Бандиты и Любовь

***

В конце концов, в мире столько хрупких вещей. Люди ломаются так легко. Так же легко, как умирают мечты и разбиваются сердца. Нил Гейман.

лето 1989.       Отодвинув шторку, Юлия невольно скривилась из-за лучей солнца, которые пронзились в комнату. Утро понедельника всегда дается сложно, особенно, когда за ночь ты поспал всего два часа. Присев на кровать своего брата, Филатова легонько его подёргала за плечо. — Валера-а-а, — протянула она. — Пора вставать, подъём. — Сестра, отстань, пожалуйста, — ответил ей братец и, перевернувшись на другой бок, снова задремал. — Фил, — так обычно называла брата Юля и его друзья, хотя, их уже можно тоже считать «братьями». — Сегодня же Белов возвращается, ты же сам говорил.       Филатов тут же подскочил с кровати и стал быстро надевать на себя спортивный костюм. Он не видел своего друга уже два года, по причине того, что тот служил в погранвойсках. Иногда Юле казалось, что уехав бы она на два года, Филатов-старший вряд ли бы так сильно скучал по сестре, как скучает по «брату».       Юля — не по годам умная. Ей всего 19, но казалось, что в жизни она повидала намного больше, чем обычно видят ее ровесники. Девушка шатенка, с волосами чуть ниже плеч, с большими карими глазами и не очень выпуклыми губами. В школе за ней частенько ухлестывали одноклассники или чуть старше школьники, однако Валерий сразу пресекал это, боясь за свою родную, любимую девочку, ведь остался он у нее совсем один. Родителей нет уже два года, отец погиб в автокатастрофе, а мать, не справившись с потерей мужа, стала сдавать на глазах, хоть и пыталась «выживать» для своих детей. Филатова, к которой всегда были прикованы мальчишки, безответно любила друга своего брата, Пчёлкина, уже третий год. Знал ли об этом сам Пчёла, она не думала, потому что было стыдно, но вот брат знал о ее любви и был не в восторге, зная, каким является Витя бабником, а видеть, как сестра страдает, он совсем не хотел.       Филатов сидел с Пчёлкиным, играя в карты, и, судя по матам второго, Фил выигрывал, а Филатова-младшая сидела на скамейке, поглядывая на Витю, усмехаясь. — Интересно, а говорил ли ему брат о моих чувствах? — пронеслось в голове девушки, но ее мысли тут же прервал звук сигнала автомобиля, от чего все присутствующие в беседке резко обернулись. — Космос, где тачку упёр? — усмехнувшись и засунув руки в карман, сказал Пчёла. — А, да так, пацаны, — протянул Кос. — Линкольн. — Чё там, подожди, кто? Э, алё, алё, — прикрикнул Пчёлкин, когда друг забрал его любимую кепку. — А ну, спокойно! Такая только у меня и у Майкла Джексона, — Холмогоров сделал известную лунную походку и кинул обратно кепку. — Огонь сам рисовал? — поинтересовалась девушка, усмехнувшись. Вообще, она безумно любила все, что связано с машинами, это, можно сказать, была ее слабость. Вторая, после Виктора. — Andy Warhol, — облокотившись, произнес Кос. — Кто? — в один голос произнесли парни, на что и Холмогоров, и Филатова усмехнулись. — Лучший американский художник, деревня, — последнее Юля произнесла вместе с другом.       Прервал беседу мальчишка на велосипеде, который жил по соседству с Беловым. Он, чуть не наехав на брата Юли, произнес слова, которые лучшие друзья ждали уже два года. — Эй, Белов приехал! Рубль давай. Гони рубль, — кричал мальчик, протянув руку Пчёле. Тройка села быстро в машину, а Пчёлкин, расплатившись с мальчуганом конфетами, запрыгнул спереди. Услышав, что его назвали гадом, Юля хихикнула и согласилась с этим, на что получила злой взгляд «гада».       Юля безумно соскучилась по своему другу. Филатова, если ее обижали, никогда не шла к брату, а старалась всегда все решать сама, но, уж если шло не по ее плану, то всегда на помощь шел Белов. У Александра не было ни сестер, ни братьев, поэтому малую, именно так он называл сестру друга, он считал своей сестрой, что иногда приводило к ревности Фила. Тот, безусловно, понимал, что не является большим примером для Юлии, но старался как можно больше уделять ей время, но, к сожалению, это не всегда выходило. Когда он узнал о чувствах младшей сестрёнки к Пчёлкину, взбесился, потому что явно не хотел такого мужчину рядом с ней. Как говорится, любовь зла, полюбишь и Пчёлкина.       Уже подъезжая к дому, где жил Белый, Фил спросил: — А про Елисееву говорить ему? От такого вопроса все присутствующие в машине вздохнули. Ленка Елисеева первая любовь их друга, которой он, незадолго до армии, сделал предложение, но не дождалась его, ссылаясь, что «два года это очень много». Тогда, впервые узнав о новой работе Елисеевой, Филатова была готова вырвать все блондинистые волосы Лены, но сдержалась. Знала, что Саша не оценит такого поступка, даже если она заступается за него. Никто так за полтора года и не смог признаться в письмах пограничнику, что нет у него больше девушки. А он спрашивал. Каждый раз… — Не стоит пока, — первым, после такого вопроса, в себя пришел Космос. — Но это не правильно! — воскликнула Юлия. — Я больше, чем уверена, что первым делом он поехал не домой, к матери, а именно к ней домой. Мы же даже не сказали, что они переехали. — Слушай, — Пчёлкин повернулся к девушке. — Зачем лезть не в свое дело? Тебе не кажется, что лезть в чужие дела не хорошо? Они не маленькие люди, сами все решат. «Девочка-демон» вздохнула. Да, возможно парень и прав, но на душе все равно скребли кошки. — Приехали, — констатировал факт Холмогоров. Парни выскочили из машины, а Филатова схватила рупор и, запрыгнув на машину, стала кричать: — Внимание! Военнослужащий Александр Белов, просьба спуститься вниз, Вас ожидают! — тараторила Юля.       Несколько секунд из окна семьи Беловых никто не показывался, друзья уже подумали, что дома никого нет, но при этих мыслях сразу же ребята заметили, как открывается окно и оттуда выглядывает Белый, с оголённым торсом и полотенцем на плече. — Мой народ! — смеясь, сказал Александр, раскинув руки.       Четверка засмеялась, зовя пришедшего с армии друга вниз. Прыгая с машины, Филатова случайно ударила товарища по плечу рупором, и тот, забыв о договоре, сматерился. — Блять, — произнес Кос, поглаживая место ушиба.       Только спустя пару секунд парень понял, что сморозил и подставив лоб, парни по три раза ударили Космоса, а девушка лишь стояла и тихонько смеялась над ними.       Через некоторое Белов спустился к друзьям, и те, запрыгнув в «Линкольн», поехали на любимые Ленинские горы.*       Подъехав к месту назначения, парни взяли по пиву, а Филатов купил сестре лимонад. — Эй, — сложив руки на груди, сказала девушка. — Почему вы по пиву, а мне лимонад? — Заботимся о тебе же, — усмехнулся Пчёлкин. — Чтобы детей здоровых родила. — От тебя здоровые будут, — съязвила Филатова. Все присутствующие приняли это за шутку, один Валера перевел взгляд на младшую, и, поняв, что хочет сказать брат, Юля поджала губы.       Разговаривая обо всем на свете, друзья поинтересовались, чем планирует заниматься бывший солдат. На ответ дембеля, ребята рассмеялась. Все, кроме Филатовой. Она прекрасно знала, что за два года парень прочитал кучу литературы и он действительно «горит» желанием изучать вулканы. — Вы по воровской пошли? — хмыкнул Белов. — По воровской, да не по воровской, — быстро ответил Кос. — Мы с Пчёлой там совсем не последние люди. Подключайся! Вон, Фил с Юлькой скоро тоже подтянутся. — Ты про Фила-то не говори, я еще ничего не решил, — сказал Филатов, отпивая чуть пива. — А про Юльку вообще молчи, услышу, что ты тянешь ее к этим делам, убью.       Филатова-младшая закатила глаза. Самой ей эта тема с «Бригадой» совсем не нравилась, но уж если брат туда попадет, то почему ей нельзя? — Мне к Елисеевой надо, — вдруг сказал Белов, делая глоток алкоголя. — Давайте я сам скажу, — Космос сел на перила.       Филатовы и Пчёлкин решили отойти, дабы не мешать, но буквально сразу же услышали, как двое с треском упали на землю. Парни подскочили к двоим и стали разнимать их, однако выходило это совсем плохо, но все же смогли их расцепить.       После того, как Холмогоров и Белов разъехались по домам, а Филатов пошел на тренировку, к Юле подошел Витя, и, протянув цветок, сорвавший с земли, произнес: — Пройдемся? — Хм, да, давай, — неуверенно произнесла девушка и нахмурилась. И что ему вдруг стало от нее нужно? — Я знаю о твоих чувствах, — выпалил неожиданно Пчёлкин и усмехнулся. — Уж не так я представляла этот диалог, — подумала Филатова и вздохнула. — Ты, это, не переживай, — парень заметил, как девушка напряглась от этих слов. — Юльк, я просто не хочу, чтобы были недопонимания. Ни с тобой, ни с Филом я ругаться совсем не хочу. Вы же… Самые близкие мне люди. — Ты что-то чувствуешь ко мне? — Юля боялась услышать «нет». Но прекрасно понимала, что, скорее всего, такой ответ и будет. — Я… Я не знаю, правда. Ты мне симпатизируешь, но как друг, понимаешь? Как сестра даже, а с сестрами спать. — усмехнулся Пчёла. — Я все поняла, — отрезала его девушка. — Девочка большая уже, все прекрасно понимаю. — Вот и хорошо, — расплылся в улыбке кудрявый парень. — Ты пиздец красивая, Юльк, отвечаю, да и может, кто знает, как жизнь повернет, да? Может через пару лет вообще поженимся, жизнь же она такая. — Такая сука непредсказуемая, — продолжила Юля.       Виктор посмотрел на девушку своими голубыми глазами и улыбнулся. Она всегда понимала его. Да что там его, она всегда понимала каждого из парней, всегда была готова придти на помощь и это цепляло Пчёлкина, но он никак не мог понять, что это было за чувство. Любовь? Вряд ли, хотя он и не знает, что такое по-настоящему любить. Наверное, это была, в первую очередь, симпатия. Как к человеку, как к другу.