Octobertales

– А скажи мне, друг мой любезный, какого чёрта мы забыли на этом празднике жизни? – Эрмаль с мрачным видом оглядывал костры, вокруг которых потихоньку собирались кучки людей, нелюдей и прочей нечисти. – Да ладно, даже тебе хоть иногда надо расслабляться, – Марко хлопнул его по плечу, – Послушаешь последние сплетни, выпьешь, развеешься. – Один такой в прошлом году уже развеялся, – недовольно пробормотал Эрмаль. – А нечего в чужую пентаграмму лезть без спроса, да и все равно его потом собрали...       Главным – хоть и не запланированным – событием прошлогоднего шабаша («не шабаша, а ежегодного съезда магов, ведьм и прочих сверхъестественных сущностей», как поправил бы его сейчас магистр Бальони, чтоб ему чихалось) стало внезапное исчезновение одного из не слишком сообразительных демонов в зачарованной на призыв пентаграмме. Тот шагнул в неё, то ли на спор, то ли по пьяни – версии ходили разные, но вот доставать из какого-то левого измерения его пришлось чуть ли не всем ковеном. Под конец это стало уже делом принципа и возможно, вполне даже вероятно, если бы все были трезвые, у них бы ничего и не получилось.       Так что Эрмаль с лёгким беспокойством и тщательно скрываемым любопытством предвкушал, что произойдет в этот раз.       Он потолкался между кострами, временами вступая в краткие беседы с встреченными там знакомыми, поучаствовал в дискуссии о путешествиях во времени на малые дистанции и этических проблемах временных парадоксов, периодически после таких путешествий возникающих.       А потом откуда-то снова взялся Марко, протянувший ему наполненный чем-то зеленоватым стакан. – Это можно пить? – на всякий случай уточнил Эрмаль.       Техника безопасности при участии в шабаше (не шабаше, а....), пункт первый: сначала диагностировать – потом пить. Потому как были (и не раз) прецеденты, когда кто-то выпивал чьё-то экспериментальное зелье, и получившегося, например, щупальценоса приходилось опять же расколдовывать всей толпой. Со всяким может случиться, конечно, и, честно говоря, все только и ждали чего-то подобного. Но Эрмаль превращаться в экспонат бестиария пока что не желал. – Можно, сам проверял. Необычная штука, черти с третьего круга притащили, - Марко задумчиво посмотрел куда-то в толпу, – Кстати, не знаешь, откуда у Моро вдруг сын взялся?       Эрмаль закашлялся и едва не выронил стакан. – Что, прости? – просипел он. – Да видел я тут какого-то студента... Похож, жуть. Либо сын, либо это сам Моро резко помолодел. И его самого что-то тут не видно. – Да, я заметил, – задумчиво пробормотал Эрмаль.       Не то чтобы его мог сильно расстроить факт внезапного наличия у Фабрицио детей... Но пойти и взглянуть на этого студента было бы интересно. – Где ты, говоришь, его видел?       Ответа Марко – если он был – он уже не услышал, потому что кто-то, неожиданно подкравшись со спины, прикрыл ему глаза ладонью со словами: – Угадай, кто?       Стакан во второй раз чуть не полетел на землю, а Эрмаль секундой позже оказался притянутым в крепкие объятья, позволяя себе прижаться, возможно, чуть ближе, чем обычно. – Фабри, а мы тебя только что вспоминали, – протянул он. – Надеюсь, в положительном ключе? – Фабрицио выпустил его, чтобы пожать руку Марко. – Поздравляю, магистр Моро, у вас сын, – тот, как всегда, не разочаровал.       Фабрицио недоуменно посмотрел сначала на него, потом на Эрмаля. – Не смотри на меня, я тут не при чем, – Эрмаль решил больше не рисковать стаканом и допить эту зеленоватую смесь сразу, к тому же пилась она легко и приятно.       Где-то у соседнего костра вдруг раздался хлопок, затем в небо стрельнул целый сноп фиолетовых искр, и, наконец, раздался истошный петушиный крик. Все вокруг оживились, заторопились в ту сторону – Кажется, скоро понадобится наша помощь... – заметил Марко. – Нет, погодите, какой ещё сын? – продолжал недоумевать Фабрицио.       Сверху свалился столп дыма, заставивший всех троих закашляться. – Фабри, там магистр Бальони всех собирает, говорит, случай интересный, и это даже не петух, – затараторил кто-то из постепенно рассеивающегося облачка.       Эрмаль махнул рукой, пробормотав формулу. Дым исчез. Эрмаль понял, что ничего не понял. – Вот, я про него и говорил, – удовлетворенно произнес Марко.       Прибывший парень, совсем еще молодой, был действительно подозрительно похож на Фабрицио, разве что ростом пониже. Одно было непонятно – где и как за один год, что они с Эрмалем не виделись, тот успел обзавестись ребенком, к тому же, не маленьким. – Никко, перемещение у тебя пока хромает, как я посмотрю, – Фабрицио покачал головой, а потом, видимо, до него дошло, – Погодите, вы решили, что он – мой сын? – А что – нет? – удивился Марко. – Вы вообще-то похожи, но ты этого не видишь, потому что в зеркало никогда не смотришься, – подтвердил Эрмаль.       Петух завопил ещё раз. Мимо прошмыгнули несколько чертей, на ходу заключая ставки – расколдуют или нет. Никко заметно смутился, но всё же заявил: – Не так уж мы и похожи. – Всё ясно, он тоже в зеркало не смотрится, – Марко всплеснул руками, – Однозначно родственники. – Да ну вас! Пойдемте лучше, наверное, только нас и ждут, – Фабрицио зашагал в сторону костра, Никко же решил переместиться, вызвав новый столб дыма, над техникой ему, и правда, стоило поработать. – Да ладно, Фабри, чего ты, – Эрмаль догнал его, приобнимая за плечи, – Ну, подумаешь, сын, с кем не бывает. – Вообще-то, он мой ученик, хочет диплом по временным парадоксам писать, так что...       В душе Эрмаля зашевелились какие-то смутные подозрения, но пока что он решил задвинуть их на второй план. – Ну ладно, я тебе верю, – он дождался, пока Фабри чуть замедлит шаг и улыбнется, и добавил, – Но тест на отцовство всё-таки сделай, мало ли...