Я не знал что ты псих

       Я жил в мечтах долгое время, и это было абсолютно бесполезным занятием. Сначала я мечтал, а потом возвращался на землю весь растоптанный и помятый, убитый морально и не хотевший больше ничего. Это все было пустым, как и вся моя тогдашняя жизнь. Я понимал, что все мое жалкое существование это лишь череда ошибок, которые я сделал сам, и в этом никого не следует винить.        Я просыпался на каком-то заброшенном складе, продрогший и голодный, и в этом всем был виноват только я. Потому что это моя жизнь, и я сам решаю чему и кому есть здесь место. Когда я пришёл в себя, я кое-как выбрался из горы мусора и первым попавшимся человеком оказалась она. Та, кто положила конец всему плохому, что происходило со мной. Благодаря ей, я смог хотя бы не надолго забыть о Нем и о том, сколько боли он причинял мне всегда.        Я увидел ЕЁ на заправке в какой-то дорогой машине (я не понял, что это за марка, но выглядела она шикарно). Девушка, сидевшая за рулём показалась мне ужасно знакомой, словно бы я знал её давным давно, но никак не мог вспомнить, где именно. Может на рекламном банере или на обложке журнала или на концерте, я не знал. Я ввалился в машину самым наглым образом и попросил подбросить меня до центра.        Она послала меня.        Это было очевидным, потому что выглядел я примерно как самый настоящий бездомный. Если честно, я бы сам себя выгнал сейчас. Выйдя из машины кое-как, я понял, что еле стою на ногах, все моё тело ужасно болело и в глазах то и дело становилось темно. Почувствовав приступ головокружения и тошноты буквально отойдя несколько метров от машины, я согнулся напополам, и понял что сейчас меня или стошнит или я потеряю сознание. И как раз в этот момент она окликнула меня. — Эй, ты в порядке?! — её голос был звоним и твердым, и вся она была яркой и уверенной под стать своему дорогому автомобилю.  — Мне… Мне нужно в центр, — это было все, что я мог сейчас проговорить.  — Садись, ладно. Подвезу.        Так в моей жизни появилась Она. Кортни.        Потом я помню как мы смеялись, вспоминая этот момент, а я постоянно чувствовал неловкость и даже стыд, и никак не мог избавиться от этого чувства. Честно говоря, я уже не помнил, когда я последний раз смеялся. Все, на что был способен раньше — лишь горькая усмешка сквозь слезы.        В этот день мы собирались у её знакомого, и я никак не ожидал ничего плохого. ЕЁ мир отличался от прежнего моего слишком кардинально, и я был рад этому, я хвастался за любую возможность начать жить как раньше, жить с творчеством, с музыкой, с концертами — это все давало мне сил, чтобы бороться с любыми препятствиями.        Новая жизнь, какой бы она не была, она заставляла меня чувствовать себя лучше, отвлекаться от тяжелых воспоминаний, меньше принимать наркотики, пить. Порой я хватался за жизнь, как за трос над пропастью, который поможет мне удержаться и не сорваться вниз. Над пропастью был я сам, моя жизнь висела на волоске, и самое печальное это то, что я сам, САМ довел себя до такого состояния.       Это была шумная компания, много новых людей, новых знакомств, и я был рад этому как никогда раньше.  — Все нормально? — Кортни интересовалась моим состояниям, и я был благодарен этому.  — Да, мне нужно выйти ненадолго, подышать свежим воздухом.  — Хорошо, смотри не потеряйся.- Мне нравилась ее забота обо мне, ведь я даже не мог вспомнить когда это было, чтобы обо мне кто-то заботился. А уж особенно такая роскошная женщина! Я не достоин ее, я это знал, и до последнего момента я не мог понять почему она рядом со мной, почему она до сих пор не послала меня куда подальше? Я пробирался сковь толпу, к моему счастью, трезвую толпу людей, и наконец-то оказался на улице. Последнее время я не выносил пьянки, как бы это странно не звучало.        Это была осень, конец сентября. Я остановился у двери черного входа и с жадностью глотал сырой прохладный воздух, переполняющий мои легкие и дающий какие-то непередаваемые ощущения чистоты. Только что прошел дождь, и я чувствовал, как на меня падают холодные капли, стекающие с крыши и с листвы, находящихся рядом деревьев. Было темно, и я, как зачарованный смотрел в непроглядную тьму, лишь вдалеке виднелась аллея с тускло светящими одинокими фонарями. Я побрел туда, мне хотелось немного пройтись.        Что я чувствовал сейчас? Я пытался задать себе этот вопрос, и я не находил на него ответ. Все внутри меня перемешалось — выжженную пустоту заполнили новые ощущения, приятные и красочные, такие необычные для моего организма, что он хотел их отторгать, словно бы болезнетворный вирус. Настолько я привык ко всему плохому, что все хорошее было ужасно удивительным для меня. Меня любила эта женщина (мне было непривычно называть ее по имени, и я не мог понять почему), она любила меня. Разве такого человека, как я можно было любить?! Может быть все это ложь? Может быть мне все это лишь кажется? Я остановился у мусорного бака, и мне показалось, что за мной кто-то идет. Оглянулся — никого нет. Эх, неужели меня до сих пор мучают галлюцинации? Смогу ли я когда-то избавиться от последствий? Скорее всего, это будет преследовать меня вечно. Я шагал по промокшей жухлой листве, и нелепое сравнение себя с этими листьями заставляло меня снова думать о чем-то грустном. Когда-то они были молодыми, свежими и зеленым, они жили, питались, украшали собой дерево, благодаря которому они появились на свет. Но теперь их время прошло, теперь они старые и хрупкие, и сейчас весь их удел — лежать в грязи под ногами торопливых прохожих и тихо умирать. Вот и я был практически таким жухлым и потрепанным жизнью, хотя мне всего-то было двадцать шесть лет. Несмотря на то, что деревянные скамейки были сырыми, я сел на одну из них и уставился на свои худые жилистые ладони. «Когда-то они сами станут причиной моей смерти.» Неет, нет, Курт, не думай об этом, нет, только не это. Ты должен жить ради нее, ведь она тебя любит, она спасет тебя, вы поженитесь, воспитаете детей и все будет хорошо. Ты будешь кумиром миллионов, музыка как и раньше будет вдохновлять тебя и давать тебе силы жить.» — Мое подсознание кричало и предостерегало меня, но… Я как всегда ничего не слушал. Моя меланхоличная депрессивная натура никогда не умрет, пока не умру я сам. Я был долгое время одержим желанием смерти, и как бы я с этим не боролся, раз за разом все вставало на круги своя. Я приподнял рукав толстовки и увидел свой свежий шрам. Красивый ровный горизонтальный шрам на запястье. Ох, ну и крови было тогда! Я мог бы умереть — но я жив. Я снова жив, и сейчас я ушел с вечеринки, где оставил свою девушку, для того чтобы сидеть под дождем одному в темноте и пялиться на свои шрамы. И вы скажете, что я не псих?       Мой взгляд медленно поднимался вверх и я увидел прямо пред собой высокую худощавую мужскую фигуру. О боже, я глухо вскрикнул от неожиданности, вскочил со скамейки и чуть было не упал, споткнувшись от бордюр.  — Ахаха, испугался, — до боли знакомый голос отозвался ударом лезвия в моем мозгу и все внутри словно бы похолодело.       Это был Эксл.  — Что ты…- я не мог выдавить из себя ни слова, как ни пытался.  — Что я здесь делаю? — Его высокая фигура раскачивалась из стороны в сторону.- Я пришел на тебя посмотреть. Не ожидал, да? Не ожидал? Он направился ко прямо ко мне, и я не знал, что мне делать дальше. В одно мгновение мне показалось, что он сейчас вцепиться в меня руками и будет душить или достанет нож и перережет мне горло. Не знаю, как я не поскользнулся на сырых листьях, но я кинулся бежать куда глаза глядят. Не пробежал я и десяти метров, как парень настигнул меня, его цепкие руки схватили меня, и я понимал, что больше не смогу ни кричать, ни сопротивляться.  — Ну что? Счастлив без меня? Да? Теперь у тебя все хорошо? Жизнь налаживается, правда? Он прижал меня к широкому стволу массивного дерева и одной рукой слабо обхватил мою шею. На нем по-прежнему была капюшон, так что я практически не видел его лица, да я и не хотел его видел.  — Нашел себе девочку, да? Кортни хорошая девочка, не то что я… Ублюдок, не дававший тебе покоя. Да, не то что я, правда? — Его голос был тихим и вкрадчивым и мне от этого становилось еще страшнее.  — Отвали уже от меня! Что тебе нужно?! Теперь он ослабил свою хватку, чуть отпрянул от меня и скинул с головы капюшон. Его лицо с невероятно острыми скулами не выражало никаких эмоций. Он словно бы выжидал мою реакцию, мое действие или что-то еще, чего я не знал.  — Нет, Курт, нет, мой дорогой…- он практически переходил на шепот, так, чтобы это мог слышать только я, хотя аллея была безлюдна.  — Да, я сделал все, чтобы ты исчез из моей жизни навсегда! Я не хочу чтобы ты снова ее отравлял своим появлением!  — Нет, это все ложь. Курт, дорой, ты сам обманываешь себя. Зачем, зачем ты врешь мне, всем… Но самое главное, зачем ты обманываешь себя? — Парень сделал шаг ближе ко мне, и его влажная ладонь слегка коснулась моего лица.  — Я люблю ее. Я. Её. Люблю. — Мои губы едва проговаривали это. По его лицу стекали капли дождя, и его мраморная кожа светилась от тусклого света уличных фонарей. Глаза были по-прежнему голубыми и бездонными, но сейчас в них почему-то не было прежней злости и надменности, в них было что-то другое. В них была… Тоска.  — Нет, это неправда. — Большой палец его руки гладил мою щеку, касался уголка моих губ. Я не знал что мне делать, я так давно его не видел, и сейчас я был полностью сбит с толку его появлением здесь, тем что он снова рядом, что он настоящий, живой… — Ты любишь только меня. Я знаю это. Я чувствую это.       И потом он поцеловал меня. Это был такой нежный и трепетный поцелуй, что я даже не узнал его прежнего. Руки парня обхватывали меня, плавно прижимая к дереву, и это было безумно приятно, и я не мог оторваться от него.  — Ну, малыш, ты же любишь меня? Скажи это… Я молчал и не знал, что мне ответить. Я запутался в себе, я нашел себе девушку, я наконец-то начал жить новой жизнью без этого человека, уничтожавшего меня долгое время. Люблю ли я его? Люблю ли я его после всего, что он сделал со мной? Я слышал как пульсирует кровь в моих артериях, нарушая тишину, и продолжал молчать. Роуз снова поцеловал меня, обхватив ладонями мое лицо. Он целовал меня так, словно бы спрашивал разрешения, он был так осторожен со мной сейчас, словно бы это наш первый поцелуй. Словно бы он никогда не трахал меня в рот, грубо хватая за волосы, насилуя и принуждая. Невольно я поморщился и отстранился.  — Почему ты молчишь? Пожалуйста, скажи, хоть что-нибудь.  — Хватит, перестань. Между нами больше ничего не может быть.  — Нет, нет, не говори так.- Он обнял меня, положил голову мне на плечо, провел рукой по моим намокшим волосам, а я стоял, как вкопанный и не ответил на объятья. Я не знал, сколько прошло времени, когда наконец он проговорил. — Я… Я скучал по тебе.  — Да неужели?!  — Да… Не будь таким, пожалуйста, ты же не такой на самом деле.  — Ты так долго пинал меня, и тебе так нравилось это. Вот я ушел, и что теперь? Почему ты врываешься в мою жизнь, когда я вычеркнул тебя из нее?  — Курт, ты нужен мне, а я тебе. И поэтому я здесь. — Я смотрел ему в глаза, и не понимал, неужели он сейчас серьезно об этом говорит. Мне казалось, что это сон.  — Роуз, — мне даже не хотелось называть его по имени, — Что ты принял? Ты несешь какой-то бред, слушай, не начинай, вот не надо. — Я отмахивался и при этом наблюдал за его растерянностью.  — Ничего, просто я хочу чтобы ты снова был моим, пожалуйста.  — Что? — Я не мог не рассмеяться ему в лицо. — Я никогда больше не буду твоим. Знаешь, самая большая ошибка в моей жизни — это то что я связался с тобой. Потому что ты мерзкий самовлюбленный ублюдок! — Я было оттолкнул его, но он снова схватил меня за плечи и слегка прижал к дереву.  — Но ты же ответил на поцелуй сейчас?  — Это было в последний раз. — Я попытался снова оттолкнуть его, видя разочарование на его лице. Вдруг внезапно в небе сверкнула молния, а затем прогремел раскат грома. «Походу сейчас начнется гроза» — Это промелькнуло в моих мыслях.  — Курт, нам нужно поговорить, прошу, не уходи.  — Меня ждет моя девушка.  — Пожалуйста. Я… Я не могу без тебя. Все это время, я ждал, я ждал, когда ты вернешься ко мне, но ты не приходил, прошел месяц, два, полгода, я искал встречи с тобой, но мне не позволяла моя гордость… А потом, я понял, что я могу тебя потерять, если так и не решусь, и вот я здесь.  — Ты меня уже давно потерял. Давно. После всего того, что ты причинил мне.  — Но я…  — Найди себе кого-то другого для того, что издеваться над ним. С меня хватит, Роуз.  — Но я… Я люблю тебя. — Он смотрит мне прямо в глаза, а я не могу поверить не единому его слову. Я слишком часто говорил о том, что я люблю его, и я правда его любил, но ему всегда было все равно. Поэтому, сейчас моя очередь. Начинается дождь, настоящий холодный ливень, и мне хочется поскорее отсюда уйти.  — Я не верю тебе. Я не верю ни одному твоему слову.  — Я любил тебя и раньше, просто я не мог, понимаешь, я не мог тебе признаться в этом. Я думал, что тогда я стану слишком уязвим, я сам боялся любви. Я никогда не знал, что это такое и я долго не мог разобраться, что я ощущаю, мне было сложно.  — Когда любят, не причиняют любимому человеку боль и не бросают его.  — Я говорю, я не мог разобраться, я не мог понять что у меня внутри. Да, я знаю, что я был груб, но… Курт, я просто такой человек, я не могу измениться!  — Ты мерзкий ублюдок! Ты даже не человек. Жалость — вот что является доказательством человечности, а у тебя ее нет. Ты безжалостный мудак, а не человек!  — Что я должен сделать, что бы ты поверил? Скажи, я сделаю, только скажи. Я был не прав много раз, но пожалуйста, дай мне один шанс. — Эксл стоит под проливным ливнем, и за какое-то мгновение его волосы, его лицо и вся его одежда становится насквозь промокшими.  — Уже ничего, уходи. Уходи и все.  — Я люблю тебя, — эх, когда-то я так долго ждал этих слов. Когда-то это было все, чтобы я был счастлив, чтобы я хотел жить, и чтобы все было хорошо, но… Сейчас я не хочу уже ничего. — Можешь делать со мной все, что угодно. Что ты нашел в НЕЙ?! Что?! Ты хотел быть сверху, да? Что, ты хотел чувствовать себя мужчиной, да? Хочешь, трахни меня прямо здесь, только не уходи! «Хм, трахнуть его прямо здесь? Заманчивое предложение конечно, но я не хочу этого сейчас. Вот так вот ему мстить — это мерзко, я не способен на такое, в отличии от него. Я ведь не такая мразь как он. Да и потом, мне наоборот всегда нравилась нижняя роль, я понятия не имею с чего он это взял. Да уж, он просто озабоченный кобель, думающий только о сексе.»  — Нет, дело не в этом. Ты не нужен мне, я не хочу тебя больше видеть. Никогда. Лучшее, что ты можешь сделать — это исчезнуть навсегда из моей жизни. Парень опускает голову и смотрит вниз, а я не чувствую к нему ничего, кроме равнодушия и какой-то пустой грусти.  — Можно я поцелую тебя? — он поднимает глаза, и я вижу, что все его лицо мокрое, и если бы не его вспухшие глаза, я бы подумал, что это всего лишь дождь.  — Нет. Он пытается меня обнять, но я уворачиваюсь, и мой бывший любовник опускается на грязную землю, и обхватывает руками лицо, и я вижу, что его плечи… Его плечи слегка вздрагивают, и это так… Я не могу больше на это смотреть.        Я ухожу, а Роуз остается один на земле под проливным ливнем. Я считаю, что поступил правильно. А как я еще должен был поступить? Кортни меня заждалась, я обнимаю ее и чувствую насколько она мягкая, теплая и приятная. Её волосы пахнул ванилью, и это самый лучший в мире аромат. Нахер Роуза, я рад, что меня больше ничего не связывает с ним. Конечно, наверное я буду жалеть об этом, кто знает? Нужен ли он мне сейчас? Хочу ли я любви? Я помню, как хотел падать в этот ураган из волн, тонуть и не ожидать спасения. Я знал, я знал, что буду мучиться потом, я знал, что буду тонуть, и мне будет больно, но… Все что было — оно стоит того, оно стоит того, чтобы жить. Я все еще помню его прикосновения на себе, я все еще помню его обжигающие поцелуи на своей шее, я все еще хочу их ощущать, это по-прежнему все, что мне так хочется… Наверное, я по настоящему давно уже сошел с ума, но мне нужно это. Нужно, как воздух, но я должен уйти, и пусть мое разбитое каменное сердце валяется как булыжник на обочине дороги, но я должен уйти. Да, я люблю его, но я должен отказаться от этого всего, ради чего-то большего, ради своей будущей жизни, ради самого себя, своих будущих детей.        В ту ночь мы мчались с Кортни в ее дорогом автомобиле, пили шампанское, а потом я кормил ее свежей клубникой и у нас был потрясающий секс. Конечно, я представлял, что трахаю его вместо своей девушки. Это было нереально, я кончал раз за разом, а она слишком громко стонала, так, что наверное было слышно на всю гостиницу. Я представлял, как он стонет подо мной, и я не мог остановиться, мне хотелось еще и еще. Я не знаю, как мы не сломали кровать, но на утро она слишком сильно скрипела.        Буду ли я жалеть о том что сделал? Я не знал, но скорее всего не буду. Слишком долго я боялся всех этих предрассудков, давивших на мою голову, словно какая-то неизлечимая опухоль. Я хочу быть здоровым, я хочу жить, пусть не долго и счастливо, но жить здесь и сейчас и получать эмоции, настоящие эмоции от жизни, а не от химических веществ, воздействующих на мой мозг.       Наша недавняя встреча была последняя. Все. Точка. Я благодарен ему за все моменты, пусть даже самые плохие, они давали мне все те эмоции, которые я бы никогда не смог испытать даже под воздействием наркотиков.        " Я благодарен тебе, но на этом прощай.»