Паучьи булочки

Это было утро. Раннее утро буднего дня, поэтому Питер крутился на кухне Дэдпула, держа во рту (нет! ну пожалуйста!) только что приготовленный сендвич, и бегал по квартире в попытках отыскать тетради и учебники. Он не мог понять, когда его вещи успевают ожить и спрятаться по самым замысловатым углам квартиры, ведь по утрам их совершенно нереально найти. Его биологические часы слегка подвели, поэтому он уже чуть-чуть (нет) опаздывает на первый урок, но не может оставить свои вещи и спокойно идти в школу. — Пирожок, а может забьешь уже? — Дэдпул валялся на диване и морально поддерживал суетившегося подростка, его пустая башка (эй!) свисала вниз. — Не могу! — пропыхтел Паучок, мелькая белыми труханами в цветочек, продолжая запихивать вещи в будто необъятный рюкзак (сумка Гермионы, мать ее!). — Мне еще нужно будет зайти домой после школы, а значит — не спалиться перед тетей. — Не спалиться? — приподнял, эм, бровь мужчина, принимая нормальное положение. — Я пропущу мимо ушей твою реплику, авторская сволочь, меня больше интересует Паучок. Так почему ты просто не скажешь тете, что у тебя кто-то появился? Паркер замер. Рюкзак выпал из рук. И правда — почему? Почему он до сих пор не сказал самому дорогому во всем мире человеку, что встретил кого-то? Конечно, не стоит лелеять себя иллюзиями по поводу «долго и счастливо», но хоть пару лет у них будет, поэтому почему он не сделал этого до сих пор? И так будет проще: не нужно ночью выползать в окно, а потом рано утром вползать, словно воришка, не нужно таскать кучу вещей туда-сюда, ведь непонятно как, но некоторые вещи Питера точно перекочевали в квартиру мужчины. — Я… не знаю, — прошептал Питер, смотря куда-то перед собой. Дэдпул проследил за его взглядом, и он точно не мог пялиться на это странное пятно на столике. — Хэй, малыш, — мужчина встал и подцепил пальцем подбородок юноши, — если ты, это, не готов, то ничего страшного. Это вроде серьезный шаг и… Ну не мастер он строить такие диалоги, что вы хотите?! — Я просто не задумывался об этом даже, — все еще в шоке бормотал юноша. — Привык хранить тайны, да? — с улыбкой спросил мужчина, по привычке опуская руку на чужую поясницу (поясницу, Уэйд!). Его малыш выдохнул и улыбнулся, счастливо посмотрел на него — карие глаза стали светлей, будто счастье могло изменить цвет радужки. Если бы Дэдпул был немного романтичней, то сказал бы, что это самое прекрасное, что он видел в своей жизни. Но? Но он создание недалекое и похотливое, поэтому в этом списке для него на первом месте — жопка Паучка, а не его глаза. Да, вполне на него похоже Говоришь с видом знатока. Так он сам такой же — Не волнуйся по этому поводу, — сказал мужчина, — я не давлю и мне как-то все равно, знают про нас или нет. Но, знаешь, — светлые глаза сверкнули, — будет круто, если папочки Стив и Тони запретят тебе водить со мной дружбу и наши отношения станут тайными, — мужчина запрыгнул на диван и стал петь (пытаться) оду о славном рыцаре Дэдпуле из Болтливых Умельцев и его принцессе Паучке, что злые ведьмы — Американская Попка и Железные трусы — заперли в башне и запрещают им видеться. Паучок покачал головой с улыбкой, при этом все же решив не собирать некоторые вещи, а оставить их потерянными. Возможно, ему предстоит серьезный разговор с тетей?

***

— Мэй! Я дома! Скинув рюкзак на пол, Питер прошел в гостиную, где тетя сидела перед музыкальным каналом с трансляцией какой-то рок-группы и, что-то подпевая, вязала свитер. По ниткам Питер понял, что это новый свитер на Рождество. Ей уже полегчало после того ужаса с симбиотами; их жизнь приходила в норму. — Тетя? — та вздрогнула. Обернулась, широко улыбаясь, и, выключив звук, отложила вязание. — Питер! Я не слышала как ты пришел, — они обнялись. Рюкзак послушно лежал в коридоре и выглядел… обиженно пустым. Мэй тут же нахмурилась. Как и все женщины, она обладала интуицией и шестым чувством, а когда ты одна растишь мальчика, то оно усиливается в сто крат. (Да, она упустила момент, что ее племянник — герой Нью-Йорка, у всех бывают плохие дни). Поэтому, переведя вопросительный взгляд на юношу, она приподняла бровь. — Я не видела эту кофту у тебя раньше. — Она... она не моя, — вздохнул Паркер. Он еще не успел морально подготовиться к этому разговору! Тетя молчала. Она смотрела на его слегка красные щеки и кончики ушей, на странный след, выглядывающий из-под воротника толстовки, и чуть не запищала от радости, как маленькая девочка. — ТЫ СЕБЕ НАШЕЛ КОГО-ТО?! — Тетя! — в шоке распахнул глаза Питер. — О боже, мой мальчик нашел себе кого-то! Кто это: парень, девушка? Не волнуйся, я приму тебя и буду так же любить, — ее глаза светились от счастья, а губы растянулись в широкой улыбке. Она, правда, была очень рада за него. Ведь после всего того, что произошло с Беном, с мистером Старком, когда тот лишил его стажировки, и всем другим, Питер не часто упоминал кого-то кроме Нэда, которого миссис Паркер знала как облупленного. — Тетя… — все больше краснел мальчик, опуская голову. — Вот где ты стал пропадать, — она не знала, что, вообще-то, в это время он патрулировал город, но допустим, что почти угадала. — Прошу, Мэй, — закрыл руками лицо. — Я приготовлю лазанью — негоже ходить в гости с пустыми руками. Подойдет лазанья? Питер вздохнул. И чего он еще ожидал от своей — своей — тети Мэй? — Сойдет. Он любит всё. — Так это все-таки он! — она загорелась, как свечка на именинном торте. Питер мысленно дал себе подзатыльник. — Ты пойдешь сегодня к нему? — тяжелый вздох. Паркер плюхается на стул в столовой; тетя же уже вовсю выкладывает ингредиенты для лазаньи. — Ну, хотелось бы, — скосил глаза юноша. Он чувствовал сейчас неприятный вопрос. — Вы уже спали? — Тетя! — она стояла к нему лицом, держа в руках деревянную лопатку, которой мешала соус. Ее по-лисьему хитрые глаза сверкнули и, улыбнувшись, она отвернулась от племянника, напевая что-то под нос. Питер вскочил со своего места и понесся в комнату. Руки дрожали. Он не верил, что он это сделал, что смог рассказать тете не только про отношения с кем-то, но и про отношения с мужчиной. Конечно, ей лучше не знать, кто это, ведь они вместе видели тот выпуск новостей, поэтому стоит пока повременить со всем этим (а Дэдпулу и вовсе перенести центр своей деятельности куда-нибудь в другую сторону, а лучше — страну). Но в любом случае, все прошло даже лучше, чем думалось.

***

— Нет, дружище, я не знаю, — Питер стучался ногой в квартиру наемника, потому что в одной руке был зажат телефон, а в другой — презент от тети — еще горячая лазанья. — А если усилить напряжение? — Питер слушал ответ Нэда. Они снова обсуждали тот Неудавшийся-Проект-Номер-Один, ведь его нужно сдать. — Но… Но… Черт, ты прав, — он стучится сильней. Отводя трубку от рта, он кричит: — Или ты ее открываешь, или я ее выломаю! — Нэд беспокоится, с кем он там, на что Питер красноречиво вздыхает: — С идиотом одним. Ему приходится раньше времени попрощаться с приятелем и самому открыть дверь. Конечно! Она не заперта, даже на цепочку, чего бояться наемнику со стажем и почти бессмертием? Из душа слышится плеск воды и фальшивое перепевание Селин Дион. Паркер закатывает глаза и проходит в квартиру. Ставит блюдо на стол, снимает рюкзак с вещами, которые намерен тут оставить (а мальчишка-то растет на глазах!) и топает в спальню. Комод и шкаф мужчины разительно пусты (не считая множества красно-черных замен его любимой недо-геройской пижамке), поэтому юноша может даже не освобождать себе место, а просто его занять. К тому времени, как вода затихла, Питер уже давно закончил и теперь сидит на диване, потягивая содовую, и читает учебник по физике. — Па-папу-пу-ля! — напевает Уэйд. Тут полотенце пропадет с головы, он видит слегка закрытую на цепочку дверь, блюдо и слышит шелест страниц. — Питти! — кричит он, как слон, побежав к юноше на диване и набросившись на него с крепкими объятьями. Тот в ужасе кричит: — Осторожно! У меня же учебник! — и, ловко пригвоздив баночку с содовой к стене, чтобы не пролилась, выдыхает. — Скучал? — ластится, словно кот, мужчина. — Конечно, — улыбается юноша и оставляет легкий поцелуй на лбу. — А теперь слезь с меня! С тебя вода капает! — передразнивая ворчание мальца, мужчина встает и, насвистывая что-то, идет в спальню. Конечно он замечает вещи Паучка, поэтому через секунду с писком снова прибегает к тому на диван. — Ты переезжаешь ко мне?! — Питер давится воздухом. — Ох, нет, просто перенес парочку веще… А ты хочешь? Не рановато ли? — А для этого есть срок? Как у продуктов? — наклоняет голову тот. Питер жмет плечами. — Не знаю, но мне кажется, что точно рано. — Ну ладно, — кивает Дэдпул. — Все равно Дэд рад, что трусишки Паучка теперь лежат в одном ящике с трусишками Дэдпула. Будет считать за секс? Ага, непрямой Питер покачал головой, закатывая глаза, но все равно улыбнулся.