Американо, сигареты и армейский жетон

Было десять часов вечера, когда Брендан заварил себе кофе и сел на место у окна. Чашка кофе на ночь — его маленький ритуал. А все эти мифы о том, что его нельзя пить перед сном, на Ллойда не распространялись. — Уснул? — спросил мужчина, когда на кухню вошла Эвелин, что до этого укладывала спать Эрика. — Ага, — кивнула она и, взглянув на Брендана, достала кружку из шкафа. Когда он только начал снимать комнату в доме семьи Лоу, Эвелин пыталась растолковать, что пить кофе перед сном плохо, и отучить его от этой ужасной привычки. Однако мало того, что у неё ничего не вышло, так она теперь сама привыкла пить чай вместе с Бренданом. В защиту Эвелин стоит сказать, что чай не содержит кофеина и, наоборот, помогает уснуть. Женщина села за стол напротив Брендана, кинула на него быстрый взгляд и, не удержавшись, спросила: — И как там живётся юристам? — Нормально. Платят-то неплохо, просто мне не понравилось. — А награды за хорошую службу им тоже дают? — спросила женщина, спрятав улыбку за кружкой в цветочек. Ллойд промолчал, смотря на неё поверх белоснежной чашки для кофе. — Я спалился, да? — Да, дорогой мой. От бабули Эвелин ничего не скроешь! Брендан усмехнулся. — Как вы догадались? — Я бы хотела похвастаться, что применила дедукцию, но, к сожалению, это не так. Случайно открыла твою заветную коробку и увидела форму и фотографию. Брендан кивнул и произнёс после недолгого молчания: — Выпускник Вест-Пойнт. Успешно оконченная снайперская школа в Форт-Беннинге. 3 года в Ираке. На часах было два часа, а свет на кухне всё ещё горел. Третья чашка кофе, вторая кружка чая, почти полная пепельница окурков. — Скажи, — начала Эвелин, выпустив сигаретный дым тонкой струйкой, — тебе приходилось… убивать? Брендан кивнул. — Несколько раз. Первый раз я думал, что убить кого-то из врагов — это подвиг, отец, мол, будет мной гордиться. Но… когда я выстрелил впервые, я ничего не почувствовал. Не в том смысле, что я хладнокровный убийца или что-то в этом роде. Я не испытал тех чувств, которые, я думал, что испытаю. Что-то вроде гордости? Ведь на одного врага стало меньше. Но ничего подобного… Вообще, с тех пор я старался не стрелять по людям. В основном ликвидировал склады с оружием, провизией. А следующий раз был, когда ДжейКея… когда Джейкей… — Брендан сделал паузу, не в силах сказать это вслух. — Всё нормально. Можешь не говорить. Я поняла. Брендан мотнул головой. — ДжейКей погиб. Он мёртв! Я должен принять это, — он поднёс сигарету к губам, затянулся, неровными клубами выпустил дым. — Хоть и не могу. А столько времени прошло. — Тогда, — продолжил Ллойд, — я не помнил себя, когда увидел взрыв, в той стороне, где находился ДжейКей. Когда он потом не отвечал по рации. Я просто схватил винтовку и перебежал на другой конец крыши, ближе к тому месту. Увидел тех, кто кинул эту чёртову гранату. И… выпустил половину обоймы, перестрелял почти их всех. Напарник меня еле оттащил и успокоил. Брендан прерывисто вздохнул. — Что-то я разоткровенничался. Простите. Наверное, теперь я кажусь монстром в ваших глазах? Эвелин чуть наклонилась вперёд, накрыла своими ладонями его руки и посмотрела ему в глаза. Она видела в них отчаяние, боль от разбережённых ран, которые едва успели затянуться. — Я не считаю солдат монстрами. Именно они страдают от войны в первую очередь. Мой Эверетт сейчас где-то там, летает под чужим небом, и каждый день я молю Бога, чтобы он вернулся домой живым. — Ты добрый и честный человек, Брендан, — продолжила она после короткого молчания. — Я не виню тебя за твоё прошлое. Брендан кивнул и произнёс тихое «спасибо». Когда светало, Брендан и Эвелин встали из-за стола и потянулись. — Да уж, почти шесть утра. Мне через час на работу, — усмехнулся Ллойд. — Может, возьмёшь отгул? Думаю, Арчи без проблем тебя отпустит. — Посмотрим. Если вдруг усну где-то под машиной, то отпрошусь пораньше. Эвелин улыбнулась и составила посуду в мойку. — Спасибо вам, миссис Лоу. Мне стало намного легче. — Я рада, что смогла тебе помочь. И давай на ты? После такой-то ночи. Они рассмеялись. — Тогда, Эвелин, ты ведь никому не расскажешь, что я тут наболтал за ночь? Вообще-то я не планировал делиться этим секретом. — Я буду молчать, только если выполнишь моё условие. — Всё, что угодно. Женщина взглянула на лестницу и, понизив голос, сказала: — Хочу оставаться для Эрика хорошей бабушкой, так что ни слова, что я тут курю, ладно? — Замётано. Брендан и Эвелин улыбнулись.