Other World

      Время неумолимо шло и Кларк исполнилось уже пять лет. Она росла шебутная, задорная, любила играть со своей сестренкой Вивиан, пока с той не случилось несчастье - девочка серьезно заболела. Деревенский лекарь пожимал плечами и не мог ответить, что за болезнь поразила малышку. Да и откуда ему было знать? Население деревушки было совсем небольшим и в основном он лечил от ран и простуды, а другие более серьезные болезни были ему неведомы. Родители девочки находились в отчаянии. Единственный выход - это ехать далеко в город, где было больше опытных врачей и огромный выбор лекарств. Нужны были деньги, иначе никто не возьмется за лечение...       - Возьми те золотые монеты, поезжай в город и привези нам лекаря. - Говорила Теа, упомянув деньги, что дал друг на воспитание девочки.       - Я не могу, они даны для Кларк. Мы и так уже взяли оттуда много на свои нужды - Лишь пожимал плечами мужчина и тяжело вздыхал.       - Ты возьмешь их! Ради любимой, а главное родной дочери! - С угрозой в голосе твердила жена.       - Спаси ее, помоги ей, лишь эти деньги не дадут ей умереть. — Убеждала в правильности своих слов Теа. - Неужели судьба этого подкидыша тебе важнее?       Не мудрено, что родные дети всегда будут важнее чужих. Вот и Теа не особо любила подкидыша, но любила мужа. И тот факт, что его спас отец этой девочки, немного смягчало отношение к Кларк на протяжении этих лет.       - Не говори так! Я обещал заботиться о ней, как о родной. — Пригрозил мужчина, но делать было нечего, он подумал, что Верен бы понял его ситуацию и простил за это.       Марк нашел спрятанный в подвале мешочек с деньгами и выйдя, положил его на стол в обеденной.       - Ты правильно поступаешь. — Сказала Теа, обняв плечи мужа и поцеловав его в макушку.       Марк так не считал. Он знал, что это было неправильно, но ничего поделать не мог.       Наутро, он отсыпал некоторое количество золотых монет в другой, более мелкий мешочек и спрятал за пазуху. Теа собрала для мужа в дорогу паек, в котором была вареная картошка и большой ломоть хлеба на первые дни пути, а на остальные сушеные фрукты, грибы и сухари. Вооружившись картой и всем необходимым, включая небольшой котелок и плед для сна, Марк оседлал гнедого жеребца и отправился в путь. Взглядом его проводила жена, а затем закрыла дверь, вернувшись к больной девочке, которая тяжело дыша, лежала в своей кроватке.       На тот момент, старшей дочери Лауре стукнуло одиннадцать. Она пыталась учиться чтению и письму, что мать не очень одобряла, мол «нечего на глупости время тратить. Мужа найдешь, детей родишь, а эти знания для всего этого бесполезны…». Лаура была не согласна с матерью, поэтому ночами с отцом она учила грамоту. В последнее время на эти занятия времени не оставалось. Девочка постоянно крутилась вокруг маленькой сестренки и домашними делами, а Кларк, скучала без игр со своей, как она считала, родной сестренкой, поэтому стала чаще уходить на улицу и познакомилась с живущими в деревне ребятами. Мальчишки и девчонки смотрели на нее странно, но это только первое время, затем, все подружились и играли вместе.

***

      Пробираясь по темному лесу, Марк боялся, как бы не встретить зверя лютого и не стать им растерзанным, оборачиваясь на каждый шорох вокруг. Жутко… Оставалось потерпеть ночь и половину следующего дня, по подсчетам Марка. Несколько дней пути через поля и лес уже были позади, оставалось преодолеть бушующую реку, а затем пойдут просторные поля, а там, еще дня через три, он окажется прямо в большом городе.       Уже темнело, он развел костер и поставил котелок, закинув туда горсть сухих грибов. Получилось не так уж дурно, а главное, после горячего стало теплее. Он закутался в плед и, стараясь не слушать жуткие звуки леса, провалился в сон.