Прощание

      Де Сарде бежал со всех ног к заветной двери, перепрыгивая сразу по четыре ступени за раз, не обращая внимания на взгляды людей. Ему было плевать на всех, кроме единственного человека, который ждет его в тронном зале. Стук каблуков эхом раздавался в замке, перекрывая шепот прислуги, и оповещая Константина о прибытии долгожданного гостя. Д'Орсей волновался, расхаживая перед окном и раз за разом поправляя плащ. Испугается ли кузен его нового вида? Что он скажет в оправдание своей внезапной пропаже?       Но говорить ничего не пришлось. Двери с грохотом распахнулись, и крепкие руки обняли наместника так крепко, что тот начал задыхаться. Константин был счастлив вновь почувствовать тепло своего дорогого друга, который в очередной раз спас его.       - Я так счастлив, что ты жив... - блондин услышал тихий шепот, прежде чем хватка де Сарде ослабла, позволяя юношам вновь вздохнуть, - Я бы не пережил...       - Кузен, - Д'Орсей ласково улыбнулся и поднял голову эмиссара на уровень своих глаз, - Ты снова пришел на помощь и вытащил меня из лап смерти. Я не ожидал меньшего от своего героя. Я виноват... Заставил тебя так волноваться. Но теперь все хорошо. Я еще никогда не был так здоров, как сейчас. Прошу, не волнуйся за меня.       - Ты правда... Чувствуешь себя хорошо?       - Да, - Константин утвердительно кивнул и улыбнулся шире, - Я знаю, что выгляжу не очень, маликор оставил свои отметки. Я еще не смотрел в зеркало, но уверен, что все не так уж плохо. Более того, - он дотронулся до ветвей, появившихся на его голове после ритуала, - Теперь у нас с тобой есть что-то общее.       - Дурак, - де Сарде не удержался и тоже дотронулся до отростков, чувствуя гладкую кору дерева под пальцами.       Д'Орсей смущенно раскраснелся, но не отстранился, позволяя кузену изучать своеобразные рога. Впервые за долгое время он мог вновь почувствовать тепло любимого человека и не испытывать адскую боль. Он знал, что болезнь больше не вернется, но так хотелось сполна насладиться моментом...       - Я встретил мужчину... - внезапно начал говорить дипломат, не переставая гладить голову Константина, - Как оказалось, моя мать - островитянка...       - Плевать, ты навсегда останешься моим самым близким человеком! - воскликнул наместник, чувствуя, как сердце его пропустило пару ударов от одной лишь мысли о том, что де Сарде сейчас скажет, что между ними все кончено из-за того, что они не кровные родственники.       - Я знаю... Я знаю... - но юноша не сказал этого, и не отстранился, лишь положил голову на чужое плечо и тепло вздохнул, закрывая глаза, - Как же я счастлив, что ты жив...