Не беспокойся, Питер!

— Он почти перестал спать, мало ест, много плачет, — Тони разглядывал очередную схему, которую сделала Пятница, — он стал каким-то другим, знаешь, словно что-то сломалось в его сознании. Бек, ты меня вообще слушаешь?! — гений уставился на напарника, который стоял в паре шагов от него и кажется, слушал. Ну или делал вид, что заинтересован тем, что говорит ему босс. В лаборатории было пусто. Почти все сотрудники или ушли по домам, или ели в столовой на первом этаже. Старк и Бек решили закончить очередное тестирование их новой разработки и уже потом расходится. Но сейчас М.О.Р.Г. мало интересовала Тони, его больше беспокоил Питер Паркер. А вернее то, что стало с его психикой после Берлина. И Квентин был одним из немногих сотрудников с кем он мог обсудить этот вопрос. Строгая политика о неразглашении, да и профессиональная этика буквально связывали Бека по рукам. Да и он не стал бы трепаться, ведь работа в «Старк Индастриз» — мечта. Тони всегда предлагал какие-то новые и интересные разработки, да и к идеям сотрудников всегда относился с заинтересованностью и был готов финансировать. — Да, Тони, я тебя слушаю, — тяжело вздыхает Квентин, и запустив руки в карманы тёмно-синих штанов, продолжает, — депривация сна, депрессия, думаю, что расстройство пищевого поведения, я всё правильно понял? — Старк кивает, — слушай, ну это не удивительно, если учесть, что с ним произошло. Сколько ему? Семнадцать? — Шестнадцать, — бормочет Старк, закрывая голограмму, — будет через месяц, — он густо краснеет под осуждающим взглядом собеседника. Да он идиот, втянул в свои разборки ребёнка, и теперь только он виноват в том, что Питер страдает. Это только его вина и никого больше, но чувство вины Тони не столь важно. Чувство вины было свойственно ему, особенно в последнее время. — Вопрос другой, зачем ты мне об этом рассказываешь? — Бек уставился на Старка, который чесал подбородок покрытый густой щетиной, — если тебе нужен совет, куда его отвезти, то к психологу или даже к психиатру, причём срочно. Депрессия у подростков довольно часто имеет суицидальные тенденции. — У тебя первое образование психолога, — довольно резко напоминает Тони, хотя Квентин не сердится. Уже вторые сутки они здесь, да и ещё проблемы с недавним задержанием Роджерса, которые повлекли психическое расстройство у парнишки, принявшего участие во всём этом, — слушай, он не пойдёт к кому-то, да и тайна личности… — А если попросить штатного психолога? — интересуется Бек, — у нас же есть Джил… — Питер и девушка психолог, — один взгляд Тони и Квентин громко усмехается, поняв к чему тот клонит, — я его хорошо знаю, он не станет рассказывать о своих переживаниях специалисту женского пола. Сам понимаешь, он подросток. Будет стесняться. А тебе он может и доверится. — Ладно, — он закатывает глаза и идёт к своему столу, чтобы взять смартфон, — он сможет приехать завтра. Часа в четыре? — Бек сверяет ежедневник. Ему придётся согласится на это, чтобы не портить отношения с Тони. Да и он когда-то консультировал, так что ему не привыкать. — Конечно, — кивает Тони, — я привезу его. Спасибо… Просто я очень сильно переживаю за него… Он совсем ребёнок и я не хочу, чтобы он что-то сделал с собой. — Ты только объясни ему, что и зачем, — просит Квентин и Тони кивает, — подростки не всегда готовы общаться с психологом. И вообще склонны отрицать проблемы. Вообще идея отвести Питера к специалисту была навеяна разговором с Нат, через день после того, как он избитый, со сломанной рукой вернулся на базу. Видимо его внешний вид так отразился на состоянии Питера. Мальчик вообще стал очень странным после того, как Нат привезла его в Америку. — Питер стал каким-то другим, — Тони тяжело вздыхает и откидывается на спинку своего кресла. — Тони, он ребёнок и после тех событий, которые произошли, это вполне логичная реакция, — Нат сидит на диване и внимательно смотрит на него, — может стоит показать его специалисту? — Да, я уже думал об этом, — соглашается Старк, — запишу его к психологу. — Когда у нас презентация? — привлекает внимание Квентин. Он стоит там же, около своего стола и сняв очки, трёт глаза. — Две недели, Бек, ещё две недели, — бормочет Тони, — я попрошу Пепс договориться о выставочной площадке. Чтобы всё было идеально перед тем, как мы доставим туда оборудование. — Тогда я пошёл, до завтра, — он забирает свою сумку и покидает лабораторию, а Тони лишь надеяться на то, что Паркер согласится на беседу с психологом, которая ему нужна.