Нужный

Гу Цзы был навязчивым, но не раздражающим ребёнком. Это подкупало Ци Жуна, быть может, даже многим больше, чем слащавая лесть. Гу Цзы ходил постоянно за Лазурным демоном несмышленным утенком, внимал каждому слову и ни капельки не обижался, когда Ци Жун на нем срывался. А срывался Ци Жун на сына с каждой неделей всё меньше и меньше. — Папочка, здесь холодно. Ци Жуна, конечно, перед уходом из храма надёжно связали и пару-тройку раз погладили носком сапога по лицу. «Жалкий двоюродный братец со своей одноглазой псиной долго не возвращается, — внутренне рычал Ци Жун, — почти третьи блядские сутки». Еда, принесенная прихожанами, заканчивалась, и в груди Лазурного Демона поселился червячок неясного беспокойства. Чем дольше Ци Жун смотрел на чахлого Гу Цзы, тем больше ощущал неуютный комок в горле. Будь Ци Жун чуть менее труслив и чуть более к себе лоялен, давно бы признал, что на самом деле волнуется за своего дешёвого сына. Гу Цзы свернулся клубочком, словно котёнок, у противоположной стены, поджал под себя ноги и уткнулся лбом в острые колени. Он дрожал, лёжа на холодной древесине, и даже не решался поплакать или поныть, как обычный ребенок его возраста. — Ложись на циновку, — негромко посоветовал Ци Жун. Он прищурился, рассматривая сжавшегося в комок сына. — Что с тобой не так? — Холодно, — просто ответил Гу Цзы, — и есть хочется. А гэгэ Се Лянь будет злиться, если я лягу на его циновку.  — Я сломаю ему, блядь, ребра, если он хоть слово скажет против. Гу Цзы покачал своей по-детски круглой и несмышленной головой: — Тогда тот страшный дядя в красном снова начнёт тебя бить. Ци Жун хотел было ответить, что Кровавый Собиратель Девственности Его Брата жалкий мусор под ногами, но промолчал. Если этот дешёвый сын так мечтает сдохнуть, то Лазурному демона это даже на руку: меньше проблем и сытый ужин. — Можно я лягу к тебе? «Даже, блядь, не смей ко мне прижиматься своим грязным телом», — готов был ответить Ци Жун в своей резкой манере, но поперхнулся воздухом ровно в тот момент, когда Гу Цзы вскинул голову и посмотрел на него влажными блестящими глазенками, полными слепой надежды. Так смотрят, блядь, на тех, кого уважаешь и любишь. Так Ци Жун когда-то давно смотрел на своего царственного брата-ублюдка. — Можно. Несколько долгих секунд — и Гу Цзы робко обнял Ци Жуна за руку, уткнувшись детской бледной мордашкой ему в плечо. Поворчав про себя несколько секунд, Ци Жун даже расщедрился на позволение лечь Гу Цзы ему на грудь. Демон лежал, вперевшись нечитаемым взглядом в потолок, пока не услышал глубокое дыхание рядом. Лицо Лазурного демона расслабилось, приобрело довольный вид, и он криво улыбнулся. Слушать сопение у себя под ухом и понимать, что он еще кому-то нужен, пусть даже и бесполезному сыну, оказалось для Ци Жуна на редкость приятной неожиданностью.