Аксиан: Саргритар

Сиэ очнулась от электрического разряда. Она задёргалась и обнаружила себя скованной и распятой посреди небольшой металлической камеры, в которой не было ничего. Перед ней стояла саргритарка. Судя по всему, это и была предводительница тех налётчиков. Без маски она выглядела более обыденно, хоть и смущала нифэянку наготой своего торса. Раны Сиэ болезненно ныли. Они успели частично затянуться за время её отключки, но до полного исцеления оставалось ещё как минимум двое суток. Правда её подвешенная позиция с разведёнными в стороны конечностями могла затормозить этот процесс. Особенно, если её не станут кормить и будут истязать. — Очнулась? - спросила саргритарка на нифэянском с очень сильным акцентом. Сиэ всё ещё была слаба от потери крови и боли от ран, и пыталась привести помутнённый разум в порядок. Пленительница помогла ей в этом, ткнув длинным шокером в живот. Сиэ выгнулась и вскрикнула под треск электричества пронзивший её тело. — Очнулась. - констатировала брюнетка уже на родном языке. Она обошла свою добычу заведя руки за спину и осматривая. Сиэ тяжело, но размеренно дышала, опустив голову. — Мне нравится твоя сила. Как тебя зовут? Меня - Экрин, абхар Шикхара. Нифэянка не была настроена на диалог. Она страшилась того, что с ней могут сделать жестокие и безумные саргритарцы, но продолжала вести себя достойно для пленённого воина. — Не говоришь. Типично. Мне не важны твои военные секреты. Экрин остановилась перед Сиэ и взяла её за подбородок. Она подняла её голову, чтобы их глаза встретились взглядами. — Мне важно, чтобы ты со мной взаимодействовала. После этих слов Экрин ткнула шокером в бедро пленницы. Та затряслась, позвякивая ривиумными кандалами и сдерживая крик. Абхар отошла чуть подальше, чтобы вернуться к созерцанию истерзанного тела своей добычи. — Забудь о своей карьере. Забудь о Нифэй. Отныне и до смерти - ты моя. Чем дольше ты будешь верить в обратное, тем более глупой ты будешь. Ты выжила после двух ранений, но под моим наблюдением - выживешь и после тысячи. Так что не думай, что мне интересна твоя смерть. Её ты не получишь. Сиэ понимала, что вероятнее всего так и будет. Она знала, что из плена саргритарцев редко кто возвращается. А те, кому это удалось, рассказывали о безумных вещах которые с ними делали, сломав их и превратив в безумцев. Сиэ пугала подобная участь больше, чем смерть. Но она верила в то, что может стать первой сбежавшей от саргритарцев и не потерявшей от пыток рассудок. Экрин вновь ударила её током. Она прислоняла навершие шокера к рёбрам Сиэ несколько секунд, пока та, наконец, не издала сдавленный вскрик, оборвавший пытку. — Хорошо! - выпалила она, опустив от усталости голову. — Хорошо. - удовлетворённо повторила Экрин. - Как твоё имя? — Сиэ… — Сиэ, ты в первый раз в плену. Так? Нифэянка устало кивнула, не поднимая голову. — Значит ты недавно в нифэйской армии. Верно? — Да… Полгода на службе… — И смогла ранить меня. При том, что мы одного с тобой возраста, а я сражаюсь с детства. Значит ты очень одарённая. Ты получишь награду за свой навык. Я позволю тебе выбрать с чего ты начнёшь свою рабскую жизнь. — Начну? Я смогу передумать со временем? — Не сможешь. Я смогу. Выбирай между боями, сексом и прислуживанием. Сиэ было трудно вести диалог, особенно сопровождавшийся электрическими разрядами. Она плохо себя чувствовала, явно нуждалась в пище, хоть и не чувствовала голода из-за своего состояния, и ей приходилось вникать в сильный акцент абхара. Но принять выбор для неё оказалось легко. — Прислуживание… — Ты не колебалась. Я думала, что выберешь бои. Хорошо. Первая Советница и без того постоянно упрекает меня в том, что я живу слишком аскетично. Прислуга мне пригодится. Нифэянка справедливо полагала, что выбрала наилучший вариант. Бои и секс подразумевали, что она постоянно будет находиться в своей камере, и выбираться из неё лишь когда саргритарка захочет её. Прислуживание же не было сопряжено с болью и риском смерти, и скорее всего у неё будет немного больше свободы, так как ей придётся выполнять поручения. Разумеется, это даст ей и больше шансов на побег. — Не возражаешь, если мы прямо сейчас приступим к твоей подготовке к служению? — Подготовка?.. Я готова служить! — Ох, ты так мило лжёшь. Сиэ испугалась. Она не подумала, что опытные в рабовладельчестве саргритарцы привыкли к тому, что рабы предпочитают роли слуг, и потому прекрасно знали с чем это может быть сопряжено. Сильный электрический разряд пронзил нифэянку от паха до кончиков пальцев. Она истошно закричала, выгнувшись, а её хозяйка не прекращала подачу тока в навершие. Напротив, она постепенно погружала шокер глубже в свою пленницу. Сиэ дёргалась и кричала. Кандалы уже до крови начинали натирать её запястья и лодыжки. Разум начинал погружаться в омут, но Экрин не дала этому случиться, прервав пытку, которая была лишь началом подготовки. Следующие два часа прошли для Сиэ как безумный и бесконечный кошмар. Сперва Экрин дала ей надышаться каким-то резким эфиром с тряпки. Этот эфир бодрил сознание как мощный тонизатор. Явно для того, чтобы было проще поддерживать её в сознании. Абхар заставляла Сиэ повторять, что она её госпожа. Периодически она пронзала её током. Когда же Сиэ сбивалась или начинала говорить неразборчиво, Экрин начинала прислонять шокер к её паху и соскам. И напряжение в его навершии было далёким от приятного. Через какое-то время шокер сменился плетью, но цели плети оставались прежними. За каждый раз, когда Экрин не могла расслышать фразу “Вы моя госпожа”, она стегала нифэянку не по спине и ногам, а по груди и паху, вынуждая Сиэ рыдать и выкрикивать фразу. Пленница уже осознавала, что ей придётся пройти через жестокую пытку, чтобы саргритарка могла доверять ей достаточно для прислуживания. И, разумеется, она хотела окончить эту пытку как можно скорее. Потому старалась как могла, лишь догадываясь, что её старания не слишком то и сократят эту варварскую процедуру. Удары плети сменялись разрядами тока. Абхар постоянно чередовала их в разной последовательности, пока в восприятии Сиэ боль от двух орудий пытки не слилась в одну, и она не перестала ощущать между ними разницу. Она продолжала бормотать “Вы моя госпожа”, получая всё больше и больше ударов. Она не могла поднять голову и видела, что под ней уже образовалась лужа крови. Плеть иссекала её кожу с особой силой, когда её госпожа была недовольна чёткостью и громкостью произношения. Когда Сиэ была близка к потере сознания, Экрин понимала это по её смазанному и упорному бормотанию и давала вдохнуть тонизатор. Но, даже не смотря на это, сознание нифэянки всё равно пребывала в омуте агонии, хоть она и могла более чётко воспринимать действительность. Когда Экрин чувствовала, что пора менять подход, она выходила из камеры, чтобы посредством манипуляций кандалами через интерфейс изменить позу пленницы. Сиэ опустилась ногами на пол, а длина кандалов на её руках увеличилась. От слабости она наклонилась вперёд. Её руки натянулись. Она смутно понимала, к чему ведёт эта поза. Экрин вернулась к своей рабыне с новой тряпкой, которой обтёрла её измученное лицо. Запах был другим, более приторным и густым. Когда саргритарка пристроилась к ней сзади, Сиэ поняла, что это были феромоны. Возможно, смешанные с наркотиками. Когда Экрин вошла в неё, Сиэ почти не почувствовала боли. Её лоно было невероятно чувствительным, и боль от растяжения почти сразу утонула в наслаждении от трения. Абхар потребовала продолжать говорить уже смазанную от бесконечных повторений фразу, и Сиэ послушалась. Всё её тело горело и ныло от ударов плетей и электрических ожогов. Но сквозь этот кокон боли пробивалось похотливое наслаждение, которое из-за действия наркотических феромонов было, и было отчётливым и ярким. Нифэянка чувствовала, что течёт. Как врывается раз за разом фаллос госпожи в её нутро. Она заполняла её почти целиком, но Сиэ не ощущала толчков лобка саргритарки. Пленница сквозь стоны продолжала повторять фразу “Вы моя госпожа”, а Экрин увеличивала темп. Сиэ стало труднее говорить, так как стоны от нарастающего удовольствия теснили её речь. Она была близка к тому, чтобы кончить, но этого не произошло. Внезапно раздался второй голос со стороны двери её камеры. — Два часа прошли. Сиэ не поверила услышанному. Неужели прошло всего два часа? Госпожа остановилась, оборвав стоны пленницы, и отвечала гостье. — Правда? Ладно. - она вышла из нифэянки. Сиэ повисла, мучаясь от жадного нытья её покинутого лона. Сперва она увидела ступни гостьи. Бледно-персикового оттенка. Сиэ тут же задалась вопросом о дезертирах, ведь знала, что саргритарцы белы как снег. Но почти сразу, вид на обтянутые гольфами ступни перебежчицы, перекрыли белые ступни её госпожи. Сиэ потребовались поистине титанические усилия, чтобы поднять голову и посмотреть на перебежчицу. Она увидела блестевшую от пота спину своей госпожи, с прилипшими к ней роскошными чёрными волосами. Затем увидела ту, с кем абхар начала говорить. У неё были золотые волосы, что убедило Сиэ в том, что она была нифэянкой, а не саргритаркой. Хотя одета она была не по нифэйски. Тонкое длинное платье с высоким воротником и V-образным вырезом, открывавшим бока её груди и обнажавшим низ живота почти до лобка. Множество серебристых браслетов украшали её руки от плечей до кистей. Низ платья являлся узкой драпировкой, оставлявшей ноги полностью открытыми. На её талии лежал металлический негнущийся пояс, похожий на символ власти. — Давай говорить. - сбито произнесла Экрин, положив ладони себе на талию. — Может не тут? — Нет. Я ещё не закончила. - она обернулась и подошла к Сиэ. Её всё ещё крепкий и влажный фаллос ткнулся в щёку пленницы своей розоватой сочной головкой. Саргритарка взяла Сиэ за голову и приступила к оральному акту. - Но мы можем говорить. — Как пожелаете. В действительности, я хотела ещё раз поднять вопрос переговоров с Дармаркар. Голос перебежчицы скользил в сторону, так как она обходила Сиэ. Пленница пыталась вслушиваться, даже не смотря на удушающие глубокие проникновения члена Экрин в её рот и горло. Возможно, эта информация будет полезной. Правда Сиэ плохо знала саргритарский, и потому улавливала лишь общую суть их беседы. — Что они придумали опять? - спросила абхар, неторопливо входя и частично выходя из горла хрипящей и кашляющей нифэянки. — Они опять настаивают на привлечении Лишен. — Всё ещё не понимаю. Почему они так уверены, что правы? Проступки прошлого абхара не становятся ответственностью нового. Они это знают. — Полагаю, абхар Гира хочет сыграть на эмоциональной стороне вопроса. Как-никак, Тайара убила её сармента. — А я убила Тайару. Я бы была благодарна убийце убийцы моего сармента. — Гиру не переубедить. Она винит всех шикхарцев. — Мы обсуждали это уже сотню раз. Лучше скажи каково её психическое состояние нынче? Экрин замедлилась, а Сиэ почувствовала, как на её ягодицы опираются будто на стол, размеренно поглаживая истерзанную поясницу. — Всё ещё помешанная на мести абхар. — Либо твои шпионы не подливают в её еду туумский настой, либо он на неё не действует. — Нет, в верности моих дармаркарских шпионов я уверена. Вероятнее всего, она выработала иммунитет к психотропным ядам. — Или сидит на чём-то более сильном, но не имеющем краткосрочные последствия. — Я бы знала. — Ты не можешь знать всё. — Это часть моей службы. — И всё же. Абхар вновь начала наращивать темп, дав своей пленнице надышаться, пусть всё ещё через член во рту. — Как бы там ни было, стоит пересмотреть иную тактику. — Даже не намекай на Ответ. Она сама должна меня на него вызвать. — Скорее всего она отравит вас. Вы ведь пренебрегаете вашей безопасностью. — Если я её вызову и проиграю в ответ на обвинения, то навлеку ещё больший позор на мой прайд. Я не собираюсь рисковать остатками нашей репутации. — Но если победите, то вероятнее всего новым абхаром дармаркарцев станет Икида, которая фактически у меня в кармане. А до тех пор, они будут продолжать похищать шикхарцев и строить против вас интриги. Подумайте о своих подданных. — Я и думаю о своих подданных. Если на Ответе Гира меня оскопит - наш прайд смешают с грязью. Потому продолжай искать способ свести её с ума, чтобы она повторила путь Тайары. — В любом случае вам стоит встретиться с ней, иначе она пойдёт к Лишен. — Пусть идёт. Может тогда её поскорее и свергнут. — Или Лишен заинтересуется вашим конфликтом и в итоге назначит Ответ. — Она, конечно, давно перестала вникать в политику, но вряд ли настолько глупа. Ладно. Я подумаю. И завтра дам… Ох… Экрин замерла. Она заговорилась и не сразу почувствовала, что подошла к пику. Абхар начала изливаться в горло Сиэ, покрепче сжав её золотые волосы и шумно выдыхая ртом. Её сперма стекала по подбородку нифэянки из-за своего обилия. Когда её фаллос обмяк и она извлекла его, то Сиэ тут же начало рвать семенем и желчью прямо на ноги госпожи. Но та не придала этому никакого значения и просто отошла, подходя ближе к собеседнице. — Как продвигаются переговоры по поводу кайе с биштанцами? - спросила она, упираясь рукой на измученную спину Сиэ, как на подлокотник. — Всё ещё не согласны. — Что, тридцать процентов от добычи по их выбору их тоже не устраивают? — Они продолжают настаивать на том, что наш сектор должен стать общим и хотят отдать вам Пакару. — Хорошо. Передай им, что я соглашаюсь на Пакару, но отказываю в пользовании сектором и понижу процент с добычи до двадцати пяти. — Боюсь, что попытка избавиться от нимфоманки не равносильна доступу к нашим путям. Но я передам им ваши новые условия. Также хочу напомнить вам, что послезавтра будет собрание абхаров. — С Лишен? — Нет. — На тему саргритарцев? — Преимущественно. — Хорошо. К нам могут возникнуть претензии? — На данный момент вряд ли кто-то их к вам имеет, помимо Гиры. — Отлично. Что-ж. - Экрин хлопнула ладонью по спине своей добычи, попав по свежему шраму, от чего обессиленное тело нифэянки слабо дёрнулось. - Продолжим с тобой завтра. Кейра, отправь ко мне трёх массажистов. Хочу расслабиться. Сиэ осталась одна в своей наклонённой вперёд позе. Дверь в её камеру закрылась, и свет потух. Её ждало несколько часов мучений от неудобного положения и истощения, но она была готова их терпеть. Если она станет идеальной слугой для Экрин, то сможет не только добиться для себя свободы, но и узнать очень много полезного про внутреннюю политику врага. Но это в очень удачной переспективе. А сейчас у неё остаётся лишь тьма, боль и вкус и запах саргритарской спермы.