Она и ОН

Игорёк Нешумов всегда был полненьким мальчиком. Ни ростом, ни лицом он не вышел. С годами ещё и сутулость выработалась. В детстве пареньку никогда не хватало усидчивости и терпения. Он всегда искал себе применение, хватался за всё, что мог. Но ничего из этого не получалось. В результате, многие ровесники и взрослые считали его безответственным. Просто Игорёк старался понравиться. Не востребованность и вечные подколки товарищей выводили Нешумова из себя. Он стал тихой гадиной: тихо мстил, тихо пакостил. Ума ему было не занимать. Практически во всех одноклассниках видел врагов. Тем не менее он был слабаком, неспособным на крупную подставу. В пятом классе влюбился, но по привычке действовал тихо. Ася была скромной, миролюбивой, славной девочкой, которая больше походила на одуванчик: воздушная и лёгкая. От неё шёл невероятный свет, и люди тянулись к этому светочу, как мотыльки. Она со всеми дружила. Даже с шалопаями-мальчишками. К Игорьку отнеслась со свойственной только ей теплотой. Но Нешумов был не тот человек, который готов был открыто сказать о своих чувствах. Он начал с писем, которые тайком подкладывал в карман куртки. Писал их на компьютере, чтобы не узнали подчерк. Боялся остальных. Боялся смеха. Потом в карманах начали появляться конфеты. За день они таяли в тёплых карманах, превращаясь в кашицу. Игорёк любил наблюдать за Асей, когда та, сидя на парте, читала книгу или слушала музыку. На задней стенке своего шкафа он устроил что-то вроде святилища: фотографии, несколько ручек, обёртки от конфет. Всё, чего касались её ручки. «Гранатовый браслет» в миниатюре. Так продолжалось два года: письма, конфеты, мелочи в карманах, мания любви. Но потом, когда играли на улице в волейбол, произошёл перелом истории. Май. Игра. Веселье. Игорёк был слишком неуклюж чтобы участвовать. Мальчик сидел на лавочке в тени, наблюдая за девочкой. Дурачась, остальные ребята начали в шутку драться. Один мальчик из их класса схватил Асю и закрутил после очередного отличного гола. Сердце Нешумова сжалось в тисках холодного раскалённого металла. Женька преступил нарисованную Игорьком окружность. Но сил подойти и отстоять свою «территорию» у этого «льва» не было. После окончаний занятий мальчик прошёл через арку в стене дома и увидел, как внизу, в овраге на детской площадке, происходит преступление. Качели. Двое. Смех. Улыбки. Ася сидела, а, за натянутые цепи оперившись, стоял Евгений. Они о чём-то мило беседовали. Девочка периодически краснела. Первый поцелуй. Тот май стал для двоих началом нового периода, и для одного – началом нового переосмысления. Игорёк был лучшим другом зеленоглазого монстра: продолжались письма, одновременно с этим мальчик считал себя преданным, брошенным, словно девочка была чем-то ему обязана. Игорька мучило счастье Аси и Женьки, мучил их смех, их улыбки, их слёзы. Её доброе отношение к нему. Одновременно мальчик чувствовал и превосходство, и жалость, и любовь, и ненависть, и гордыню, и прощение. Лето прошло в душном городе, в постоянных мучениях от постоянно обновляющихся фотографий влюблённых и поклонению алтарю Аси. Перед девятым классом фотографии прекратились. На стене появилась последняя, самая красивая, с родителями и чёрной лентой в правом углу. Ася погибла в автокатастрофе с родителями в конце августа.Не было ни одного, кто бы не любил её. Пост «помним, любил, скорбим» был у каждого в школе. У всех. Кроме Игорька. Он тихо горевал и ликовал о ней. Она не досталась никому. Почему-то мальчику иногда казалось, что Женька куда-то спрятал её, увёз и держит, что Ася жива. Хорошо умея скрывать свои чувства и показывая поддельные, Игорёк провёл год в школе, наблюдая за жизнью без неё. После ушёл в спецшколу, где его мир снова пошатнулся. Снова самый светлый, добрый, мирный и невероятный человек. Снова этот человек-одуванчик. Снова. Снова. Всё снова. На алтаре в шкафу смешались две личности: Ася и Александра. Похожие внешне и характером девочки нехотя добили слабое сознание парнишки. И снова жизнь Нешумова получила цель…