Зарисовки по GreedFall

Временами де Сарде походил на бурю, особенно в бою, когда его тяжеленный молот заставлял гудеть воздух и ломал кирасы врагов с громовым треском. Сильный, неудержимый... и досадно легкомысленный порой. Васко поморщился, потерев плечо, которое продолжало ныть даже после лечения Сиоры. Этот удар мог снести де Сарде полголовы, и лишь чудом не раздробил кости ему самому... Васко поморщился снова, давя неуместное желание пойти и отчитать Его беспечное Сиятельство словно родного юнгу. В самом деле, в его возрасте и с его должностью пора было узнать о таком понятии, как «осторожность»! И о том, что подходить к крупным копытным тварям сзади ничуть не безопаснее, чем спереди! – Это была хорошая работа, моряк. Курт возник рядом бесшумно, Васко до сих пор порой удивляло, как у него это получается, несмотря на всё надетое железо. – Твоя работа, солдат, – заметил он, добавив в голос куда больше недовольства, чем испытывал. – Именно так, и я не ждал, что ты возьмёшь её на себя целиком. Курт опустился напротив. Его светлый взгляд впился в Васко, острый и холодный, как кончик наточенной рапиры. Впору было бы пугаться, впрочем, если бы Васко боялся чужих оценивающих взглядов, то уж точно не стал бы капитаном в своё время. – Полагаю, если бы я позволил Его Светлости умереть, это окончательно похоронило бы мою репутацию и будущую карьеру. Кто доверит корабль человеку, не способного уберечь одного важного дипломата? Брови Курта приподнялись весьма выразительно. – Значит, ничего личного, просто работа? – Можно сказать и так. Это даже не было ложью, присмотр за де Сарде сейчас определённо входил в его обязанности, приказ адмирала не нёс никакой двусмысленности. И если вдруг к навязанному долгу добавлялось что-то ещё, то это никого не касалось. Курт хмыкнул, всё ещё внимательно его разглядывая. – Спасибо за то, прикрыл его вместо меня. Я... считай, что я тебе должен. – И немало, – даже не подумал отнекиваться Васко, – судя по тому, как ты перепугался в тот момент. – Я не пугался. Просто моя карьера тоже была бы загублена, если бы оказалось, что я не в состоянии ни выучить ученика, ни хотя бы прикрыть его в бою. Разумеется. Васко ухмыльнулся. – Ничего лично, просто работа? Его ухмылка стала только шире под тяжёлым взгляда Курта. – Именно. Просто работа, которую впредь я собираюсь делать лучше, чем сегодня. – Значит, мы идём одним курсом. Некоторое время они смотрели друг на друга, потом Курт хмыкнул, достал из-за пазухи фляжку и вопросительно ей встряхнул. Васко не стал отказываться и на этот раз, приняв предложенный коньяк, отличный, к слову, наверняка подарок из губернаторских запасов. Он приподнял кружку, салютуя Курту. – За работу, в которой нет ничего личного. – Совершенно ничего. Пили они с чувством редкостного единодушия.