Возненавидь меня...

Ночь... Открываю глаза и даю им привыкнуть к темноте. Ты уже наверняка спишь. Но все равно я должен быть очень осторожен... Медленно приподнимаюсь на локтях и поворачиваюсь на бок, при этом стараясь не звенеть наручниками. Как же я все-таки благодарен этой цепи, что нас связывает... Иначе как бы я так легко оказался с тобой в одной постели?.. Глаза уже практически привыкли к отсутствию освещения и я внимательно рассматриваю твое лицо. Вдруг в открытое окно подул ветер и занавеска взметнулась, разрешив на пару секунд лунному свету проникнуть в помещение. В серебристом свете луны твое лицо казалось еще более бледным, чем обычно, а черные, как смоль, волосы это подчеркивали. Я аккуратно, еле касаясь, провел пальцами по твоей щеке, потом по нижней губе. У тебя очень нежная, но почему то неестественно холодная кожа. Я с каким-то странным, не присущем мне беспокойством посмотрел на твою грудь, после чего успокоился, увидев, как она мерно вздымается из-за дыхания. Тихо звякнув цепью, я укрыл тебя одеялом. После того, как понял, что сделал, я пришел в замешательство... Что-что, а беспокойство или нежность по отношению к Элу я еще не чувствовал. Я уже давно испытываю странное влечение к этому парню. Я не помню, когда это началось, просто в определенный момент понял, а точнее признался себе, что хочу его. Это очень странно, учитывая еще то, что я его ненавижу всем сердцем и хочу убить. Хотя, возможно я хочу его трахнуть, да именно трахнуть, жестко и грубо, лишь для того, чтобы унизить и это всего-навсего проявление моей жестокости. Но факт остается фактом. Хотя... Как тогда объяснить то, что я укрыл его одеялом? Неужели я беспокоюсь о нем?! Не-е-ет, это уж точно исключено... Прекратив размышления я, стараясь не издавать лишних звуков, навис над Элом, поставив руки по обе стороны от него, и медленно потянулся своими губами к его лицу. Нас уже разделяло буквально несколько сантиметров, которые я собирался немедленно уничтожить, как вдруг Эл заворочался во сне. Я замер, сердце бешено заколотилось, а на лбу выступил пот... Если я сейчас пошевелюсь, и попробую лечь рядом, притворившись спящим, то могу разбудить его... Но и если он проснется сейчас, картина будет презабавнейшая: я нависший над ним и пытающийся поцеловать... Он сразу все поймет, да и оправдание тут не придумаешь, все слишком очевидно... Черт! Спи, Эл, спи-и-и... Он, будто подслушав мои мысли, перестал вертеться и снова неподвижно лежал подомной и мерно дышал. Я с облегчением вздохнул и наклонился еще ниже. Я чувствовал его дыхание... Преодолев последние сантиметры, я прикоснулся губами к его коже. Провел ими по подбородку Эла, не переставая судорожно, большими порциями вдыхать его запах. У меня по телу прошла мелкая дрожь... Безумно хочу его... Такое чувство, будто я схожу с ума. Теперь я переместил свои губы к его. Осторожно поцеловал его, чувствуя, как сердце начинает биться еще быстрее... Хотя это был даже не поцелуй, а только прикосновение длиною в пару секунд, после которого я тут же отстранился. Я посмотрел на лицо брюнета и оно было все так же неподвижно. Парень крепко спит, значит, я могу продолжить... Опять нагнувшись к его губам, я медленно провел языком по ним, наслаждаясь их сладковатым вкусом. С усмешкой я вспомнил, как Эл перед сном ел шоколад, как облизывал с пальцев начавшую таять сладость. Я опять поцеловал его и рукой свободной от цепи стянул с него одеяло до пояса. Взору открылся торс, прикрытый тонкой тканью растянутой белой майки... Я, еле касаясь пальцами кожи Эла, засунул руку под край майки и повел рукой вверх, задирая легкую материю. Теперь моим глазам открылся вид его оголенного тела. Я, забывая про осторожность, провел ладонью от шеи до пояса брюнета. Мои пальцы повторяли каждый, даже самый незначительный, изгиб его прекрасного тела. Дыхание у меня участилось, невероятно хотелось завладеть этим парнем. Я, опершись на обе руки, опять наклонился к его лицу и легко поцеловал. Потом слегка прикусил его губу. Так сильно я еще никого не хотел... Ни одна девушка не пробуждала во мне столько желания, сколько этот парень... Меня безумно возбуждает даже одна лишь мысль о том, как он будет стонать подомной, а он обязательно будет. Рано или поздно я заполучу его любой ценой. Я слишком сильно хочу этого. Решив прекратить себя дразнить, ибо я уже еле сдерживаюсь, чтобы не поиметь Эла, я вернул его майку на законное место. После вернулся на свою половину кровати, попутно позвякивая цепью и каждый раз замирая. Ложась, бросил взгляд на циферблат будильника... Твою ж мать, уже 4:23, а я еще не спал. Твердо решив восполнить этот пробел, я поудобнее улегся, укрыв себя и Эла одеялом. Проворочался я в постели еще около получаса, пока возбуждение не спало, а усталость не взяла свое...