Союз: холод и огонь

После окончания битвы, когда Рандо был повержен. Двое парней, одержавших победу, подошли к нему, лежащему на битом камне. Рыжий демон Арахабаки смотрел из-под челки с насмешкой и в то же время с настороженностью. - Зачем? Зачем тебе понадобилось призывать его в наш мир? - негромко спросил другой, высокий, с пластырем на щеке. - То есть, ты считаешь, что я сделал это специально? Брюнет промолчал, но тут уже не выдержал Чуя: - А что? Ещё скажи, что не пытался меня призвать и прикончить, а все это время спокойно просидел на балконе, попивая кефир! Рандо слабо усмехнулся. Несмотря на крайне невыиграшное положение, дикую боль и холод, его тянуло на ехидство. Хотелось поразить это самоуверенного рыжего типа. - А представь себе такой исход. У тебя банальные глюки, и это ты летаешь по зданию как бешеная селедка. Я же - плод твоего воображения. - Чего-о? - недоверчиво протянул юный демон. - Во-первых, я бы так хорошо не вообразил. Во-вторых, это реально - Дазай подтвердит. В... - Дазай тоже плод твоего воображения, - перебил Рандо. - Прошу прощения, - вмешался брюнет, - я не глюк! Чуя присел и коснулся запястья мужчины, чуть сжав его. - Нет. Ты есть. И не надо гнать. Длинноволосый так же недоверчиво посмотрел на руку парня, тронул его пальцы. - Тепло... - удивлённо сказал он. Арахабаки дернулся, точно от электрошока, рывком встал. - Ну, знаете... - несмотря на то, что рыжий сразу отвернулся, Рандо успел заметить его смущение. Это показалось мужчине невероятно милым, но он не подал виду. Дазай, наблюдавший за происходящим, хитро улыбнулся. От Чуи это не укрылось. Раздраженный демон попытался снести брюнету голову ударом ноги, но предугадавший это суицидник присел ровно настолько, чтобы его не зацепило. В итоге парень просто прокрутился на месте и, как ни в чем ни бывало, снова принял положение со смещением центра тяжести на на правую ногу, завалом корпуса назад и руками в карманах. Эта небрежная поза только подчеркивала его субтильность и нескладность. Рандо приподнялся и сел, решив, что и дальше возлежать на куче битого камня глупо. Сохранять более-менее вертикальное положение ему позволяло только то, что руками он упирался в пол. Чуя неестественно насвистывал, видно было, что ситуация его напрягает. Дазая, наоборот, забавляло происходящее, но он не подавал виду. Продолжение следует...