Золотая заря крылья распахнула перед миром, что границ лишён

      В этом году ничего такого не произошло. В деревню приходил народ, продавались дома и в них заселялись люди. Всё было однообразно? Пожалуй, так оно и было.       Ниндзя выполняли задания и миссии. Выпускники Академии выполняли полезную работу… на огородах. Все идёт как надо.       Я немного обустроила свой дом. Ну, там по мелочи. Купила несколько стульев, стол, пару ковриков, тёплый футон. Кисеки я купила щётку для перьев. Но вопреки моим ожиданиям это было не одобрено. Иногда я подкармливала Кисеки мясом курицы, что видимо у него считалось за небольшое награждение.       Ещё я купила новые вещички… Детские вещички. Серую футболку и оранжевые шорты. Ленты для волос у меня те же и расставаться с ними я не готова.       Природная энергия. Теперь я её прекрасно ощущаю. Благодаря незапланированным выходным я могу использовать режим Мудреца. Но эти тренировки не проводились без ни-сана, я даже против не была. Помню, как отото обучался.       Сендзюцу улучшает боевые навыки пользователя, делает тело покрепче, и скорость возрастает раза в четыре, может в пять. Вещь эта нужная, как оказывается. На счёт того, как я выгляжу, когда использую режим Мудреца. На верхнем веке появляется пигментация в виде красных стрелок. Словно сама природа эти стрелки вывела. Если это так, то она талантливый визажист.       Сейчас кстати декабрь и скоро Новый Год. Здесь его отмечают первого января. Теперь понятно, почему в этот день дают один выходной. До праздника три дня. Может отметить? Пригласить к себе домой Мито, Хаши, Дару, Изуну, Тобираму и отпраздновать.       Ой, я же им подарки на день рождения не дарила. Блин. Нужно всё купить, упаковать. У Дары недавно днюха прошла. Бляя.       Так без паники! Я всё успею, я всё смогу!       Я вышла из дома, закрыла дверь на ключ и пошла на рынок. Прохожие изредка косились на меня, а я думала, что кому подарить.

***

      Я купила всё что нужно! Надеюсь, что им понравится. Но я еще добавлю туда немного фуинзюцу, и всё будет тогда, просто зашибись.       Подарки купить то купила, а вот продукты вылетели напрочь из моей головы. Так, а что я буду делать? Оливье? Но тут нет консервированного горошка, мазика и варёной колбасы. Колбасу можно заменить кусками варёной курицы, а мазик сделать, наверное, можно. Только в этом времени блендера нет… Расенган! Ну конечно! Нужно будет отца поблагодарить за эту технику. Что ещё? Мимозу, пироги… думаю достаточно, а то они могут и не поесть. Приготовлю ещё обычной еды по типу моти, варёных водорослей ну и домашней еды. Закуплюсь продуктами завтра, а пока пригласительные открытки сделаю.

***

      Я проснулась надела шорты, майку и, расчесав волосы, завязала ленты. Теперь можно и выйти только открытки не забыть. Взяв открытки со стола я запечатала их в печать и теперь спокойным шагом вышла на улицу. Люди ходили в тёплых кимоно, а шею обматывали шарфиком. Дети играли со снегом и лепили из него какие-то скульптуры. Улицы уже украшали бумажными фонарями и ленточками.       — Не холодно? — спросили меня. Я развернулась и увидела Мадару, что закутался в чёрное кимоно и шарфик.       — Я не ощущаю холода. Вот хоть убей, — пожала я плечами, подождав, когда Мадара меня догонит, мы пошли в резиденцию вместе.       — И долго ты не чувствуешь?       — С рождения, — сказала я, посматривая на Мадару. — Почему ты такой высокий? — спросила я, понимая, насколько глупый вопрос я задала.       — Потому что ты шестилетний ребёнок, но не менее опасный, — сказал Дара.       — Замри, — сказала я, Мадара не сразу остановился. Я залезла по его спине и села ему на плечи и обхватила руками шею. — Вот, — протянув пустую руку перед его лицом, достала из печати приглашение на праздник.       — Что это? — он взял письмо и развернул его, пока он читал, я крутила головой по сторонам. Некоторые гражданские ошеломлённо наблюдали за спокойным Дарой, что будто специально не замечал на его плечах нагло сидящую девчонку, а их дети с каким-то замешательством провожали нас своими ничего не понимающими глазами.       — Ну так? — спросила я, когда он сложил открытку.       — Я приду, а Изуна?       — Я его ещё не встречала. Вот когда встречу, то вручу, — сказала я, беря пряди его длинных волос и заплетая небольшие косички.       — Что ты делаешь? — спросил он с беспокойством.       — Косички. — успокоила я его или дала новый повод для беспокойства. — У тебя такие волосы мягкие! — восхищённо пролепетала я, поглаживая непослушные прядки волос.       — Спасибо, — тихо прошептал он, выпуская облачка пара. Я стала заплетать косички, пока Мадара нёс меня в резиденцию. Так как закрепить было нечем, пришлось держать их в руке, чтобы не расплелись.       — Хаширама, — позвала я друга, как только Мадара переступил порог.       — Привет, ребята! Что такое Нако?       — Можешь при помощи мокутона сделать гибкую лиану? — спросила я.       — А тебе зачем? — спросил он улыбаясь.       Я подняла пару косичек так, чтобы Хаши их увидел. Глаза Хаширамы зажглись непонятным мне огнём, и уже через секунду он протягивал мне две лианы. Благодарно кивнув, взяла лианы и закрепила косички, на первое время сойдёт.       — Я потом сбегаю в магазин за белыми лентами, — сказала я. — И пожалуйста не расплетай их.       — Я постараюсь, — кивнул Мадара и на удивление со спокойным лицом сел за стол со своими бумагами. Я встала на руки и, оттолкнувшись руками от плеч, прикрепилась к потолку. Пройдя несколько метров, я вспомнила, что надо бы купить фруктов, а может… Удар моего лица о какую-то поверхность вывел меня из раздумий. Я открепилась от потолка. Вот же ж.       — Нако, всё хорошо? — спросил Хаши, протягивая мне платок.       — Ага, — я забрала платок и вытерла кровь. — Спасибо.        — Не за что, — Хаши почесал затылок. — Я должен заботиться о своих подчинённых. И, Нако, даже если тебе не холодно носи что-нибудь тёплое. Просто жители деревни пишут о том, что видят бедное дитя, периодически появляющееся на улицах.       — Мне искренне жаль бумагу, что они исписали. Попрошу у деревьев прощения.       — Нако-о, я серьёзно, — Хаши сделал щенячьи глазки. Я выдохнула и сделав максимально сострадающее лицо сказала:       — Перебьются не война.       — На…       — Ещё одно слово и я не отдаю тебе это, — я достала пригласительную открытку. Хаширама быстро замолчал и взял открытку.       — Я обязательно приду! Спасибо, Нако! — он растянул мои щечки, не обращая на мой по-детски грозный вид никакого внимания, даже ки его не проняла.       — Отхмусти, — промычала я, Хаши вернул щёки в привычное для меня положение. — Спасибо.       — Извини, не удержался, — он поднял ладони в знак извинения.       — Своих детей так мучать будешь, — я потёрла полыхающие огнём щёки.       — Хорошо. Я запомнил, — он потрепал меня по голове и вернулся на своё место.       — Это, Хаши. А где твой братец? — я уселась на стул с двумя толстыми дощечками.       — В клане как обычно, наверное, — пробормотал Хаши.       Я посмотрела на Мадару, но тот только хмыкнул. Значит Изуна тоже в клане. Ох, ладно. Я создала трёх клонов и отдала им оставшиеся открытки. Те прочитали кому передать и вышли в окно. Отлично!

***

      Мой рабочий день закончился, и я спокойно ушла из кабинета под завистливые взгляды Хаши и Мадары. Клоны успешно доставили пригласительные открытки.       Я направилась на рынок за нужными мне продуктами. Купила яйца, маринованные огурцы, специи, лимон, растительное масло, филе курицы, малосолёную сельдь, овощи, рис и моти. Моти купила сразу готовыми. Купила также пшеничной муки и фруктов.       Притащив это всё домой, разложила в кладовке. Картофель я помыла и поставила вариться с ним же и морковь. Яйца варились в отдельной кастрюле как и филе курицы. В тарелку я разбила одно яйцо, открыв масло, вылила где-то сто миллилитров и, сформировав малюсенький Расенган диаметром в три сантиметра, аккуратно опустила его в тарелку и взбивала секунд десять. Потом приподняла Расенган и продолжила взбивать полторы минуты. Отменив технику, разрезала лимон и капнула пару капель, ещё раз всё взбила и получила домашний мазик. Блин жалко тут горчицы нет.       Овощи сварились, я их остудила и очистила от кожуры. Дверь в кухню открылась, и внутрь вошёл ни-сан в человеческом обличии.       — Что готовишь? — спросил он, рассматривая майонез.       — Оливье, Мимозу, — сказала я на русском.       — Ты же понимаешь, что я не понимаю.       — Я понимаю. Это такие названия и я не могу сказать нормально, — улыбнулась я.       — Помочь?       — Да, разделай рыбу, — я кивнула в сторону сельди. Ни-сан взял досочку, рыбу и приступил к работе. Я нарезала половину варёных овощей кубиками и положила в отдельную тару. Огурцы тоже были порезаны кубиками. А на чем можно натереть овощи? Может Стиратель подойдёт? Я сформировала технику в руке. Ни-сан покосился на руку, но замечаний делать не стал. Так если давление поменьше сделать. Шар увеличился, я аккуратно поднесла картофель. Конечно не тёрка, но и техника неплохо справляется. Натерев овощи и яица, стала накладывать слои и смазывать их майонезом. Ни-сан закончил с рыбой, и я тоже превратила её в труху. Через пару минут Мимоза была готова.       Оливье заняло больше времени. Я запечатала салаты в свитки, а свитки уже поместила в печати на руках. Пироги завтра испеку.

***

      На следующий день я украшала свой дом. Прикупила мебели, чтобы гости уместились, немного сладостей. С утра доготовила обычные блюда и испекла пироги, не забыв запечатать в свиток. Купила белую скатерть, зелёного чая, коробочки и обёртки для подарков.       Дома протёрла стол и расстелила скатерть. Замела и помыла полы. Ни-сана заставила превратиться в форму зверька. Кисеки накормила. Осталось только подарки немного доделать и красиво упаковать.       Подарки заняли много времени. Послышался настойчивый стук во входную дверь. Я побежала и открыла дверь. На пороге стояли Хаши и Дара, а за ними Изуна, Мито и Тобирама.       — С Наступающим! — сказали они хором.       — И вас так же, — улыбнулась я и впустила их. Они сняли шарфы и кимоно, что носят зимой. Пока они раздевались, я прошла на кухню и распечатала еду. Ни-сан убрал свитки.       — Помощь не нужна? — спросила выглядывающая Мито. Кимоно было белого цвета с золотыми причудливыми узорами, а волосы собраны в высокий пучок, с которого свисали несколько алых прядей.       — Нет, — я помотала головой не отрывая глаз от Мито.       — Прекрати, — попросила Мито, чутка засмущавшись.       — Прости, — я отвернулась и поставила чайник на плиту.       — Вот, — Мито протянула мне из неоткуда взявшийся подарок. Из печати наверное взяла.       Я взяла и распаковала подарок. На кухне уже потихоньку собирался народ. Открыв коробку, увидела красивое деревянное кандзаси. Алый цветок красовался на одном из концов этой небольшой палочки. Я аккуратно повертела это изделие между пальцев, волнуясь, что этот цветок отпадёт и сломается.       — Нравится? — спросила она. Я пару раз завороженно кивнула, но когда услышала смешок быстро положила подарок обратно и закрыла коробку, зло посматривая на Изуну.       — Не дуйся, Нару, но ты выглядела такой удивлённой, — он игриво улыбнулся. Поиграв в гляделки пару минут, я выдохнула и достала все подарки. Так как они в руках не умещались я подняла их в воздух. Первый подарок полетел к Мито. А все остальные одновременно оказались в руках у мальчишек.       — А почему Мадаре два? — поинтересовался Хаши распечатывая свой.       — У него недавно день рождения был, а я его не поздравила.       — Я забыл. Прости, Мадара, — он полез со слезами к растерянному Мадаре. Из коробки Хаши чуть не выпал его подарок, который он успел подхватить у самого пола. — Лента? — он повертел её, но увидев какие-то фуин подошёл к Мито. Мито повертела ленту и с удивлёнными глазами подошла ко мне.       — Наруко, как это понимать? — она протянула ленту в руки.       — Индивидуальный накопитель чакры, если проще хранилище чакры, которое ты заполняешь и потом при надобности черпаешь оттуда энергию.       — Понятно, но таких иероглифов нет! — она стала нервничать. Я выставила одну руку вперёд, призывая её помолчать. Она закрыла рот. Я подошла к Хаши и завязала ленту. Лицо Хаши стало задумчивым.       — Такое чувство, что у меня появился пустой очаг чакры, — он сосредоточился и направил чакру в накопитель. Иероглифы стали переливаться алым цветом. — Есть предел.       — Какой? — глаза Тобирамы излучали любопытство.       — Три полных очага моей чакры, — Хаширама поднял меня на руки и пару раз подбросил до потолка. — Ты просто чудо!       — Свою девушку так называй, — пробурчала я. Хаширама поставил меня на ноги и вручил подарок. Коробка была довольно большой.       Я открыла. Венок? Я посмотрела на довольного Хаши и снова на венок. Это что за намёки? Типо, становись женственнее. Не будь пацанкой. Так ладно. И этот венок мне великоват. Он бы подошёл, когда тело станет прежним, а это через полгода.       — Спасибо, я надену его, когда тело вернётся в обратное состояние, — я отложила подарок в сторону и кое-что вспомнила, крикнула, но не сильно громко:       — Ку!       Ни-сан быстро прибежал и, оглядев гостей, выжидающе на меня посмотрел. Я достала подарок, он был полностью в бумажной обёртке и перевязан лентой. Ни-сан уцепился ртом за край ленты и развязал её. Потом медленно раскрыл обёртку и посмотрел на перьевую подушку чёрного цвета. Он благодарно кивнул и, смяв обертку, посмотрел на меня. Я подняла её и сожгла Катоном. Ни-сан покрутился вокруг, помялся лапами по мягкой поверхности и, уложив голову на лапы, впал в лёгкую дрёму.       Сбоку кто-то зашелестел. Остальные тоже раскрыли свои подарки. Мадара вытащил из коробки кожаные перчатки. Он их надел и пару раз сжал руку, но потом замер и прикрыл глаза.       — Терморегуляция? — он приоткрыл один глаз.       — В точку! Ещё там есть печать, в которой небольшой запас взрыв-печатей разной мощности и пару печатей парализации.       Мадара кивнул и распаковал второй подарок. Вторым подарком оказалась Алая лента с белым цветком. Там также присутствовало индивидуальное хранилище, распознающее чакру хозяина. Мадара неуверенно взял несколько прядей. Хаширама взял ленту и сделал Мадаре низкий хвост, что неплохо дополнял образ Дары.       Изуна открыл коробку и вытянул оттуда набор сенбонов, тканевые перчатки и несколько баночек.       — Там яд? — спросил Изуна не решаясь открыть баночки.       — Нет там лечебные мази. Одна что красная для синяков, а другая с отваром помогающий восстанавливать кровь. А сенбоны с печатями возврата. Надень перчатки, — Изуна послушно надел их. — Метни сенбон к примеру в… — я повертела головой и указала на себя. Изуна выпучил глаза, но потом всё же не сильно метнул сенбон. Я увернулась и сенбон вошёл в пол. — Теперь подай в печать на перчатках чакру, — сенбон исчез и появился в руке у Изуны. — Если оружие находится в двухстах метрах от тебя, то оно сможет вернуться к тебе. Если оружие на дальнем расстоянии, то оно не вернётся.       — Удобно, спасибо! — Изуна снял перчатки и убрал всё в коробку.       Следующий кто открыл коробку оказался Тобирама. Он достал чернила и чакропроводящую бумагу. Эту бумагу я заказывала из страны железа полгода назад. Стоила дорого, но всё-таки. Чернила с добавлением моей крови, но этого я конечно не скажу. А также там есть мини книжка страниц на десять с моими советами по фуиндзюцу.       — Спасибо, — он закрыл коробку и благодарно кивнул. — У меня и правда кончились хорошие чернила.       — Оу, на здоровье, — я улыбнулась и посмотрела на Мито. Она тоже открыла коробку. А там пустота. На дне коробке была печать, она подала туда чакры и у неё на руках появилось кимоно жёлто-рыжего цвета с красными узорами пёстрых цветов.       — Оно прекрасно, Наруко! — пролепетала Мито. Я радостно улыбнулась и посмотрела на стол.       — Откуда саке? Я его не покупала.       — Я его принёс, — поднял руку Хаши.       — Давайте позже раскроем остальное, а пока прошу к столу, — чайник уже закипел и я быстро выключила его. Гости расселись. Я села между Дарой и Хаши. Но я обычно кладу пару досок, чтобы не быть под столом. Поэтому неудивительно слышать смешки. Я спрыгнула со стула и взяла те досточки, положила их на стул и села. Никто не начинал кушать, а до Нового Года меньше полчаса.       — Что-то не так? — я посмотрела на блюда, а потом на гостей. Изуна смотрел на ни-сана, что спал на подушке, и его бровки домиком говорили о трудном мыслительном процессе.       — Да, — Изуна оторвался от ни-сана и посмотрел на меня. — Где ты с ним познакомилась?       — С ни-саном? — я наклонила голову в бок. Глаза ребят стали по пять копеек.       — Ни-сан? — выдавил Мадара.       — Да, мы встретились в призывном мире и мне кажется, что он старше меня, поэтому ни-сан. Кисеки мы с ни-саном вырастили. Он отото.       — И что может твой брат? — спросил Изуна и приподнял бровь. Ни-сан приоткрыл один глаз и зарычал, потом он встал, прошёл до стола и, запрыгнув, ткнул лапой возле бутылки саке. Чего?! Ни-сан, ты уверен?       Хаширама достал пиалу и налил туда саке. Ни-сан пару раз понюхал поморщился и, ловко подцепив клыками края пиалы, опрокинул её содержимое внутрь. Все замерли, не смели даже дышать, ни-сан пару раз чихнул и повернувшись к Изуне победно улыбнулся.       — Ни-сан? — осторожно спросила я. Но он только подошёл ко мне и умостился на коленях. Я покрыла руку целебной чакрой, но, услышав тихий рык, отменила технику.       — Нако, а ты так и не пробовала саке? — поинтересовался Изуна.       — Нет.       — Изуна-сан, она сейчас ребёнок не думаю, что предлагать ей саке это хорошая идея, -заступилась за меня Мито.       — Я просто спросил, ничего больше. А что это за блюдо? — он указал на оливье.       — Оливье, — сказала я. Изуна сделал вид что понял. — Бери и отсыпай сколько тебе надо, — подбодрила я их, показывая пример. Наложив салатиков и вареного риса, я стала поглощать еду.       Ели все в абсолютной тишине. Я пару раз вставала из-за стола, для того, чтобы заварить зелёного чая и принести пирога. Салаты кстати быстро исчезали. Хаши пристрастился к мимозе, а Дара предпочёл оливье. Мито к чаю брала яблочный и лимонный пирог. Изуна вообще ел всё подряд, а Тобирама кушал моти с зелёным чаем и попробовал всего по чуть-чуть.       — С новым годом! — послышалось за окном. Фестиваль начался? Хаширама взял саке и налил каждому по пиале. Я тоже взяла, но со страхом опрокинула в себя эту огненную жидкость. Помахав руками, я закрыла лицо ладонями. Горьковатое. Горло приятно защипало, но никакого опьянения я не почувствовала. Может со второй пиалы? Я потянулись за добавкой. Хаши быстро мне налил, и я также быстро опрокинула в себя вторую пиалу. Вообще ничего. На коленях насмешливо фыркнули.       Ни-сан, неужто чакра не даёт мне опьянеть? Ну это не интересно. Я расстроенно выдохнула и под удивленные взгляды отставила пиалу в сторону.       После пятой пиалы саке Мито попросила у меня переночевать, я провела её до моей комнаты и уложила на футон. Мальчишки были покрепче. Мадара и Хаширама соревновались в том кто кого перепьёт. Когда первая бутылка кончилась Хаши нагнулся и достал ещё одну. И когда успел. Изуна и Тобирама просто общались. На удивление спокойно проходила их беседа, что даже не верится.       — Нако, — промямлил пьяный Хаширама наливая мне в стакан с чаем саке. — Ты чего грустишь? Праздник же, ик, — он долил мне до краёв. — Вот взбодрись!       Я взяла чашку и потихоньку выпила её. Через пару минут зрение помутнилось.

***

      — Хаши, ик! — маленькая девочка ударила по столу. По дереву разошлись трещины и всё что было на столе оказалось на полу.       — Да, ик? — спросил шатен поднимаясь с пола немного покачиваясь.       — Я хочу в лес, ик! — девочка упала со стула, но быстро поднявшись, залезла на шатена и уселась тому на плечи.       — А-а тебе зачем? Ик! — промямлил шатен, надвигаясь к выходу переступая через одного в хлам упоровшегося Учиху. Остальные более трезвые непонимающе смотреть вслед удаляющихся фигур.       — Надо! Ик! Пойми не нужна прич-ик-на! Просто ик, надо!       — Понял! Ик! — шатен отдал честь и пошёл в лес.       — И-и-и-ик! Кто проживает на дне океана?! — девочка подняла одну руку вверх, но в ответ от её собеседника была только икота. — Ты должен ик, сказать Спанч Боб Скверпентс!       — Спора Боб Скворец! Ик! — прогорланил шатен, девочка радостно хлопнула в ладоши и продолжила:       — Вы готовы дети?!       — Спора Боб Скворец!       — Я НЕ СЛЫШУ! — девочка усилила голос чакрой.       — СПОРА БОБ СКВОРЕЦ! — шатен проделал тоже самое.       — Ик! Кто проживает на дне океана?!       — Нора Дуб Дворец!       — Желтая губка, малыш без изъяна!       — Спанч Боб Пиздец!       — Кто побеждает везде и всегда?!       — Спанч Доб Писец!       — Кто также ловок, как рыба в воде?!       — Спанч… Мы пришли! Ик!       — Отлично, ик!       — А что мы ищем?       — Мою юность. Ик!       — И она здесь? Тогда давай быстрее ищи!       — Моя юность в ларьке с алкоголем! — девочка подняла палец вверх, но потом опустила его. — Мы должны найти ёлку!       — Я её не вижу, — пробубнил под нос шатен. Девочка спрыгнула на землю и, сделав пару шагов, посмотрела на шатена.       — Сделай елку!       — Ик! — шатен сложил печати. Земля затряслась, но эти двое просто-напросто отключились.

***

      Голова… Раскалывается. Я приподнялись на локтях, но упала обратно. Кровать? Где я? Это не моя комната. И дом не мой. Это…больница! Запах лекарств! Точно больница.       Дверь открылась и в палату вошёл Хаши.       — Как голова? — спросил Хаши давая мне лекарство.       — Лучше рассол принеси, — сказала я отставляя эту бурду в сторону. — А что мы вчера делали?       — Отмечали Новый Год.       — И как отметили?       — Ну если не считать того, что мы создали, то вполне нормально.       — Твоё спокойствие меня пугает.       — Держись! — Хаши поднял меня на руки и куда-то понёс.       — Куда мы?       — Сейчас увидишь.       Через пару минут Хаши остановился. Я посмотрела на огромный лес которого вчера не было.       — Это что?       — Лес Смерти. Тобирама давно просил сделать что-то пугающее. Вот и собственно я с тобой по пьяни это и сотворил.       — Ага, а где мой рассол?       — Ты от меня не отстанешь?       — Нет.       — Ладно, пошли за твоим рассолом, а на мои старания никакого внимания.       — Там всё равно ёлочки нет.       — Ёлочки?       — Что?