Without Me

Тэхен любит Хосока, но не той любовью, которую тот заслуживает. Истинность усыпила в нем это самое чувство по отношению к парню, в нем теперь живет что-то новое. Оно похоже на паразита и размножается в геометрической прогрессии. Но даже при всем этом, Ким не может не сдержаться и не треснуть бывшего жениха по лицу с такой силой, что голова отлетает чуть ли не на другой конец дивана. -Я это заслужил,- разминает щеку Хосок.- Но это не отменяет того факта, что сам ты поступил по-скотски. -От моих действий жизнь других людей не зависела. Я провинился перед тобой. Но если бы ты увидел, во что превратил мою сестру, ты бы меня не обвинял. -Я не могу просто взять и переключить свой мозг, как это сделал ты. Ты так легко раздвинул перед ним ноги. Ты вообще любил меня?- в голосе Хосока столько желчи и боли, видимо он один любил за двоих. -Любил, конечно,- шепчет.- Я сам не понимаю, как все вывернулось именно так. Но когда я думаю о Чонгуке, то мне сразу хочется поцеловать его, сделать хорошо, чтобы он тоже видел только меня в своих снах. -Такое же чувство я испытываю к тебе, Тэхен. -Тебе надо пойти в больницу и поговорить с Енсан,- переводит тему.- Какие бы отношения между нами не были, моя сестра не заслужила того, чтобы умереть. Это она должна смотреть на то, как я умираю, а не наоборот. -А что будет после? -Я не знаю. *** Получить от Джина по лицу не входило в список важных дел Хосока на сегодня. Но связываться с семейством Ким, как оказалось, опасно. -Енсан все мне рассказала,- шипит Сокджин. -Она вспомнила?- реагирует Тэ. -Да. Ты как я вижу тоже в курсе, не так ли?- старший пыхтит как паровоз, пытаясь не сорваться на драку. Тэхен кивает головой и говорит Чону идти в палату. -Чего? Нет! Без меня ты туда не зайдешь! -Джин,- кричит Тэ, хватаясь за широкие плечи брата,- он все понимает и твое присутствие там не нужно. Тот немного успокаивается, но все равно следит за тем, как Хосок входит в палату. -Я чувствую неловкость между вами. -Мы расстались. Джин на это лишь хмыкает, не сводя с дверей глаз, готовый в любую секунду вбежать внутрь. -Ты не особо удивлен, да?- шепчет Тэ. -Прости, но от тебя постоянно несет тяжелым парфюмом. Не твоим. Ты приходишь в больницу после койки какого-то мужика? Старший не осуждает, не учит, просто беседует. Тэхен всегда любил в нем это. Он не осудит, не узнав всей правды. Хосок не в счет, потому что слова семьи всегда на первом месте. Блондин закатывает рукав кофты, показывая идеально ровный рисунок на запястье. -Это то, что я думаю! -Я встретил своего истинного. Это брат Хосока... -Ты шутишь?- Джин больше не смотрит на дверь, только на брата, что глазами в пол уставился. -Его зовут Чон Чонгук, он замужем и глава огромной корпорации. Мы встретились с ним случайно в туалете ресторана, где Хосок знакомил меня со своей семьей. -Твою мать! -Да. И в общем, все очень быстро закрутилось. И, Джин, я даже не представляю как теперь мне дальше жить. Я бросил жениха, переспав с его братом, потому что он мой соулмейт, моя сестра лежит в больнице с болезнью, которой нет точного определения из-за моего бывшего,- Тэ говорит монотонно, видимо уже сто раз раскладывал эти строчки по полочкам в своей голове, пытаясь не утонуть в пучине лжи вокруг себя. -У него ведь муж есть... -Это брак по расчету. - Тем более, это не отменяет того факта, что ты будешь всего лишь любовником. Будешь прятаться с ним, как делал всю неделю? Заимеешь себе врага в лице его мужа. Почему бы тебе просто не отпустить? - Я не могу,-шепчет.- Без него метка ужасно чешется, покрывается зудом. Это больно, Джинн-и. Я ни физически, ни ментально не могу быть далеко от него. Енсан говорила, что у нас особая связь, поэтому метка сходит с ума без долгого контакта с соулмейтом. Старший молчит, не зная что сказать. Истинность для него как тригонометрия для пекаря. Пустое поле. Они с Наджуном не истинные, тем не менее почти десять лет вместе. Ему и не нужен соулмейт, когда он любит своего парня до безумия и без той боли, что приходится терпеть брату. -Я тут не советчик, Тэтэ. Но могу тебе предложить пока сосредоточиться на Соле, а потом уже решать что-то с Чонгуком. Енсан чувствует его присутствие, ощущает меткой за стенкой. Она ждет, когда откроется дверь. Желает увидеть его здоровое, не осунувшееся лицо, подвижную меченую руку, чтобы убедиться в своем решении, которое было принято нелегко. Хосок входит без стука, тихонько прикрывают дверь и присаживается на стульчик. Выглядит он потрепанно, но все равно на его фоне Сола просто кошмар во тьме. Цвет лица девушки можно сравнить с трупом, синяки под глазами выделяются яркими пятнами. А в глазах не видно блеска, не видно тяги к жизни, словно она за эти несколько дней прожила несколько жизней. -Привет,- Енсан в ответ молчит.- На самом деле, я не знаю, что должен тебе сказать, так как во мне ничего не изменилось за это время... -Кроме того, что ты страдаешь,- припечатывает девушка словами.- Страдаешь так сильно, что ни один мой сон не проходит без кошмаров, что медсестре приходится кормить меня с ложки, так как моя подвижная рука трясется без причины. Хотя постой, ты же и есть причина!- она кричит, но парень ее не останавливает, поджимая губы.- Ты эгоист, твоя слепая преданность моему брату, даже после того, как он бросил тебя, заставляет мое тело страдать, в прямом смысле умирать. -Прости, но я не могу просто начать чувствовать к тебе что-то. -Ты даже не пробовал,- плачет.- Ты не пытался. Все дело в твоей голове, в твоих мыслях. Если бы ты послушался меня и не приходил в ту ночь, не говорил всех тех ужасных вещей, то, возможно, я бы не лежала сейчас здесь. -Но что-то же можно сделать?- шепчет Хосок на грани слышимости. -Ты мне не помощник. Процесс уже пошел и остановить его можно только... -Как? -Есть операция по ... стиранию истинности. -Это как? -Это хирургический прием. И он не всем по карману. - Деньги не проблема. Но разве это не опасно? -Сегодня я слышала как врач, сказал, что мое тело больше не принимает донорскую кровь, а метка все еще сочится. Как ты думаешь, как лучше умереть? Не попытавшись или все же рискнув? Хосок больше не смотрит ей в глаза. Ему страшно и непривычно быть здесь сейчас. А эта девушка снова и снова выливает на него ведро ледяной воды. -Тебе нужно быть на моей стороне, когда я начну разговор с братьями, понял? С доктором я поговорила, он очень долго не хотел идти у меня на поводу, но когда чувствуешь дыхание смерти, то бываешь очень убедительной. Он попросил некую сумму за ... сокрытие некоторых фактов про операцию, так что ты сам ему ее вручишь. Чон кивает как болванчик, не спрашивает, что будет с ним и его меткой после этого. Он даже готов сам в гроб лечь, так как в его жизни не видно света теперь. -Позови братьев и доктора. *** Тэхен рассержен. Он просто в ярости. Дайте ему биту и живых рядом не останется. -Какого черта, Джин! Совсем из ума выжил?! -Тэ, я знаю, что ты чувствуешь,- говорит старший, а у самого руки трясутся, он прячет их в карманы. -Ты подписал бумаги без меня. Мы же договаривались, что обсудим этот вопрос вместе. - Какой вопрос? Смотреть как умирает Сола или попробовать и дать шанс ей выжить? Или может быть ты можешь как-то усмирить своего бывшего? -Что? -Если бы ты втихую не трахался с Чонгуком, а сразу поговорил с Хосоком, всего этого дерьма не случилось бы. Он бы не увидел все это, не поехал бы пьяный к нашей сестре. -Джин, ты же понимаешь, что я не властен над этим. Джин смеется громко до боли. Ему смешно, что Тэ настолько наивен, что не видел сам как им пользовались все это время. -Ты трус и лжец. Ты просто боялся брать на себя ответственность за чужую судьбу, поэтому молчал. А сейчас рвешь и мечешь только из-за чувства вины, снова. Но мы оба знаем, что на такое важное решение как операция сестры, у тебя духу бы не хватило решиться. Тэхен смотрит стеклянными глазами, не узнавая брата, который проталкивает ножи в его тело с каждым словом все глубже и глубже. Но возразить не может. Не может даже себе признаться в этом. Есть его вина в том, что Сола медленно умирает. Он часть пазла, что поспособствовала полноценной картинке. А сейчас они сидят в ожидании начала операции. Джин утром подписал бумаги один, без брата, так как все же он старше. Родители в неведении до сих пор, но никого это не волнует сейчас. Доктор сказал, что могут быть проблемы со здоровьем, но на этом все. И теперь они оба сидят в коридоре, в огромным букетом страхов на каждого. Енсан вывозят на коляске. Выглядит она уставшей до жути, через кожу видны кости, волосы уже отросли и видны темные корни. -Сола! Когда все закончится, надо будет тебе покраситься в черный и Тэ тоже. Будем "Черным Трио Кимов". Тэ закатывает глаза, демонстративно отворачиваясь, но сестра смеется, хотя видно, что ей тяжело это дается, она улыбается, растягивает бледную кожу шире. -Спасибо, Джинн-и. Это вам,- она протягивает парням свернутый лист бумаги.- Обещайте, что прочитаете, когда начнется операция. Те синхронно кивают, получая еще один кивок от сестры. Спустя несколько минут, Тэ открывает письмо и оседает на скамейку тяжелым мешком Джинни и Тэтэ. Все, что вы сейчас прочитаете, просто примите и поймите. Я надеюсь, что не прощаюсь, но все же мне надо, чтобы вы знали. Хочу сказать, извините меня. Я соврала. Операция, на которую я вас уговорила, имеет только одиннадцать процентов успеха из ста. Выведение истинности, никогда не хирургический процесс, но люди все же пытаются исправить это. В основном все соулмейты умирают прямо на столе, либо подвергаются тяжелым болезням после. Метка это не то, что нарисовано у вас на коже, это то, что содержится в голове. Представьте что на вашем теле есть кнопка, одна единственная, которая соединяет все ваши нервы и эмоции воедино. Это и есть метка. Ее нельзя разгадать, избавиться без последствий или забыть про нее. Так как душевный организм человека у каждого уникален, поэтому и системы одной тоже нет. Я уговорила доктора молчать об этом, поэтому, надеюсь, что вы будете благоразумны к человеку, который пожалел меня так, как жизнь не пожалела. Я пошла на этот шаг осознанно, не надо винить окружающих, тем более Хосока. Это жизнь и она не отличается особой благосклонностью к людям. Ко мне в том числе. Мое решение не было спонтанным, я долго вынашивала его, вы просто не знаете обо всем том, что было скрыто от вас. Я получила метку в четырнадцать лет. Это был день, когда Тэхен собирался познакомить меня со своим женихом. Но тот так и не пришел на встречу из-за срочных дел на работе. Видимо встретиться в тот день нам все же удалось. Два года я ее скрывала. В моем шкафу почти не осталось вещей с короткими рукавами, а косметичка была полна тюбиков тоналки. Я никогда не обвиняла судьбу, жила как и раньше, просто теперь моей главной целью было скрыть правду ото всех. И я была отличной актрисой, если никто так и не понял, что происходит. Впервые я почувствовала боль первого мая. Это был словно сигнал. Позже заметила капельки крови на манжетах рубашки, в тот день Хосок впервые за несколько лет поговорил с родителями по телефону. После этого, в день когда Хосок сделал предложение Тэхену, моя рука болела настолько сильно, что я пакетом льда и горстью таблеток пыталась заглушить агонию. Мне было больно до истерики, я молилась о том, чтобы все закончилось. Никогда мне не было настолько плохо. Я врала родителям, что все в порядке, просто не выспалась из-за уроков. Но дело было не только в решениях и действиях Хосока. Это было также и мое наказание за то, что уехала, что посмела думать, что могу жить отлично без истинного. Я поняла, что дальше так нельзя. У меня был план. И, к сожалению, его осуществление могло быть только в Корее, так как нужный мне врач прямо сейчас может помочь мне реабилитироваться. Поэтому я настояла на своем переезде. С доктором Пак Чхве я разговаривала еще до всего этого, я консультировалась с ним, так как он лучший специалист по вопросам истинности. Мое решение не спонтанно. Я много читала, изучала эту тему, даже разговаривала с соулмейтами. Врач, который мог мне помочь в Японии, отказал. Я его не виню. Ведь это грех- отнимать то, что природой было послано как дар. Но на самом деле как проклятье. Я продумала все. Деньги, билеты, документы, договора, даже подумала, как мне заполучить ваши подписи на операцию, так как я несовершеннолетняя. Удивительно, как много можно наворотить дел, всего лишь заплатив. Единственным моим просчетом стал Хосок. Его появление усугубило абсолютно все. Я правда надеялась, что может, мое здоровье наладится после переезда и я не буду делать такой шаг. Но ошибалась. Наш организм непредсказуем, нельзя пережить то, что намеренно делает тебе больно. Хосок не виноват в том, что влюбился в Тэхена той любовью, что описывают в книжках, даже если эта любовь воистину смертельна. Мне не стыдно за свое решение. Вам должно быть стыдно за меня. И мне жаль, что я так слаба, что не выдержала всего этого. Я правда пыталась, но это страшно. Каждый мой вздох в палате мог стать последним и большое чудо, что я не впала в истерику. Это помогло прожить мне чуть дольше. Умереть молодым не так уж и плохо. Я смирилась, у меня было достаточно для этого времени. Вам не понять. Надеюсь, что не поймете никогда. Енсан. Джин бледнеет на глазах, когда дочитывает последние строчки, он лично поставил подпись на смертном приговоре родного человека, сам ее проводил в последний путь. Тэ рядом с ним не лучше выглядит. -Если она умрет, это будет твоя вина. Молись, чтобы она вышла отсюда живой,- рычит младший. Эти слова бьют не хуже кувалды. -Мы были настолько слепы, настолько поглощены как решить проблему, что не заметили как ловушка захлопнулась. Хосок в больницу не приходит. Енсан сразу предупредила, что это будет больно, так что парень предпочел загибаться в одиночестве без посторонних глаз. Она сказала, что нужно выбрать либо алкоголь, либо болеутоляющее. Чон выбрал первое, потому сидит с бутылкой в обнимку, слезами поливая ламинат в гостиной. Он видит как стирается метка, как тягуче медленно выводятся чернила с кожи, при этом нет ни крови, ни синяков. Только пронзающая, невыносимая боль, что сводит мышцы. Перед глазами проносится куча воспоминаний, моментов, которые были значимыми. Например, их тусовки с братом или первый поцелуй с Тэхеном, момент, когда родители подарили собаку на день рождение и много всего, что позволяет немного отвлечься, выйти из реальности. *** Операция заканчивается через двенадцать мучительных часов, в течении которых, кажется, братья Ким поседели. Врач выходит усталый. -Получилось,- произносит и Тэ начинает плакать, держась за руку Джина.- Девушка сейчас в порядке, но это не значит, что последствий не будет. Немногие выживают после такого. Наверно, ее соулмейт сейчас прошел все круги ада. -Он заслужил,- шипит Сокджин. -Тем не менее, состояние Енсан стабильное. Будет огромный шрам на руке, но может получиться его удалить лазером. Сейчас ей нужно восстановиться, так что все посещения будут завтра. -Я бы сказал вам спасибо, но после того, что мы пережили, узнав о вероятности смерти, которую вы скрыли от нас, скажите спасибо, что не заявляем на вас в органы,- говорит Джин. Доктор Чхве улыбается. -У вас ведь нет метки?-Ким кивает.- Вы не понимаете, как это тяжело. Для девочки ее возраста такие боли перетерпеть почти невозможно,- мужчина закатывает рукав, показывая огромный шрам от кисти до локтя, который похож на волны в море.- Вы даже на перевязку не могли смотреть. А теперь представьте, что вашу руку засовывают в мясорубку, вот что чувствовала ваша сестра. Доктор кланяется и уходит, оставляя парней в коридоре. Никто ничего не говорит. Джин садится обратно на скамейку, чтобы дождаться Намджуна. Тэхен также молча направляется к выходу. Ему хочется сломать что-то, наорать без причины на кого-то. Внутри столько злобы и желчи, что он решает поехать домой к Чонгуку. Они не договаривались встретиться сегодня, но ему все равно. Поэтому он настойчиво звонит в дверь, полный решимости выпалить: - Я сплю с твоим мужем,- Чимину прямо в лицо. Тот немного опешивает, перегоняя слова в голове, а потом охуевает, все также тупо пялясь на блондина. -Длинноногий блондин,- вспоминает Пак слова бармена и хмыкает сам себе.- Ну проходи. Тэ сразу забегает в квартиру, чтобы налить стакан воды, пока Чимин бесшумно садится за стол, переплетая пальцы. -Покажи метку. Ким закатывает рукав, обнажая рисунок. -Похож. -Это все?- не выдерживает Тэ. -А что я еще должен сказать? -Ну, наорать на меня, закатить скандал, кинуть в меня ту безвкусную вазу,- блондин дергает ногой, скрещивая руки на груди, готовый к словесной обороне. -Ты пришел посраться?- Чимин закрывает рот ладошкой и смеется. -Что смешного?- кричит. -Я, конечно, переживал, кто же моего мужа охмурил, но я не стану устраивать скандал. Мне уже не двадцать, чтобы встречать тебя со сковородкой,- усмехается.- Но я вижу, что тебе надо поговорить. Ким опускает глаза, присаживаясь напротив парня. Он хотел выпустить пар, поругаться с кем-нибудь. Чимин был идеальным вариантом, но просчитался, видимо. Парень делает глубокий вдох, проводит пятерней по волосам и даже не представляет с чего начать, поэтому рассказывает абсолютно все. Впервые с момента их первой встречи, Ким кому-то рассказывает без утайки, в деталях и по порядку весь тот отрывок его приключений с того самого ужина. Пак оказался хорошим слушателем, но на самом деле он тот еще любитель сплетен вот и все. Но надо отдать ему должное, сковородку в руки он все же не взял. -Я верю, что с твоей сестрой будет все в порядке. Судя по твоему рассказу, она очень сильная. Что касается Чонов ... Ты правильно сделал, что честно поговорил с Хосоком, потому что обманывать человека, который по-настоящему любит тебя, ужасно, по себе знаю. Но Чонгук не станет разводиться из-за метки или из-за тебя. Ты должен это понимать. Тут дело не в отношениях, а в брачном контракте, при разводе он теряет половину компании, даже если большую часть он своим трудом выстроил. Тэхен кивает, опуская глаза в стол. Он и сам это знает. -Я не могу сказать, что люблю его, по крайней мере это не те чувства, что я ощущал, когда был с Хосоком... в начале отношений. Но я хочу быть рядом с ним, мне это необходимо просто, даже слышать его голос мне не бывает достаточно. -Все события, что произошли, наложились на тебя. И я понимаю, почему тебе трудно быть восприимчивым к чувствам, которые по идее... окрыляют, позволяют чувствовать тебя особенным. Я не знаю любил ли Чонгук кого-то, способен ли он вообще любить. Но я знаю, что может помочь нам обоим прямо сейчас, -Чимин ехидно улыбается и достает бутылку вина из шкафа.- Я недавно разбил такую же, потому что ... в общем причина не важна, но выпить вторую мне также ничто не помешает. *** Чонгука немного мутит, буквы расплываются перед глазами и какое-то странное теплое чувство растекается в груди. Он громко сглатывает и трет переносицу, надавливая на глаза пальцами до мелких звезд. Работать в таком состоянии уже невозможно, постоянно хочется прилечь или подышать свежим воздухом, поэтому Чон собирается домой, по пути сбрасывая смс Чимину, что будет ночевать в их квартире. Увидеть пьяного Тэхена, танцующего в обнимку с его мужем- последнее, что представлял увидеть Чонгук у себя в гостиной. Он молча проходит к дивану, пока далеко не трезвый Чимин его не замечает. -Чонгук-и, мы так рады тебя видеть, - парень вешается ему на шею, улыбаясь так, что глаз не видно,- весь день обсуждали, какой ты черствый, бесчувственный, недалекий... -Да-да, я в курсе,-он отцепляет маленькие ладошки от себя и спокойно присаживается, смотря на Кима, который сел на пол и молча вырисовывает пальцем какие-то узоры на ковре.-Ну, а ты, Тэхен, что-нибудь скажешь? Блондин мотает головой из стороны в сторону, поджимая губы, словно боясь выдать страшный секрет. -Он еще не разобрался в какую категорию тебя отнести,- поясняет Пак заплетающимся языком, бесцеремонно ложась головой на колени мужа. -Категорию? -Ну да. Типа расстаться с тобой или продолжать унижаться дальше за наслаждение. Чимин, когда пьяный, болтает без умолку. А еще у него в это время включается память и он может вспомнить, какого цвета был мяч, что десять лет назад закатился под забор чужого дома. Но все это не отменяет того факта, что ему обязательно нужен собеседник, так как парень любит поболтать. Поэтому Чон громко цокает, пока Пак рассказывает какую-то откровенную чушь. Чонгуку особо не интересно, почему его любовник и муж сегодня спились в его квартире, в конце-концов сегодня Соле делали операцию и Ким сильно переживал, а Чон не скотина, чтобы лезть в душу гостя, хотя все это кажется подозрительным. Соула больше волнует, что за "категории" сейчас в голове у Тэхена. Может он тоже решил избавиться от истинности? Или порвать с Чонгуком? Может Чимин навешал ему лапши на уши? Каждый из вариантов может оказаться верным, особенно последний. Каким бы милым и рассудительным его муж не казался на первый взгляд, на самом деле, он тот еще интриган и истеричка. Пак позволяет любые интрижки, но что его всегда по-настоящему выбешивает - постоянство. Его раздражает, когда у Чонгука появляется кто-то на постоянной основе, он начинает видеть в этом человеке соперника и не важно, что это всего лишь секс. Но на это можно закрыть глаза, ведь именно Чимин прикрывает все его проколы в виде фотографий с новыми пассиями, что могут оказался на первых полосах желтой прессы. И что самое интересное, на этот раз именно Тэхен может оказаться тем самым "соперником", ради которого он может бросить все свои гулянки и Чимина тоже. Ким сидит на полу, опустив голову так низко, что за светлыми прядями не видно лица. Чону хочется дотронуться до них, убрать локон за ухо, провести пальцами по нежной коже, но он далеко, а еще Чимин своей головой придавил бедра в диван. -Тэ?- зовет соул. Парень поднимает голову, несколько раз моргая. Щеки красные от выпитого, рубашка расстегнута на несколько пуговиц, а глаза словно смотрят сквозь. Теперь Чон понимает, почему странно себя чувствовал в офисе. Кто-то слегка перебрал с алкоголем. -Я отвезу тебя домой,- спокойно произносит и убирает голову Чимина со своих ног, под дикие возмущения последнего. Он протягивает руку блондину, который не сразу понял для чего, но потом все же вложил свою ладонь в чужую, становясь на один уровень с соулмейтом. Чонгук ведет его в коридор, не отпуская и даже сам зашнуровывает чужие кеды, так как Тэ не силах разобраться в этой сложной веревочной схеме. Раздраженный Чимин вываливается из гостиной, наблюдая за развернувшимся спектаклем. Его гнев можно практически пощупать, Чон уже научился это делать и усмирять тоже научился, но сейчас ему не хочется начинать разборки, не при Киме. -И что? Ты поедешь его трахать, да?- не выдерживает Пак. -Нет,- устало отвечает брюнет.- Я просто отвезу его домой и приеду. Нам с тобой есть, что обсудить.- и взяв Тэхена за талию, выходит за дверь. Ким, когда пьяный, удивительно тихий и податливый, не то, что его муж. Он похож на пластилин, можно мять из него все, что угодно, а еще он ужасно теплый и милый и последнее для Чонгука новостью не является на самом деле. -Я не хочу домой,- шепчет блондин. -Ты про родительский дом или... -Я расстался с Хосоком и забрал все свои вещи. Но я не хочу ехать к родителям, так как там нет Солы и я просто... -Я понял, - прерывает его брюнет, зная, какая это болезненная сейчас тема,-отвезу тебя в отель. -Туда я тоже не хочу. Слишком много людей. Горничная, швейцары...- Ким как завороженный перечисляет всех сотрудников отеля. -Хорошо, Тэ. Отвезу тебя в свою квартиру. -Какую? -В которую Чимину нет входа,- поясняет Чон, намекая, что его муж не является главным элементом жизни. Чонгук специально ехал не спеша, хотел подольше побыть наедине с Тэхеном, хотя тот уже уснул. Удивительно, но несмотря на то, что они с соулом не виделись лично некоторое длительное время, метка не горела и не болела, как было в самом начале. Значит ли это, что они с Кимом нашли какое-то равновесие в своих отношениях? Может они стали ментально ближе друг к другу? Все это время они переписывались, Тэхен все свои переживания выливал в смс, а Чону впервые не хотелось закатить глаза от такого количества текста, наоборот, хотелось, чтобы истинный писал еще, лишь бы ему стало легче. И это что-то совершенно новое для него. Привязаться к человеку, пускай тут большую роль играет метка, но это заставляет его постоянно в тяжелые моменты воссоздавать образ Тэхена в голове, так становится спокойнее. Сегодняшняя сцена дома подкинула Чонгуку один вопрос, который рано или поздно бы всплыл. Стоит ли Тэхен того, что бросить Чимина, а вслед за ним и то многое, что он наработал годами. Все, что делал Чонгук, начиная с университета, это работал и трахался. С уходом Хосока, он перестал гулять, как делал в студенческие времена. И все, что казалось важным - это престиж компании, ее расширение и доход. Чимин никогда не был главным и сам парень это понимал, хотя не переставал питать фантомную любовь к Чону, воспринимая ее как настоящую, а не навязанную жизнью как спасение. Но Чимин все же та самая нить, что навсегда будет связывать компанию и их брак как страховку. И разорвав эту нить, брюнет потеряет весь свой годами наработанный труд просто потому, что оказался не способен полюбить, оказался не способен воспротивиться природе. Но так ли это? Когда машина наконец делает остановку, Тэхен даже бровью не ведет, все также оставаясь в глубоком сне. Не то чтобы Чон не смотрел на него спящего, но все же лицо пьяного спящего Тэхена немного отличается, его щеки красные, а еще брови нахмурены. Чонгук выходит из машины и аккуратно на руках относит парня к свою квартиру, где укладывает на кровать и пишет записку на всякий случай, если все-таки не вернется к утру. Возвращаться обратно не хочется, но Чон все же делает это и проходит на кухню, где Чимин уже успел присосаться к новой бутылке, очевидно, любимого дорогого виски Чонгука. Брюнет на это и бровью не ведет, зная все уловки мужа наизусть, он не выведет его на скандал. -Ну и что ты тут устроил?- спокойно спрашивает, намекая на бардак в гостиной. -Ниче,- икает. - Чимин, я хотел поговорить с тобой, но сегодня ты не способен уже на это, так что я поеду, а ты приведи себя в порядок. -Никуда ты не пойдешь! Думал, я так возьму и проглочу это,- Чимин тычет своим маленьким пальчик прямо в грудь мужа. -Что "это"? - Твою интрижку. Ты же помнишь, что со мной уйдет и твоя компания, так что ты привязан ко мне. -Я не привязан к тебе,-Чон насильно отцепляет чужие ладони от себя.- Если ты думаешь, что я все время работал, чтобы больше денег получить, то ты не прав. В моей профессии всегда присутствует спортивный интерес. Главное не то, сколько ты получил, а то какую стратегию ты выбрал, чтобы достичь этого. Опыт - вот что ценно. Все как в жизни не так ли? - Я не поминаю,- лепет Пак. - Деньги- это ты. Опыт- это Тэхен. Я хочу с тобой поговорить об этом, когда ты протрезвеешь. Сейчас мои слова для тебя как вода. -Ты так... так изменился. Почему ты не кричишь на меня как раньше, почему не пытаешься сделать больно? -Я был зол на всех очень долго, думаю сейчас я понял, что мои приоритеты изменились, а вместе с ними и я сам, мое поведение. Чимин кивает, надувая губы и цепляется на плечи мужа, чтобы не упасть Чонгук доводит его до постели, ставит рядом тазик и уезжает обратно к Тэхену. *** Джин не спал почти всю ночь, а потом и следующие сутки, а потом еще одни. Так прошло три дня, в течение которых Сола не просыпалась и к ней не пускали никого. Это было очень трудно, даже Тэхен, который обычно написывал сотни сообщений, куда-то пропал. Кима съедали мысли о том, как сказать все родителям. Как им объяснить все то, что случилось и ураганом по ним всем пронеслось. Болезнь Енсан, разорванная помолвка Тэхена, внезапно появившийся соулмейт Тэхена и сестры. Все это время парень говорил родителям, что девушка простыла и не может отвечать на звонки из-за температуры, слава Богу, что Джин единственный в семье кто не мог врать родителям и был на хорошем счету, до недавнего времени. Когда на телефон приходит сообщение от врача о том, что Енсан проснулась, он сразу же выбегает из квартиры, пугая только что проснувшегося Наджуна, и несется на всей скорости в больницу, по пути собирая все штрафы, которые только возможны. Джин влетает в коридор, бегом срываясь к доктору Чхве у палаты сестры. -Что с ней? Она в порядке? К ней можно? -Успокойтесь и переведите дух, если она увидит вас настолько возбужденным, то это будет не самое лучшее первое впечатление. -Первое впечатление?- повторяет парень и видит как мужчина хмурится и тяжело вздыхает. - Вы войдете в палату и попытаетесь не реагировать слишком эмоционально на то, что увидите. Поверьте, очень важно сейчас не пугать девушку. -Что произошло? Она умирает?- голос Джина предательски срывается, но он пытается успокоить бешено грохочущее сердце в груди. Доктор Чхве мотает головой и открывает дверь, заходя следом за парнем. Ким проходит в палату и садится на свободный стул, наблюдая как его сестра следует просьбам медсестры. Джин облегченно выдыхает, когда видит, что Енсан выглядит почти также как и до операции, не хуже и этого достаточно, чтобы немного успокоиться. Когда медсестра уходит, девушка обращает свое внимание на брата и лицо ее ... не выражает ничего. Тогда Джин пересаживается на кушетку, заставляя Енсан странно отреагировать и резко придвинуться к другой стороне словно ... в испуге. От него не ускользнуло, как напрягся доктор, когда Ким пересел. -Привет, Сола,- шепчет парень. -Меня зовут Енсан,- поправляет она. -Да, конечно. Я рад, что ты проснулась. Как ты себя чувствуешь? -Нормально, наверно,- она отодвигается еще дальше. Ее, когда-то меченая, рука перебинтована по плечо, не двигается вообще, девушке приходится второй рукой подтягивать себя ближе к грядушке койки. -Может ты чего-то хочешь? Я могу принести из дома,- все также тихо говорит Сокджин. -Эм, я извиняюсь, но вы кто?- спрашивает девушка и в глазах ее ни капли смеха. - Кто ... я? -Да. Кто вы? Я первый раз вас вижу. Джин нервно сглатывает и вспоминает диалог, что был буквально пять минут назад. Он старается не паниковать, но руки трясутся, когда он достает мобильник из кармана и показывает ей фото, что было сделано в салоне автомобиля сразу после аэропорта. -Я твой брат, Ким Сокджин,- он дает Енсан в руки телефон, чтобы она сама посмотрела. -У меня здесь какое-то недовольное лицо. -На самом деле, это фото сделано после того, как я и мой парень Намджун забрали тебя из аэропорта. И мы немного опоздали, вот ты и была недовольна,- улыбается Ким. Сола на это никак не реагирует, начиная дальше листать фотографии, пока доктор Чхве не просит Сокджина покинуть палату, чтобы девушка немного отдохнула. - Что это значит?-спрашивает парень, как только двери за ними закрываются. -Это последствия удаления метки. Потеря памяти первый случай на моей практике, обычно многие заболевали и впоследствии умирали, если это происходило не во время операции. - То есть то, что она просто потеряла память, является хорошим результатом? Можно теперь выдохнуть?- к горлу Джина подкатывает истерика и он делает пару глубоких вдохов, прежде чем снова обратить все свое внимание на доктора и извиниться, тот лишь кивает и продолжает. -Ее организм полностью здоров, я имею в виду никаких осложнений не обнаружено. Хорошая свертываемость крови, то что мы очень хотели увидеть, потому что это была одна из причин, почему рука девушки не заживала и она теряла ежедневно много крови. Рука понемногу заживает, но рана выглядит ужасно, поэтому мы будем надевать Енсан маску на лицо, когда будет перевязка, чтобы не травмировать. - Но что делать с ее памятью? Она сможет что-то вспомнить или кого-то? - К сожалению, я не могу вам сказать. Возможно, что нет. Я, как человек, один из немногих кто перенес эту операцию, могу сказать, что это необратимый эффект. Мы забрали то, что ей по сути подарила природа, но взамен Енсан отдала память. Пусть это звучит глупо из уст доктора точных наук, но я действительно верю, что это так. -Хорошо,- уныло кивает Джин.- Спасибо вам, доктор Чхве, и простите мое невежественное к вам отношение, я просто очень беспокоился за сестру, это мое единственное оправдание. Можно вопрос? -Конечно. -Что стало с вами после операции по удалению истинности? И почему вы на это решились? - Моя возлюбленная была из очень богатой семьи, а я нет. Моя мать работала медсестрой в этой самой больнице, а отца я не знал. В общем, оказалось, что моя мама больна, у нее обнаружили рак и нужны были огромные средства, чтобы начать какое-никакое лечение. Я понимал, что это вряд ли бы помогло, но облегчило бы ее страдания точно. У меня не было таких денег, а вот у отца моей истинной да. Я не горжусь тем, какой сделал выбор, но и не стыжусь тоже. Мою возлюбленную звали Виен, мы скрывались от ее родителей, так как у нее был уже богатый жених, а я, в глазах ее родни, был лишь оборванец с такой же картинкой на запястье, как и у их дочери. В один из дней, ее отец предложил мне большие деньги в обмен на то, что я вывожу метку и бросаю Виен. На тот момент, моя мама не могла работать и мне приходилось самому искать деньги и пропускать учебу. - Вы согласились. -Да,- кивает мужчина.- Он даже составил контракт, где было прописано, что должен сделать я и он. Я лег под нож. И цена, которую я заплатил...- доктор Чхве нервно сглатывает, словно наяву вспоминая те дни,- оказалась жизнь, жизнь Виен. Она умерла сразу после того, как прошла операция. Как ты понял, не всегда природа забирает что-то внутри нас, когда мы хотим ее обдурить. -Что стало с ее родителями? -Они стали ненавидеть меня еще больше, просто потому, что меня проклинать легче, чем признать свою собственную ошибку. Не предложи они мне эту сделку, Виен была бы жива, а моя мать... была бы мертва. Как бы это не звучало, но моя мама бы не выкарабкалась без тех денег, что отец Виен мне дал. Именно так я приобрел шрам на всю руку, потерял своего соулмейта и спас мать.- мужчина замолкает и спешно прощается, но Джин все равно видит на его лице слезу, что покатилась по морщинистой щеке. По затем врач все же оборачивается и говорит: -Я бы навестил Чон Хосока на вашем месте. И Джин убегает, обеспокоенный только одной мыслью "Как Хосок?".