Золотая заря крылья распахнула перед миром, что границ лишён

      Сквозь сон я почувствовала, что кто-то кусает меня за ушко. Я пару раз дёрнула им и отвернулась от раздражителя. Та-ак… Кроме меня никого дома быть не должно. Я просканировала дом на наличие чакры. Возле меня был комочек чакры Курамы. Но, увы и ах, додумать мне не дали, видимо Ку пришёл к крайним мерам, упав всем своим телом мне на лицо.       — Просыпайся, — тихо сказали мне на ухо, но с моим слухом это было достаточно громко.       — Не хочу, — буркнула я.       — А ты возьми и открой глаза, — громче сказал он. Я подумала и всё-таки открыла глаза, вот только моему взору мешала тушка Ку. Я аккуратно сняла его, и села массируя пальцами виски.       — Ты же сказал, что спать три дня будешь, — я посмотрела на Ку и замерла. Маленький Ку казался самым милым существом на этой планете. Красивые коротенькие лапки, но цапнуть могут так, что лицо заживать будет неделю, ушки, что подрагивают от окружающих звуков и девять хвостов, на кончиках которых были алые язычки, грудка была с маленьким алым галстуком. Я судорожно выдохнула и потянулась к Ку. У того глаза расширились и он попятился назад.       — Наруко, у тебя кровь, — пытался достучаться до меня Ку. — Очень много крови, — уже серьёзно проговорил Ку, а я печально вздохнула и провела рукой под носом.       — Это неудивительно, — хмыкнула я и посмотрела на разводы крови, что остались на пальцах. — Ты такой милашка, что у меня мозг выдал ошибку, — я хихикнула и, приподнявшись, пошла в ванну, чтобы смыть кровь. Ку пошёл следом.       Я умылась и привела себя в порядок. Ку разглядывал помещение и принюхивался к запахам. Он смешно водил носом по воздуху, но потом подошёл ко мне и обнюхал. Я удивлённо посмотрела на него.       — Это для того чтобы запомнить твой запах, — объяснил он и разбежавшись прыгнул мне на голову. Я чуть наклонилась в сторону, но потом обратно встала ровно. — И да, отвечу на твой первый вопрос. Ты проспала пять дней.       — С чего это? — удивлённо спросила я и дёрнула ушами.       — Ну, так мы родственники, а я поспать люблю, — мечтательно протянул Ку.       — А, так это у нас семейное, — сделала я вывод. — А если мы будем спать как обычные люди?       — Будешь чувствовать себя вялой или что-то типа того. Возможно, станешь агрессивней, — сказал Ку и зевнул. Я повторила за Ку, а потом недовольно буркнула на него, тот лишь рассмеялся.       — Оу, я ж ничего не собрала! — я быстрым шагом вернулась в комнату и, заправив футон, скрутила его в валик и запечатала в печать. Посуды как таковой у меня нет, поэтому возьму её из дома, как и провизию.       Сборы заняли час, ещё час времени заняла генеральная уборка и столько же времени перепроверка вещей.       — Ку, я всё, — сказала я и повернулась к лису. Тот что-то пробурчал и, потихоньку перебирая лапками, подошёл ко мне и сел рядом со мной.       — Точно всё? — он оглядел меня с ног до головы, а потом сложил печать концентрации.       — Угу, — я быстро кивнула и присела на корточки. Он выдохнул, и быстро сложив печати, приложил оранжевую лапку к полу. По деревянному паркету разошлись чёрные вязи фуин, окутывая нас с Курамой, после чего последовал хлопок и перед глазами резко почернело.       В нос ударил лесной свежий запах. Уши улавливали шелест зелёной листвы. Я открыла глаза и первым делом нашла Кураму, что оглядывался, осматривая территорию. Облегчённо выдохнув, стала рассматривать окрестности.       Здесь был густой зелёный лес, вдали слышалось журчание реки, а также щебет птиц и шуршание в кустах. Зверьки, наверное. Также тут были молодые горы на вершинах, которых лежал снег. Да пожалуй, это просто прекрасное место.       — Ну как? — поинтересовался Ку, катаясь спиной по зелёной сочной траве, а во рту у него был молодой стебелёк. Я расправила хвосты и вдохнула полной грудью воздух.       — Шикарно, — промурлыкала я, присаживаясь рядом с Ку, но потом просто откинулась на спину. Впоймав Ку, притянула того к себе и стала чесать за ушком. Тот дёрнулся, но через пару минут от него доносилось довольное урчание.       Через два часа я перестала скрывать чакру. Очаг чакры приятно заныл, а мощные потоки энергии растягивали чакроканалы. Я зажмурилась и тихо выдохнула. Что в деревне, что в прошлом приходится скрывать многое. Тут никого нет кроме животных и Ку. Зецу сюда не доберётся, а я немного отдохну.       Оставшийся день мы с Ку провели в мелких играх. Иногда мы друг друга кусали за уши или хвосты, но мне это странным не казалось. Так и прошёл наш первый день в мире призыва.

***

      Следующая неделя была отведена для изучения местности и знакомства с моей будущей едой. Тут были кролики и рыба, всякие растения с ягодами: малина, земляника, дикие яблочки. Были ещё грибы и лесные орехи, в общем, еда есть, поэтому оставалось только собирать все эти дела и готовить из них еду.       В этом мирке постоянное лето, Ку посоветовал иногда появляться в основном мире, чтобы не отвыкнуть, на что я согласно кивнула. Мы с Ку бродили по лесу и говорили о всяком. Моя макушка теперь признана самой удобной! Ку с неё практически не слазит, а я и не против.       Прогуливаясь по лесу, я делала некоторые заметки в своём блокноте. Составляла будущий план тренировок и также распорядок дня. Я уже продумала его на этот год, но Ку как-то недовольно фыркнул и слегка ударил меня одним из хвостов, привлекая к себе моё внимание.       — Что такое, Ку? — я дёрнула ушами и стала оглядываться по сторонам. Может нежданные гости?       — Не составляй план, — он спрыгнул мне на плечо. — Я ведь тебя тренировать буду, — он довольно оскалился, а у меня по спине пробежали мурашки.       — А ведь точно, — я хлопнула себя по лбу и виновато посмотрела на Ку. — Прости, из головы вылетело, — я почесала у него за ушком. Тот довольно прикрыл глаза и вернулся на излюбленное место.       — Я думаю, что тебе стоит изучать ирьёниндзюцу, — задумчиво протянул Ку, а я чуть не спотыкнулась на ровном месте, но быстро придя в себя, недоумённо похлопала глазами.       — Это ещё почему? — как можно спокойнее поинтересовалась я.       — Это пригодится в бою, да и кто знает, что может случиться? — он вильнул хвостами, хлестнув мне по лицу мягкой шерстью. Я задумалась. А почему бы и нет?       Если мои близкие будут в опасности, то я смогу их спасти или хотя бы оттянуть приближающуюся смерть. Это полезно для моего индивидуального развития. Целебные техники требуют хороший контроль чакры.       — Но моя чакра ведь ядовита! — внезапно осознала я и замедлила шаг.       — Да, — короткий ответ только добавил вопросов. — Но ты можешь переработать чакру в нейтральную, она не будет вредить людям. Только для этого потребуется идеальный контроль чакры, — Ку клацнул клыками и что-то невнятно пробурчал. — Нужно выкрасть свитки из клана Сенджу по медицинским техникам.       — Но я не могу! — воскликнула я, но потом обдумала всё ранее сказанное. — Могу, иначе ничему не научусь, — я мотнула головой и остановилась на лесной поляне.       — Вот так. Узнаю свою имото! — радостно сказал Курама.       — Угу. Только мы не будем их красть, — Ку напрягся. — Мы будем их копировать! — в памяти всплыл образ одного пепельноволосого. Я досадно улыбнулась и вдохнула лёгкими свежий воздух. Мы ещё встретимся, и тогда ты точно станешь моим!

***

      Мы нашли небольшую пещерку, рядом есть небольшая речка, просто кишащая рыбой. Поляна тоже имеется, и она усеяна красивыми цветами. Аромат, исходящий от цветов, не забивает нос, тем самым позволяя вдыхать чудесный запах. Решено, здесь и остановимся!       В пещере пришлось сделать влажную уборку, но бегать с тряпкой к речке и обратно в пещеру немного раздражало. Кураму я оставила на поляне, пусть погреется на солнышке. После полудня пещера была отмыта, ей осталось только высохнуть. Завтра буду её обустраивать. На небе уже была полная луна. Она так ярко светила затмевая собой звёзды, но небо… Небо было слегка сиреневого оттенка, редкая синева только будоражила моё сознание, рисуя разные образы совсем не связанные. Красиво.       На моей груди клубком свернулся Ку. Он уже сопел иногда посвистывая чёрным носиком. Думаю, и мне тоже стоит.

***

      На следующий день я неохотно поднялась с мягкой травы и поплелась в пещеру, мозг требовал ещё сна, но мне нужно тренироваться я и так непозволительно долго бездельничала.       Я подала в печати чакру, на полу сразу образовалась куча всякой всячины. Я стала разбирать вещи. Наби упаковал мне много чёрной одежды, за что ему огромное спасибо. Я отложила свиток с одеждой в сторону и принялась разбирать дальше. Травы, обувь, инструменты для фуин печатей, блёстки, краски, бумага, чакропроводящая бумага, кунаи с метками, обычные кунаи, сюрикены, футон и полотенце, а также запас печенек на чёрный день. Что ж, неплохо. Даже хорошо.       Быстро всё рассортировав, я стала обустраивать себе пещеру. Сбоку кинула футон, посередине поставила котелок и всё. Освещение сделаю позже, когда нормальные фуин делать смогу.       Я выбежала на поляну и направилась к речке, на ходу скинув с себя платье, я прыгнула в воду. Вся рыба расплылась в разные стороны, и уже скоро возле меня никого не было. Я расслабилась. Из-за рыбы казалось, что течение реки быстрое, но когда здешние обитатели разбежались, то стало понятно, что течение довольно медленное.       Тряхнув головой, вылезла из реки. Мокрые волосы неприятно прилипли к телу, а намокшая чёлка так и лезла в глаза. Тихо цыкнув, побежала обратно в пещеру. В пещере взяла полотенце и один обычный набор одежды. Чёрная футболка и лосины с соломенными сандалиями уже были на моём теле, волосы были расчесаны и собраны в высокий хвост. Откинув мокрые волосы за спину, села в позу лотоса и стала медитировать.       Чакра то лениво, то бурно текла по каналам, согревая изнутри. Я сосредоточилась на очаге. Чакра. Много чакры. Она пьянит, просит использовать и что-нибудь к чертям разнести не оставив и следа. Мотнув головой, начинаю прогонять эту бушующую энергию по своему телу. Неохотно, но всё же она подчиняется.       Сколько времени? Я не знаю. Но это не важно. Чакра уже дружелюбнее воспринимает меня. Она быстро отзывается на мой внутренний голос, но иногда шалит и сбивает с концентрации. Чакра как дитё играется со мной, но я не могу полностью признать в ней ребёнка. Если вспомнить от кого она появилась на этой земле, то становится страшно. Древо-Бог вынашивало плод, поглощая кровь людей, что вели кровопролитные войны и природную энергию, существовавшую ещё до появления Древа-Бога. Если так подумать, то почему Древо-Бог захотело вернуть утерянное? Рассержено? Горюет? Что?       Поток моих вялых мыслей прервал Ку. Он пару раз ударил меня по лицу и укусил за хвосты.       Я открыла глаза, но во рту было так сухо, что я зашлась в приступе хриплого кашля.       — Перебор, имото, — обеспокоенно говорит Ку. Я посмотрела на небо. Солнце стоит в зените. Прошло пару минут?       — Прошло пару минут, а я чувствую себя как старуха, которую переехал грузовик, — прохрипела я и недовольно скривилась от собственного голоса.       — Пару минут значит! — удивительно громко рявкнул Ку. — Ты так третью неделю сидишь! — он сложил печать и передо мной уже стоял мужчина лет двадцати трёх с огненными волосами до пят в оранжевом кимоно и чёрным оби. — Быстро спать!       Я быстро закивала, но голова пошла кругом. Вскочив на ноги, я тут же упала обратно. Ку обречённо помотал головой и, перехватив мою ногу рукой, потащил в пещеру. Мстит за испорченные нервы. Моё тело почувствовало каждую палочку или камень, в волосах явно кто-то запутался и что-то пищал. Птенчик?       Земля резко сменилась на гладкий камень. Пещера. Писк стал настолько жалобным, что я быстро выдернула ногу, и сев, стала перебирать свои волосы. Листья, ветки, камень, листья, палка, перья… Птенчик! Я стала быстро распутывать свои волосы, но они только больше запутывались. Плюнув на всё, взяла кунай из печати и отрезала волосы. Не страшно отрастут, а вот птенчик навряд ли воскреснет. Волосы оказались на моих руках, и я быстро распутала потеряшку.       Писк прекратился и перед моими глазами предстал милый птенец совы. Белый, но некоторые пёрышки уже окрашивались в серый, глаза широко раскрыты и с неким интересом рассматривают моё лицо, но так же там был страх. Страх перед неизвестностью, но больше страха было детское любопытство. Я облегчённо улыбнулась, но рука, что прошлась по моим волосам заставила вспомнить о Ку.       — И ты отрезала волосы из-за него? — в голосе проскальзывало полное непонимание и сожаление, он убрал руку и присел рядом.       — Волосы можно отрастить, а жизнь вернуть также просто нельзя, — я вернулась обратно к совёнку. — Смотри, какой симпотный! — я аккуратно протянула палец, за который он быстро схватился маленьким клювом, скорее на инстинктах, чем осознанно. Ку заинтересованно наблюдал за совёнком.       Он тоже протянул мизинец. Совёнок задумчиво перевёл взгляд на мизинец и неуверенно, но клюнул и замер. Ку медленно отвёл руку и завис.       — Ну, пока ни-сан вне доступа сети, мы подумаем, что же с тобой делать, — я быстро договорила и закашляла. Совёнок испуганно попятился назад, но когда начал падать, то его подхватил Курама.       — Съедим, — серьёзно сказал он, а я дала ему неслабый подзатыльник.       — Только попробуй! — тихо прошипела я. — Он остаётся с нами, — Курама уже хотел что-то возразить, но я его перебила. — И точка! Я ясно излагаю?       — Да, но следить будешь сама! — он быстро подскочил и ушёл на полянку. Ну и иди!       Я вернулась к совёнку, что непонимающе посмотрел вслед Кураме. Спать хотелось жутко, поэтому схватив отрезанные локоны, быстро сделала жалкую пародию на гнездо. Гнездо положила у своей подушки. Я уже хотела положить совёнка в гнездо, но рядом его не оказалось. Сердце пропустило удар, а потом бешено стало биться о рёбра, казалось, вот-вот разобьётся.       Я быстро, но со всей осторожностью облазила каждый сантиметр пещеры. Выбегала на поляну и даже к реке, но он как сквозь землю провалился! Курама насмешливо смотрел на то, как я трачу свои нервные клетки.       — Помощь нужна? — ехидно интересуется он, а я отрицательно помотала головой и вернулась в пещеру.       Спустя час совенок нашёлся. В гнезде из моих волос он спокойно спал и ни на что не жаловался. Постояв в ступоре минут эдак десять, с психами залезла под одеяло и мгновенно отрубилась. Спа-а-ать!

***

      Проснулась я рано утром от ультразвука, а если быть точнее от писка. Совёнок махал крылышками то и дело, раскрывая и закрывая жёлтый клювик. Так, а чем там совы питаются? Я быстро стала соображать. Грызуны и мясо птицы. Этому совёнку, где-то месяц на вид, если не больше. Для начала хоть воды дам. Достав из печати чашку, побежала к реке и зачерпнула воды. Полная чашка была поставлена на землю, а совёнка я подняла на руках, ростом мал ещё. Тот жадно пил прозрачную жидкость, а я крутила головой в поисках мелких птичек или грызунов.       Радостный писк привлёк мой внимание. Крошка довольно пикал и махал крыльями. Ну и славно!       Мы пошли на полянку. Полчаса поисков и несколько трупов мелких грызунов. Совёнок быстро оказался рядом и смёл еду. Ох, чувствую, кто-то будет обжорой.       Наевшийся и довольный птенчик вскоре заснул. А я подошла к Ку. И присела рядом. Тот старательно спал.       — Лучше бы хвосты и уши оставил, — обидчиво пробурчала я, поглаживая огненные пряди волос.       — Неужто соскучилась? — ехидно проворчал Ку, поворачиваясь ко мне лицом.       — Да, — честно ответила я. — Ты мой ни-сан, первый друг. Наблюдаешь за мной ещё с пелёнок. Знаешь кто я и откуда, но всё равно принял меня такой какая я есть, — перечисляла я загибая пальцы. — Для меня ты родной биджу. Мой любимый ни-сан!       — Для меня ты была наглым человечишкой, но теперь хороший собеседник и любимая имото, — тихо ответил ни-сан и отвернулся. Смущается? Смущается!       Я повисла на его шее, а хвосты вытанцовывали чечётку.       — Это… А может всё же хвосты и уши оставишь? — протянула я.       — Хорошая идея, — он щёлкнул пальцами и теперь у него на голове красовались милые ушки, а сзади бодро развивались хвосты.       — Теперь не я одна хвостатая, — я пару раз хлопнула в ладоши и потянулась к хвостам. Курама был затискан, да так, что он уже не сопротивлялся, как это было два часа назад. — Кстати, а как назовём птенчика?       — Кисеки*, — после минуты раздумий ответил Курама.       — Ему это имя прекрасно подойдёт, — кивнула я и села в позу лотоса, но желудок был против. По всей поляне раздался вой умирающей меня. — Ох, я ж не ела и не пила несколько недель, — вспомнила я и печальным взглядом посмотрела на ни-сана.       — Ладно, лежи, я тебе рыбы словлю. — ни-сан ушёл к реке, а я распласталась звёздочкой и зависла.       Ближе к вечеру перед моим носом поводили жареной рыбой. Ну как жареной. Она была сплошным угольком на палочке, но первые кулинарные успехи моего ни-сана хочется попробовать. Нет не из-за жалости, а потому что это его первая жареная рыба. Рыба приготовленная самим Кьюби но Йоко!       Я аккуратно взяла палочку, что на последнем слове держит этот уголёк. Приблизив рыбу ко рту, я откусила кусочек. Горько! Быстро проглотив кусок стала искать взглядом стакан воды, про который ни-сан слава богу не забыл. Благодарно кивнув, запила одним глотком и вернулась к рыбе, откусив кусок побольше, быстро прожевала и снова запила водой. И так пока не закончилась рыба.       — Пойдем, проверим как там Кисеки, а потом я покажу, как приготовить рыбу не сделав из неё уголёк, — я пошла к пещере, а Ку задумчиво покосился на палочку в моих руках.       — Настолько ужасно? — он отобрал палочку и стал крутить между большим и указательным пальцами.       — Честно, это самая ужасная рыба, но ни у кого с первого раза идеально не получается, — тут я пожала плечами. — В прошлой жизни первое блюдо, что я приготовила, были гренки, — Ку с интересом слушал меня. — Но я включила слишком большой огонь, налила слишком много масла и жарила их так долго, что они стали чёрными. Мама попробовала, несмотря на вид и сказала, что покажет, как правильно приготовить мягкие с хрустящей коркой гренки.       Мы уже были возле пещеры. Кисеку ещё спал. Курама ушёл в лес за хворостом, а я вышла к речке. А почему бы из ловли рыбы не сделать тренировку?       Сосредоточившись на воде для уверенности протянула обе руки вперёд и потянулась к своей чакре. Та лениво отозвалась, и медленно перетекая по каналам, стала выходить из моего тела. Распылив чакру, сосредоточилась на рыбе, проплывающей в воде. Воображение и манипуляция. Я смогу. Сейчас!       Рыба, на которой я концентрировалась, вылетела из воды и приземлилась на берег рядом со мной. Да ладно? Получилось?       Словив ещё пару рыбёх, достала кунай и выпотрошила внутренности, делала всё это в реке и заодно промыла рыбу. Теперь можно и в пещеру.       Вернувшись в пещеру, увидела милую картину. Курама отчитывает Кисеки, а тот не понимает за что. Кстати я тоже не знаю.       — Ни-сан, что-то случилось? — я подошла поближе. Ни-сан вздрогнул, но потом обрадовался.       — Кисеки чуть в костёр не влез! Вот я и говорю, чтобы он так больше не делал. Но нет! — тут он раздражённо всплеснул руками. — Нам же нужно почувствовать на собственной шкуре, каково это!       — Кисеки, — я наклонилась к птенчику. — Нельзя так делать. Мы ведь переживаем. — не уверена, что поймёт, но почему бы не попытаться?       Птенчик замолк и по руке взобрался мне на голову, видимо не только ни-сану моя макушка нравится. Я хмыкнула и посмотрела на костер, который развёл Курама.       — А ты где спички откопал?       — Спички? Я использовал Катон, — он пожал плечами и дал мне палки, на которые я нанизала рыбу. Сделав мини пирамидку из рыбы, я отошла от костра и посмотрела на Кураму.       — Катон? Не знала.       — По идее ты тоже можешь его использовать, но я не уверен. Ты помнишь какую-то технику?       — Катон: Великое огненное уничтожение.       — Сойдёт, печати помнишь?       — Да, — я прикрыла глаза и повторила про себя печати. — Помню.       Я перевернула рыбу еще десять минут и будет всё готово.       Время быстро пролетело. Я взяла палочки и две отдала ни-сану и столько же взяла себе.       — А теперь попробуй, — сказала я, уже откусывая кусочек от вкусной рыбки. Ку оторвал пальцами кусок и закинул его в рот. Прожевав его он облизнулся и быстро доел рыбу.       — А человеческая еда вкусная, — довольно протянул он явно не разочарованный вкусом пресной рыбы.       — Ну да, знаешь, я иногда скучаю по вредной еде. Что-то типа чипсов или доширака. Хм, а ещё шаурма. Точно! Шаверма! Пища богов и богинь! Я попытаюсь рецептик вспомнить, но не припоминаю, чтобы в этом мире была корейская морковка. Хотя она нетрудно делается. Так что когда-нибудь сделаю шавуху и ты познаешь какова на вкус пища богов! Хм, ещё можно пельмешки или чебуреки, а ещё кексики и пироги. Короче ща в блокнот запишу, чтобы не забыть, — я достала из печати блокнот и карандаш. Быстро настрочив все названия, решила, что рецепты вспоминать буду на перерывах от тренировок.       — А сейчас всем спать! — я посмотрела на Ку и на Кисеки. Ни-сан согласно кивнул, а Кисеки сонно пикнул. Курама превратился обратно в свою мини версию и улёгся вместе со мной на футоне возле головы. Кисеки же протопал в своё гнездо.       — Спокойной ночи, — пожелала я и укрылась одеялом. В ответ мне был сонный писк и согласный фырк.

***

      Первый год прошёл нормально. Я, как и предполагал ни-сан, постоянно медитировала. И когда я смогла наконец-таки создать клона, усилила свои тренировки. Занимались мы с клонами не на полянке, а у подножия горы. Кисеки стал большим непоседой, поэтому я создавала отдельного клона для его безопасности. Другие животные нас не трогали и мы их тоже. Ну кроме кроликов и некрупной птицы.       Курама улучшил свои кулинарные навыки с ужасно до терпимо. Он перевёл много продуктов, но я всё съедала и не жаловалась. Теперь мой желудок титановый. Почему? Просто я не понимаю, как я выжила, кушаю еду приготовленную ни-саном, если даже мошки, что стали раздражать после первого месяца пребывания просто дохли, не долетев до еды. Иногда я помогала с готовкой, если получалось. На тренировках Курама меня не щадил, поэтому я еле добиралась до пещеры.       Курама вдалбливал мне основы манипулирования Инь и Ян чакрой. Разбиралась долго, три месяца, если быть точнее и теперь могу, не распыляя своей чакры, манипулировать ветром и водой. Это удобно и намного быстрее.       После этого мы проверили, есть ли у меня Катон, как оказалось, имеется. Да и я не удивляюсь уже. Потому что, если вспомнить какой у меня резерв, то было бы странно не появись он. У отца вроде бы тоже Катон имелся. А, как у мамы дела с Катоном обстояли, понятия не имею.       Собственно, догнав свой прежний контроль чакры, и даже слегка перегнав, я села за фуин. О как же приятно держать кисть и выводить такие знакомые иероглифы, вливая в них свою чакру. Иероглифы переливались бордовым цветом, но после чернели, перерабатывая и наделяя чакру необходимыми свойствами. Могу даже сказать, что фуиндзюцу стало моим хобби. Расслабляет и отвлекает от ненужных мыслей, иногда приходят хорошие идеи.

***

      Второй год начался с того, что я пошла в основной мир, с целью скопировать свитки из библиотеки Сенджу. Ради этого я создала фуин-печать для быстрого копирования информации. Она моментально запоминает необходимую информацию, а если прикрепить её к бумаге и сложить определённые печати, то информация проявляется на бумаге. Почерк и рисунки такие же, как и в оригинале. Можно даже сказать, что перед глазами второй оригинал. Только жалко, что одноразовая, но какая есть. Всё равно горжусь! Пробраться к Сенджу не составило труда, но меня настораживает, что их количество возросло. Несильно, но ощутимо. Так ладно я сюда пришла не на их количество смотреть, а на свитки с техниками по ирьёниндзюцу!       Быстро пробравшись к предполагаемой клановой библиотеке, что как ни странно находится рядом с домом главы, я аккуратно вошла. Пыли немеряно только бы не чихнуть. Фух, пронесло, так-с где-то тут. Проверив дверь на наличие сигналок или ловушек, прошла в первую секцию. Ну, так на табличке написано. Так отчёты о мелких миссиях и-и это не то. К следующей секции. Заказы на убийства, вылазки для сбора информации и тому подобная херь, мне не нужна! Так следующая секция! Опа, чирик! А тут есть сигналки и ловушки. И видимо разработанные Тобирамой, но к его сожалению я в этом смыслю лучше. Быстро обезвредив их, я прошла дальше. Древесные техники не то, техники Суйтона не-а. Так медицинские конспекты и техники от ранга «C» до «A». Хоть тут и не указаны ранги, но я их так отметила. Так, где там мои печати? Вот и они, отлично!       Быстро всё скопировав на несколько печатей, свернула свитки обратно и положила на место. Теперь всё. Можно и домой валить. Выбравшись за пределы клана Сенджу, сложила печать обратного призыва и оказалась на уже знакомой поляне. Довольно махнув хвостами, что находились под плащом, пошла в пещеру.       Неплохо было бы научиться скрывать ушки и хвосты, но я пару раз пыталась, и ничего не выходило. Сегодня ещё раз повторю, но позже. Хочу прочитать конспекты. Курама что-то кашеварит, а Кисеки гоняется за грызуном, но я то знаю, что он даёт фору. Засранец, любит с жертвой поиграться. Летать научился год назад и теперь иногда я с ним за кампанию летаю. Вот только он это делает, как и все птицы, крыльями, а я с помощью ветра. Вы бы видели, какое у него личико было, когда я в первый раз за ним полетела. Что-то наподобие: «Оно что, может летать? С такими-то килограммами? И со своими пропеллерами? Остановите землю, я сойду». Вот что читалось в его глазах на тот момент.       Готовка Курамы стала намного лучше. Сейчас он готовит рис с мясом, я по его просьбе сбегала в магазин за солью, но не думала что она такая дорогая. Купила сто грамм, думаю, хватит, только предупрежу, что щепотку нужно добавить.       Где там у меня чистые свитки? Вот они родненькие! Развернув свиток, приложила фуин-печать и, сложив печать концентрации, в свитке появился конспект. Теперь нужно техники в другой свиток. Проделав тоже самое только с другим свитком, сожгла использованные печати Катоном. Удобненько.       Так прочитаю конспекты. Хм, тут в основном объясняется устройство организма человека, описание органов и их строение. Описание трав для мазей и даже как правильно бинтовать человека. Неужто для меня написали? В общем, нужно и это запомнить.       Этот год прошёл плодотворно. Во-первых! Я наконец-то могу убирать хвосты и уши. Когда они исчезают, остаётся ощущение, что меня лишили слуха на одну пару ушей. На нюх и зрение никак не повлияло, как и на внешность, если не учитывать, что уши и хвосты пропали. Глаза, как и были с вертикальным зрачком, так и остались.       Во-вторых, я выучила конспект и потренировалась с перевязкой на ни-сане. А ещё на Кисеки так для практики. Детей рядом нет, а тренироваться не на ком. Хотя, я могу ходить на поле боя и тренироваться на еле живых шиноби, гляди и вылечу кого-то. И мне будет по барабану Сенджу или Учиха, лечить буду, кто под руку попадётся.       И в-третьих я начала учить технику Мистической Ладони. Когда первый раз применила, то заметила, что чакра окутывающая мои руки не зелёная, а жёлтая или будет правильней сказать золотая. Курама пожал на это плечами и сказал, что я же не человек. Так чего париться? Ну, я и приняла это, да и этот цвет меня успокаивает. Тренировалась я на рыбе и лесных зверушках. Вот только особо пугливых приходилось вырубать.       Клоны тоже задействованы только их в этот раз сто, и они также разбиты по группам в каждой из которых по пять человек. Они расходились по лесу в поисках раненых милых зверушек. Потом этот опыт передавался мне. Вот так вот.

***

      Третий год начался довольно спокойно и обычно, пока я не решила пойти на поле боя и лечить раненых. Мдя… Ну что поделать? Идиотизм не лечится.       В итоге собрала всё необходимое, я буду пока только ушибы лечить или раны там неглубокие, но серьёзные ранения трогать не буду, рано мне ещё. Хоть и в описании технике было написано, что результат зависит от контроля чакры, ну не могу я. На ком я тренировалась? На зверушках и рыбе? Это не люди. Разница огромна. На счёт запасов лекарственных трав я не волновалась. Почему? Травы можно было найти в лесу и в горах, а также старых пещерах, но последнее редкость.       Предупредив Кураму и Кисеки, отправилась в основной мир. Мир людей встретил дружелюбно. Очень дружелюбно. До такой степени дружелюбно, что никто не пришёл. Ушки и хвосты я спрятала, плащ на мне, пора идти. Просканировав местность, заметила большое количество народа. Скрыв чакру, направилась туда по деревьям. Путь занял минут двадцать.       Битва идёт дня три может четыре трупов слишком много. Воины уставшие. А кто против кого?       Подойдя к трупам, посмотрела на снаряжение. Учиха и Сенджу. Также есть герб клана Хозуки. Только они редко мелькают, наверное, кто-то из сторон нанял.       — Помогите… — хрип еле слышен где-то справа. Оставив трупы, пошла к голосу. — Помогите…       — Хай, — лениво протянула я, лишь бы он замолчал. — Мистер, вижу, сильно прилетело, — я мысленно присвистнула и осмотрела мужчину. Лишён ноги, обильное кровотечение, ожоги второй степени и повреждение мягких тканей. — Мистер, я могу вам остановить кровотечение и так же избавить от ожогов, но забрать вас должны ваши соклановцы. Вам ясно? — я наклонилась к нему и вопросительно посмотрела, тот слегка кивнул. — Что ж, а теперь слушайте меня и не отключайтесь хорошо? — снова слабый кивок. Хорошо ещё в сознании. Ранили недавно, приступим.       Достаю соль и кувшин воды со стаканом. Налив воды засыпаю, определённое количество соли и перемешиваю. Полученную жидкость даю выпить шиноби.       — Молодец, пей помедленней, никто не отнимет, — я покрыла руки целебной чакрой и поднесла к ноге. Кровотечение остановлено, нужно приложить марлю с антибиотиками, чтобы зараза всякая не попала в кровь и не пошло заражение. Сделав перевязку довольно кивнула. Недалеко слышались звуки битвы, и они приближаются. Нужно побыстрее заканчивать.       — Сейчас буду лечить ожоги, — я забрала стакан и убрала его в печать. — Как тебя зовут? — шиноби удивлённо посмотрел на меня. — Можешь не говорить, — я посмотрела на броню. — Сенджу, — тот ощутимо вздрогнул и потянулся к подсумку с кунаями. — Если убьёшь, то без должного ухода ты не проживёшь и недели. Пойдёт заражение крови из-за того, что ты не менял повязки и тебе крупно повезёт если тебя найдёт соклановец, но вот только зависит это оттого когда именно он тебя найдёт, — шиноби задумался, а я закончила лечение ожогов.       — Кто ты? — спросил он, когда я взяла и с лёгкостью подняла его.       — Я? Я медик самоучка. Мне надоело лечить зверушек, вот и вышел потренироваться на себе подобных.       — Вот же ж, не думал что меня спасёт сопляк, — хмыкнул он.       — Ну да конечно. Мне интересно кто тебя так?       — Учиха, — ответил он с неприязнью и ненавистью.       — Хм, Учихи народ милый, — Сенджу поперхнулся и злобно зыркнул на меня.       — Милый говоришь! Да ты знаешь, сколько они наших положили? У меня умерла…       — Вот только не надо на меня свои проблемы и переживания выливать. Учихи от вас ничем не отличаются, точно также бьются из-за умерших сестёр и братьев, как и вы. Друг друга истребляете, как голодные псы! Из-за вас страдает природа и лес, а также близлежащие деревушки. Так что заткнись. Вы одинаковы.       Шиноби замолчал и уставился в одну точку. Звуки битвы стихли, а из леса вышло пару Учих. Упс. Вырубив Сенджу ребром ладони по шее. Пошла на встречу к Учиха.       — Ты кто такая?       — Медик самоучка, а это материал для опытов, — я потрясла тушкой Сенджу.       — Мы можем тебя убить, — он достал катану и направил её в мою сторону.       — Ну валяйте, только материал не трогайте он мне живым нужен.       — Не дождёшься.       Я улыбнулась и повернув вправо ускорилась благодаря чакре. Быстро скрывшись в лесу, я развернула сенсорику и нашла Сенджу. Точнее ближайший отряд. Направившись к ним, заметила, что они резко остановились. Да ладно у них сенсор. Тьфу, на него, но ничего не убивать же я их пришла.       Выйдя из-за кустов с поднятой рукой, я аккуратно посадила Сенджу возле дерева и облокотив обернулась к отряду. Хм, а командир видимо Тобирама.       — Назовись, — белобрысик заметно подрос с того дня на реке.       — Медик самоучка.       — Имя.       — Не скажу. Я тут вам товарища принёс, забирайте, а то проснётся и снова будет мне доказывать обратное, — я отсалютовала и ушла обратно в лес. Всё. Домой. Я устала. Сложив печати обратного призыва, я упала на сочную траву.       — Я дома, — крикнула я и мгновенно уснула.

***

      Ну что могу сказать. Было познавательно. Учихи народ милый и очень дружелюбный. Надеюсь, что у меня с народом красноглазиков проблем не будет. Они могут быть нормальными. Но они не слепые и видят, что численность клана Сенджу возрастает с каждым годом. Вот и переживают.       Сенджу, про них не знаю, что и говорить. Вроде бы особой агрессии с их стороны не наблюдалось. Ладно, самое главное я проверила. В итоге я могу лечить людей на приемлемом уровне. Бинты, что я наложила, при движениях не слетели, мази не повредили кожу, а вода с солью прекрасно помогла. Вообще я довольна, но есть куда стремиться. Остаётся только с ядами разобраться.       Но в конспектах изредка мелькала информация о отравляющих веществах, а о ядах только одно описание и то неполное. Короче опять нужно идти в библиотеку и в наглую брать ценные бумаги. И, наверное, справочник по лекарственным травам. Вот и ещё один геморрой.       А если так припомнить, то за сколько Сакура стала ирьёнином класса «А»? Лет так в пятнадцать-шестнадцать. Ух, а если так вспомнить, то она же моего братика по голове лупить будет и признается в любви-и… Вернусь и сломаю ей пару костей.       Так не будем о плохом. Я поняла, что нужно учиться, учиться и ещё раз учиться!

***

      Мы с Кисеки выбирались в основной мир. Ну не только же в призывном сидеть? Я показала ему месторасположение клана Сенджу и Учиха.       — Кисеки, хорошенько запомни дорогу, — говорила я прыгая с ветки на ветку. Кисеки летел со мной наравне, изредка отставая, но после быстро нагонял. — Возможно, ты будешь передавать письма, — я остановилась и выставила правую руку, на которую плавно приземлился Кисеки, довольно при этом ухнув. Мы с ни-саном гордимся нашим пернатым чудом.       Сам Кисеки на удивление сообразительный и хороший малый. Мы с Курамой не сразу заметили, как из птенчика он вырос во взрослую сову, не нуждающуюся в постоянной опеке. Он сам добывает себе еду, но ест её вместе с нами, воду пьёт из реки и по-своему выражает собственное мнение.       Вот такая маленькая семья, где каждый заботится друг о друге и поддерживает в трудные моменты.

***

      Четвёртый год. В голове только тренировки и медицинские определения. На поле боя я периодически появляюсь, излечивая раненых Учих или же Сенджу. С собой я брала Кисеки, что подавал мне нужные предметы и для его защиты на нём стоит метка Хирайшина и печать с барьером, если кто-то особо умный на него нападёт. Клан Учих предлагал мне к ним присоединиться, как хороший ирьёнин, но я вежливо отказалась. Я лечу по своей прихоти. Пару раз пересекалась с Хаши и Дарой. Я после этого быстро уходила с поля боя потому что, зная Хаши, лучше сразу уйти от дальнейших расспросов.       Тренировки по тайдзюцу и ниндзюцу я не забрасываю. Медицина это хорошо, но забывать про физическую форму не стоит. Курама меня ежедневно тренирует, иногда мы с ним проводим спарринги без использования чакры, в которых выигрывает то ни-сан, то я, но с большим трудом. Этот лис, как уж на сковородке извивается и уходит из-под атак.       Ниндзюцу. Ну, тут я оттачивала свои старые техники. Ветряная коса стала смертоносней, но при использовании меняет цвет. Если раньше до того боя с Зецу моя чакра имела сине-голубой оттенок, то сейчас она багровая, как у ни-сана. Формируя в руке ветряную косу, я использую окружающий воздух и потоки ветра, но для плотности коса окутывается моей чакрой, после чего я могу свободно с ней управляться. У техники есть слабость — огонь и вода. Но если их избегать, ничего страшного не произойдёт. Взмахи косы создают лезвия ветра, что довольно удобно, если противник держится на расстоянии.       Стиратель. Да я упражнялась с этой техникой! Вот только пришлось искать скалистую местность, где поменьше местных обитателей. Первое, что скажу так это, пожалуй, то, что радиус техники вырос. Полтора километра были обращены в пыли и мелкую крошку. А грохот-то, какой был! Я очень рада, что эту технику нужно кидать! Но если бы не Хирайшин, то я была бы где-то там вместе с этой пылью и каменной крошкой.       Удушье, так я назвала ту технику, когда вокруг шеи субъекта образуется ободок из плотной воды. Я могу создавать его на расстоянии, собирая влагу из атмосферы. Даже если субъект будет пытаться снять ободок голыми руками, то пальцы просто-напросто будут проходить сквозь воду. Опять же слабость этой техники огонь и сильный выплеск чакры, что сможет разорвать ободок.       И ещё кое-что… Я выросла… Заметила это когда майки слишком давить на грудь, бинтов не хватало чтобы обвязать ту же грудь, а лосины стали слишком часто рваться в районе жо. кхм! Ну, вы поняли. Волосы отрасли до колен. Резинки уже давно перестали существовать, поэтому стоит приобрести две ленты, буду заплетать две косы. Пришлось выбраться в основной мир и пройтись по ларькам, но денег у меня не хватало. Пришлось применить хенге обычного пацана лет шестнадцати непримечательной внешности и найти подработку, за которую прилично заплатят.       Мне уже шестнадцать лет? Время быстро летит. Даже слишком быстро. Мне тут осталось восемь лет и я вернусь обратно в то время… Не буду гадать.       Подработку я нашла! Нужно как можно быстрее доставить посылку в другую деревню, за это непыльную работёнку дадут пятьдесят серебряных. Предупредили, что посылка важная, но вот обеспокоенный взгляд, честно говоря, настораживает.       Узнав, где находится деревня и кому передать посылку, выдвинулась в путь. Я шла быстрым шагом по лесу, прислушиваясь к звукам. Кисеки я сегодня не брала, так как я вышла не для лечения раненых, а за одеждой. Кстати грудь у меня твёрдая троечка и надеюсь, больше она становиться не будет.       Шорох в кустах заставил напрячь всё тело, но вида я не подала и прошла мимо.       — Эй, сопляк! — рявкнул кто-то сзади. Развернувшись лицом к собеседнику, а точнее к собеседникам выгнула бровь. Разбойники. — Отдай посылку, если жизнь дорога, — он довольно улыбнулся и стал подходить ко мне.       — Ты не сможешь сбежать! — послышалось сзади. Ох, так они меня окружили.       — Конечно не смогу, — сказала я очевидное. — Зачем мне убегать от жертв? — я нагнулась и подобрала палку толщиной с большой палец и напитала её чакрой. Разбойники противно засмеялись, отчего я прикрыла уши руками.       — Смешная шутка, — отсмеявшись, ответил видимо их главарь. — А теперь избить его, но не повредите посылку!       — Сейчас мы поставим на место этого… — договорить ему я не дала, проткнув шею палкой и быстро высунув, ускорилась при помощи чакры. Тело упало на землю, а из дыры сочилась алая жидкость.       — Г-где он?! — все сразу насторожились, я убила ещё двоих, те замертво упали. Разбойники явно струхнули и у некоторых вырывались истерические смешки. Я развернула сенсорику. Осталось человек двадцать пять, очаги чакры тусклые и не развиты, если кратко, то обычные люди, которым не посчастливилось напасть на шиноби.       Две минуты и уже никого не осталось в живых. Палка сломалась на последнем покойнике. Одна половина осталась в черепе, а другая у меня в руках. Палку я выкинула, не думаю, что она мне пригодится. Я осмотрела трупы и нашла неплохие деньги и какие-то золотые украшения. Украшения я трогать не стала, хоть и была идея сдать всё это в местный аналог ломбарда.       Итого: двести серебряных и два золотых. И это с двадцати восьми разбойников. Ладно уж посылку всё равно отнесу, но на этот раз пойду по деревьям.       Добралась я быстро. Меня встретил старичок. На вид ему лет шестьдесят. Он был так счастлив, что посылка в целости и сохранности, но когда он посмотрел на меня, в глазах была дикая благодарность. Он отдал мне пятьдесят серебряных и ещё раз поблагодарив, отправился в деревню. Я помахала на прощанье рукой и, достав из печати плащ надела его. Сняв хенге пошла на местный рынок.       Рынок был небольшим, но продуктов и вещей достаточно. Я направилась к ларькам с одеждой. За прилавком стояла миловидная пожилая дама. В глаза сразу бросалось правильно надетое кимоно. Седые волосы были заколоты кандзаси, а осанка была на удивление прямой и гордой.       — Добрый день, — начала я. — У вас есть чёрные штаны и такого же цвета майка, а также чёрные ленты для волос?       — Добрый, — она вежливо поклонилась, а потом, наклонившись, дала мне комплект уже аккуратно сложенный. — С тебя сорок серебряных.       — Да конечно, — я быстро достала необходимую сумму из печати и отдала этой даме. Она быстро пересчитала монетки и спокойно кивнула. Я уже собиралась уходить, но потом про кое-что вспомнила. — Ох, и ещё… У вас не найдётся бинтов для, — я запнулась и поняла насколько мне неловко. Дама слегка улыбнулась. Её явно забавляла моя реакция.       — Да, у меня есть и такое, — она прошлась по мне взглядом, но кроме короткого плаща ничего не увидела. Через небольшое количество времени я шла с оплаченным бинтом и новым приобретённым чёрным плащом. Плащ я приобрела в другой лавке. Это мне обошлось в сорок пять серебряных, но теперь у меня есть одежда, что радует. Покупки я запечатала в печать и прогулочным шагом направилась к выходу.       Выйдя из деревушки, ушла в лес и применила обратный призыв. Знакомая поляна встретила как обычно чистым воздухом и сочной зелёной травой. Сняв потрёпанный плащ, пошла в пещеру. Курама лежал на поляне, а Кисеки охотился за своим обедом.       — И сколько он так? — я кивнула в сторону пернатого и присела рядом с ни-саном.       — Полчаса, — лениво протянул ни-сан. — Имото, нашла подходящее?       — Угу, купила новый плащ, ленты для волос, бинты и майку со штанами, — я откинулась на спину и прищурила глаза. Небо слишком яркое!       — И какого цвета? — полюбопытствовал ни-сан.       — Черного! — мне кажется или кто-то поперхнулся?       — Снова этот цвет? — в голосе улавливались нотки обречённости. — Мито и Кушина любили лишний раз прошвырнуться по магазинам из-за милых вещичек или с их вечным и заядлым: «Мне нечего надеть»!       — Ну, так это они, а я это я.       — Уф-ф, поступай, как знаешь! Но используй иногда и другие цвета, — ни-сан задумчиво оглядел меня. — Оранжевый к примеру.       — Хм, я подумаю, — жалобный писк отвлёк меня от разговора. Кисеки схватил полевую мышку и, убив её быстро проглотил. Довольно что-то ухнув, он направился к нам. Я приподнялась и, посадив это чудо на коленки, стала перебирать перья, изредка почесывая. Так и живём.

***

      Пятый год прошёл медленно и плавно, но и я на месте не стояла. Мы вместе с ни-саном разбирались с ядами. Готовили противоядия и проводили эксперименты по нейтрализации яда. Теперь некоторые Сенджу наносят яд на своё оружие, что затрудняет лечение обычных ран.       Как ни странно, но я получила прозвище и не одно, а целых два. Первое это Медик Самоучка, которым я пользуюсь сама, и Благодетель после того, как буквально спасла, казалось бы безнадёжного пациента. Кисеки тоже там присутствовал, подавал мази и лечебные отвары.       Я часто задавалась вопросом. Довольно логичным вопросом. Почему меня не убивают Сенджу, когда я занимаюсь лечением Учих и наоборот? Ответа я так и не нашла, но как-нибудь спрошу.       Несколько раз я пропускала битвы, чтобы пробраться на территорию Сенджу и взять ещё копий по медицинским техникам. На одном из таких сражений умер отец Мадары и отец Хаширамы. Я потом приходила к ним на могилы и оставила последние пакетики с печеньем. Они быстро исчезли, надеюсь, они любят сладкое.       Так же я с помощью фуин сделала чакронакопители, оставшуюся чакру после тренировок я передаю в накопители, полностью опустошая резерв, тем самым увеличивая его. Вот только при их создании было слишком много недочётов. Никак не получалось расширить хранилище, приплела даже ни-сана, что с радостью помог. Он сказал, что у Мито тоже были накопители, и он от скуки запомнил формулу. Ох, я тогда его расцеловала и затискала. Позже, вечером рядом со мной появилась порция вкусного супа с грибами, который мне полюбился.       Готовка еды стала для ни-сана чем-то особенным. Он так увлёкся этим, что меня просто закармливал и сам ел, но постоянно критиковал свою готовку. Не выдержав договорилась готовить по очереди.       Завтра мне исполняется восемнадцать и помните, я надеялась, чтобы кхм грудь не росла. Она выросла. До четвёртого размера. Чувствую себя Хинатой номер два.