Холодный поцелуй

"Холодно... "

      Чуя морщит нос, чувствуя леденящую дрожь во всём теле. С трудом открывая тяжёлые веки, обрамлённые густыми, покрывшимися инеем , ресницами, он видит перед собой внимательно изучающего его парня в длинной меховой накидке, белоснежных брюках и не менее прекрасной рубашке с золотыми узорами на воротнике. Худощавый брюнет мило улыбается, находясь почти вплотную к удивлённому рыжику. Невинно хлопает ресницами, заглядывая куда-то вглубь небесно-голубых глаз. — Красивый, — по-доброму улыбается парень, склоняя голову на бок. — Я —Осаму Дазай.       Чуя молчит, пытаясь вспомнить, как оказался в этом в этом месте. — Хей, ты чего молчишь? И бледный какой-то, — ледяная рука касается чуть тёплой руки, заставляя почувствовать ужасно обжигающий холод. Рыжик практически отпрыгивает от нового знакомого. — Боишься? А когда пробрался в мой дом через окно — не было страшно? — усмехнулся Осаму , поднимаясь на ноги и оттряхивая брюки.       Точно! Вспомнил! Всё вспомнил, и спор, и то, как забрался в какой-то дом через окно. Но, почему здесь так холодно?.. — Холодно, — дрожащим голосом произносит Накахара, кусая посиневшие губы. — Замёрз, бедняжка, — Дазай мило улыбается, накидывая на хрупкие с виду плечи меховую накидку. Рыжеволосый парнишка немного дрожит, сразу же зарываясь в тёплый мех. — Надо бы тебя отогреть, а-то совсем посинеешь и будешь совершенно ледяной, как я, — тяжело вздыхает брюнет, взяв на руки дрожащее тельце, закутавшееся с головой в тёплую материю.       Дазай неторопливо поднимается вверх по резной, украшенной многочисленными узорами, деревянной лестнице. Чуя медленно моргает, изредко рассматривая помещение. — Это был подвал? — Накахара чуть хмурится, сдвигая брови к переносице. — Ну, да, — беззаботно пожал плечами, как будто так и должно быть.

***

— Держи, — брюнет протягивает кружку с горячим шоколадом, сидящему на просторной кровати из чёрного дерева Чуе. Парень забирает кружку, отпивая содержимое, обжигая ротовую полость и глотку. — Накахара Чуя, — рыжий смотрит в кружку. — И зачем же ты, Чуечка, забрался ко мне в дом, м? — На спор... Они сказали, что здесь пусто... — Вот как... Бедный рыжик... — Осаму гладит его по голове, зарываясь ледяными пальцами в огненные волосы, заставляя кожу покрыться мурашками. — Ужасно холодный... — Ох... Прости, Чу-Чу, — кареглазый улыбается, убирая руки в карманы белоснежных брюк. — Совсем забыл об этом...       Голубоглазый продолжает попивать горячее содержимое кружки, рассматривая комнату. Дазай падает в кожанное кресло, смотря на парня, который с интересом крутит головой, смотрит по сторонам, разглядывая дорогие предметы интерьера. Неожиданно резко Чуя встаёт со своего места, уронив с плеч меховую накидку на холодный пол. — Я, пожалуй, пойду... — парень направляется к выходу из комнаты. — Хей, ну, и куда это ты собрался? — тихо смеётся хозяин дома, поворачивая голову в сторону двери и наблюдая за незванным гостем. — Домой. — Нет, Чу-Чу, теперь ты останешься здесь, — мило улыбается парень, тихо посмеиваясь. — Это ещё с какого хрена? — хмурится Чуя, смотря на брюнета. — Ну, ты же сам залез ко мне в дом, — пожал плечами Дазай. — И что с того? Как это вообще взаимосвязано? — Вот так и связано. Тебя же всё равно никто не ждёт, так? Ты ведь один... — хитро усмехается парень, смотря на красного от злости рыжика. — Тебе-то какое до этого дело? — Мне? Совершенно никакого, но явно лучше жить в просторном доме, чем скитаться по съёмным квартирам, ведь я прав? — язвит тёмноволосый, надсмехаясь над реакцией второго.       Накахара грустно усмехается, ведь это на самом деле правда. Да, он один... Он всегда был один, его бросают все, кто ему так дорог. — Молчишь? Ну и молчи, я и без того знаю, что прав. Даже те, с кем ты спорил — убежали, как последние трусы, стоило тебе только подойти к дому. — Я знаю... — Ну вот, видишь? — Хорошо... Но зачем я тебе..? Дазай как-то хитро прищурился, улыбаясь и лишь пожимая плечами.