Однострочники

Впервые он увидел его ночью — тощий замызганный мальчишка отбивался от какого-то пьянчуги, вознамерившегося отобрать у него то ли яблоко, то ли персик. Курт не успел подойти ближе, когда мальчишка дал пьянице ловкую подсечку. Пока тот с проклятьями корчился на земле, он настороженно покосился на Курта и задал стрекача. Второй раз он увидел его днем, с разбитой губой и рассеченной бровью. В этот раз Курту пришлось вмешаться: четверо на одного — это слишком. Теперь мальчишка сцепился со своими сверстниками — защищал какую-то девчонку, такую же замызганную, как он сам. Он сказал Курту, что его зовут Райнер, но смотрел по-прежнему настороженно, ожидая не то удара, не то ареста. Курт пожал плечами и пошел по своим делам. Мало ли их, уличных мальчишек? На третий раз мальчишка нашел его сам, вечером; появился словно из ниоткуда посреди драки, едва не напоровшись на меч Курта, и завертелся волчком, раздавая пинки не ожидавшим этого грабителям. Курт прекрасно справился бы с незадачливыми воришками и в одиночку. Может быть, щенку надоело жить? — В расчете, — буркнул мальчишка, деловито обшаривая карманы уже бывших грабителей. — Где научился драться? — спросил Курт, проглотив все, что он хотел сказать этому идиоту. — Отец был военным, пока не заболел, — неохотно ответил мальчишка. — Не умею я драться, не успел научиться. Глядя на тощую спину, Курт неожиданно для себя окликнул его. — Райнер! — Чего тебе? — Хочешь научиться? По-настоящему. Снова этот настороженный взгляд. — Монетной страже всегда нужны рекруты. Глядя на робкую улыбку, которая, казалось, осветила чумазое лицо, Курт внезапно почувствовал тепло. Чушь какая, это просто уличный мальчишка с неплохими задатками. Честный. Благодарный. Благородный. Чтоб тебя, уже размяк! — Заметано. Мальчишка все-таки не сдержался — короткий смешок, вырвавшийся у него, был удивленным и очень радостным. — Пошли, Райнер. Сначала нам нужно тебя отмыть. — А потом? — А потом ты станешь не Райнером. — А кем? — Салагой, — ответил Курт и, глядя на нахмурившегося мальчишку, внезапно расхохотался и потрепал его по спутанным волосам. В последний раз он увидел его утром. Бледное тело, наспех зашитые разрезы после вскрытия — Райнер так и остался тощим, костлявым уличным мальчишкой. И почему-то его тело, небрежно прикрытое грязной простыней, подействовало на Курта сильнее, чем разорванные на части, искалеченные, изуродованные — которых он видел предостаточно. — Я найду того, кто это сделал, — пообещал он мальчишке. И он был готов поклясться, что услышал короткий смешок и хрипловатое, тихое «Заметано».