Одиночка

Пока Хикигая-кун вольготно разлёгся на диване в зале, я принялась за готовку ужина. Он ведь сам себя не сделает, правда? Думаю, карри со свининой вполне его устроит, тем более, Комачи как-то обмолвилась, что Хачи… Хикигая-кун его обожает. Стоп. Почему я чуть не назвала его по имени? Я нахмурилась, не найдя внятного объяснения своему желанию. Этому не существовало совершенно никакой причины. Это же просто, как в теории множеств. Если мои интересы выразить множеством «А», а его — «Б», то у них нет перекрывающихся областей. Другими словами — не существует такого подмножества «С», одновременно принадлежавшего множествам «А» и «Б». А раз нет общих интересов, то и тем для разговора оказывается не так уж много. Вернее, совсем никаких. То, что мы с ним часто препираемся и спорим, ещё ничего не значит — просто с его жизненной позицией я не согласна. Жаль, выходить победительницей из наших словесных баталий получается далеко не всегда. Я усмехнулась: но это вовсе не значит, что намерена сдаться и проиграть. Мы ещё посмотрим кто кого. Но всё же, почему чуть не назвала его в мыслях по имени? Ладно, оставлю на потом. Сейчас необходимо приготовить ужин, не ударив в грязь лицом. Карри, значит карри. Сама я мясо ем не так часто, но ока-сан говорила, что мужчинам получать свою порцию белков жизненно важно. Пока руки занимались знакомым делом (поставить вариться рис, нарезать мясо и прочие сопутствующие операции) мысли продолжали витать в зале, где-то рядом с неожиданным гостем. Кстати, а почему я его вообще пригласила домой? Могла бы и отказать, чтобы в очередной сделать ощутимый щелбан по его самомнению, которое, по моему мнению, раздуто выше крыши. Тоже загадка. За время, прошедшее с момента нашего знакомства, которое началось с его прихода в клуб, я так и не смогла составить устоявшееся мнение о нем. Когда уже думала, что поняла, что он из себя представляет - каждый раз открывалось что-то новое. Самая первая встреча заставила считать его прогнившим насквозь и абсолютно не стоящим моего внимания, но чем больше мы общались, тем больше становилось ясно — то мнение оказалось ошибочным. Он достаточно умен, может поддержать беседу, имеет своеобразный юмор, а главное прямо говорит то, что думает о человеке. Эта последняя черта в нём мне, признаюсь, импонировала. Что совсем не означает наличие совместных интересов! Кхм, что-то я отвлеклась. Лучше сосредоточусь на готовке — провал недопустим. Из зала донеслись звуки работы телевизора — видимо Хикигая-кун выбрал канал, который будет смотреть. Невольно прислушавшись, я поняла, что он включил мой второй любимый после Пан-сана - канал о кошках. Обожаю этих милых пушистых созданий! За их красоту, грациозность и независимость. За то, как они с достоинством ведут себя, как мурчат… Боже мой, как я умиляюсь, слыша эти восхитительные звуки! Хочется слушать их бесконечно. Не удержавшись, я заглянула в зал, чтобы краем глаза посмотреть на объекты своего обожания и… выпала из реальности на две минуты, если судить по часам. Так, берём себя в руки и возвращаемся к готовке. С трудом оторвавшись от созерцания милой полосатой кошечки, я вернулась на кухню. Мои мысли вновь занял Хикигая и то необычное и невольное знакомство с Юигахамой. Когда те хулиганы начали приставать к ней, я от неожиданности растерялась и не знала как поступить. Хорошо, что мой соклубник не сплоховал и вывел из ступора. Способ он конечно выбрал не обычный, но нельзя отрицать, что он был эффективен. Когда из того закутка выбежала Юигахама-сан и, начав говорить, что ему надо помочь, в прямом смысле на буксире потащила меня туда, я была настолько шокирована столь вызывающей фамильярностью, что безропотно пошла за ней, даже не подумав вырваться. А потом увидела избитые тела и жуткое амплуа Хикигаи-куна, который смотрелся хищником среди жертв. Но стоило ему увидеть нас, как он сразу же вернулся к знакомому мне поведению. Поразительная метеморфоза: секунду назад грозный вид и страшный взгляд, от которого холодок пробегает по спине, а затем — доброжелательная улыбочка, как будто не произошло ничего особенного. Тот день стал настоящим сюрпризом для меня. Еще и отчитал нас как маленьких детей. Не могу сказать, что он совсем уж не прав, отругав за глупый порыв (Юигахамы, кстати, а не мой)… но всё равно — с девушками себя так вести не следует, пусть мы действительно мало что могли сделать. Разве что громко кричать, прося о помощи. Знание того, что соклубник не чурается решить проблему кулаками и что у него есть этот опыт, заставил взглянуть на него чуть по-иному. Как я поняла, он этим не гордится, но и не стыдится. До меня и раньше доходили слухи, что Хикигая решает свои проблемы кулаками, но я не придавала этому особого значения, списав на то, что слухи, как правило, всё преувеличивают. Кроме того, должна отметить, что одноклубник показал себя неплохим манипулятором, если вспомнить, как он решил проблему. Так что звание Бандигая-куна он носит вполне заслуженно. Затем Хикигая-кун отослал нас в кафе, а после того, как пришёл сам, всячески успокаивал Юигахаму. Там же, мнение о нем более или менее сформировалось. Но, к моему искреннему удивлению, до сих пор не перестаёт дополняться чем-то новым. Однако самое главное заключается в том, что этот хмурый мальчик подозрительно легко вошел ко мне в доверие. Когда начинаю его дразнить или когда просто хорошее настроение, наши пикировки могут продолжаться довольно долго, пока Юигахаме-сан это не надоедает и она не отчебучивает что-нибудь глупое, например, неправильно говоря какие-то или спрашивая значения неизвестных ей слов. И, признаюсь честно, они (пикировки) доставляли мне некоторое удовольствие, уж не будем таить это от самой себя. Ведь врать себе — последнее дело. Это что-то неслыханное — за все годы обучения школьной жизни подобное случилось лишь раз, да и то под влиянием глупой влюблённости. Я поморщилась — предательство Хаямы не забуду никогда. И, может быть, не прощу его до конца жизни. Прекрасно помню своё ужасное состояние. Даже и не знаю, что причиняло большую боль: острейшее чувство одиночества, ножом пронзившее сердце, отчаяние от обманутых ожиданий, ужасное разочарование в человеке или разбитые мечты. Впрочем, это помогло окончательно сбросить розовые очки, через которые я временами глядела на мир. Он жестокий, гнилой, стремящийся подчинить себе. И именно поэтому я хочу его изменить. Хм, что-то опять думаю не о том. Сейчас самое важное дело — идеально приготовить ужин. Вздохнув, я легонько помассировала виски, усмиряя легкую головную боль и с удвоенным рвением принялась за карри. Ужин в первую очередь, а всякие размышления могут и подождать. И не забыть про чай! Мне, как, наверное, никому другому (за исключением, пожалуй, его сестры), хорошо известна нездоровая привязанность Хикигаи к своему Макс-кофе, но пока он у меня в гостях, пусть забудет об этом вредном пристрастии. Потом ещё поблагодарит, когда сохранит свои зубы и сердце целыми и невредимыми. От последней мысли я невольно улыбнулась, заканчивая прожаривать свинину на сковородке до нужной кондиции. Всё же глупит он временами. Эх, мальчишки. Все вы одинаковы. Так, ещё минутка и можно убирать мясо, а пока попробуем рис. Мм… готов. Хорошо. Откинув его на дуршлаг, чтобы стек отвар, я выложила прожаренную до золотистой корочки свинину в заранее подготовленную миску и накрыла фольгой, чтобы она не успела остыть. Теперь обжарим на том же масле лук до прозрачности и одновременно включим духовку, чтобы предварительно разогрелась. Пока готовился лук, я переложила из дуршлага рис в подготовленную кастрюльку, вместо него засыпав туда горошек из холодильника и поставив под воду промываться. «Интересно, а как готовит карри Комачи-сан? — пришла мысль, пока нарезала кубиками сладкий перец. — Надо бы узнать у неё вкусовые предпочтения Хикигая-куна. Подумала и спохватилась: а зачем мне это надо? На щеках потеплело — неужели я испытываю симпатию к этому… этому дремучему, невежественному, прямолинейному, интересному… Хватит! Я делаю ужин, а вовсе не думаю о наших с ним отношениях… Погодите-ка! У нас нет никаких таких отношений, чисто деловые. Да, да, именно так — только по делу и ничего больше. Он мне вовсе не нравится, просто терплю его присутствие и точка. А пикировки — лишь способ скрасить время. Духовка издала мелодичную трель, обрывая поток глупых мыслей. Я встрепенулась и метнулась к плите. Как вовремя! Еще полминуты и лук был бы слишком прожарен. Я облегчённо вздохнула — успела в последний момент. Теперь надо приготовить соус карри. Конечно, можно взять готовую смесь и просто залить ей блюдо, да подать на стол. Легкий и вполне сносный вариант. Но я буду не Юкино Юкиноситой, если не внесу какой-то особенной изюминки. Поэтому сразу решила самой приготовить соус и дополнительно всё запечь в духовке. Насыпав карри в сковороду и посолив вместе с луком, я бросила быстрый взгляд на часы, чтобы засечь три минуты. Отлично! У меня еще куча времени, чтобы разобраться с зеленью. Достав из каждого пакетика немного кинзы, укропа и петрушки, я метнулась к мойке, вынула горошек и промыла под струёй воды свежую приправу. Ну вот, осталось её порезать, что и сделала, шустро орудуя ножом. А теперь быстро к плите! Присыпав готовящуюся смесь мукой, я дала ей минуту на обжарку, а затем принялась медленно вливать заранее подогретое молоко, постоянно помешивая содержимое сковороды. Наступил самый ответственный момент, когда никак нельзя оплошать — потеряешь концентрацию и соус проиграет во вкусе. «Нет, не сомневаюсь, что Комачи-сан заправляет карри именно готовой смесью, — подумалось мне, когда я уменьшила мощность нагрева, не прекращая помешивать доведённую до кипения смесь, — слишком много хлопот делать её самой. Поэтому мой карри определённо будет лучше» Да что же это такое?! Опять меня посещают странные мысли. Теперь я будто уже считаю Комачи-сан соперницей. Мы ведь ни в чём не соревнуемся. Глупости, аж раздражает. Р-р-р! Я чуть не хихикнула, когда представила себя рычащей (в воображении смотрелось неожиданно мило), но успела сдержаться — нельзя терять лицо. А его я точно потеряю, если начну вести себя как глупенькая Юигахама. Ох уж эта рыжеволосая, пустоголовая особа, совершенно не знакомая с таким понятием, как личное пространство. Всё без конца лезет обниматься, прямо неудобно становится. И ведь не хочется её огорчить, сказав какую-нибудь привычную резкость. Почему-то не выходит, хотя попробуй кто так сделать в прошлом году из одноклассниц — получила бы холодный словесный душ с моей стороны. Тоже загадка, которую пока не могу разгадать. Переведя взгляд на часы, я раздражённо цокнула языком — с этими размышлениями выпала из реальности на целых шесть минут. Небывалое дело! Что-то со мной сегодня не так. Может, приболела? Приказав себе успокоиться, я в очередной раз перемешала готовящийся пряный соус. О, загустел, пора снимать. Хм, где у меня большая миска? Вот она. Отлично. Выключив нагрев и схватив прихваткой сковороду, я аккуратно слила получившийся соус в неё. Потом добавила свинину, сладкий перец с рисом, горошек. Выжала половину лимона и тщательно перемешала все ингредиенты. Ну вот мы и добрались до заключительного этапа. Сбрызнув подсолнечным маслом форму для запекания, я аккуратно, чтобы не просыпать мимо, выложила в неё почти готовое блюдо и накрыла фольгой, не менее аккуратно завернув края, иначе немного пострадает вкус. «Фф-у-х, готово, — едва слышно выдохнула я, поставив таймер на двадцать минут, — а сейчас самое время убраться». Признаю — люблю готовить. Но ещё больше — удивлять этим других. Поэтому, каждый раз смотря, как мои одноклубники уминают собственноручно приготовленное печенье или какую ещё другую выпечку, в груди теплеет. Сама же прячу счастливую улыбку за чайной кружкой, пытаясь не выдать себя довольным выражением лица. Очень приятно, когда твой труд ценят. Трудно, но справляюсь — они ничего не замечают. Пока разбиралась с посудой, поймала себя на том, что и сейчас улыбаюсь. Не отрицаю, когда в жизни появляются люди, не безразличные тебе, это греет душу. Не могу сказать, что мы друзья, но и чужими нас назвать уже нельзя — иначе снова бы солгала самой себе. И, должна признать, мне нравится текущее положение дел. Духовка снова мелодично пиликнула, когда я вытирала руки. Молодец — успела вовремя. Так, достаём противень — уфф, какой горячий воздух! — и снимаем фольгу. В нос ударил аппетитный запах, даже слюнки чуть не потекли — к вечеру я успела как следует проголодаться. А теперь ставим обратно ещё на десять минут и карри будет готов. Ох, чуть не забыла про чайник! Довольно мурлыкая себе под нос одну глупенькую мелодию, которую едва ли не насильно заставила прослушать настырная Юигахама, я скрупулёзно и со знанием дела расставляла столовые приборы на двоих персон — ужин должен получиться идеальным. Когда духовка тренькнула в третий раз за вечер, всё было готово: сервировка стола закончена, а чай заварен. Вдохнув тонкий аромат пара, струящегося из носика, я зажмурилась от удовольствия — превосходно выдержанный баланс компонентов. Вот в этом вся я — до идеала довожу всё, за что ни берусь. Чего некоторые отдельные личности, к сожалению, не понимают. Я позволила себе негромко хмыкнуть — ничего, он ещё узнает, насколько хороша Юкино Юкиносита! Моя готовка будет лучшей. Лучше, чем у Юигахамы-сан и Миуры-сан. Эм, да что же это такое, в конце концов? Как будто мне так нужно его мнение. И без одобрения Хикигаи я знаю, что совершенна. И это не пустая похвальба, а простая констатация факта. Реальное положение дел, если хотите. Когда открыла дверь духовки, в нос ударил настолько соблазнительный аромат, что у меня и впрямь потекли слюнки — вкуснотища! Гм, неправильно, не те слова употребляю. Надо по другому сказать — изысканное блюдо с прекрасным вкусом. Вот, так-то лучше. Через минуту большая миска по центру стола с дымящимся карри в ней, сверху посыпанным зеленью, была накрыта прозрачной крышкой. Ужин готов — пора звать гостя. А что он там, кстати, делает? Впервые за долгое время я прислушалась. Сначала были передачи о животных, а потом начал доносится голос спортивного комментатора. Хм, он увлекается бейсболом? Ранее целиком поглощённая готовкой, я перестала слышать, что происходило вне кухни, а сейчас поняла — идёт бейсбольный матч. Свистки, удары, выкрики игроков, рёв трибун по временам — как и положено этой игре. Выглянув в зал, я в очередной раз удостоверилась в своей правоте: Хикигая смотрел телевизор, как приклеенный, откинувшись на спинку дивана — там как раз должна быть подача. Замах, удар. Мяч летит за пределы поля пока отбивающий, бросив биту, со всех ног бежит на базу. — Великолепный удар! — прокричал комментатор. — Пираты Камигахары сегодня в отличной форме! Я уже набрала в грудь воздуха, чтобы позвать залипшего на игру Хикигаю (кто бы сомневался?), как обнаружила, что не сняла фартук. Ой, чуть не оконфузилась в духе Юигахамы. Вот был бы позор. Неслышно метнувшись на кухню, я мигом сняла и повесила непременный атрибут каждой хозяйки на место, затем разгладила несуществующие складки на одежде и чинно, с достоинством ступая, вышла в зал. — Ужин готов, Хикигая-кун! — громко объявила я. А в ответ молчание. — Ужин готов! — повторила я. И снова он не отвечал. Одноклубник даже головой не пошевелил, которую тоже пристроил на спинку дивана. Он что, вздумал меня игнорировать? Или настолько поглощён глупой игрой (я предпочитала большой теннис), что совсем выпал из реальности? Вздохнув — отца, когда тот смотрел бейсбол, не могла расторомошить даже мать (представьте себе!) — я промаршировала к дивану, взяла лежащий на подлокотнике пульт и выключила телевизор. В квартире повисла тишина, в которой явственно проурчал мой желудок. Я сморщила нос с досады — наверняка Хикигая какую-нибудь шуточку по этому поводу отпустит. Поворачиваясь, я уже готовилась увидеть его ухмылку, но от открывшегося вида изумлённо открыла рот — Хикигая спал! Этот… воспитание не позволяет назвать его больше, чем просто наглецом, привалился к спинке дивана, положив на неё голову, и беззастенчиво дрых! А ничего, что ты в гостях, а не у себя дома, Хиккинаглегая-кун? Пока я возмущенно пыхтела, мозг анализировал варианты дальнейших действий. Изрисовать ему лицо? На такое бы могла пойти Юигахама, но мне же надо держать планку? Нет, не годится. Дать ему по щекам? Тоже нет — я ведь не Хирацука-сенсей. Стоп, а это идея! Должно сработать! По крайней мере, надеюсь на это. Отойдя от Хикигаи на пару шагов, чтобы не задел, если вскочит, я прокашлялась, сделала строгое лицо и гаркнула во всю мочь, имитируя голос Хирацуки-сенсея: — Хикигая! Марш в учительскую! Есть разговор! Результат превзошёл все ожидания. Одноклубник вскочил, как подброшенный. — А? Что? — парень смотрел на меня, непонимающе хлопая глазами. — Зачем в учительскую? Едва не засмеявшись, глядя на его глупый вид — неандерталец ты этакий — вместо чего холодно произнесла, сделав оскорблённую мину: — Я не возражала, когда ты напрашивался ко мне в гости. Не отказала и в ужине, тем самым выказав своё гостеприимство. И что получаю взамен? — я сделала эффектную паузу пока на лице Хикигаи не отразилось понимание. — Полное пренебрежение в лучших традициях пещерного человека, совсем незнакомого с манерами. Лучше ужинать в одиночестве, чем в компании невоспитанного примата, не имеющего никакого понятия об этикете и поведении в гостях. И что, вы думаете, он сделал? Хикигая хмыкнул, приподнял бровь, а затем просто сказал: — А ничего у тебя так диванчик, мягкий. — но увидев, как у меня тоже приподнялась бровь (типичный жест Хикигаи), исправился. — Виноват виноват, я полностью в твоем распоряжении, о, прекрасная госпожа. Под конец фразы одноклубник картинно поклонился. Внутренне продолжая хихикать над ним и его первоначальной реакцией, после этих слов я почувствовала предательское тепло на щеках. Он только что сделал мне комплимент? Раздражение моментально испарилось, уступив место смущению. Так, надо срочно с этим что-то делать. — Прекрасная госпожа принимает твои извинения, — приняв важный вид, я сумела прогнать румянец, — и приглашает за стол. — Благодарю за оказанную мне честь, недостойному вашей милости, — в тон ответил Хикигая. Без лишних слов я повернулась и проследовала на кухню. На губах же играла слабая улыбка — хоть он дремуч, грубоват и порой игнорирует элементарные приличия, но в состоянии при случае подыграть. Эта его черта… нравилась мне. Шла и сама удивлялась приподнятому настроению. Мне даже казалось — приди сейчас оне-сан, и она не смогла бы его поколебать. *** Вкусная еда, уютная обстановка, компания красивой девушки все это — пункты для прекрасного вечера, которые я отметил галочкой в воображаемом блокноте. Поэтому с полной уверенностью могу сказать, что ужин прошел хорошо, если отбросить казус с тем, что заснул, переключая каналы. Хоть мы практически ничего не говорили, пока кушали, (воспитание — наше все, да и нет у меня уверенности на одобрение застольных разговоров со стороны Юкино) только пожелали друг другу приятного аппетита в самом начале, чувство неловкости не давило на нас. Доев свою порцию и отложив палочки, я довольно откинулся на спинку стула, не забыв поблагодарить заботливую хозяйку за очень вкусный ужин. Взгляд и поза Юкино как бы говорили «ты ожидал чего-то иного, смерд?», но немного покрасневшие щеки дали понять, что похвала ей приятна. — Давай, помогу. — вызвался я, когда девушка начала убирать со стола тарелки. — Не переживай, лезть в святое святых и мыть посуду не стану, упаси меня ками от этого. — Выдал с улыбкой, когда одноклубница попыталась отказаться от помощи. На пару секунд задумавшись, Юкиносита кивнула и сказала, что с вытиранием посуды проблем не возникнет. Мне осталось лишь закатить глаза, собрать грязные столовые приборы и перенести в мойку Смотря на то, как Юкино моет посуду, а потом передает чистую, чтобы я вытер, не мог не начать размышлять на эту тему. Девушки…очень сложные существа: они часто пилят, что ты не помогаешь или что-нибудь не делаешь по дому, но стоит лишь вызваться и начать помогать, как сразу: ты делаешь не так, ты берёшь не то, кладёшь не туда, солить надо после… Я иногда с содроганием вспоминаю, как мамуля с сестрёнкой шипели разъяренными кошками, пока я хозяйничал на кухне. Ну да, получилось немного грязно… раковина была полная посуды, плита немного заляпанная, дым, немного гари, но ведь я же потом за собой убрал! Вышло очень вкусно — все потом хвалили! Но нет же, стоит мне начать помогать в чем-нибудь существенном, как они начинают смотреть таким взглядом, будто я — осквернитель с многолетним стажем. От подобных раздумий руки сами берут полотенце и начинают протирать посуду — рассчитывать на на что-то большее не приходится. Или уборка… хорошо хоть, я выбил право самому наводить порядок в комнате, а то есть у меня в шкафу пару очень интересных вещей, не предназначенных для глаз широкой публики. И нет, это не журналы для взрослых. Клубничку всегда можно посмотреть с телефона — намного безопасней в плане приватности. А если на телефоне есть пароль или заведён отпечаток пальца, то вообще можно не переживать. А у меня стоит и то и другое. Хотя моя милая сестрёнка не оставляет попыток обнаружить сии журнальчики, но, как говорят, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало. Погружённый в мысли и занятый механическими действиями, я не заметил, как девушка перестала передавать посуду. Опомнился лишь тогда, когда у меня забрали полотенце и повесили его сушиться. Кивнув взгляд на окно в кухне, я увидел, что солнце уже практически село и город перешел на ночной образ жизни: уличные фонари горели разными цветами, ярко светились окна многоэтажек. Пройдя за девушкой в зал, сел на диван и достал телефон. Пропущенных вызовов нет, смс — тоже. Это хорошо, значит меня не потеряли. Так, осталось решить маленький вопрос и можно смело идти домой, предварительно поблагодарив Юкино за гостеприимство. Поджав ноги, девушка сидела в кресле и читала книгу. «Какая домашняя обстановка», — внезапно пришла в голову мысль. После секундного обдумывания я с ней согласился — очень редко бывал у кого-то в гостях с таким чувством комфорта и уместности. — Мм, Юкино, — я отчего-то позвал девушку по имени. Не то, чтобы я ее уже так не звал, но сейчас мне показалось это уместным. Одноклубница перевела взгляд на меня. — Тебе Юи ничего про свой день рождения не говорила? — День рождения Юигахамы-сан? — она задумалась на пару мгновений. — Нет, ничего такого она не говорила, однако по имеющейся у меня информации он у нее совсем скоро. — А затем, заметив мою вопросительно выгнувшуюся бровь, пояснила: — У меня имеется электронный адрес Юигахамы-сан, где в её нике присутствуют четыре цифры в формате даты — восемнадцатое июня. Посчитав свою миссию по просвещению моего невежества завершенной, она вернулась к книге. Весело — книга интереснее, чем разговор со мной… Дожили… — Мм, Юкино, — снова позвал я. Повернувшись, девушка выгнула бровь в типичном для меня жесте. Прикольно, ей уже передалась моя привычка. — Ты в эти выходные свободна? — А вот теперь она уже заинтересовалась, так как отложила книгу в сторону, предварительно положив закладку между страницами и выжидательно посмотрела на меня. А я ожидал, как минимум, какое-нибудь саркастическое высказывание по типу: «Ты совсем берега утерял, Хикигая? Тебе, вообще, по статусу таким интересоваться?» — и, черт возьми, всё это было сказано у меня в голове голосом Юкино с интонацией Кэсса… вышел этакий своеобразный гопостиль. Отогнав непрошенные мысли, решил пояснить: — Я имею ввиду, не хочешь на выходных сходить со мной за подарком для Юи? — Я подумаю над твоим предложением, — сказав это, она утратила ко мне интерес, вернувшись к чтению книги. Вот как хочешь, так и понимай эту фразу: то ли она подумает и согласится, то ли подумает и откажет. Ладно, время покажет, в крайнем случае, схожу один или возьму с собой Комачи. Придя к внутреннему согласию, решил, что как-то засиделся в гостях — пора и честь знать. Встав, я хорошенько потянулся, отчего в паре мест звонко так щелкнуло — Юкино даже оторвала взгляд от книги и прошептала что-то типа «такой старый, что песок сыплется», но я милостиво пропустил её подначку мимо ушей. — Ладно, красавица-хозяйка, спасибо за вкусный ужин и компанию, но мне уже пора, — после потягушек озвучил я мысли в ответ на вопросительный взгляд девушки. На «красавица-хозяйка» она закатила глаза, но легкая улыбка всё-таки тронула её губы, а потом кивнула и тоже встала, прижав книгу к груди. Одевшись и распрощавшись с девушкой, я неспешным шагом направился домой. На улице было тепло, а стрекотание кузнечиков настраивало на умиротворенный лад. Многочисленные прохожие вокруг стремились поскорее попасть домой и расслабиться. Иногда мне попадались знакомые лица, с которыми я здоровался и перекидывался парой-другой слов. Спустя некоторое время я наконец-то пришел домой. Дома свет горел лишь в комнате Комачи, говоря о том, что родители либо уже спят, либо ещё не пришли с работы. Зайдя в дом и разувшись, я взял на руки подбежавшего Ка-куна, прошел в зал и лег на диван, расположив кота у себя на груди, тут же начавшего громко мурлыкать. Полежав так некоторое время и поняв, что начинаю засыпать, подумал и решил идти в кровать, пока окончательно не задрых. Снова взял недовольно мявкнувшего Камакуру на руки — лентяй успел с комфортом устроиться, впуская и выпуская когти от удовольствия — и отправился к себе. Но стоило мне только разложиться и прилечь, как на телефон пришла смс-ка: «Суббота, 13:00 ТЦ «MARINPIA». Отправитель: Юкиносита Юкино.