9. Глубокий минет.
9 октября 2019 г., 21:00
Примечания:
Готовьтесь, в этой главе будет ПИЗДЕЦ. Если вы впечатлительный человек, не читайте. Если вы едите - уберите свою злоебучую еду нахуй. Может, вам даже понравится, но я предупредила.
- Повторяю... Расслабить горло, дышать носом. Сложно... и страшно...
- Ома, что ты там говоришь? - Гонта вошёл очень неожиданно.
- Помнишь, я награду обещал? - даже Ома смутился. - Я собрался отсосать тебе.
- Но как? Ты же знаешь, у Гонты большой... Тебе будет больно...
- Мы же просто попробуем, ни-ши-ши.
Ома опустился на колени и снял с Гонты штаны. Перед ним оказался тот самый тридцатисантиметровый член Гонты, твёрдый и налитый кровью. Ома поморщился, но быстро осмелел и начал приступать. Обхватил губами головку, и уголки его рта растянулись, впуская в себя член. Ома проводил в уме анатомо-математические расчёты: его рот - примерно сантиметров шесть. Остальное - горло и, страшно подумать, пищевод. Между ртом и горлом - гланды, если их неосторожно коснуться - Ома сблюёт. Он плохо сдерживал рвотные рефлексы. Это не был даже секс - скорее, Ома хотел поставить рекорд, какую длину он способен принять. Извращённый вид спорта вроде хоккея на траве.
Ома дышал носом. Воздуха не хватало. Ома судорожно держался за бёдра Гонты и насаживался ртом на член. Как-то член Гонты проник через гланды, дальше пошло уже свободнее. Снова текли слёзы по щекам, было плохо, тошнило. Ома чувствовал: ещё сантиметр - и до свидания, завтрак. Гонта понимал, что Оме крайне больно, но наслаждение перекрывало это. Было слишком узко, горячо и приятно даже для Гонты, чтобы думать о том, каково Оме. Пытаясь отвлечься от боли и тошноты, Ома взял рулетку, она была у него в кармане, и измерил то, что было вне его рта. Восемнадцать сантиметров. Значит, в Оме было двенадцать. В сравнении со всей длиной - мало, но Ома никогда не пропускал в себя столько. Ещё один сантиметр, полсантиметра, Ома сверялся с рулеткой, плача и хрипя. Гонта молчал, но тяжело дышал, стонал и держал Ому за волосы.
Ровно пятнадцать внутри, ровно столько же снаружи. Это было последнее, что Ома ощутил перед тем, как у него закружилась голова и его обильно вывернуло. Конечно, после этого у Гонты упал. Гонта вышел из горла Омы, застёгивая ширинку и садясь рядом.
- Ты как? Ты можешь говорить? Гонта не порвал тебе горло?
- Горло в порядке, - голос Омы звучал, как у нетрезвого вокалиста метал-группы. - Голос восстановится, всё норм. Но в животе пусто. Зря завтракал... Но опыт интересный.
- Гонта уберёт, - Гонта пошёл за тряпкой.
