Гималайские маки

Город Смерти, вторник, 5:34 p.m. (месяц спустя) Тень от раскидистого дуба надежно укрывала скамейку от палящего солнца и случайных придирчивых глаз, которые могли бы заметить дымок от двух сигарет как раз рядом с предупреждающим знаком о запрете курения. Спирит расслабленно вытянул ноги вперед и снова затянулся сигаретой, с ленцой разглядывая компанию молодых людей на баскетбольной площадке. Видимо, те устроили перерыв и разбрелись кто куда по периметру игровой зоны в поисках прохлады. Еще бы! Солнце нынче решило добить всех в Неваде если не своей безумной физиономией, так иссушающим жаром. Даже Штейн не выдержал такого издевательства и променял свой вечный халат и водолазки на футболку, шорты и пляжные шлепки — хоть сейчас на море. Коса Смерти скосил взгляд сначала на друга, развалившегося рядом, а затем посмотрел перед собой и усмехнулся. Впереди, за пожухлой полупрозрачной живой изгородью на траве разместился Кид с сестрами Томпсон. Видеть Шинигами-младшего в шортах и мокрой от пота рубашке нараспашку тоже было как-то непривычно: нечасто наследник Шинигами позволял себе подобные фривольности во внешнем виде. Чуть поодаль от них другая троица — Мака, Блэк Стар и Джоан — вообще, по мнению Спирита, потеряла стыд. «Спасибо» Блэк Стару, который только что под девчачий визг облил подруг водой, и теперь те с мокрыми волосами и облепившими тело влажными майками безуспешно пытались отомстить ниндзя под его торжествующий хохот. Папа даже дернулся было в мимолетном порыве обнаружить свое присутствие и как следует наподдать оболтусу Блэк Стару, а заодно и прикрыть чем-нибудь Маку от посторонних глаз… Ну и Джоан, наверное. Ох, именно ее присутствие его и остановило — не хотелось лишний раз при Маке общаться с мисс Кеплер, а то проснувшаяся совесть голосила слишком громко. А уж под проницательным взглядом Итера так вообще начинала царапать горло. Спирит метнул быстрый взгляд под одно из колец — не смотрит ли на него Соул Итер, но тот что-то рассказывал Цубаки и чертил на баскетбольном мяче ломаные траектории. Не иначе как обсуждал с той стратегию предстоящей игры. — Так это твоими стараниями Соул все-таки остался с нами? — спросила вдруг Лиз у Кида, сделав перед этим глоток воды из бутылки. Спирит прислушался. Благо, слышно было прекрасно. — Не думаю, что только благодаря мне, — Кид обмахивался панамкой и наслаждался слабым подобием ветра, — но не отрицаю, что просил отца вернуть Соула с Тибета. Даже представил ему план с преимуществами, если новая Коса Смерти останется здесь и снова будет работать с Макой. О да, Спирит Албарн этот часовой доклад Кида для господина Шинигами помнил в мельчайших подробностях. Парню бы в маркетинг идти — у него к этому определенно обнаружился талант, а еще куча то ли свободного времени, то ли огромное желание оставить Соула Итера в городе Смерти. Он настолько тщательно все продумал, аргументировал и доложил отцу — с диаграммами и графиками, — что господин Шинигами после ухода сына, мягко говоря, остался под впечатлением, а Спирит в полном офигевании. — Даже не верится, что мы снова все вместе, — заметила тем временем Лиз и снова глотнула воды, с улыбкой наблюдая за Соулом. Кид пожал плечами: — Разве друзья нужны не для того, чтобы помогать? — Ну… — хихикнула Патти. — Кажись, кое у кого другое мнение о предназначении друзей. — Да, — согласилась старшая Томпсон со смешком, — скажи об этом Блэк Стару. В наступившей тишине Спирит как раз смог услышать, о чем болтает звезданутый. — …Нет, тебе-то, конечно, без разницы, — донимал тем временем Блэк Стар Маку. — А ты о Соуле подумала? — Отстань, Блэк Стар, — раздраженно дернула плечом повелительница. — Ты просто завидуешь, что у нас уже почти получилась эта фишка с полетом на Косе Смерти. — Ха! Да мы с Цубаки и не такое можем! Просто я за друга переживаю. — Блэк Стар ткнул Маку локтем под ребра, а затем повысил голос и продолжил: — По полдня между ног его держишь. Трешься о него. Вот уж не думал, что ты вырастешь такой извращенкой, Мака. Вся в папашку. Спирит чуть не подавился сигаретой, Штейн закашлялся, а Мака под смех Джоан огрела друга подвернувшейся бутылкой с водой, которую как раз держала в руках: наполовину полной или наполовину пустой — тут уж зависит от мировосприятия. — Идиот! — выпалила она, зардевшись от кончиков ушей до шеи. — Ауч! Ниндзя, не успевший увернуться от пластикового оружия, тут же получил вдогонку еще и два метких одномоментных удара по своей встопорщенной шевелюре, и баскетбольные мячи свалили его, хохочущего, в траву. Звонкие голоса Цубаки и Соула тоже послышались почти синхронно: — Ой, я нечаянно, — с ангельской улыбкой врала Цубаки. — Извини, промазал, — без доли раскаяния усмехался Итер. Орудия кары неторопливо покатились по раскаленному асфальту, а бутылка с водой угрожающе булькнула в руках Маки: — А как я по-твоему должна пользоваться Косой Смерти, чтобы удержаться на ней? Стоять? Висеть? — спросила повелительница, нахохлившись от недовольства. — Э, харэ ссориться! — Соул подхватил мяч по пути и, встав над троицей, крутанул его на пальце. — Вы ж в одной команде, лузеры. И вам вообще-то еще пытаться нас обыграть хотя бы в третьей четверти. Он подал руку Маке, помогая той подняться с газона, а затем обменялся с Джоан убийственными взглядами, после чего по обоюдному молчаливому согласию девушка демонстративно встала самостоятельно и, хмыкнув, отвернулась от Итера. Общий язык, понял Спирит, оружия так и не нашли. Впрочем, ожидаемо. У них обоих были причины недолюбливать друг друга. И если Итер наверняка смотрел косо на Джоан Кеплер из-за ее мимолетной слабости в Лхасе, то Джоан, скорее всего, не могла простить Соулу то, что он отобрал у нее Маку и фактически лишил ее возможности стать Косой Смерти. Патти бодро подскочила с травы и закрыла собой драматическую сцену взаимной неприязни поодаль: — О, ну все. Перерыв закончен. — Она даже подпрыгнула от возбуждения. — Пора в бой! Спирит наблюдал, как компания разделилась на две части. Соул теперь стоял рядом с Цубаки и присоединившейся к ним младшей Томпсон, а Мака, Джоан и Блэк Стар — скучковались во вторую команду. — Кид, шевели своими многострадальными булками! — нетерпеливо махнул рукой Блэк Стар, и наследник Шинигами, как раз наклонившийся, чтобы завязать шнурок на кеде, что-то недовольно пробурчал себе под нос. Слишком тихо, чтобы Спирит смог его расслышать. Зато папа услышал Лиз: — Ни за что тебе не прощу, что удалил тату с драконом и даже нам с Патти не показал, — вполголоса упрекнула своего повелителя девушка. — Еще вам я свой зад не показывал… — на этот раз достаточно громко ответил Шинигами-младший. — Мог хотя бы сфоткать! — Если так интересно, у Спирита Албарна есть такой же. Кид выпрямился и направился к своей команде. — И как ты себе представляешь эту просьбу показать дракона?.. — хихикнула Лиз напоследок перед тем, как последовать в другую сторону от повелителя. За игрой Спириту следить не очень-то и хотелось хотя бы потому, что в баскетбол его умница Мака играла из рук вон плохо. Папа ее ужасную игру воспринимал на свой счет. Кто, как не он, должен был еще в детстве научить дочь забрасывать мяч в кольцо. Ах, это могли бы быть идеальные семейные часы на заднем дворе дома Албарнов… Да что теперь горевать, ошибки прошлого не исправишь. И кроме того… Итер, вон, тоже за столько лет не удосужился хоть немного потренировать повелительницу, подумал вдруг Спирит в свое оправдание, наблюдая, как Соул только что без труда отобрал мяч у Маки и повел его со своей половины площадки. Мда уж… Мака, и правда, в баскетболе была не на высоте. Разыграться угрызениям совести по поводу спортивного фиаско своей дочери Косе Смерти не позволил Штейн. — Не собираешься сводить своего дракона? — спросил он, скучающим взглядом наблюдая за листьями над головой, а еще то и дело жмурясь от скачущих по его лицу солнечных зайчиков — успешных попыток солнца просочиться сквозь густую крону дуба. — Шутишь, что ли? — хмыкнул Спирит и снова затянулся сигаретой. — Да женщины в восторге даже от упоминания о тату с драконом, а уж когда я предлагаю его показать… — О, избавь меня от подробностей своих подкатов, — выпустил дым изо рта приятель. — Лучше расскажи, как ты дожил до того, что просил господина Шинигами не оставлять Соула Итера на Тибете. Я думал, ты окажешься в первых рядах, кто будет махать самолету с лыбой до ушей. Спирит, подобно Штейну, запрокинул голову и сразу же вынужден был прикрыть глаза — ветер только что колыхнул листву. Коса Смерти представил, как табун солнечных зайчиков скачет на лице и одежде, затем скатывается по вытянутым ногам обоих мужчин в траву и теряется среди зелени вместе с порывом ветра. Шепот листвы стих, и редкие пятна света замерли в ожидании, прислушиваясь к обычному уличному гулу и редким возгласам молодых людей, бегающих с мячом. А может, тоже решили послушать ответ папы: — Чтобы Соул забрал с собой Маку? — спросил Спирит листву. — Ну уж нет. Пусть лучше тут под моим присмотром остаются, чем за полмира от города Смерти. К тому же, если Итер посмеет обидеть мою дочь, я лично смогу настучать ему по башке. Сказанное вслух — лишь часть правды, но об остальном Спирит предпочел умолчать, да и не знал, как объяснить без долгих монологов. А может, и сам толком не понимал, что больше сподвигло его на такой поступок: разговор с Соулом накануне его отлета или все же грустный взгляд Маки после того, как она снова осталась в одиночестве. И как этот взгляд оживал, стоило только на дисплее телефона появиться уведомлению о доставленном сообщении или трезвону входящего вызова расколоть больничный могильный покой. Мака уходила разговаривать в коридор или, если думала, что папа спит, понижала голос до полушепота. И тогда Спирит слушал болтовню. Обычную на первый взгляд: ни о чем и обо всем сразу. Никаких «скучаю», «люблю», «не могу без тебя»… Ничего такого, о чем бы не могли разговаривать близкие друзья. Но папу было не обмануть. Эти двое дышали друг другом и болтали не ради слов, а чтобы слышать голос — в общем, вели себя в такие моменты как типичные влюбленные, которым нет дела до остального мира. Больше всего в таких разговорах Спирита удивлял Соул. Папа в какой-то момент осознал, что никогда бы не подумал, что Итер может быть таким. Серьезным, когда разговор заходил о его новых обязанностях в качестве Косы Смерти или обсуждении планов по тренировкам с Макой. Ответственным, когда однажды рассказывал, что отдал свой мотоцикл какому-то пастуху в деревне взамен поломанного. Внимательным, когда молча слушал Маку и пытался ее подбодрить, хоть и на свой лад — с подколами и шутками. Черт, таким влюбленным в его дочь… И по светящимся в минуты долгих разговоров глазам Маки папа видел, что ее намерение нестись к Итеру на всех парах через океаны, моря и континенты крепнет день ото дня. Вот почему после выписки Спирит Албарн первым делом направился не домой, не в бар и даже не в «Чупакабру», а прямиком в кабинет к господину Шинигами, где чуть ли не умолял того найти способ вернуть Соула Итера обратно. — Мака выглядит счастливой, — тем временем протянул Штейн. Спирит открыл глаза и повернул голову к другу, который теперь смотрел на молодых людей, носящихся с мячом по площадке. — И с резонансом душ у них с Соулом полный порядок. Коса Смерти хмыкнул: — А ты и рад. Думаешь, я не знаю, что ты тоже просил Шинигами насчет Итера? — Все ради науки, — деловито поправил очки Штейн. — А как иначе я смогу следить за их успехами с восстановившимся взаимодействием? Ишь, великий ученый нашелся… Спирит внезапно подозрительно сощурился: — Надеюсь, это не ты их надоумил на решение проблемы с резонансом… — Гы… — выдал профессор и широко улыбнулся. — Ты еще скажи, что я их принудил к этому. Ничего, что твоей Маке уже восемнадцать, и мы оба знаем, что про тычинки с пестиками ей благодаря Соулу Итеру давно стало известно не только в теории. Он поддел носком шлепанца подвернувшийся под ногу камешек и запустил его в газон. Спирит, наблюдавший за всем этим, беззлобно хмыкнул: — Еще лет десять назад заметил… когда ты врешь, то начинаешь колупать ботинком землю или пол. — Ничего подобного! — захохотал Штейн и тут же спрятал обе ноги под скамейку. Решающее слово насчет Итера, конечно же, оставалось за Шинигами. А еще директором тибетского отделения Академии господином Лян Шумином. Разговор оказался не из легких. Спирит, присутствовавший на этом непростом совещании, видел через зеркало, насколько тяжело было господину Шумину смириться даже с частичной потерей Косы Смерти Соула Итера. Естественно, Итер не смог навсегда распрощаться с Тибетом: он по-прежнему оставался посредником между Линг Янг и людьми, а еще формально числился в штате Академии в Лхасе и обязан был проводить там не менее трети года, выполняя порученные миссии, разбираясь с ворохом бумаг и прочей бюрократией. Однако в оставшиеся восемь месяцев поступал в распоряжение господина Шинигами. Кажется, такой расклад устроил всех. Мака, вновь став повелительницей Косы Смерти Соула Итера, оставалась работать в Североамериканском отделении мониторинга, Итер получил отличную повелительницу и возможность носиться туда-сюда через полмира, а Спирит наконец успокоился — доченька оставалась под его бдительным и любящим присмотром. Вот только Джоан… Джоан вдруг осталась не у дел. Спирит не знал, правильно ли он поступил, когда выбил для нее местечко в офисе Шибусена по работе со СМИ в Вегасе. Он даже не понимал причину своего поступка: был ли это зов совести, а может, сочувствие или вина за то, что он тоже причастен к возвращению Соула Итера. В конце концов, Джоан Кеплер казалась Спириту хорошей девушкой (и их мимолетное «драконово» влечение тут абсолютно не при чем) просто обстоятельства сложились не в ее пользу. Игра шла своим ходом. Мака только что пропустила точный пас Блэк Стара, и под ругань звезданутого мяч унесся в штрафную зону как раз в сторону скамейки с отдыхающими. — Доченька, папа пришел поболеть за тебя, — обожающе пролепетал Спирит, когда Мака поймала мяч за границей поля. — Опять ты сделал этот дурацкий хвостик, пап! — заметила запыхавшаяся Мака. — Ты слишком… взрослый для таких причесок! Папа был почти уверен, что она сначала хотела сказать «старый». Штейн подавил смешок, а Спирит метнул недовольный взгляд на Соула с точно таким же хвостом. Вот же несправедливость! А на Итере такая прическа смотрелась, по мнению дочери, отлично. Сама же Соулу по телефону как-то об этом сказала вскользь. Да папа, между прочим, перед выходом сорок минут потратил, чтобы сделать эту видимость небрежности в волосах! Кто бы мог подумать, что Спирит Албарн когда-нибудь захочет быть хоть в чем-то похожим на Соула Итера. *** Все живое эволюционирует и подчиняется законам естественного отбора, где выживает самый приспособленный. Таков мир. И если у Шибусена появились в союзниках драконы, то ведьмы должны дать отпор новой силе, чтобы продолжить свое существование. Именно по этой причине Эрука Фрог, изнывая от жаркого воздуха в своем лягушачьем обличии, оказалась в городе Смерти именно сейчас. Ведьмы терпеливы и осторожны. Ведьмы выждали месяц, чтобы наконец заполучить себе новую силу. Эрука знала куда следовать в точности до дюйма. Там, в зарослях сорняков на самом краю плохо стриженного газона последнего дома по Черри-стрит скрывался их единственный шанс дать отбор Шибусену. Она нашла искомое под одним из одуванчиковых листьев: маленькую полудохлую черную гусеницу с двумя желтыми бусинами глаз. — Гэкко! — не сдержала Эрука радостного кваканья, но быстро одернула себя. — Гуру Чованг, мне поручено доставить тебя кое-куда. Обещаю тебе жизнь и новое тело, а взамен ты поделишься с нами знанием о подчинении оружий. Ведьмы хотят тебя в союзники, — в точности повторила она сообщение для шамана. Лягушка приоткрыла рот и, борясь с внутренними чувством брезгливости, подождала, когда гусеница заползет внутрь. Обратно Эрука прыгала уже в приподнятом расположении духа. Дело было сделано, и впереди ведьм ждала новая эра. Что для них значила одна крохотная гусеница? О, гораздо больше, чем могло бы показаться на первый взгляд. В скором будущем мир должен был содрогнуться от эпичной битвы повелителей на драконах против магии ведьм, способных управлять оружиями.