Без света солнца

       Запах леса после дождя наполнил собой комнату. Это Хината открыла окно — Неджи всегда мог узнать её лёгкую походку. Всегда тихая, всегда осторожная и скромная.        — Тебе не холодно, братик Неджи? — едва слышно спросила девушка.        У неё такой голос: тихий и нежный, как шелест травы или мягкое одеяло. Она всегда задаёт один и тот же вопрос, когда открывает окно.        — Вы слишком печётесь обо мне, леди Хината, — глухо отозвался юноша.        — Мне это не в тягость, а даже приятно. И я же уже говорила: мы можем общаться на «ты». Мы же хотим убедить клан в равенстве ветвей, верно?        — Верно, — снова отозвался Неджи.        Хинате боязно. Каждый день становится только хуже. Юноша стал похож на тусклую тень себя прежнего. Бледный, на лице всегда бинты, а волосы спадают неопрятными патлами. Хината прикусывает губу, стараясь не выдать дрожь в голосе. Хорошо, что Неджи этого не видит. Ужасно, что он больше вообще ничего не видит.

***

       Он устал. Безумно устал от всего.        Врачи говорят продолжать терапию. Они снова и снова пробуют новые операции и медицинские дзюцу, но всё тщетно. Ради этого стоило выживать на войне?        Все так радовались, что Неджи вернулся с того света, что, казалось, зрение это лишь малая плата за жизнь. Однако, чем больше юноша пытался привыкнуть к другой жизни, тем чаще он вспоминал поле боя.        — А ведь Неджи был таким талантливым… — говорит старейшина клана.        Они думают, он не слышит. Не замечает. Но слепой, не значит глухой. Неджи слышал многое, даже слишком, и всегда неудачно подслушивал разговоры.        — Он один из самых способных бойцов клана Хьюга, — отвечает Хиаши, но старейшина тут же добавляет:        — Был таковым. Ужасная потеря. Но не мы решаем предназначение.        «Они говорят обо мне так, будто я умер,» — подумал Неджи, опираясь на деревянную стену, пытаясь найти дверь в свою комнату. — «Хотя, впрочем, для них, это наверное так и есть…»        Половицы скрипят под ногами. Кажется, что это единственный звук в доме. В клане Хьюга мало говорят. Здесь принято молчать. Нет, по-другому. Здесь принято помалкивать.        Молчи, если споткнулся и больно ударился. Молчи, если тебя недооценивают. Молчи, если тебе не нравится разделение на ветви. Молчи, если твои близкие гибнут, потому что такова их судьба. Молчи, когда ты хочешь вырвать мозг из черепной коробки от боли из-за печати. Молчи, молчи, молчи. Просто заткнись уже!        Неджи хватается за ручку и резко распахивает дверь. Только на этой двери есть три одинаковые царапины от куная, а значит это точно его комната.        — И что, он правда ослеп? — громкий шёпот из-за угла. Снова кто-то из клана сплетничает. Они помалкивают на важных собраниях и шепчутся, когда никто не видит.        — Правда. Говорят, это последствия печати.        — Разве бьякуган не умеет сам восстанавливаться?        — Я же говорю, это связано с проклятой печатью. Он же чуть не помер.        — Теперь его точно не поставят снова командовать отрядами. Раньше его только хорошее зрение и спасало, а теперь, видимо, не поможет.        «Ублюдки,» — Неджи громко хлопает дверью и тяжело сглатывает. — «Могли бы и проверить не слышу ли я их. Или все в этой семье снова предпочитают делать вид, что меня не существует?»

***

       — Неджи, мой соперник! Идём в больницу?        Иногда Хьюга был готов на всё лишь бы перестать слушать вопли Ли, похожие на звук трубы.        — Удачно, что у вас с Гаем обследования в один день, верно?        — Да… удачно, — ровно отвечает юноша.        — А потом будет тренировка! И, если я не отожмусь сто раз, то я должен буду…        «Жаль, что Тентен на задании,» — размышляет Неджи. — «Терпеть этих двоих… а чего это Ли притих?». Вместо звонкого голоса напарника только завывание ветра и болтовня продавцов.        — Пообещай мне кое-что, — после долгой паузы вдруг очень серьезно и тихо говорит Ли.        — Что именно?        — Пообещай, что ни за что не сдашься.        Неджи ненадолго останавливается, а затем вновь продолжает идти, оставляя вопрос без ответа.        — Пообещай!        — Хорошо, — скорее из вежливости, чем искренне, отвечает Неджи.        — Я тебя понимаю. Мне тоже прочили конец. Только это оказалось неправдой. И Цунаде великий медик, она что угодно может вылечить!        «Если бы она могла это вылечить, я бы уже был зрячим,» — с горечью подумал Неджи, плотно сжав губы. — «Она пыталась. И Сакура искала решения. Только это невозможно, ясно уже всем. Это действительно конец.»

***

       — Братик Неджи, хочешь, купим фруктов? — Хината осторожно кладёт в ладонь юноши гладкое яблоко. — Попробуй, говорят, они вкусные.        Он теперь никуда не выходит один. Всё никак не привыкнет, вечно спотыкается. А Хината всегда рядом, поддерживает, постоянно помогает. Вот и на рынок решили вдвоём идти.        — Леди Хината, Вы не обязаны… — пытался отговорить её Неджи, но она не слушала.        — Ты спас мне жизнь. Как я могу тебя бросить в такую минуту?        «Это чувство вины,» — в какой-то момент подумал Неджи. — «Она нянчится со мной только потому что чувствует себя виноватой, думает, что не спасай я её, этого всего не случилось бы».        — Хэй, ребята!        Радостный лай и сильный запах мокрой шерсти.        — Привет, Киба и Акамару, — бесцветно отвечает Неджи.        — Привет! Вы тоже на рынке? — у Кибы голос резкий, похожий на собачий вой. Он одним махом выхватывает у Неджи яблоко и кусает его, хруст, наверное, слышно на весь рынок. — Ух, какое кислое!        Есть одна вещь, что успокаивает Неджи — они были с Кибой рядом на войне и вот он, вроде бы, не слишком переживает из-за слепоты, потому что это уже случалось пару раз из-за перенапряжения.        — Да ладно! — заявил Инузука. — Такое ведь уже было! Ты поправишься. Это лишь вопрос времени.        Лай собаки и позвякивание цепей на одежде — визитная карточка Кибы, так его легко узнать.        — Очень кислое? — переспрашивает Неджи.        — Сам попробуй, — Киба вкладывает ему в руку надкусанное яблоко.        Юноша откусывает кусочек и тут же морщится. Язык сводит, а нёбо странно покалывает.        — Я же говорил! — гордо отвечает Киба, и Акамару вторит ему дружелюбным лаем.        — Будем искать слаще? — встревает Хината.        — Можно и парочку таких взять, — безразлично отвечает Неджи.        «Какая разница?» — размышляет юноша. — «Что сладкие, что кислые. Какое вообще значение имеет этот вкус? Что он даёт? Все равно есть не хочется в последнее время…»        — Слушай, Хината, — Киба говорит непривычно неуверенно. — Может быть, пойдёшь со мной и Шино навестить Куренай и Мирай? Она так выросла за этот месяц, ты не представляешь!        — Извини, Киба, не могу.        Неджи слышит, как грустно вздыхает Инузука и как скулит Акамару.        — Вы не обязаны… — начинает Неджи, когда шаги юноши и собаки затихают.        — Но я хочу так.        Неджи хочется в это верить, но он слышит, как дрожит голос у Хинаты, и чувствует, как она вежливо берет его за руку. «Она не видится с друзьями, не ходит на миссии и носится со мной. Как глупо. Я не просил этого. Я спасал ей жизнь не для того, чтобы она искала другие способы её загубить. Зачем она возится со мной как с каким-то убогим?»

***

       С войны прошло уже несколько месяцев. Жизнь постепенно возвращалась в привычное русло. Только Неджи чувствовал себя выключенным из этой жизни.        Его не отправляют на миссии, он почти не тренируется, друзья вечно на заданиях — успевают забежать лишь ненадолго и то не всегда. Хината тоже почти не работает, внутри клана всем удобней делать вид, что ничего не случилось и всё так, как и должно быть.        И раз в несколько дней нужно обязательно ходить в больницу.        — Как задания? — голос Гая дрожит, это и немудрёно — он разговаривает с учениками, отжимаясь только на руках.        — Отлично! — Ли не отстаёт от учителя и повторяет за ним.        — Что за миссия?        — В деревне песка! Дипломатическая!        — А Тентен где?        — Её, вместе с небольшим отрядом, отправили на миссию в деревню дождя. Говорят, связано со шпионажем, поэтому может затянуться.        — А что ещё нового?        Ли увлечённо рассказывает о миссии, а Гай в ответ выдаёт сосредоточенное «угу». «Каждый раз одно и то же», — думает Неджи. Каждый раз стойкий запах медикаментов в больнице. Каждый раз идти на обследование к врачам и слышать дежурную фразу «это все чем мы можем помочь». Каждый раз слушать о миссиях, которые могли бы доверить их команде, но теперь они не могут все вместе, вчетвером, выполнять задания, так как двое не в лучшей физической форме. Каждый раз принимать тот факт, что как раньше уже никогда не будет и что отныне ждать нечего. Каждый чертов раз. Как на плохой, слишком медленной карусели, на которой после первых двух кругов начинает тошнить.        — Отличная тренировка, Ли! — Гай прерывисто дышит и плюхается в кресло. — Принесёшь мне воды?        — Конечно, сенсей!        Топот в коридоре и крики: «Разойдитесь!».        «У Ли очень звонкий голос», — рассуждает Неджи. — «Звонче только у Гая».        — Иронично, не так ли? — спрашивает учитель, и Неджи каким-то шестым чувством смутно осознаёт, что на него очень пристально смотрят.        — О чем вы?        — Они ведь считают, что я выбыл из игры, да?        — Они?        — Остальные джонины. Думают: всё, прошла весна моей юности, я теперь не такой быстрый, раз на коляске, верно?        — Я не знаю, что говорят другие джонины.        — Но ты ведь сам джонин. Наверняка слышал что-то. Я прав?        «Он все ещё шиноби? Потеряв зрение? Да быть такого не может! Зачем же тогда приходит отмечаться? Так не бывает! Кому нужен ниндзя, который не видит врага?»        — Они говорят… разное, — тускло отвечает Неджи.        — Не слушай их, — голос у Гая вдруг стал тихий и серьезный. — Ничего они не понимают. Вот выпишусь — начнём тренировки. Я кое-что придумал, тебе это может понравиться.        «Понравиться… что вообще может мне нравится?» — рассуждает Неджи. Он ведь слышал, что и Гая обсуждают. Обсуждают его ноги и его чёртову коляску. Только, несмотря на все неудачи, в жизни Гая хотя бы остался свет солнца.

***

       Скрип половиц.        — Снова пьёте чай на веранде? — спрашивает Ханаби.        — Да, — отвечает Хината.        — Может, сегодня потренируемся вместе?        — Извини, но я…        — Ты всегда отказываешь. Каждый раз. Неджи не маленький.        — Но ему нужна помощь.        — Тебе самой не надоело? Столько месяцев подряд. Ты ему не мать.        — Верно. У него её нет.        Такое заявление заставляет Ханаби умолкнуть, но ненадолго.        — Почему ты такая добрая?        — Я просто умею сочувствовать.        «Когда они уже поймут, что у меня обострился слух?» — думает Неджи. Вдалеке раздаётся чириканье птиц, но юноша их не считает. Они чирикают и чирикают, скрипит дверь, лёгкий аромат зеленого чая долетает до веранды, тихие и осторожные шаги Хинаты.        — Убирайся, — выплевывает Неджи.        — Ч-что? — переспрашивает девушка.        — Убирайся прочь! — Неджи вопит, голос как у раненой чайки. — Мне не нужна твоя жалость! И помощь твоя не нужна! Убирайся!        Стук подноса о пол, чашки вдребезги, быстрый топот и всхлип. «Ну и пусть уходит», — думает юноша. — «Ненавижу, ненавижу, ненавижу».        С остервенением рвёт повязку с глаз, но получается туго. Царапает и царапает лицо в надежде избавиться от бинтов.        — Обещай не сдаваться! — говорит Ли.        — Бабуля Цунаде великий медик! А Сакура её ученица, все получится! — говорит Наруто.        — Ты поправишься, не в первый раз, — говорит Киба.        — Они ничего не понимают, — говорит Гай.        — Я хочу помогать, — говорит Хината.        Неджи ложится на пол и сворачивается калачиком. Темно. Всё время очень темно. Как он дошёл до такого?        — Она всё время с ним возится, — говорит Ханаби.        — Он не сможет использовать мягкую ладонь без бьякугана, — говорит старейшина.        — У Неджи были выдающиеся способности, — говорит Хиаши.        — И это гений клана Хьюга? — брезгливо спрашивают прохожие.        — Кому нужен слепой ниндзя? — говорят джонины.        — Теперь-то ему не повезёт занять важный пост, — сплетничают в клане.        — Мы делаем всё, что в наших силах, — говорят врачи.        — Это безнадежный случай, — говорят медсестры.        — Мы не можем отправить его на миссию, — говорит Хокаге.        Неджи скидывает мокрые бинты с лица. Какой смысл бороться, если победы не достичь? Какой вообще смысл бороться в мире без света солнца?        Половицы скрипят, юноша неуверенно ползёт в сторону разбитых чашек. Натыкается на глиняный осколок. «Может, теперь всё снова будет в порядке?» — рассуждает он, чувствуя, как глина впивается в кожу.        Устал.