Приснишься

Его окружало множество витиеватых дверей. Прямоугольные, квадратные и округлые, большие и маленькие, огромные ворота и совсем узкие, в которые протиснуться можно было разве что бочком, украшенные золотыми узорами и арками и совсем простые, потрёпанные деревянные. Они были всевозможных цветов и настолько рябили, совершенно не сочетаясь между собой, что в глазах периодически плыло. — Теперь что, каждый мой сон будет выглядеть как-будто его слепил душевнобольной из блевотины единорога? Канда стоял посреди ярко освещённого кислотно розового коридора и пытался понять, куда ему собственно шагать, чтобы не потеряться и желательно в конце концов найти мелкого. Ни одна из дверей не внушала доверия, поэтому тот решил, прежде чем зайти в какую-либо из них, пройтись прямо по коридору и осмотреться. Вот уже несколько минут тишину вокруг нарушал лишь чеканный шаг мечника. Он просто шёл вперед, надеясь рано или поздно найти поворот или встретить Аллена. Стараясь игнорировать буйство красок по бокам, взгляд его вперился в потолок нежно мятного цвета, смотреть на пол тоже было чревато, тот рябил красно-желтой шахматной плиткой. Так прошло ещё какое-то время, пока экзорцист не заметил кое-какую, маленькую такую, проблему: боковым зрением он уже в третий раз выхватывал одну и туже, выделяющуюся даже в таком разнообразии форм и красок, высокую жемчужную дверь. Канда решил не паниковать раньше времени, но дальше, переборов себя, стал внимательнее вглядываться в окружающее пространство. Догадки его подтвердились, интерьер раз за разом повторялся. Юу остервенело остановился посреди коридора и резко повернулся к уже порядком его задолбавшим жемчужным «вратам». Судя по всему, деваться ему было некуда, придется таскаться по этим дверям в поисках нужной. Это начинало походить на тот случай в Ковчеге. Для верности и приличия самурай сделал ещё один обход коридора, но, как и ожидалось, ничего нового не обнаружил. Раздражённо мотнув головой, мечник уставился на всё ту же невзлюбившуюся ему дверь, развернулся на сто восемьдесят градусов и буквально с ноги вошёл в противоположную. Перед ним оказался ещё один точно такой же коридор, единственное отличие было в на этот раз неоново зеленых стенах. У Канды нервно дёрнулся глаз. Он прошёлся вправо, развернулся в сторону, где должно было находиться место откуда тот пришел, схватился за ручку и, потянув на себя и открыв, влетел в проём. Вот только это было незнакомое ему место. Нет, оно всё также измывалось над его зрением и вызывало тошноту, но это определенно было новое для него пространство. " Это что, мать вашу, третий коридор?!» Открывая всё новые и новые двери, он метался по этим катакомбам, уже даже не пытаясь запомнить свой маршрут. Дыхание сбилось, перешло на поверхностное и частое. Вместе с бешеным сердцебиением, оно разрывало густеющую вокруг тишину и заглушало мысли. Он просто несся вперед, куда-нибудь. Пространства, не поддаваясь никаким законам физики, будто накладывались друг на друга. В ушах шумела кровь, рот наполнился вязкой слюной, к горлу подступала тошнота. Мутный взгляд уже не замечал окружения, блуждал от яркого пятна к ещё более яркому, пока снова не остановился на непонятно откуда взявшейся жемчужной двери. Не помня себя от бешенства и растерянности, Канда распахнул её и забежал в темноту. Сзади раздался хлопок, и мир погрузился во тьму. Шаг вперёд, ещё шаг и ещё один. По его лицу прошлось что-то мягкое и судя по всему свисающее с потолка, что-то удивительно похожее на волосы. Мир на мгновение задрожал. Юу отскочил назад и, выведенный из равновесия пёстрым забегом, заорал. Что интересно, с потолка ему заорали в ответ. Оттуда послышался топот, стук и скрежетание, после чего раздался дикий грохот, но уже на полу. В помещении резко зажёгся свет. Перед ним на паркете растянулся Аллен, который, загнано дыша и пытаясь собрать глаза в кучку, тихо матерился и шипел, не предпринимая никаких попыток подняться. — Мелкий, — голос почему-то позорно стремился к фальцету, — какого х*ра ты делал на потолке? И нах*я ты так орёшь?! — А ты зачем орёшь?! — голос Аллена тоже демонстрировал невероятные высоты, — У меня чуть сердце не встало! — Что ты, бл*ть, делал на потолке?! — Тебя ждал. Напугать хотел, а тебя всё не было и не было, вот я и задремал там. И тут меня за волосы тянут и в ухо орут. — Да как я вообще тебя должен был найти?! — Там на двери бежевым жемчугом «Аллен» выложено. — Бежевым, бл*ть, жемчугом на белом жемчуге?! — Ну… Тут я как-то… не продумал. Они оба замолчали и неотрывно смотрели друг на друга. Видок у них двоих был тот ещё: растрёпанные и спутанные волосы, помятая одежда, нервное дыхание и распахнутые в испуге и панике глаза. Канда спиной отошёл к стене и сполз по ней вниз. По-прежнему смотря на Аллена, он нервно прыснул и рассмеялся тихим грудным смехом. Четырнадцатый приподнялся на локтях и озадаченно уставился на вовсю веселящегося парня. Про себя он уже прикидывал, как можно быстро и, по возможности, без последствий, вылечить легкое психологическое заболевание, экзорцист явно немного тронулся умом. «Папа, я, кажется, сломал экзорциста» с ужасом и чуть ли не плача подумал Ной. Тем временем объект его мыслей продолжал откровенно ржать не в состоянии остановиться, особенно после того, как лицо его шизофрении начало странно менять оттенки и эмоции. «Точно кукухой поехал». Поставил диагноз Уолкер и уже решил сгонять за смирительной рубашкой и успокоительным, вспомнил, что находится во сне и испугался ещё сильнее. — Охр*ненно напугал, — сквозь смех еле выговорил Канда, — ты поэтому седой? Упомянутый «седой» пару раз непонимающе хлопнул глазами и наконец-то понял, что так рассмешило его собеседника, снова упал на пол и тоже рассмеялся. «Ситуация какая-то идиотская, но ведь на то это и сон. Как там Мелкий сказал, подвох замечаешь только, когда проснешься? Ну-ну.» — Хватит уже рассуждать о логике происходящего. Такой момент запорол. Реплика вывела экзорциста из этой странной задумчивости. Он бросил взгляд на Аллена, тот удобно расселся на полу, игнорируя рядом стоящее кресло, всё ещё широко улыбаясь. — Тч. Хватит читать мои мысли. Канда решил всё же подняться с пола и гордо прошествовать к обделённому вниманием мелкого креслу. Попутно он мельком взглянул на интерьер комнаты, которому в суматохе не придал значения. Довольно просторное помещение в бежевых и коричневых тонах, большие, зашторенные тяжёлой темной тканью, окна. Деревянный пол скрипит, чего до этого мечник не заметил. Из мебели здесь находились только пара массивных кресел кофейного цвета. — Я ведь говорил, что не читаю твои мысли, — фыркнул Аллен и, оценив идею Канды, уселся в свободное кресло. — А кто мне говорил, что от моих эмоций даже закрыться не выходит? — Телепатия и эмпатия разные вещи! — назидательно заметил Уолкер, — Я не могу знать точной формулировки твоих мыслей, но по тональностям эмоций, могу примерно определить о чем ты думаешь. Вообще это довольно сложно и много объяснять, поэтому давай просто сойдёмся на том, что ты не умеешь скрывать своё настроение. Лучше скажи, тебя не было здесь три дня… Ной попытался как можно быстрее съехать с неудобной для него темы. Забывать о том, что перед ним по-прежнему сидит экзорцист нельзя. Раскрывать свои секреты и возможности фактическому врагу в его планы не входило. — Как-то не было возможности вздремнуть в эти дни. — Вас в Ордене убить хотят? Сколько человек может прожить без сна…? — задумчиво произнес Уолкер, твердо решив уточнить таки эту информацию у Трайда. Когда Аллен проникал в сны людей и терроризировал их создание, что сам он оправдывал фразой «несанкционированная ингрессия — стоящее развлечение», люди не спали по несколько дней в попытке спастись от навязчивого гостя, но после этого всё равно отключались от переутомления, прямо в загребущие лапки Четырнадцатого. Один индивидуум умудрился бодрствовать около девяти суток… а потом свалился с балкона, когда решил, что проветриться это отличный способ борьбы с сонливостью. — Тч! Мелкий! — рявкнули где-то рядом, от чего задумавшийся Ной подпрыгнул. — Ась? Канда? Ты что-то говорил? — Да, то что некий невоспитанный неуч взял в привычку игнорировать меня. — Да? Прости, я не слушал. Можешь повторить? Уверен, это была замечательная история, — после этого Аллен мило улыбнулся, показывая, что ну вот ни капли ему не стыдно. Канда на это раздражённо вздохнул и закатил глаза, мол, что взять с идиота, решил повторить свой вопрос. — Зачем там этот лабиринт никуда не ведущих коридоров? — Я подумал, раз я пока не могу найти твой кошмар, то хотя бы не позволю ему найти нас первым, — Ной пожал плечами, смотря на поменявшегося в лице Юу, — Вот только давай без паники, я ведь не говорил, что избавился от него. Это, по правде говоря, оказалось каплю сложнее, чем я думал. Начнёшь бояться, он возможно сможет найти тебя по страху. Злиться тоже не надо, тем более на меня! Я не читаю твои мысли, но могу с удовольствием дать в челюсть! Да чего ты свою ауру распустил? Всё равно меня тебе этим не впечатлить. Я и не такое во снах видел… — и тут же прикусил язык, попытавшись выкрутиться, — Лабиринт — это очень действенный метод. У него займет кучу времени, чтобы найти хотя бы эту комнату. — Тч. Думаешь это действительно сработает? — Канда скептически повел бровью, судя по всему, не заметив этой маленькой оговорки. «Пронесло. Не хватало ещё так дёшево спалиться. " Вряд ли из-за подобной мелочи экзорцист бы сильно усомнился в его выдуманной природе. Но рисковать Аллен не хотел, версия с глюком пришлась ему по душе, это оказалось очень удобно. — Ну, ты даже с подсказкой нашел это место далеко не с первой попытки. — Бежевым на белом. — Да хватит уже придираться! Мой косяк. Понял, принял, осознал. Аллен, изображая вселенскую обиду, надулся и отвернулся от мечника. Вздернув нос и сложив руки на груди, он начал размышлять, какие ещё есть способы показать всю глубину его оскорбленности. В голову полезли воспоминания о Вайзли. Ной уже хотел последовать примеру Мудрости и, откинувшись на спину и приложив тыльную сторону ладони ко лбу, жалобно простонать о несправедливости мира, как услышал сдавленный смешок, который его обладатель явно тщетно пытался сдержать. Изображать актёра второсортного любительского театра как-то сразу перехотелось. Вместо этого он снова повернулся к Канде и всё ещё дуясь, уставился на него. Экзорцист мягко улыбался, но пытался это скрывать, подпирая подбородок рукой и частично закрывая рот пальцами. Злиться на него отчего-то расхотелось. — Так почему ты не послал всех далеко и весело и не пошел спать? — Ты ведь часть моего подсознания, должен знать. — Считай, что я та его часть, которая не в курсе. — Тч. У нас не принято перечить начальству. Плюс поезда от Японии до Англии заняла х*еву тучу времени. — Грустно у вас в Ордене. Никакой свободы действий, никаких развлечений. Сплошной адреналин в жопе, — Аллен разлёгся на кресле, закинув ноги на его спинку. — Это работа экзорциста. Избранные Богом, мы обязаны спасти этот мир. — А что тогда обязан Бог?! Воцарилось молчание. Юу вперил удивленный взгляд на собеседника. Ной сам не понял почему вдруг так остро отредактировал и, глядя в растерянные глаза напротив, стушевался, но решил не отступать. — Ты сам то в это веришь? — продолжил Четырнадцатый уже мягче и менее уверенно, — В том смысле, что война длится уже не одно тысячелетие. У этого Бога было столько возможностей помочь вам, экзорцистам, но ни разу он не пришел. Вы боретесь за Бога против Графа. Вот только Граф здесь, сейчас, живой и воплоти, а небожитель остаётся лишь эфемерным символом, напоминанием о долге и наказании, ничего более. Канда просто смотрел на рассуждающего парня и осознавал, эта мысль приходила к нему каждый раз, когда на его глазах в очередной раз погибал ни в чем неповинный человек; каждый раз она набатом била по перефирии создания; каждый раз он упорно отрицал это знание; каждый раз забывал и отрицал, выгоняя эти сомнения из своей головы, потому что… потому что так было легче. Ной уже ничего не говорил, молчал, давая экзорцисту обдумать сказанные слова. Тонко вплетаясь в сети эмоций, он пытался понять, просто понять. Не потому что это было весело или являлось способом насолить. Ной действительно хотел узнать, что чувствует именно этот человек, находясь по ту сторону войны. — Тч, твою глубокую речь запорола твоя идиотская поза, — наконец рассеянно проговорил Юу, — вместо Конфуция получился малолетка, стащивший у отца газету. Напоминать о том, что врать бесполезно, Аллен не стал, слишком беспомощно выглядел сейчас экзорцист. Вместо этого он встал и, зайдя за кресло собеседника, начал медленно ходить по комнате, стуча каблуками и скрипя половицами, давая тайм-аут. Он расхаживал туда обратно, повинуясь собственному, никому более неизвестному ритму. Странное одиночество экзорциста давило Ною на виски. Он вспомнил, как заставал в похожем состоянии Роад, когда только пробудился как Четырнадцатый. Когда она осознала, что «Неа» больше нет, теперь есть только «Аллен». Тогда Уолкер, сам не понимая почему, запел ей, после этого девушке стало легче. И сейчас, повинуясь своим чувствам, он начал тихо напевать колыбельную. Возможно, это сработал дар Ноя, может быть, подействовала сама обстановка, неважно. Канда слушал эту едва слышную мелодию и ни о чем не думал. Закрыл глаза, отдавая поток своего сознания спокойным словам. Чувствовал, как успокаиваются разбушевавшиеся эмоции, всё-таки во сне контролировать их было куда сложнее. За спиной всё так же слышался размеренный скрип половиц. Та колыбельная уже давно кончилась, но после неё тут же началась следующая, успокаивая и так медленное время. Эти минуты всё равно никто не считал. Было спето уже множество песен. По воздуху прошла еле заметная рябь. Канда открыл глаза и посмотрел на потолок своей комнаты в Черном Ордене. В голове всё ещё эхом раздавалась спокойная мелодия его сна. *** Он не мог смириться. Его добычу увела какая-то странная сила и теперь не давала ему снова оказаться поблизости. Эти ужасные коридоры, он разрушал каждый из них, вот только они никак не заканчивались. Он был в бешенстве. Внезапно почувствовался знакомый запах. Он влетел в помещение и заскулил. Комната за жемчужной дверью была пуста.