во благо.

—пошли со мной. Я фыркнула, громко захлопнув окно. Ну уж нет Айлиш, больше ни капли присутствия тебя в моей жизни. И мне было абсолютно похуй на те причины, по которым она сейчас припёрлась сюда. Да, у меня было некое любопытство, но вся моя ненависть к ней была в разы больше. Она же опять начала стучать, что есть мощи. Я решила не обращать на неё внимание и продолжить своё занятие. Постучит и успокоится. Похуй. Мне ещё за ночь нужно успеть собрать все вещи, чтобы утром со спокойной душой выехать и успеть на утренний поезд. Она стучала снова и снова, и звук отдающихся кулаков по окну мне стал порядком надоедать. Всё это сбивало с толку. —да блять, что?! — крикнула я, открыв окно и посмотрев на Айлиш. Ага, в солнцезащитных очках значит под кайфом. Солнца ведь сейчас нет, зачем ей они? —пошли. Дело есть. —я занята. —мне плевать, — сказала она, сложив руки на груди и глядя своим проникновенным взглядом на меня. Бесит. —я не собираюсь разговаривать с тобой, пока ты под кайфом. Да я вообще с тобой разговаривать не собираюсь. Уходи. —во-первых, я не под кайфом, — продолжила она, сняв очки, — а во-вторых, если я пришла, значит есть дело и разговор. И я не уйду, пока не получу то, что хочу.

Сука-а-а.

—ты же знаешь, на сколько я упряма, — закончила Айлиш, продолжая смотреть на меня сверху вниз, хоть и находилась сейчас значительно ниже. —ну и что тебе нужно? —пошли и узнаешь, — всё наседала она. Я глубоко вздохнула. _______________ —ну и? — пробурчала я, когда дверь подъезда захлопнулась за мной, а я подготовилась к тому, чего сама не знала. А если быть точнее, то надела на себя бордовую футболку, чёрную кожаную куртку, под цвет ей джинсы и кроссовки. В сумке через плечо у меня были митенки, без которых я вообще никуда не выходила, перцовка, кухонный нож и бинт. Ну, а в кармане телефон. Да, определённо я собралась как на какой-то бой, но и тут можно отнестись с пониманием: мало ли что она задумала. Айлиш подошла на несколько шагов ближе. —идём. —у меня мало времени на твои хотелки, — твёрдым голосом сообщила я, когда мы стали выходить со двора, а потом выдвинулись прямиком на аллею, которая вела по одной из улиц этого района. —да мне всё равно, — Айлиш шла на несколько шагов вперёд быстрым шагом, а я едва поспевала за ней. Она неслась как ураган. Ураган Айлиш. А меня это уже порядком начинало раздражать. —ты можешь хотя бы чуть-чуть сбавить шаг? Она предпочла промолчать, впрочем, следом она задала мне вопрос: —за что ты ненавидишь меня? —это единственное, что ты хотела узнать? Я не поняла кивнула она или нет, но тем не менее, дала ответ на заданный вопрос: —за твои идиотские поступки, и не менее идиотский характер. Ты раздражаешь меня одним своим присутствием, своим запахом духов, своим долбанутым выражением лица а-ля тебе похуй на всё, хотя оно так и есть. Ты меня просто бесишь тем, что существуешь, — я уже разошлась до такой степени, что просто не могла остановиться перечислять, — и я хотела бы… —уничтожить меня? —да! — ответила я, даже не думая. М-да уж, по всей видимости, это — и есть моё самое сокровенное желание. —о, Белла! Тогда не волнуйся! Сегодня у тебя будет такая возможность! — вскрикнула она и, по всей видимости, этого ответа она и ждала от меня. Я и рта открыть не успела, как мы оказались на каком-то абсолютно безлюдном пустыре. Мне было даже страшно представить, что задумала эта непредсказуемая Айлиш. —давай! Уничтожь меня! —я не понимаю, что тебе от меня нужно, — я сложила руки на груди крестом, а надоедливый ветер начал разносить мои волосы в разные стороны. —Белла, ну ты же так любишь драться! Давай же, выйди на дуэль со мной! Ударь меня! Ну! —Айлиш, иди спи. Ты пьяная, — сделала вполне очевидный вывод я. —да нет же, Белла. Я как раз не пьяная, — Айлиш подошла ко мне на такое близкое расстояние, на кое мы никогда даже не приближались. Я думала, что ещё пару сантиметров и наши носы соприкоснутся. По моему телу отчётливо пробежался холодок с сыпью мурашек, — выбей из меня всё своё отвращение ко мне. Она дыхнула мне на лицо, отстранившись. И я почувствовала запах не алкоголя, а черники. Ладно, она не не пьяная, она просто долбанутая и съехавшая с катушек из-за своих зависимостей. —ну давай, Беллатрис О’Вейлер. Бей. А я не буду сопротивляться. Я сделала пару шагов на встречу, а после, долго посмотрев на её убогое личико, которые кроме как спокойствия и явного долбоебизма ничего не выражало, занесла кулак, и ударила ей в челюсть. Ладно, я сделала это, потому что понимала, что такой шанс мне уж точно выдался первый и последний раз. И что сейчас, как ни странно, я даже не боюсь делать это. Я даже не обматывала руку митенками, я просто решила для себя, что сейчас я хочу ощутить эту настоящую физическую боль, которую чувствовала крайне редко, поскольку моральная была сильнее.

У нас была не любовь, Это было насилие.

—неплохо. Ещё. Я ударила с новой силой. В то же место. Она даже не вскрикнула, а на её лице не появилось ни одной эмоции. Она была будто боксёрской грушей для меня, но я была только рада этому. С каждым новым ударом я всё более и более входила в кураж и стиль, а главное, до меня наконец начало доходило то, что чтобы угомониться окончательно, мне нужно было всего лишь избить именно её. Мне нужно было почувствовать на своих руках её кровь. А при ударе видеть, как в её глазах мелькает страх. Но я не ощущала последнего. В её глазах не было ничего. Ни радости. Ни ужаса. Ни страха. А уж тем более печали. Они были абсолютно пустыми. А я всё била её. И сосуд моей ненависти постепенно опустошался, пополняясь безразличностью. И это именно то, что мне нужно было. Безразличность к ней, которая не допускает при себе ненависть, раздражение или отвращение. О да. Поэтому сейчас, я была действительно счастлива. Я всё била и била её, видя при этом то, как это уродское личико, кое-причиняло мне столько страданий, искажалось и искажалось. А моё настроение и тонус повышались. Завтра я буду уезжать с явно хорошим настроением. Я ударила ей в живот, и только сейчас она испугалась внешне. Она чуть вскрикнула, попятившись. Я тоже испугалась, потому что не хотела этого. Айлиш упала на землю, я же нависла над ней. Её лицо было искривлено, вероятно, от боли. И только сейчас я поняла, что она тоже способна чувствовать что-то. Потому что ранее для меня она была тем человеком, которому к лицу подходит только безразличие, только похуизм на всё, которые были в ней большей степени. А, ну и общая тошность. Что не позволяет при себе реальные чувства. Она схватила меня за футболку, и я упала прямиком на неё, уткнувшись куда-то в грудь, и почувствовала тот приятный ванильный запах. Я чуть утонула в нём, но её шёпот мне на ухо, вывел меня из астрала: —теперь моя очередь. Она перевернула меня на спину и, достав откуда-то из кармана пистолет, направила его мне в живот. —ты… — глубоко и на вздохе начала я, — нет… Но было уже поздно. Она выстрелила. Она выстрелила мне прямо в живот, и я поняла одно — сюда она позвала меня, чтобы убить. Чтобы избавиться от меня и тех всех проблем, которых я несла за собой. А не вовсе для того, как я думала, чтобы быть в неком рассчёте. Ха, господи, Беллатрис, сейчас ты облажалась точно по полной. Сука. Снова моя наивность портит всё на свете.

Значит это не любовь

Сначала у меня был просто шок. Поэтому я не чувствовала пули в животе. Но потом мне стало больно. Очень больно. Мне казалось, что я умру не из-за пули в животе, а из-за того, что мне нечем дышать. Айлиш, бросив пистолет куда-то рядом, откинулась рядом со мной и начала смотреть в небо. А я лежала в шоке. Но видимо от адреналина, который резко выпал мне в кровь и в голову, я каким-то образом решила, что тоже должна убить её. Потому уже спустя секунду, даже не смотря на всю боль, я нащупала в своей сумке тот самый кухонный нож, который взяла по счастливой случайности. И всё, что я догадалась сделать, так это воткнуть его ей куда-то в бок, а потом вытащить.

Поменялись планы. Кончился вдруг воздух. Мне тебя не надо, Значит слишком поздно.

—Белла! — вскрикнула она от ужаса. —я ненавижу тебя, — полушёпотом сказала я. И отвернувшись от Айлиш, я увидела пистолет, который она отбросила. На нём было гравировка: Пневматический.