Голодные псы

Энди едва открыл глаза. Раздражающий монотонный писк бил кувалдой по ушам. Но он означал только одно – его сердце еще живое. Об этом свидетельствовала аппаратура, издающая этот мерзкий звук. – Пришел в себя, – знакомый женский голос. – Ма...- проxрипел он – Да. Это я. Спокойно. Все уже хорошо. – Черт. А я пытался вычислить по карте, где может находиться бар. А тот парень сам пришел ко мне. Надо же так, – голос Джека. Едва попытался парень принять сидячие положение, как голова сильно закружилась. – Нельзя так делать, – строгим голосом произнесла Синди и поддержала его за плечо. – Чего как собаке. "Нельзя", – поморщился Шакал. – Потому что так и есть, – усмехнулась она. – Ну да. Как же. Меня в Логово на порог даже не пустят. – По-моему так считаешь только ты, – она бросила взгляд в сторону двери палаты. Та была чуть приоткрыта, показывая знакомые длинные цветные волосы. – О, нет. Не надо. Не сейчас. – Что это? Страх показаться слабым? – демонстративно почесал уже обросший брутальной щетиной подбородок Джек. – Не надо на мне свои психологические штучки испытывать, – раздраженно прошипел парень. – Долго мне тут валяться? – В зависимости от твоего самочувствия. И если ты сможешь соблюдать дома постельный режим – через пару дней. Потом прийти на снятие швов. – Швов? Каких? Что? – Ты что, не помнишь? – пристально посмотрел на него Картнер, переглянувшись с доктором Фокс. Энди посмотрел на свои руки, потом поднял одеяло. А затем вовсе оттянул ворот больничной футболки и взглянул на свое плечо. – Ааа... – протянул Шакал. Но тут же нашел как перевести тему. – Я дико хочу пить. Синди молча ушла. – Мне сказать, что к тебе еще нельзя? Парень кивнул головой. Но едва Джек успел встать со стула, как несколько человек завалилось в палату. – Ой, бляяя... – Энди накрылся одеялом с головой,но Хлоя молниеносно напрыгнула на него. – Энди!!! Я так рада, что ты жив! – она стала беспардонно ковырять его рассеченную бровь и дергать за торчащие нитки. – Вообще-то больно, – на одной ноте пробубнил Шакал. – Ой, ну, я просто взволнована. Тоби осторожно стоял рядом. Лысый с еще парой товарищей пытались решить, кто будет сидеть на стуле. Они толкались так, что вот-вот бы сломали всю медицинскую аппаратуру. Энди взглянул на Тоби. Тот переминался с ноги на ногу. – Все ждут тебя. Тебе необходимо вернуть порядок в стае, Шаки. – О нет-нет-нет. Я никогда не собирался занимать такой пост, – поморщился парень то ли от такого вывода, то ли от того, что Хлоя продолжала ковырять его раны. В конечном итоге он не выдержал и схватил ее за руку, сильно сжав. – Ай! – взвизгнула девушка. – Хватит! – рванул он, а та послушно улеглась рядом. – У меня планы. Работа и прочее, – Энди быстро взглянул на Картнера, который делал вид, что изучает плакаты с изображениями органов. – Я буду вас навещать, конечно, потому что некоторые... Борцы за стул уже истошно орали. Шакал закипел. – ХВАТИТ! Повисло неловко молчание. Но, кажется, Энди успокоился. Все как-то даже удивились. Кто-то облегченно вздохнул. Но стул все же с грохотом упал. Шакал попытался вскочить с криком: – Пошли вон! Но Хлоя придавила его собой к постели. К счастью, ей это удалось: парень был еще довольно слаб. Зачинщики гнева Шакала вылетели из палаты в ту же секунду. Вулкан в пик извержения страшен. Все знали, что последствия будут ужасны, вспоминая, как Шакал разгромил бар неоднократно. Едва устоявшая на ногах доктор Фокс принесла стакан воды: – Что случилось? – У собаки бешенство, – пошутил Джек, придерживая за плечи взбешенного парня. – Успокойся. Не заставляй меня колоть тебе успокоительные, – она обхватила своими ладонями его лицо. Его глаза перестали пылать адским пламенем и потускнели в ту же секунду. – Это материнский талант? – шутливо поинтересовался Картнер. Доктор Фокс не стала отвечать. Она просто подала стакан Энди. Джек помог ему сесть. Хлоя и Тоби все еще были здесь. – Да уж. Для вожака ты дикий, – хихикнула Хлоя. Ноздри парня раздувались, только дым оттуда не валил. И тут пребывать ему еще несколько дней.