от боли, будто ее мучительно пытали. Из ее носа хлынула кровь. Губа оказалась разбитой и тоже кровоточила. Трейси сдавливала виски ладонями, видимо, желая заглушить боль. - Трейси! – Я попытался оторвать ее руки от лица, но ничего не вышло. Ладони будто приросли к вискам. – Милая, очнись! - Не надо, пожалуйста! – умоляла Трейси. Слезы градом катились по щекам, смешавшись с кровью, которую я никак не мог остановить. Ее хрупкое тело тряслось так, будто по нему электрический ток пустили. - Что это с ней? – спросил Скотт. - Принесите что-нибудь, чем можно вытереть кровь! – закричал я. – Быстро! - Да уйдите вы! – Растолкав ребят, которые столпились над нами, не предпринимая попытки чем-нибудь помочь, к нам подбежала Сара. Она передала мне носовой платок. Я прижал ткань к носу Трейси. – Попробуй позвать ее. Это может сработать. -Трейси? Милая, пожалуйста, борись! Давай, малыш! – умолял я. – Ты справишься! Ты сильная! Очнись, Трейси, прошу тебя! Казалось, мои слова помогли. Хватка Трейси ослабла. Ее руки упали на газон. Тело все еще сотрясалось в мелких конвульсиях, по щекам струились слезы. Кровь, не переставая, сочилась из носа по губам и подбородку. Платок был полностью выпачкан, потому я принялся вытирать кровь руками. Сначала хотел использовать в качестве платка свою футболку, но эта мысль сразу отпала, поскольку во время игры я сильно вспотел. - Милая? – позвал я. – Ты слышишь меня? Стеклянный взгляд Трейси приобрел ясность. Она подняла на меня заплаканные глаза. Все лицо было измазано кровью, прямо как в фильмах ужасов. Сейчас она выглядела настолько беззащитно, что сердце разрывалось при одном взгляде в эти опухшие красные глаза. - Иди ко мне! – Я сжал Трейси в крепких объятиях, целуя в макушку. Она заплакала пуще прежнего, не сдерживаясь. Каждый ее всхлип отдавался острой болью в груди, будто меня тыкали клинком прямо в сердце. - Кевин… - Что? – Я отстранился, чтобы видеть лицо Трейси. - Его зовут Кевин! – повторила она.