Смирись с этим, Магнус

      Магнус считал всю эту затею невероятно глупой. И своих друзей такими же. Да и себя тоже, но это в последнюю очередь. Он не представлял, что будет, когда они пересекутся с Алеком. Не было сомнений, что это обязательно случится. По закону случая. В последний раз, когда они виделись, а это день назад, он чуть от ревности не умер. Конечно же, Магнус не признавался себе, что это была ревность. Просто его бесила скорость с которой все начали бегать за Алеком, как только они разошлись. Хотя, ничего удивительного, ведь это сам Алек Лайтвуд — краса и гордость университета, умный, опасный и невероятно загадочный парень. Магнус в очередной раз заскрипел зубами, вяло шоркая ногами в сторону домика сестринства «Гамма Дельта Пи», где девушки решили провести вечеринку в честь Хэллоуина.       — Ой, да прекрати ты киснуть! — воскликнула Катарина, ткнув Магнуса концом длинной сигары.       — Не трогай меня, чёрная собаконенавистница! — пригрозил Бейн девушке, поворачиваясь и смотря на её вполне необычный, к слову, образ Круэллы Де Виль. Чёрное платье, красные перчатки и белое манто в купоне с чёрно-белым париком выглядело на ней великолепно.       — Твою мать! — воскликнули по-испански. Рафаэль в очередной раз чуть не рухнул на каблуках.       Магнус и Рагнор в костюме мушкетёра загоготали, хватаясь за животы. Катарина шикала на них, но сама смеялась. Все оглядывались на компанию и смотрели, как на ненормальных. К сожалению, именно такими они и были.       — Смешно вам? А мне нет! Кто вообще захотел быть ведьмой? — начал ворчать Рафаэль, понимая, что ходить на десятисантиметровых каблуках непосильная задача. Идея написать всякие образы, скидать их в носок, а потом вытащить бумажку, сразу же определяясь с выбором костюма, была хорошей, но только до того момента, пока он не вытащил свой листочек.       — Вообще, этот костюм написал я, — посмеявшись, вставил Магнус, поправляя съехавшую на бок тяжёлую корону.       — Вот сам бы и попёрся в нём, — рыкнул испанец, поправляя очень короткую юбку синего со звёздочками платья с огромным декольте. Из-за платиновых кудрявых искусственных волос парика у него вспотела голова и шея. А остроконечная шляпа так и хотела улететь от иногда завывающих порывов ветра. — От макияжа уже лицо устало, — прохныкал молодой человек.       — Зато как весело, будет что вспомнить. А ещё теперь мы с тобой одного роста, спасибо каблучкам! — с энтузиазмом проговорил Бейн, уворачиваясь от метлы. — Ладно, пойдёмте уже. Мне холодно, — он начал кутаться в свою красную мантию, благо хоть на плечах был этот мягкий белый мех.       — Если я стану жертвой насилия, Фредди, — проговорил Рафаэль, наставив на Магнуса палец, — я сам тебя изнасилую. Вот этой метлой.       Друзья рассмеялись и пошли дальше. До сестринства оставалось идти не больше десяти минут. Ночь медленно опускалась на город. На улице не сказать, что было холодно, скорее прохладно. Они ещё не раз останавливались из-за Рафаэля, который пытался адаптироваться к существованию на каблуках. Вскоре молодой человек уже бегал на них от Рагнора, который грозился затыкать его шпагой, потому что Сантьяго поставил ему подножку.       Вскоре компания подошла к большому, по сравнению с другими, дому, откуда играла громкая музыка, а студенты в пёстрых наряд сновали туда-сюда. Ошибиться было сложно, им точно сюда. Магнуса резко затошнило от волнения.       — И куда нам теперь? — поинтересовался Рагнор, незамысловато махнув в сторону дома. Пряди его тёмных волос выглядывали из-под белого парика. Хорошо, что он послушался и нарисовал усы маркерами, а не красками.       — Изабель сказала, что они там уже с пяти часов, — прокричала Катарина, подкрашивая губы ярко-алой помадой.       — Заметили, как тут много народа? Пойдёмте домой, — пожал плечами Магнус, повернувшись в обратную сторону.       — Стоять! — Рафаэль выбросил руку в бок, и Магнус вписался животом в шлагбаум из метлы. — Мы пойдём туда, потому что там наши друзья.       — Просто ты хочешь, чтобы Саймон умер от инфаркта, — хохотнул Рагнор, но помог Рафаэлю поменять курс Магнуса на домик. Бейн усмехнулся. Все знали, что Саймон, ботан в очках с инженерного, который был лучшим другом Алека, по уши влюблён в Рафаэля. Сантьяго тоже был им заинтересован, но Саймон вечно бегал от него, отнекиваясь.       — Нет… А ты просто боишься увидеть Алека, потому что знаешь, что он там, — ухмыльнулся Рафаэль и, покачивая бёдрами, направился на вход в домик, не хватало ещё морозить бритые ноги в университетском дворе.       — Посмотрим, — скривил губы в улыбке Магнус, закинув нижнюю часть мантии на плечо, скрывая обнажённый торс, гордо вскидывая голову и направляясь следом за другом.                            Вечеринка была уже в разгаре. Разумеется, никакого тебе стола, полного еды, ничего такого, зато выпивки немерено. Музыка бьёт по ушам, куча народу: кто танцует, кто поёт, кто фотографируется, ну, а кто, разумеется, пьёт. Девушки-лисички — такова была тематика костюмов у «Гамма Дельта Пи» — сновали туда-сюда, предлагая тако и ещё какие-то закуски. Магнус сразу заприметил на подносе у блондинки мишек Гамми. Да-да, желейных мишек, пропитанных водкой. Он, к своей удаче, — или же к разочарованию? — так и не наткнулся на Алека, хотя высматривал его в толпе.       — Надо же, кто тут! Круэлла, ведьма, доблестный мушкетёр и… о боже! Фредди Меркьюри! — начала восторгаться рыжая девушка, разрисованная красными узорами, словно всполохами огня. В её волосах были цветы, как и на лёгком зелёном в цвет глаз платье. За спиной виднелись два крыла нежно-голубого оттенка в блёстках.       — Бисквитик! Ты просто потрясающе выглядишь. Фея? — спросил Магнус, подав ей руку. Клэри прокрутилась, смущённо смеясь, и закивала.       — У вас такие классные костюмы! Сай, иди сюда, — Клэри начала прыгать и размахивать руками.       Вскоре из толпы вывалился молодой человек в очках. Кудрявые волосы были взлохмачены, на веках чёрные тени, соединённые с бровями, а на губах тёмно-бордовая, почти чёрная помада. На нём был чёрный корсет, кружевное бельё, чулки в сеточку и шпильки. Дополняли образ бусы и перчатки. Он во все глаза смотрел на Рафаэля, который полубоком пытался говорить по телефону, закрывая уши.       — Сейчас вот он договорит и мы узрим шок, которого не видел ещё никто и никогда, — хихикнул Магнус Катарине на ухо. — Эй, Фрэнк, прощу прощения, — он махнул рукой у Саймона перед носом.       — А… я… извини, ты что-то говорил? — покрываясь красными пятнами, спросил Льюис.       — Милый, не тебе с таким костюмом краснеть, — подмигнула Лосс, отмахиваясь от перьев на шляпе Рагнора.       — Жаль вы Лайтвудов не видели, в этом году они просто всех порвали, — вздохнула Клэри.       — А разве Иззи не лисичка? — сглотнув ком, спросил Магнус. От одного только упоминания фамилии у него закружила голова.       — Сёстры разрешили ей, как я поняла, своевольничать с братьями. Она же Лайтвуд, — по-доброму усмехнулась Фрей, закатив глаза.       Магнус отключился от дальнейшего разговора, уходя в свои мысли с головой. Он пытался думать о том, что тут должно быть много алкоголя. Не просто много, спиртное должно литься рекой, ведь хорошая вечеринка — пьяная вечеринка. И Магнус уже думал о том, чтобы пробраться на кухню и своровать парочку бутылок чего-нибудь, а ещё закуску. Он не мог встретиться с ним. Он не готов. Одно дело видеть Алека в десятке метров от себя и то мельком, совершенно другое — находиться в одном доме. А вдруг он смотрит за ним? Магнус оглянулся и, не увидев знакомого лица, вздохнул.       — В общем, я тут подумал, что сегодня я не буду играть в бирпонг, флипкап и прочие игры. Я хочу хоть что-то помнить из того, что…       Рафаэль хмуро оглядел внешний вид Саймона, забыв, что он говорил. Катарина поиграла бровями, переглядываясь с Рагнором. Она взяла его под руку и увела в сторону, говоря, что они принесут всем выпить. Магнус с Клэри с замиранием сердца ждали, что будет дальше. А Саймону, казалось, стало не на шутку страшно.       — Привет, Рафаэль, — тихо проговорил парень, но все прочитали по губам.       — Красивый костюм, — процедил сквозь зубы Сантьяго, натянуто улыбаясь. Он хотел прибить его. — Думал, ты будешь в чём-то более близком тебе по духу, например, тематики «Звёздные воины».       — Я хотел, но, — Саймон посмотрел на отводящую взгляд Клэри, поджав губы, — подумал, что этот будет идеальным. Считай, именно так выглядит мой внутренний мир. Футболку с Дарт Вейдером я всегда смогу нацепить, а вот это… — он глубоко вздохнул, опять покосившись на подругу, — никогда больше.       — Ладно, пойдёмте, вы ещё многое не видели, — хохотнула Клэри, взяв Саймона под руку, молодой человек тут же наклонился к её уху, начав что-то говорить, сильно жестикулируя.       — Просто держись, он, оказывается, чертовски сексуален, — пошутил Магнус, но получил в ответ лишь хмурый взгляд. — Просто поговорите и всё. Как дети.       — На себя посмотри, — зло бросил Рафаэль, начав идти за друзьями.       Внутренности Магнуса тут же предательски сжались. Он несмело пошёл следом, чувствуя, как от волнения начинают потеть ладони. Вокруг мелькала молодёжь: где-то у стены развязные старшекурсницы со своими бойфрендами, противоположно им толпа готов, Магнуса нечаянно облапали какие-то девушки-медсестрички, прокричав, что ему требуется полноценный осмотр, в гостинной какого-то парня перевернули вверх ногами и заливали в него пиво через трубку, оно лилось уже через край, по лестнице, яростно целуясь, поднималась парочка — всем было весело, а он, сам Магнус Бейн, шёл как на казнь, а всё из-за чёртового Лайтвуда.       Наконец, Магнус остановился за Саймоном, обходя его, чтобы увидеть происходящее впереди. Рядом с аркой на кухню, у стены, где сделана была сделана фотозона, стоял он. Бейн буквально задохнулся, рассматривая парня. Алек Лайтвуд — высокий, подтянутый, вернее сказать, накаченный парень с чёрными, как воронье крыло, волосами и ореховыми глазами, переливающимися от тёплого жёлтого до зелёно-коричнево оттенка — стоял сейчас прелестно прогнувшись в пояснице, как чёртова кошка, закинув одну ногу на какого-то блондина. Какая ирония с кошкой, потому что именно это был его костюм. Магнусу было совершенно плевать, что по сравнению с Саймоном, Алек был одет очень даже закрыто. Леопардовая ткань обтягивала его, словно вторая кожа. Начиная от поясницы и до колен, висел хвост, на голове были пятнистые ушки, на щеках нарисованы чёрным цветом усы, а на носу — кошачий носик. V-образный вырез открывал вид на сильную, покрытую растительностью грудь. Бейн жадно облизнул пересохшие губы. Он тут же одёрнул себя, делая безразличный взгляд, посматривая на тех самых девушек в костюмах медсестёр.       Рядом порхала сестра Алека — Изабель Лайтвуд — она была точно в таком же костюме. Многие, не отрываясь, следили за каждым её движением, переполненным грациозностью и неким превосходством над всеми. В проходе на кухню стоял блондин с разноцветными глазами. И нет, это не костюм, у парня гетерохромия. Джейс Лайтвуд — он был одет так же, как и его брат с сестрой — как ни в чём не бывало жевал крекер, смеясь, по видимому, над чем-то, что говорит Алек.       К парню подошла ещё парочка студентов, желая сделать фото. Алек надел на девушку свои ушки, позволяя её спутнику себя поднять. Блондинка восторженно запищала, придумывая для себя позу. Магнус надеялся, что со стороны не видно, как дёргается его глаз. Алек слишком близко к какому-то парню. К чёрту девушку, все знали об ориентации. Смотреть, как это рыжее недоразумение шепчет что-то Лайтвуду на ухо, а тот кивает, закусив губу, было выше его сил. Злость буквально бурлила в нём, потому что ему должно быть всё равно, потому что они друзья.       — К чёрту! — тихо чертыхнулся Магнус, быстро проходя на кухню, чуть ли не снося Джейса. Ему срочно нужно выпить. На глаза попадается бутылка с каким-то ликёром. Не важно. Главное забыться, забыться скорее, ведь они друзья, просто друзья, так захотел сам Магнус.       — Не могу так, Иззи, — прошипел Алек на ухо сестре, что мило беседовала с девушками из сестринства.       — Секундочку, я сейчас, — лучезарно улыбаясь, сказала Изабель, беря брата под руку, чтобы отойти. — С ума сошёл? Есть ещё варианты?       — Одно дело, когда его не было. Но когда я его увидел, Иззи, я… Он смотрел так…       — Будто ревнует, — договорила девушка и повернулась, чтобы уйти. Сейчас самой важной задачей было удачно провести вечеринку, без каких-либо последствий, особенно трагичных.       — …будто ненавидит меня, — разбито проговорил Алек, еле сдерживая жалостный взгляд. Изабель замерла, поджав губы. Она повернулась, отпихивая какого-то ненормального в костюме рыбы, и подошла вплотную к брату, задрав голову, чтобы заглянуть в его глаза. Она увидела там только много боли и печали.       — Эй, Большой брат, смотри, какие мы сегодня с тобой котики. Даже Джейс пришёл в этом. Мы три леопардика, которые никогда друг друга не бросят в беде, — девушка обняла Алека, вздыхая. — Ты можешь не делать этого всего.       — Мне нравится Из, да и идея хорошая, но вот только мне кажется, что ему плевать. Мы ведь просто друзья, иногда трахающиеся от скуки, — горько усмехнулся брюнет, цитируя Магнуса.       — А ещё ты у него ночуешь, вы смотрите в обнимку фильмы на диване и присылаете нам дурацкие фотки и видео, ты заботишься о нём, вам хорошо вместе. Вы как пара.       — В том и дело, что как. Ему совершенно плевать на меня. Видела бы ты его лицо, когда я сказал, что люблю его, — в груди сразу защемило от воспоминаний. Алек сказал это не специально. Просто вырвалось. Они лежали на диване, смотрели какое-то кулинарное шоу, а вокруг валялись вещи, которые Магнус заставлял его примерять, делая его своей моделью, а также эскизы и наброски. Бейн тогда что-то сказал на счёт шоу, на что Алек рассмеялся и куда-то в шею пробормотал ему, что ждёт выходных и любит его. Он помнит, как Магнус напрягся в его руках, как нервно сел и не смотрел в глаза, говоря, что они просто друзья с привилегиями, и с этого дня уже без них. Просто друзья. Друзья.       — Давай так, если вся эта затея провалится, ты просто оторвёшься. Игнорируй его. Живи в своё удовольствие. Покажи, что вы друзья. Найди себе парня, в конце концов. Мы договорились? — спросила Изабель, вытянув вперёд мизинчик.       Алек посмотрел на сестру. Его маленькую сестрёнку, которая всегда поддерживает его. Эта вечеринка была очень важна для неё, он знал это, именно поэтому натянул улыбку, отвечая:       — Я люблю тебя. Спасибо, — молодой человек пожал пальчик Иззи, которая, подмигнув, удалилась, протискиваясь сквозь толпу.       Алек сделал тяжёлый вздох. Кто был ему не очень противен? Сложный вопрос. Он хотел обжиматься только с Магнусом, танцевать только с ним, целовать только его. Он любил этого глупого идиота. С другой стороны, Изабель, как и Джейс, права, зачем он нужен? Есть много парней, которые мечтают, чтобы Алек посмотрел на них так, как смотрел на Бейна.       Приободрившись, молодой человек огляделся в толпе, начав теребить ухо на макушке, замечая Катарину и остальную компанию. Помахав ей, он увидел, что неподалёку стоит Радж — ботаник с бизнес-школы. Он был учеником по обмену из Индии. Подумав, что наряд Джокера ему к лицу, Алек с грацией кошки, коей являлся сегодняшней ночью, начал пробираться в их сторону, ощущая на себе скептический взгляд подруги.       — Скучаешь? — мурлыкнул он, оказавшись близко с парнем, опираясь о стену возле его головы, начав крутить хвостом другой рукой. Просто король обольщения.       — Ты мне? — неверяще огляделся Радж, пялясь на Лайтвуда.       — Конечно, потанцуем? — Алек смешно подвигал носом, положив ладонь на грудь Раджа.       — Привет, Алек! — прокричал Рафаэль, привлекая внимание парня, стоявшего метрах в двух-трёх от него. Алек перевёл взгляд на друзей, встречаясь с нечитаемым взглядом Магнуса, осуждающим — Катарины, усмехающимся — Рафаэля и поддерживающим — Саймона.       — Ой, ребята, не видел вас. Как дела?       — Хорошо, — ответила за всех девушка, делая «какого хрена, Алек?» взгляд.       — Весёлой ночки, — пропел молодой человек, сжав руку на груди Раджа и дёрнув его на себя.       Компания проследила за ними, смотря, как Алек ведёт Раджа вглубь толпы. Он положил руки парня себе на талию и начал раскачивать бёдрами, подпевая песне. Джокер, слишком не походящий на Джокера своим поведением, стал неуверенно двигаться под музыку.       — Мы с ним друзья. Мне плевать на него. Он мне нахер не сдался… — бубнил Магнус, пытаясь ровно дышать. Он до сих пор стирал в порошок взглядом Раджа. Саймон сочувствующе посмотрел на лучшего друга, понимая, что их отношения с Рафаэлем до такого дойти просто напросто не могут.       — Не-а. Вы с ним бывшие. И тебе не плевать, — фыркнул Рафаэль, усмехаясь.       — Если я сказал, что мы теперь только друзья, значит, так и есть! — психанул Бейн, топнув ногой, пытаясь внушить это скорее себе, чем друзьям.       — Ты ведь любишь его, — покачав головой, сказала Катарина. Она оглядывалась в поисках Рагнора, который отошёл в туалет.       — Нет! — взбесился Магнус и с закипающей в груди яростью ушёл от друзей, пихая незнакомцев.       — Ох и игру же ты затеял, Лайтвуд, — вздохнула Кат, допивая пиво, и отправилась вдогонку, чтобы тот не натворил дел.       — Раф, — нерешительно позвал Саймон, когда они остались наедине. Опустошив свой стаканчик, он не знал, как правильно сказать о своих чувствах, но бегать от них он не хочет, не хочет потерять Рафаэля, хотя, тот даже ещё не его.       — Что? Танцевать не пойду! Я не люблю это дело, — твёрдо проговорил Сантьяго, с полуулыбкой следивший за Алеком, который под какими-то благими намерениями удалялся от Раджа, матерясь себе под нос. «Идиоты. Хотя, идиот там только один», — думал он, отказываясь жестом от предложенного девушкой-лисичкой пива.       — Рафаэль! — чуть громче позвал Саймон, понимая, что Сантьяго его игнорирует или же не слышит из-за громкой музыки. А может, он уже устроил ему бойкот?       — Ну что? — нахмурившись, спросил парень, отвлекаясь от рассматривания холла в викторианском стиле. Хэллоуинский декор смотрелся здесь весьма недурно.       Не придумав ничего лучше, Саймон порывисто чмокнул Рафаэля, притягивая за бретельки платья, и быстро отпустил, тут же краснея, смотря на испанца из-за чуть прищуренных глаз.       Молодой человек нахмурился, а потом расплылся в улыбке:       — Ну, наконец-то, я очень рад, — проговорил Раф, прежде чем придвинуться к смущающемуся Саймону и поцеловать его в щёку, переплетая их пальцы. — Во-первых, пошли во двор, тут скучно. Во-вторых, никогда тебе не прощу то, что ты так вырядился.       — Тебе нравится? — робко спросил Саймон, поглаживая его пальцы.       — Да, как и многим другим, — пробубнил Сантьяго, окидывая Саймона собственническим взглядом. Теперь он спокойно мог себе это позволить.       — Значит, нам лучше уйти. На свидание?       — Сейчас? — удивился Рафаэль. Это была самая улётная вечеринка всего года, потому что новогодняя всегда милая и спокойная, оторваться так, как сегодня, можно, как ни странно, только сегодня. Но сбежать на свидание было в миллионы раз круче, ещё и с Саймоном.       Льюис закивал. Рафаэль улыбнулся так искренне, как никогда раньше, и кивнул. Пара начала пробираться сквозь потные тела танцующих, спеша уединиться.                            Магнус закинул в себя ещё одну рюмку текилы с живота какой-то розововолосой девушки, слизывая с её пупка соль и закусывая лаймом. Он не знал, сколько уже выпил, но чувствовал он себя просто восхитительно в этом отрешённом от реальности состоянии. Музыка оглушала, как и крики знакомых. Было весело… было бы… если бы он не думал об Алеке. Парень маячил местами, помогая лисичкам, танцуя, участвуя в играх и конкурсах. «Ведёт себя так, будто ему плевать. А может ему и плевать…» — пронеслась печальная мысль в голове.       Бейн, извинившись перед ребятами, с которыми тусил, пошёл в толпу, чтобы развлечься. Да, об Алеке мечтали многие, но и Магнус был далеко не последним человеком. Он стал медленно раскачивать бёдрами под музыку, оглаживая обнажённый пресс, отдаваясь мелодии. Было хорошо и спокойно. Танцевать Магнус любил.       — Ками, — крикнул он, хватая проходившую девушку за руку.       Брюнетка, разукрашенная как скелет, в топе и коротких шортах замерла, разрешая подтащить себя ближе.       — Потанцуй со мной, — прохныкал молодой человек.       — Хорошо, — согласилась Камилла, начав извиваться под музыку рядом.       Магнус знал её как свои пять пальцев. Они встречались полгода, если не больше, пока он не расстался с ней, потому что девушка захотела больше чем то, что было между ними. Магнус не мог ей дать этого. Никому не может, потому что не любит, потому что от любви только проблемы, она ему не нужна. Расстались они на удивление спокойно, хотя Белькур натура вспыльчивая.       Он правда боялся остаться в одиночестве с разбитым сердцем, будучи слишком ранимым человеком. Держаться на расстоянии с самого начала было просто отличной идеей. С такой его стратегией не нужны никакие подушки безопасности.       — Хватит, Бейн, прекрати, — отодвинулась от него девушка, почувствовав, как руки бывшего лезут туда, куда не нужно. — Я не буду утешением.       — Утешением? — не понял Магнус.       — Хватит нажираться. Магнус, ты бежишь от чувств. Ко мне ты их не чувствовал, понимаю, бывает, хоть я тебя и любила. Но с Алеком у вас всё по-другому. Даже мне со стороны это видно. Не позволяй своей тупости сделать несчастным такого хорошего человека. Не будь полнейшим кретином, ради всего святого, — Камилла сокрушённо покачала головой и ушла, обнимаясь с какой-то кудрявой блондинкой, раскрашенной так же как и она сама. Девушка что-то прощебетала ей, а потом поцеловала, начав поправлять выбившуюся из причёски тёмную прядь.       — Блядь! — в чувствах заключил Магнус, понимая, что все его друзья встречаются, влюблены, кто-то чуть ли уже не живёт вместе, пока он «никого не любит». Слова бывшей ударили сильно, и он словно увидел в себе тех людей, от которых бежал всё это время. Так паршиво.       Рассказать о своих чувствах он не мог. Любил ли он Алека? Любил. Хотел ли любить? Нет. Ну, есть она, любовь, и что с того? Что от неё изменится? От неё одни проблемы, Магнус знает, любил уже как-то. Любил до такой степени, что попал в больницу с сильной интоксикацией организма от передозировки, а после отец его возненавидел, сказав, что его сын никогда бы так не поступил. Вот и зачем нужна любовь после этого?       Магнус тяжело вздохнул, осматриваясь по сторонам. Взгляд карих глаз зацепился за три леопардовых костюма. Алек и Иззи отплясывали что-то быстрое и энергичное, похожее на сальсу, пока Джей и Клэри кружились, обнимаясь, рядом.       Он был такой красивый, такой добрый, словно из другой Вселенной. Не такой, в которой жил Магнус всё это время. Алек всегда всем помогал и никогда не жалел человеку ни внимания, ни улыбки. Магнус не заслуживал его. Такой как Лайтвуд не должен любить такого как он и страдать. Это неправильно. Бейн в очередной раз сглотнул ком, запихивая ноющее от одиночества сердце куда подальше, отправляясь за очередной порцией алкоголя.                            Перед глазами всё плыло. Магнус стоял у стены, пытаясь не упасть и найти в себе силы, чтобы подняться по лестнице на второй этаж до ванны. Это было похоже на эффект катания на карусели — испытываешь эйфорию, но голова кружится. Магнус безумно хотел к Алеку. Он чуть ли не ревел, стоя у этой проклятой стены. Он хотел, чтобы парень обнял, поцеловал, помог… но Алека не было тут, потому что они друзья.       Отдалённой частью сознания Магнус понимал, что его разум опьянён и уязвлён сейчас, но он хотел говорить именно с Лайтвудом, откровенничать, петь, смеяться, танцевать рядом с ним. Хотелось накричать, обидеться, проплакаться, чтобы пожалели и сказали, что всё будет хорошо. Ко всему прочему Магнуса сильно тошнило. Он находился на грани сознания, но выблевать всё это просто не мог. Мир вдруг наклонился в бок, и Бейн почувствовал, как съезжает по стене. Он ждал, когда осядет на пол, ударившись о начинающиеся ступени лестницы, но вместо этого его поймали две руки.       — Магнус! Магнус, посмотри на меня, — просил требовательный мужской голос.       — Алек, — прошептал молодой человек, пытаясь не отключиться.       — Эм… нет, Магнус, это я, Джейс. Вставай, я помогу.       Бейн болезненно застонал, пытаясь сдержать слёзы. «Почему не Алек? Где он сейчас?» Собрав последние силы, Магнус закинул руку на шею приятелю, и тот помог ему подняться.       — Давай, держись за меня и за стену, потихоньку поднимай ноги.       Парень очень смутно слышал слова Лайтвуда, сквозь шум и вату в ушах, но он понял, что нужно подниматься. Магнус опёрся рукой о стену, шагая на ступеньку.       — Молодец… Давай ещё, — он сделал шаг, ещё один. — Зачем ты так напился?       — Будто ты не знаешь, — попытался усмехнуться Магнус, но из этого не вышло совсем ничего. — Я его люблю?       — Я знаю, — кивнул Джейс, чуть отходя в сторону, чтобы девушки сбежали вниз по ступеням.       — Нет, я не… ты… я спросил…       — Думаю, что да. А ты что думаешь? Осторожнее пролёт, скоро конец, — предупредил молодой человек.       — Хочу к нему, — прошептал Магнус, уронив голову на плечо парня. Корона свалилась с его головы, покатившись по ступеням.       — Тогда зачем всё это? — спросил Джейс с сожалением, он не смог больше наблюдать за его мучениями, поднимая на руки. Бейн ойкнул, обвивая шею «спасителя» руками. Он правда был ему благодарен.       — Не знаю, а зачем ты притворялся бабником перед Бисквитиком? — пробормотал Магнус.       — Хотел казаться крутым, — вздохнул Джейс, вспоминая третий курс учёбы.       — А я хочу казаться сильным…       — Любовь не делает тебя слабым, Магнус, — заметил Джейс, наконец, преодолев лестницу. Он выдохся, ставя парня на пол. — Прости, не могу больше.       — Мог бы оставить меня там умирать, я делаю больно твоему брату, много кому, но Алек…       — Он возненавидит меня. Он тебя любит. Представляешь, что с ним будет, если ты умрёшь? Поэтому давай дойдём несколько метров до ванной, — Магнус не смог ответить, лишь кивнул, начав передвигать ногами.                            Большая половина из тех, кто находился в доме, вывалила на улицу. Алек отказался идти туда, потому что там тебя между делом могут кинуть в бассейн. Поэтому он, Изабель и Клэри ходили по комнатам, наводя порядок: собирая мусор, пустые бутылки, подметая и оттирая всякую гадость.       Конечно, Алек не должен был это делать, но поскольку времяпрепровождение его совсем стало скучно, он решил помочь девушкам. Со временем ему стало совсем грустно, хоть он пытался веселиться, как и советовала Изабель. Делая это, видел в каждом движении фальшь, он не хотел всего этого.       На втором этаже оказалось так же много пустых бутылок и крупного мусора, как и на первом. Пока Изабель разговаривала со своим парнем из Колумбийского университета по видеозвонку, заперевшись в одной из ванных комнат, Алек с Клэри продолжали убираться.       — Как ты? — спросила девушка, завязывая в хвост рыжие космы.       — Жив и ладно, — улыбнулся Алек, подхватывая бутылки, чтобы выбросить их в пакет, который держала Фрей.       — Что там Магнус?       Алек закусил губу. Откуда он знал, что с Магнусом? Он не видел его уже около часа. Молодой человек поправил ушки. Нарисованные усы и носик были смыты, так как из-за краски чесалось лицо. Лайтвуд тяжело вздохнул:       — Не знаю. Знаю только, что ему всё равно.       — Не расстраивайся, — Клэри погладила друга по плечу. Она была первой, кто заметил, как Алек краснеет на комплименты Магнуса, которые тот делает всем, как он наблюдает за каждым его движением и убийственно смотрит на его «партнёров». — Нужно просто идти дальше. У тебя будут мужчины в сто раз лучше! Тебя хотят все! — возбуждённо заголосила девушка.       — Знаю, знаю, — рассмеялся Алек, — вот только не сдались они мне, — прошептал парень, наклоняясь за очередной бутылкой. Клэри услышала это, и ей стало очень грустно. Она действительно никак не могла ему помочь. Наверняка, её подбадривающие слова делали только хуже. Алек не заслужил этого всего. Она не понимала, почему хорошие люди должны страдать.       Девушка посмотрела на гостиную, улыбаясь беспечности молодых людей, танцующих на столах. Один из них смотрел в их сторону. Клэри улыбнулась, пихая парня рядом.       — Что? — спросил Алек, выбрасывая мусор в пакет.       — Глянь, кто там, — прошипела девушка, кивая головой. Алек посмотрел в указанную сторону, встречаясь взглядом с чёрными усмехающимися глазами. Он не смог сдержать улыбки. Высокий стройный блондин в костюме пирата плавно двигался под медленную музыку, поманив Алека пальцем к себе.       Лайтвуд закатил глаза. Себастьян Верлак — старшекурсник на медицинском факультете — помогал Алеку с его прошлогодней работой. После этого он вечно цеплялся к нему, засыпая пошлыми шутками и прозрачными намёками. Как-то даже поцеловал на День Святого Валентина. В щёчку.       — Что ты стоишь? — возмутилась Клэри. — Иди. Он же такой классный!       Алек усмехнулся, зная, что Клэри права. Девушка однажды рассказала, что на первом курсе он поцеловал её, когда они играли в бутылочку, и она влюбилась в него по уши, а потом появился Джейс, и, конечно же, всё было забыто. Их история была очень простой и настоящей.       Лайтвуд пошёл к парню, толкаемый Клэри, пересекая гостинную, и остановился рядом со столом. Блондин, возвышающийся над ним, покрутил бёдрами перед носом у Алека, рассмеявшись.       — Всегда мечтал завести себе котёнка, — прокричал Себастьян, останавливаясь и протягивая руку.       Алек на секунду замешкался, обдумывая предложение. Он не был уверен, что это хорошая идея, но в том, что это поможет ему отвлечься сомнений не было. Лайтвуд протянул свою руку, оказываясь поднятым на стол. Поперёк живота сразу легли две руки в красном пиратском камзоле. Музыка погружала в медленный, плавный транс. Сейчас Алек пытался отключиться, отдаваясь ощущениям, но, как бы некрасиво это не было, представлял на месте Себастьяна совсем другого человека.                            Около сорока минут пробыв в туалете под строгим присмотром Джейса, Магнус более или менее пришёл в себя. Парень заставил его выблевать всё, что Магнус выпил, запихнул его под холодную воду, дал таблеток, и они вместе покинули ванную, выходя из коридора в гостиную второго этажа. Джейс, попросив впредь быть аккуратнее, отправился искать свою девушку, пребывая в полном незнании, где может сейчас находиться Клэри.       Людей тут было меньше. На весь этаж играла какая-то мелодичная, чувственная песня, парочки, в основном они и были здесь, танцевали и лениво целовались. Магнус вздрогнул от холода. Он забыл свою королевскую накидку в туалете, но идти за ней не было сил. Молодой человек повыше натянул белые спортивки с красными полосочками по бокам.       Присмотревшись к танцующим на столах людях, Магнус почувствовал, как его сердце треснуло, чуть ли не буквально. На одном из них, ближе всего к магнитоле, встроенной в стену, прижимались друг к другу Алек и Себастьян, вечно вешающийся на него. Лайтвуд качал медленно бёдрами, запустив руки в белобрысые волосы парня. Злость с новой силой захлестнула Магнуса.       Верлак водил руками по его бёдрам вверх-вниз, иногда незамысловато оглаживая пресс. Алек будто был не с ним, он либо впал в прострацию, либо ему до ужаса нравились эти прикосновения. О втором Бейн даже и думать не хотел. Он просто смотрел, как Алека — его Алека! — лапает какой-то дурацкий Себастьян. Неожиданно он схватил Лайтвуда за хвост и дёрнул на себя. Алек зажмурился, закусив губу.       Магнус понял, что это его предел, когда не выдержал и за считанные секунды преодолел расстояние до стола, хватая Себастьяна за камзол и просто скидывая его на пол. Грохот и мат пронеслись по всему этажу. Все, кто смог отвлечься, обратили своё внимание на парней. Алек в испуге дёрнулся, ошарашенным взглядом скользя по пространству в попытке понять, что произошло.       — Слезай быстро, — прорычал Магнус, не обращая никакого внимания на орущего под ногами Верлака. Перед его глазами был лишь растерянный Алек, которого он хотел придушить. Парень робко слез со стола, понимая, что все смотрят на них. Бейн тут же схватил его за руку, волоча за собой. Позади он слышал какие-то ругательства и крики Себастьяна.       Они дошли до первой же двери, и Магнус распахнул её, заталкивая внутрь Алека. В ушах звенело от злобы, он дышал загнано, будто только что пробежал кросс. Молодой человек зажмурился, пытаясь хоть чем-то оправдать свои действия, кроме как ревностью, но, вспоминая разговор с Джейсом, просто хотел зарыдать. «Он мне не нужен, не нужен, не нужен…» — твердил на автомате Магнус в голове, сжимая и разжимая кулаки, расхаживая по комнате туда-сюда.       Спальня оказалась небольшой, в ней были полутороспальная кровать с шёлковым постельным бельём, шкаф, туалетный столик, большое окно, свет фонарей из которого порядочно освещал комнату, и дверь в ванную комнату, скорее всего.       — Зачем ты это сделал? — раздался приглушённый голос, отвлекая от мыслей и шума за дверью.       — Не знаю, — прошептал Магнус.       — Зачем? — более настойчиво спросил Алек, подпирая спиной стену — он никуда не торопится.       — Зачем?! — сорвался Бейн, повернувшись к нему. — Ты ведёшь себя как шлюха!       Грудь Магнуса тяжело вздымалась. Сейчас он уже почти не был пьян, но голова болела, всё ещё напоминая о недавнем бесцельном отрыве. Злость и осознание происходящего разрядами тока покалывали тело, гоняя тягучее напряжение по венам. Он понимал, что поступал совсем не по своей стратегии, а ещё понимал, что Алек чертовски красив.       — Нет, всего лишь как ты — беспечно веселюсь, — пожал плечами парень, смотря только на друга. Казалось, он даже не моргал.       — Замолчи! Ненавижу тебя! — крикнул Магнус, он хотел что-нибудь запустить в Алека.       — Не понимаю, что тебе не нравится Магнус? Я могу делать, что хочу и с кем захочу, а знаешь почему? — Алек отпрянул от стены, шагая в сторону Бейна, у которого ходили желваки, а в глазах плескалась ярость. — Потому что мы друзья. Я свободный мальчик.       Магнус злился, и он знал, что далеко не на Алека. Нет, на него, конечно, тоже, но сейчас предметом вселенской ненависти был он сам. Он не знал, что сказать, не знал, что сделать, он запутался, ему страшно, он… он просто устал.       — Ну, раз всё решено, я продолжу, — криво ухмыльнулся Лайтвуд. — И не забудь найти свою накидку и корону, будет обидно, если…       Не успел он договорить, как был заткнут настойчивыми губами. Магнус застонал, проталкивая язык в этот болтающий рот. Алек прикрыл глаза, оглаживая плечи молодого человека, нежные и сильные. Он был уверен, что они были созданы, чтобы он их целовал и обнимал. Магнус не представлял, насколько сильно этого хотел. Он соскучился по его ласкам и поцелуям так сильно, что сейчас сносило крышу.       Бейн сорвал с него кошачьи ушки, вплетая пальцы в волосы, запрыгивая на Алека и обвивая ногами поясницу, прижимаясь ещё теснее. Они чуть не упали, но Лайтвуд не зря столько времени торчал в спортзале. Он смог удержать равновесие, лишь немного пошатнулся, и стал оглаживал горячими шершавыми ладонями голую спину, сжимая ягодицы, слушая чужое рваное дыхание сквозь грязные поцелуи. Алек сделал несколько рандомных шагов, и они повалились на кровать.       Магнус в очередной раз потерялся в нём, невероятном и волшебном. Тяжесть его тела была такой родной и приятной, что в груди разлилось ненужное тепло. Под ним находилось приятное на ощупь прохладное постельное бельё, на нём — горячий парень, жадно вылизывающий его рот. Бейн вцепился в спину Алека ногтями между лопаток, ведя ниже. Такой контраст, такие ощущения, такой Александр…       — Сними его, умоляю, — простонал Магнус, притягивая молодого человека за его леопардовый костюм ближе, таким образом намекая, какая деталь сейчас именно лишняя.       Алек смерил его томным долгим взглядом и продолжил с упоением скользить языком по выступающим ключицам. Он притёрся бёдрами играючи, дразняще, чувствуя бедром его эрекцию. Резкая волна возбуждения прошибла всё тело. Магнуса подбросило на кровати, а рот открылся в немом вскрике. Немного силы, применённой Бейном, и комнату наполнил звук рвущейся ткани. Он быстро разорвал костюм дикой кошки на спине, отталкивая Алека, чтобы стащить тряпье с сильных рук. Обнажив плечи и торс парня, Магнус с шумом втянул воздух. Как же ему нравилось это тело! Особенно его грудь, сильная, волосатая грудь с очень чувствительными сосками. Он тут же припал губами к одному, другой прокручивая между пальцами. Алек задушено вскрикнул.       — С ума схожу, как хочу тебя, — простонал в самые губы Магнус. — Возьми меня. Лайтвуд, пожалуйста!       — Медленно и чувственно, — согласился Алек, а молодой человек в беспамятстве закивал, откидываясь на постель, радуясь этому, как малое дитя конфетке, — потому что люблю тебя.       Лайтвуд замер, следя за реакцией Магнуса. Он какое-то время пролежал неподвижно, а потом начал подниматься. Алек навалился на него, фиксируя запястья, вдавливая их в матрац по обеим сторонам от головы.       — Отпусти, — попросил Бейн как можно спокойнее, не понимая, зачем всё вечно портить тупыми признаниями.       — И всё? Ненадолго тебя хватило, — усмехнулся Алек, пытаясь смотреть в глаза парня под собой.       — Отпусти сейчас же.       — А если нет? Почему ты бегаешь от меня? Только так я, видимо, могу с тобой поговорить. Магнус, пожалуйста, я люблю тебя, — начал шептать Алек, покрывая его лицо поцелуями.       — Просто отвали, — попросил Бейн, ёрзая по одеялу, пытаясь уходить от этих лёгких прикосновений. — Не хочешь потрахаться, окей. Мы ведь всё прояснили, разве нет?       — Нет. Смирись с этим, Магнус.       — С чем?       — С тем, что я люблю тебя… а ты меня.       — Нет, я тебя не люблю, — начал отрицательно мотать головой Магнус, хотелось заплакать. Алек был слишком близко, давил на него.       — Посмотрим, — почти разбито хохотнул Лайтвуд, обводя языком сильно бьющуюся венку на шее парня, чувствуя, как он делает судорожный вздох. — Я буду любить тебя всю ночь Магнус, представляешь себе? Мы будем не трахаться, а заниматься любовью. Я правда думаю, что в этом есть разница. Просто позволь мне…       — Нет, — сказал Бейн и начал дёргать руками, чтобы освободиться.       — Люблю, — прошептал Алек, целуя ямочку между ключицами. — Люблю, — теперь поцелуй пришёлся на кадык. Магнус зажмурился, пытаясь игнорировать вырывающееся из груди сердце и то, как приятно каждое прикосновение. — Люблю, — так же тихо произнёс Алек, целуя кончик носа. — Лю…       — Отпусти! Я тебя ударю!       — Нет, потому что я дорог тебе. Ты ревнуешь меня. Ты не хочешь, чтобы меня трогали. Чтобы трогали твоё. Мой собственник. Магнус, послушай, пожалуйста…       С каждым его словом Магнуса всё больше накрывала паника. Алек потёрся о его щёку носом, оставляя поцелуи по линии челюсти. Бейн выворачивал руки, пытаясь избавиться от сильной хватки, но всё было бестолку. Грудную клетку сдавило, он не мог сделать нормальный вдох. Алек в это время покрывал его грудь нежными поцелуями. Он никогда не показывал столько чувств простыми ласками, так как обычно их секс был быстрым и жёстким, они кусались в поцелуй, голодно сплетаясь языками. Такая мучительно медленная пытка сводила Магнуса с ума. Было хорошо настолько, что глаза наполнились слезами, а тихие постанывания вообще не прекращались.       — Ты такой красивый, — прошептал Лайтвуд парню на ухо, задевая мочку пухлыми губами. — Я отпущу тебя, Магнус… пожалуйста, не уходи от меня.       Алек медленно разжал руки, опираясь ими о кровать. Магнус зажмурился, пытаясь успокоиться. «Вы теперь просто друзья, ты… ты не любишь его…» — твердил голос в голове, но даже Магнус уже ему не верил. Это ужасное чувство сидело в груди, — чувство зависимости, влюблённого трепета — а всё потому, что он не смог пересилить себя. Он не хотел быть с Алеком, но без него просто не мог. Лайтвуд провёл медленно рукой по литым мышцам пресса, продолжая всматриваться в лицо парня под собой. Бейн дёрнулся, плавясь под горячими ласковыми прикосновениями. Он запихал всё в себя, сглатывая, потому что никогда не скажет, потому что такой он человек.       Молодой человек накрыл его своим телом, притираясь, тяжело дыша на ухо. Он стал выцеловывать его шею одними губами, гладить бока, бёдра, живот — всё, до чего было удобно дотрагиваться. Руки потянулись к спортивным штанам, хватаясь за завязки и стали медленно их развязывать.       Магнус пришёл в себя только когда почувствовал длинные изящные пальцы в штанах, которые игрались с кромкой боксеров, пока их хозяин поглядывал за реакцией на свои действия и целовал его грудь и плечи, другой рукой перебирая тёмные волосы в блёстках.       — Нет! — Бейн упёрся руками в его грудь, но Алек хмыкнул продолжая нежные игры. Магнус начал бить его по груди, размахивая руками. Ему не было страшно, не с Лайтвудом. Но сама мысль о потере контроля раздражала. Он не какой-то слабак, чтобы так просто ему поддаться.       С былой прыткостью он стал отбиваться от его рук, и отчаянно дёрнувшись, почувствовал, как его локоть попадает аккурат по лицу Алека. Молодой человек отпустил растерянный негромкий стон от пронзившей его нос боли, чуть скатываясь на бок. Магнус воспользовался этим, сталкивая его с себя и вскакивая. Он попятился к двери, по пути ударившись ногой о тумбочку и шикнув.       Алек кашлянул, хрипло замучено рассмеявшись, и сел на кровати, низко опустив голову. Магнус, находясь у самой двери, открыл дверь и, уходя, решил посмотреть на него в последний раз. Он увидел, что парень держит руку у носа. Когда он убрал её, Магнус задохнулся от ужаса — ладонь, что недавно с любовью ласкала его тело, была в крови. Тёмная цветом в полутьме жидкость медленной струйкой стекала по губам, капая на грудь, пока Алек тяжело дышал через рот.       — Я не… ты сам виноват! — прошептал Магнус, смотря на сгорбившееся тело.       — В чём? — спросил Лайтвуд, подняв взгляд. Магнусу стало невыносимо тошно, в ореховых глазах была лишь боль. — Это ты, ты начал! Тебе плевать на всех! Думаешь, что всё так просто? Нет, Магнус… Я влюбился в тебя ещё на первом курсе, как только Иззи нас познакомила. Ты показался мне классным, красивым парнем, а пообщавшись с тобой месяц, я понял, что влюбился в тебя. Это поняли все. Но я никогда не показывал этого тебе, потому что знал, что ты ни с кем не встречаешься, знал, что мне ничего не светит.       Его голос был прерывистым и несчастным. Алек с трудом сдерживал слёзы разочарования и отчаяния. Магнус выпустил дверную ручку, приоткрыв в шоке рот. Дверь с приглушённым хлопком закрылась. Он не знал, не знал этого всего. Оказалось, что разбивать сердце того, кого любишь невероятно больно.       — Но когда на той вечеринке ты поцеловал меня, я понял, что уже не смогу больше притворяться. Это было просто невозможно, я не мог спать, постоянно думая о тебе. Я хотел сказать, чтобы ты просто послал меня, но, когда я пришёл, ты и слушать не стал, накидываясь с поцелуями. Для тебя всегда было всё легко. Захотел — взял, надоел — послал. Думаешь, если я популярный, значит встречался с кем-то. Никогда. Да, мне нравился Джейс, но я никогда его не любил, — Алек сплюнул кровь, что успела затечь ему в рот. — Тогда у тебя в гостиной был мой первый раз. С тобой. Это было больно, очень больно, — Магнус сразу вспомнил: он не спросил у Алека, был ли кто-то у него, просто повалил и, не слишком заморачиваясь с растяжкой, вошёл, потому что хотел. Он помнит, что Алек плакал, но парень твердил что это из-за того, что ему было хорошо. — Тебе было плевать. Мне тоже, потому что это был ты. Я мечтал о том, чтобы мой первый раз был с тобой. Тогда я подумал, может, ты изменишься, может, полюбишь меня? Нет. Все твердят, что ты меня любишь, я и сам так думал, но понял, что ошибался. Какой же я идиот, — разбито рассмеялся Алек, начиная утирать рукой кровь, которая, кажется, перестала течь из пострадавшего носа.       — Алек…       Это всё, что мог сказать Магнус в своё оправдание. Глаза щипало от слёз, от осознания того, какой он урод.       — Не надо, ладно? Просто свали. Я тебя понял. Забудь о моём существовании, как ты делал с каждым. Уходи.       Магнус понимал, что ему нужно уйти, особенно после всего того, что он сделал, — он хотел! — но ноги не шли совсем. На душе скребли кошки, сердце болело, он просто не мог уйти. Он ведь… любит его.       — Проваливай! — крикнул Алек, а Магнус, дёрнувшись, схватился за ручку, снова открывая дверь.       Стало так больно, как никогда. Лайтвуд упал на кровать, отворачиваясь, и позволил слёзам литься по щекам. Он так себя ненавидел. Дверь захлопнулась. Алек судорожно схватил ртом воздух и зарыдал, утыкаясь лицом в подушку. Осталось всего два года… Два года, и он никогда его больше не увидит. «Может, перевестись в Стэнфорд?» — тут же пронеслась мысль в голове. Лучше бы он вообще ничего этого не делал, лучше бы просто согласился быть друзьями, Магнус ведь не последний мужчина в его жизни…       Алек зарыдал ещё сильнее. Сейчас он чувствовал, что никто другой ему не нужен. Из-за ужасного металлического привкуса во рту тошнило, голова болела, но сердце всё равно сильнее. Он просто зажмурил глаза, пытаясь успокоиться, начав считать про себя до десяти, как всегда учила мама.       Алек не сразу понял, что на плечо легла рука и резко развернула его, прижимая к кровати. Магнус со страдающим выражением лица навис сверху.       — Не плачь!       Слёзы полились ещё сильнее из глаз. Алек зажмурился. За что ему это? «Пусть уйдёт, просто уйдёт…»       — Я не хотел! Я не знал! Я… мне страшно! — шептал Бейн, сжимая плечи парня. Он не мог поверить, что довёл Алека до такого. — Мне так жаль, Алек, — проговорил тихо надрывным голосом Магнус, начав вытирать трясущимися пальцами кровь с его лица.       Лайтвуд почувствовал, как на его живот что-то капнуло. И ещё раз. И ещё. Он открыл глаза, смотря на парня на своих бёдрах, по щекам которого катились слёзы.       — Магнус…       — Извини, я не хотел, я не…       Алек остановил его руки, чувствуя, как молодого человека трясёт. Он медленно приподнялся, чтобы сесть, и поднёс ладонь к его лицу, размазывая солёную дорожку по коже. Магнус впервые плакал при нём. Противоречивое желание утешить его взяло верх, и Алек поднёс его руку к своим губам, оставляя пару поцелуев на костяшках. Бейн всхлипнул, чувствуя, как очередная порция слёз собирается пролиться. Алек не мог быть настолько хорошим, чтобы простить его за всё это.       — Зачем ты любишь меня? — тихо спросил Магнус, сокрушённо качая головой.       — Просто люблю, — вздохнул Лайтвуд. — Не обязательно любить за что-то, мы ведь не выбираем. Так просто получается.       Магнус свободной рукой неуверенно коснулся чужой головы, чтобы поправить волосы. Он всхлипнул, пытаясь успокоиться, и негромко заговорил:       — Я не могу… я трус, Алек…       — Это не так, — покачал головой молодой человек, стягивая Магнуса с себя, чтобы уложить рядом. Он повернулся к нему, придвигаясь так близко, что их носы соприкасались. — Ты ведь не ушёл.       Магнус не знал, что ответить. Он просто молча лежал, рассматривая парня напротив. Это был его Алек, которого он знал уже много лет, но в то же время, он казался совершенно другим человеком. Будто Магнус узнал его страшный секрет, что-то такое, что не знал никто, и он не представлял себе, что с этим делать.       Алек переплёл с ним пальцы, поднимая сплетённые ладони на уровень их лиц, чтобы оставить поцелуй на руке Магнуса. Он прижал к себе их руки, закрывая глаза, придвигаясь ещё ближе. Бейн был с ним солидарен. Он так устал, что, только закрыв глаза, провалился в крепкий спокойный сон, ощущая приятное знакомое тепло чужого тела рядом.                            Только открыв глаза, молодой человек зевнул. Солнца на улице не было, что очень радовало. Голова жутко раскалывалась. Было тяжело дышать. Магнус ещё раз проморгался, осматриваясь. Так вот почему тяжело дышать! Чуть ли не всем своим телом Алек заполз на него, устроив голову и тяжёлую руку у него на груди, посапывая ему в шею. Дыхание парня приятно щекотало кожу. Несмотря на всю ужасность ситуации, Магнус чувствовал себя спокойно и уютно.       Он погладил его по голове, вплетая пальцы в чёрные пряди, начав их медленно перебирать. Всё случившееся казалось страшным сном. Ужаснее всего было видеть не только душевную боль Алека, но и физическую, видеть его кровь, которую сам пролил. Магнус прижал его крепче к себе. Он не сделает ему больше больно и не отпустит никуда. Если они оба так настроены, вероятно, может получиться что-то действительно стоящее.       — Я люблю тебя, — шёпотом произнёс Магнус, целуя Алека в лоб. — Я смирился.       — Я знаю, — разрезал утреннюю тишину хриплый ото сна голос.       Магнус замер, распахивая глаза. Он не был готов к признанию. Ну, то есть, Алек не должен был этого слышать. Не сейчас. Сердце бешено колотилось в груди.       — Давай, пожалуйста, ещё поспим, — невнятно пробормотал молодой человек Бейну в шею, оставив на ней нежный поцелуй, закидывая на парня ногу и нашаривая сбитое вбок одеяло, чтобы укрыться.       Магнус сделал судорожный вдох. Всё было так просто? Или это всё оттого, что эта правда давно была известна им всем, но просто оставалась неозвученной? Не к чему было отрицать, что такого облегчения, как после признания, он не ощущал никогда в жизни. Алек что-то забубнил, крепче обнимая, а Магнус улыбнулся, прикрывая глаза.              

Это будут очень сложные отношения, но вместе они справятся, потому что любят друг друга.