Первый Геймер

      Шигараки понял, что отвечать на видеозвонок Курогири с самого утра было плохой затеей. Хотя бы от того, что сонный мозг не совсем хочет воспринимать информацию, а у агента она была всегда сложной и замысловатой настолько, что Шигараки стоит признать — половину он пропускал мимо ушей.       — Думаешь, это хорошее решение: игнорировать своих фанатов? — в лоб спросил Курогири, никак не церемонясь с заспанным подопечным. Его жёлтые глаза горели на экране, но Шигараки почему-то подумал, что он совсем рядом, смотрит из-под кровати как какой-то монстр.       — Фанатов? Почему я должен называть своих зрителей своими фанатами? Это некрасиво. — Шигараки повернулся на бок, зарывшись лицом наполовину в подушки, прикрыв глаза. И вздохнул.       — Потому что они твои фанаты, Томура Шигараки, — с нажимом отозвался Курогири, — они смотрят тебя, и радуются. Сам же знаешь, что они делают для тебя.       — Ничего… — отстраненно пробормотал Томура, сознанием уже улетая в теплоту своей кровати, где нет никакого желания разговаривать с агентом на какую-то тему. Почему-то Шигараки с самого начала не был рад этому звонку, но ответил чисто из вежливости: Курогири бы потом от него не отстал.       — Томура! — Шигараки вздрогнул, тут же обращая все свое внимание на выкрик из динамиков телефона. Распахнул глаз и уставился на Курогири. Тот, видимо, был доволен. — Перестань гонять балду и прислушайся к их словам. Твои фанаты уже как неделю обсуждают объявление об открытии нового сезона турнира, а ты сидишь эту же неделю и никак не собираешься взглянуть на него!       — У меня нет желания участвовать в каком-то там турнире по видеоиграм.       — Шигараки, это не просто турнир! Это твой шанс на что-то новое в твоей жизни. Знаешь, что даётся участникам этого турнира? — Томуре не особо нравилось то, как его пытались загнать на этот турнир. Да, он популярный, он востребованный и это шанс показать себя и получить огромный отклик у различных рекламных фирм, или просто вылезти в люди ещё больше. Но куда вылезать ему? Шигараки? Он и так высоко, и ему и сейчас нормально. Устаёт, правда, бегать по постоянным мероприятиям, на которые его устанавливает Курогири, чтобы парень не терял своего имиджа. Но турнир? Нет.       — Сломанные нервы, ненависть от твоих же зрителей, если ты проиграешь, и сломанная жизнь после первого же уровня игры, — оптимистично отозвался Шигараки, садясь на кровати, собирая одеяло на своих ногах. — Курогири, я не собираюсь этим заниматься. Думаешь, мне не хватает всего того, что есть сейчас? Я и так устаю на постоянных мероприятиях, мне бы дома просто сидеть.       Курогири вздохнул. Он мотнул туманными очертаниями головы и, переведя взгляд на что-то другое, чем на сонное и неумытое лицо Шигараки, попытался в последний раз:       — Подумай об этом хотя бы.       — Я запущу сегодня стрим вечером, как с учёбы приду, — сдался Шигараки, — тогда и посмотрю этот ваш турнир. Но ничего не обещаю.       — Спасибо, Томура, — сделалось впечатление, что Курогири тихонько улыбается, и глядит теперь прямо на Шигараки. Томура вздохнул, махнув головой, отгоняя от себя все эти розовые мысли. — И да, не забудь про то, что ты сегодня должен прийти на судейство двух команд на полуфинале. Не забыл?       — Да как тут забудешь уж, — и Шигараки был прав в своих словах: весь твиттер до сих пор гудит о его участие в соревновании, и каждый уже ждёт момента услышать мнение Томуры в прямом эфире. Шигараки вздохнул, понимая, что после учёбы у него будет несколько часов беспрерывного болтания на тему игр, и просто отвечать на вопросы такого же «фаната» в соседнем от него кресле. — Я приду. Скорее всего, сразу после учебы пойду туда.       — Давай, правильно мыслишь. Сегодняшнее мероприятие привлечёт к тебе ещё больше внимания.       Томура вздохнул. Он выдавил из себя ещё пару фраз и, завершив вызов с агентом, упал назад, уже точно не надеясь на продолжение сна. Да и как назло Курогири позвонил ему за час до будильника, и теперь Томура осознавал, что этот день будет безумно долгим и выматывающим. И ему не захотелось подниматься с постели, но он должен это сделать. Во-первых, Курогири на него надеется, а подводить человека (если его можно так назвать), который тащит тебя на путь славы, в планы парня не входило.       С Курогири, с его шикарным агентом по продвижению, они познакомились не так давно — года два-три назад. Именно тогда Шигараки понял, что он хочет развиваться в игровом плане намного больше, чем имел тогда. Какие-то жалкие достижение, парочка стримов, и всё. До принятия решения ему это казалось нормальным, но со временем приходило такое желание, как вкладываться в игровую индустрию и добиваться высот. Сначала он пытался сделать это без агента, создавал все своими руками, делал кучу прохождений, и просто старался идти по пути геймера. Навыков у него было достаточно, да и Шигараки постоянно читал что-то новое, искал или же создавал для себя что-то своё. То, что поможет ему становиться лучше и обрести известность. А потом настал момент, когда без агента никак нельзя было обойтись, и долгие поиски изначально казались бесконечными, пока, наконец, Томура не наткнулся на отличную фирму, которая помогает геймерам, как и с самого начала, так и подхватывает их и ведёт к славе, подсказывая, что же надо им делать. Так и за него взялся Курогири. Мужчина увидел в нём отличные амбиции и перспективы и, просмотрев всё то, что он уже успел сделать, сказал самую больную фразу.       — Забудь про все. Начинаем с начала, но свои навыки сохрани. Пригодятся, — и был прав. Настолько серьёзно был прав, что уже через несколько недель работы вдвоём, пошли первые плоды.       Шигараки и правда рад, что все вот так вышло. Он не жалеет ни о чём, и даже не думает о том, чтобы закончить свою карьеру. Он ещё молодой, учится в колледже на давно желанной профессии, и зарабатывает достаточную сумму, чтобы жить нормально.       Правда, эту нормальность разбавляет и слегка портит осознание того, что все желают видеть его на турнире «Первый Геймер». Шигараки не радует перспектива подписаться на неизвестность, потому что все уровни этого турнира никак не оговариваются, и всё узнать в последний момент. Ровно как и место проведения турнира.       За последнюю неделю Шигараки старался не листать ленты сетей, лишь сидя в диалогах или читая что-то своё. Ему не хотелось обращать внимание на обсуждаемую новость, и Томура надеялся, что это пройдёт мимо него, как и предыдущие года. Шигараки уже не первый год крепится на планке профессионального геймера, но почему-то только сейчас Курогири стал подталкивать его к принятию участия на этом турнире. Томура пытался отвязаться, но, видимо, толком и не получается. Но он будет пытаться.       Ровно неделю назад, проводя очередной стрим, Шигараки и узнал, что турнир вновь стартовал. На этот раз — осенью. Главная фишка этого турнира, пожалуй, была в том, что никто никогда не узнает, что на этот раз придумали его создатели, и где придумали. И когда это будет происходить.       Именно этот факт и не радовал Томуру. Ему не нравилось то, как он подвергает свою жизнь сомнению из-за какого-то турнира, жить в стрессе перед завтрашним днём и постоянным волнением. Ему от этого лучше не становилось. А вот Курогири, видимо, старается не замечать этого, убирая в своем подопечном нежелание. В какой-то степени это получается: Шигараки заметил, что его уже не тяготят решения посидеть на одном мероприятии, сняться в рекламном ролике или просто посидеть в компании таких же геймеров или представителей. Но и другая сторона тоже не была радужной. Томура по-прежнему взвешивает все свои решения, тщательно обдумывает фразы, и от этого, кажется, ещё больше закрывается от всех. Боязнь испортить всё превышало все старания Курогири, но Шигараки пытался. Ради него, но пытался. Потому что он понимает — Курогири прав, и сам Томура должен же как-то отблагодарить его.       Но «благодарность за всё в виде победы на турнире» не входило в его планы. Это было слишком для него. Причем, наверное, все вокруг только видели Томуру на главном месте с кубком.       А Шигараки видел себя дома, в своей постели, и в той жизни, к которой он привык.       По телевизору, да и вообще по всему интернету передают, что турнир этого года пройдет в Гонолулу. На острове. Не так далеко от Японии, но вылет из зоны комфорта не был по душе Томуре. Даже несмотря на то, что Гавайи — одно из самых живописных мест на этой планете. Даже если не самое живописное. Побывать на острове, конечно, будет незабываемым ощущениям, но… нет. Если поездка на остров подразумевает под собой стресс, который испытывает Томура только от одного упоминания турнира, он отказывается.       Не для него это. Но, видимо, от него не отстанут вообще никогда. Курогири иногда бывает монстром.       За завтраком, который при всем желании Томуры не получилось бы растянуть до момента выхода, парень топил в теплом молоке сухие хлопья и листал ленту инстаграмма, пытаясь вспомнить, когда это Тога успела выложить столько фотографий. На которых успела отметить и его, Шигараки. «Гавайи прекрасное место. Я рада оказаться здесь с моим милым Пятнышком, ведь только благодаря нему, я смогла понять, что я могу потягаться со всеми на турнире! И советую так же сделать одному парню!»       Тога, она же Кровавая Королева, она же подопечная известного на весь мир геймера Пятна, приняла участие в турнире и только недавно туда улетела, оставив Томуру наедине с её фотографиями. «Томура Шигараки, тебе тут понравится, ну же, не упрямься!» «Эх, знаете, как мне скучно плавать в бассейне без своего лучшего друга?????»       Шигараки только ставил лайки, делая вид, что не понимает намёков, и оставляет милые комментарии, посылая ей сердечки в директе. И снова натыкается на постоянные гавайские фотографии, потому что хэштег турнира вывелся в популярное. Он бы рад тому, что Тога сейчас может развлечься на Гавайях с её любимцем до турнира.       Курогири до сих пор продолжает отправлять ему сообщения с турниром, мемы и обычные сообщения, будто бы они друзья. Ну, их можно было назвать друзьями.       Поэтому Томура открывает инстаграм профиль Курогири и лайкает новые фотографии, перед тем, как пойти сесть на диван. До занятий ещё много времени, никакие конспекты повторять не нужно, и он может всецело уйти в видеоигры.       Но турнир не выходил у него из головы даже тогда. И то, что в этот раз его друзья решили принять в нём участие, заставляли Шигараки чувствовать некое опустошение. Вот они там будут, постоянно занятые, и с кем тогда будет проводить своё время Томура?       Но из-за таких мыслей Шигараки не будет участвовать в этом турнире, нет. Не будет.       Сейчас ему уж лучше заняться учёбой и предстоящим вечерним событием, во время которого вряд ли произойдёт что-нибудь необычное. Курогири сказал, что в этот раз Томуре придётся сидеть в кресле комментатора и вести полный обзор всех матчей в любимой для него игре. Шигараки радовала эта новость — Курогири и правда о нём заботится, раз выбил для него это место. Вечер резко перестал быть настолько мрачным, каким прогнозировал его Томура, смотря в экран своего телефона во время поездки в общественном транспорте. На машину ему затрачиваться не хотелось, да и пешая прогулка была лучшим решением скрасить долгое время перед занятиями.       Учёба на творческом факультете приносила свои плоды, как и в профессиональную жизнь Томуры, как и в его геймерскую. Из-за того, что его личность хорошо раскручена в интернете, заказов у него очень много. Быть художником для Томуры являлось быть расслабленным и иметь концентрацию. Он может отдыхать от постоянных мероприятий, и работать над собой во время рисования, во что выкладывается так же хорошо, как и в игры, желая достичь наилучшего результата. Томуре нравилось рисовать и, находясь перед листом бумаги, он мог спокойно взвесить события прошедшего дня, принять важные решения или просто подумать. А иногда и порисовать так, без мыслей.       Хотя, конечно, стоит не забывать того факта, что до поступления в колледж у него были дополнительные занятия в художественной школе, и с карандашами и кисточками он как с хорошими друзьями. И это не могло его не радовать, потому что ему было значительно проще, чем другим. И он не испытывал эмоционального выгорания, как его одногруппники, и он считал это успехом.       И резко что-то захотелось нарисовать гавайские цветы.       Но эти мысли отлетели прочь, когда автобус остановился на нужной остановке, и в тот момент пришло осознания нового учебного дня.       Как только Шигараки твитнул свой новый твит, он обрёл кучу лайков и ретвитов. И не стоило сомневаться: совсем скоро все будут знать о том, что Шигараки планирует запустить стрим сегодня вечером. Заодно и обсудит со всеми прошедший турнир, в своей домашней атмосфере, поиграет в игры с теми людьми, кто желал это сделать и, возможно, даже порисует. Томура нередко рисовал на своих стримах, и всем даже нравилось это. Во время подобного Томура уходил в свои мысли и мог рассказывать о чём-то, не прерываясь, а иногда и позволял своим зрителям помогать ему решать что-то. Томура любит проводить стримы. Это как расслабляющая ванна после долгого дня, да и сегодня он просто обязан это сделать, потому что есть много тем для разговора. За последнюю неделю он даже не выложил ни одной новой фотографии в инстаграм, и его зрители наверняка захотят поговорить о Турнире. И даже сомневаться в этом не стоило.       Шигараки пообещал себе, что он поговорит на тему Турнира со своими зрителями. Но он не будет обещать никому, что пойдёт туда. В конце концов, это его решение, и все вокруг должны это понимать.       Но Курогири продолжает присылать милые смайлики ему в директе во всех социальных сетях в разное время, подбадривая и скидывая новую информацию обо всём. Томура не может не улыбаться с этого, потому что достигнуть полного дзэна со своим агентом не каждый может. «Мне скучно на истории искусств. Забери меня отсюда…»       И получает вечное: «Учись!»       Но, тем не менее, Томура знает, что Курогири никогда его не накажет за такое. И отправляет в ответ смайлик с языком и возвращается к конспектам, переставая обращать внимания на приходящие сообщения.       Курогири был словно старший брат время от времени. Томура не имел ничего против этого, но с одной стороны это казалось слишком нетипичным для Шигараки. То он серьёзный, то резко начинает присылать мемы или другие смешные штуки ему. Может иногда просто позвонить и проболтать час напролёт, отвлекая Томуру. А иногда и трубки не берёт. Человек-ветер, так бы назвал его Томура, но он все равно находит в перерыве какую-то картинку с котиком и отправляет её Курогири.       Пожалуй, настолько близкого человека, как Курогири, у Томуры ещё никогда и не было. Они могли завалиться к друг другу в квартиру, остаться там на ночь, и через силу уходить. Шигараки нравится в квартире у Курогири. Она светлая, уютная, и огромная коллекция алкогольных напитков только добавляет шарма. Нет, Томура ходит туда не из-за этого, а чтобы просто побыть рядом с агентом. Курогири даже и не против, так что Томуру ждёт его вечная кровать в берлоге Курогири. Даже вот сейчас хочется взять и после учёбы пойти к Курогири. Точнее, после полуфинала, но нет. Как бы оборудование в квартире агента не было хорошо настроено, Томура не хотел бы его эксплуатировать. У него было жесткое табу: не проводить стримы у Курогири. Для Шигараки это была крепость, в которую он никого не пустит.       Потом, правда, появились новые знакомства, от которых с самого начала была неприязнь. Томура не желал общаться с каким-то геймерами, и никак не хотел это преодолевать в себе. Ему казалось, что Курогири так выгоняет его: вот, есть люди другие. Пообщайся.       Химико присылает ему видеозапись в инстаграм, а в твиттер обильно строчит о Гавайях. Томура слабо улыбается, понимая, что Курогири был прав. Новые знакомства ему не помешают.       Особой компании в геймерском мире у него нет. Есть пару людей, с которыми он общается больше обычного, а есть и просто знакомые. Ему и этого абсолютно достаточно, куда ещё больше. Химико и так превышает все границы допустимого, и не отваливает от Томуры никогда. В прямом смысле никогда. И как раз таки из-за этого Шигараки и думает, что общения в геймерской сфере ему достаточно.       На видеозаписи чистый песок накрывается голубыми волнами, и слышен шум прибоя, куча разных голосов. На далёком горизонте солнце потихоньку опускается за линию океана, окрашивая небо в нежные тона вокруг себя. Томура сидит и смотрит, не отрывая взгляда, понимая, что это та ещё красота.       А следом — новое сообщение: «Томура Шигараки, ты как сюда приедешь, испытаешь самое счастливое чувство на земле, и будешь рисовать без перерыва. Поэтому хватит играть в игры и приезжай сюда! Я хочу увидеть тебя! Я хочу, чтобы ты был со мной!»       И много-много грустных и плачущих смайликов.       Шигараки вздыхает и опускает телефон экраном в стол.       Потом ответит.       Чуть позже в профиле Тоги появляются кучу фотографий с самым ярким закатом в жизни Томуры и, вырубая все социальные сети, Шигараки пишет простое сообщение Курогири. Чтобы его не ждали в социальных сетях, и чтобы сам агент писал сюда.       Он не выдерживает такого напора.

***

      — Томура Шигараки, скажи, пожалуй всем нашим зрителям, что ты ожидаешь от этого полуфинала? — Томура окинул взглядом трибуны фанатов, скандирующих его имя и названия двух команд. Потом перевёл взгляд на площадку, где за стоящими в два ряда длинными столами сидели игроки. По пять человек с каждой стороны. И у каждого по компьютеру. Шигараки успел пересчитать их несколько раз. Некоторых из ребят он знал.       — Хочется жаркой игры, — просто и лаконично. Стадион взрывается одобрениями, зрители хлопают в ладоши и продолжают кричать своё. Сидя и наблюдая за собой на большом экране над всеми, Томура улыбается, — тем более я вижу здесь многих моих знакомых, и я точно знаю, на что они способны.       На его шее висели огромные наушники с микрофоном, которые он не собирался надевать из-за своей брезгливости. Да и смысла в этом не было: его и так хорошо было слышно на трибунах, да и звук был выкручен настолько, что можно было слышать его и так.       — Да, чего уж стоят ребята, пришедшие в том году с кубком «Первого Геймера», — поддакивает его словам второй судья, — но сегодня они не единственные шишки. Спасибо что ответил на наше приглашение, все рады тебя видеть сегодня. И пока до соревнования осталось не меньше десяти минут, мы можем обсудить что-то своё. Да и зрители будут не против послушать о тебе.       Не стоило кидать взгляд на всех, ведь и так ясно: никто не против. Шигараки тихонько вздыхает и, обращая взгляд на своего временного коллегу, кивает.       — Мы можем, — он неловко пожимает плечами, обращая свой взгляд снова на игроков, — победители Турнира? Чувствую, тогда сегодня будет необычная игра. Я предвкушаю настоящее шоу.       И Шигараки резко понравилась эта идея, сидеть тут, в большом и мягком кресле, что ему выделили. Рядом с известным комментатором, и обсуждать эту игру. С каждой минутой она становится всё интереснее, ведь он с самого начала не заметил, что знаменитая на всю планету команда Взрывного Барона здесь. Не то, чтобы Томура забыл про победителей прошлого года, он просто не обратил на это внимания, полностью погрузившись в свою задачу.       — Прошлый турнир был слишком жарким и, вспоминая все ходы этой команды, дух захватывает до сих пор! — эмоциональный голос Мика вызвал внутри Томуры огромную волну. Он помнил турнир предыдущего года. Он смотрел его вместе с Курогири у него в квартире, обложившись едой. Тогда он почти месяц ночевал у него, потому что именно столько по времени и длится весь турнир. С ними была ещё и Химико, вспомнил Шигараки как раз некстати. — Томура, что ты можешь сказать о предыдущем сезоне турнира? Можем ли мы с тобой поговорить о наступающем? Конечно, может, что за вопросы ещё.       Турнир идёт месяц. Тога сейчас находится в Гонолулу, и она ровно месяц будет проходить все эти испытания, о которых ничего неизвестно. Если Шигараки примет участие в «Первом Геймере», то будет ощущать этот давящий дух соперничества месяц. И это будет самый тяжёлый месяц.       Томура нервно вздохнул, откидываясь на спинку:       — Увы, Сущий Мик, нам не получится поговорить о предстоящем турнире. Но хочу сказать, что моя подруга скидывает мне фотографии с Гавай. Там очень живописно.       — Тебе, как художнику нравится те виды, или как маленькому ребёнку?       Шигараки не удержал смешка. Он думал о том, что ему будет приятно находится там, как художнику, но… Радости будет намного больше, если посмотреть на это детским взглядом.       — Те виды нравятся мне такими, какими они есть. Но, будь я там, я бы в первую очередь оглядел всю прелесть с художественной точки зрения. Да и вряд ли в этом году получится это сделать, — Сущий Мик с улыбкой кивнул на его слова, мотая своей светлой головой в разные стороны. Томура вновь не удержался и глянул за стекло, на огромные трибуны фанатов. На светящиеся в полутьме фонарики и белые плакаты, — а турнир того года был напряжённым. Мне не особо нравилось смотреть то, что было на экране, но это в какой-то момент стало слишком зрелищным…       — Что на счёт тебя и участия в сезоне этого года? — Вот, именно то, чего и боялся Шигараки. Он не хотел отвечать на этот вопрос, но и оставлять внимательную публику никак не хотелось.       Часы в нижней части большого экрана уже отчитали пять минут. Ровно столько же времени, и полуфинал должен начаться.       — Я ничего не могу сказать по этому поводу, — осторожно сказал Томура. Он взял бутылку со стола и, открыв крышку, стал перемещать её меж пальцев. Горло пересохло, и как-то не по себе уже здесь находится, — но и отказать тоже. Сейчас многие ждут, чтобы я объявил себя на участие этого сезона…       — Да, это самая обсуждаемая новость твиттера. Ты видел все эти хэштеги, которые выводили твои фанаты в интернете?! — Сущий Мик кивнул на его телефон, лежащий перед Томурой на столе. Шигараки махнул головой. — Мне кажется, вся Япония ждёт именно этого.       — Вряд ли вся, — усмехается Томура. Он машет рукой, всё-таки отпивая воду.       — Что ты можешь сказать по этому поводу?       — Мне хотелось бы сначала подумать, а потом уже действовать. Знаете, турнир это не тот момент, когда можно побежать сломя голову. Я и так осознаю что это, поэтому мне стоит подумать.       Сущий Мик, видимо, был не до конца рад этому ответу. Конечно же, даже Томура не может уже сказать «да» или «нет». Он просто не знает, хоть и внутри играет страх перед этим Турниром, поэтому Томура и говорит, что не желает принимать участие. Стресс, постоянные ссоры, и просто соперничество было пока что не для него.       — Но зато я знаю, что стоит подумать этим игрокам. Интересно, они начнут свой матч с того, что пойдут по своим старым тропам, или они придумали что-то новое? — Томуре настолько не хотелось говорить о теме Турнира сейчас, что лучше, чем перевести тему на финалистов прошлого сезона, он не мог найти. Да и Мику эта идея тоже пришлась по душе.       На самом деле посмотреть вживую на финалистов пятого сезона «Первого Геймера» Шигараки и правда хотелось. До этого, видевший их на экранах, Томура не мог воспринять их всерьёз. А сейчас, наблюдая за тем, как они сидят за своими мониторами, ничего, кроме непонимания он не чувствовал. Неужели вот эта победа, которая даётся на Турнире сквозь ненависть ко всему, стоит такого?       Зато эту команду стали приглашать практически на все существующие мероприятия. Это, пожалуй, и был один минус. Если Курогири позволял Томуре избирательно подходить к желаниям участия в различных мероприятиях, то победителям приходилось посещать их всех. И Томура не редко слышал это из уст Курогири, когда она проводили время вместе.       Это не особо радовало Шигараки. Потому что, если он попадёт туда, он будет выкладываться на все сто. И тогда может и правда, кубок будет его?       Хотя такая перспектива никак не радовала его. Чем больше он сидел здесь, тем меньше ему хотелось вообще говорить об этом Турнире.       — Да, нам стоит поговорить о наших командах. В полуфинал попали четыре команды, которые сегодня предстанут перед нами в желании добраться до финала. Туда попадают только две команды, получившие победу в своих раундах. Хочется уделить внимания «Взрывным баронам». Мне хотелось бы поставить победу на них, ведь они же наши велики-ие победители турнира. Они должны показать нам сегодня настоящий мастер класс по истреблению противников и выживание, разве нет?       То, что говорил дальше о командах Мик, Томура не слушал. А если и слушал, то вполуха, не пытаясь вникнуть в суть. До начала полуфинала оставалось меньше двух минут и, постоянно бросая взгляды на часы, изредка вставляя свои фразы в долгие и яркие речи Сущего Мика, Шигараки просто ждал. Начала полуфинала? Когда закончится этот вечер, и он придет домой? Томура был не в состоянии ответить на эти вопросы, но он знал точно — Турнир «Первый Геймер» напрочь засел у него в голове, и не думать о нём не получалось. И никак даже не могло сбавить его назойливость, потому что смотря за стол первой команды, Шигараки не мог оторвать взгляда от светлых волос Кацуки Бакуго. Капитан выигравшей команды и, заслуженно носящий звание «Первого Геймера» мира, был молод и совершенно пугающим. Томуре не нравилось то, что ему придётся с ним столкнуться.       И это отталкивало от турнира ещё больше. Потому что Шигараки помнил, на что способны каждый член этой команды, и осознавать то, что столкнётся с ними к лицом к лицу, было не лучшим занятием на такой хороший вечер.       Все его мысли прервал громкий звук гонга, зазвучавшего по всему стадиону. Сущий Мик чуть ли не подскочил в соседнем кресле.       — Рады вам сообщить, что наш полуфинал по игре «Вторжения» начался. Смею взять на себя слова, что наши команды уже готовы, и рассажены по своим местам. Конечно же, сегодня мы решили усложнить им задачу, не выпустив их в виртуальное пространство. Пусть орудуют мышкой и клавиатурой, это тоже полезно. Шигараки, как ты относишься к игре «Вторжения»? Как я слышал, она является твоей любимой игрой, и, пожалуй, это и являлось главным фактором, что ты пришёл сюда?       Томура фыркнул. Забрался с ногами в кресле, пододвигаясь к столу ближе.       — Может, стоит сказать нашим зрителям, что представляет с собой эта игра? Как я слышал, ваше соревнование подходит под турнир, где вы готовите ребят, верно же? И до этого в прошлых уровнях этой игры не было?       — Когда это же наше комментаторство превратилось в закидывание друг друга вопросами? — Мик не сводил с него взгляда. Томура лишь выгнул бровь, показательно закидывая ногу на стол.       — Мне можно, — и склонил голову на бок под смех толпы. — Ты спрашиваешь меня, нравится ли мне игра про бой с инопланетянинами? Пустой вопрос, кому она может не нравится? Тем временем, пока мы тут болтаем, наши участники находятся в главном меню, и запускаются. Интересно, какую вы сложность поставили? — И взмахнув рукой, затыкая двинувшего ртом Мика, Томура опустил ногу, пододвигаясь ближе, — Максимальная сложность? То есть, вы хотите сказать, что серьезно тестируйте ребят на турнир?       — Ты так говоришь, будто бы хочешь спуститься к ним.       — Я бы с радостью — ведь это моя любимая игра. А вас в противники поставлю, и расстреляю из моего бластера.       Все вокруг так пропахло этим Турниром, что Томура впервые в жизни не знает, что ему делать. Все собравшиеся на стадионе люди только и ждут, когда он объявит о том, что подаст свою заявку на участие. Но, он же не должен этого делать, верно же?       — Тебе бы такое стремление попасть на турнир, Шигараки Томура, — порицает его Сущий Мик. Томура кидает на него нечитаемый взгляд и говорит то, что, кажется, сломает его жизнь.       — А я и так собираюсь подать туда свою заявку.