Снотворец

Просыпаться я стал от того, что меня настойчиво притягивали к горячему телу. Открыв сонные глаза, я приобнял Кая за талию, утыкаясь носом в его грудь. — Как прошло? — пробубнил я. — Сколько времени? — Четвертый час, — приглушенно ответил Кайсен, вороша пальцами мои волосы. — Мне, видимо, все же придется их казнить. — Семью дяди? — переспросил я, пытаясь включить заспанный мозг. — Равера отказалась признать тебя главой? — Не совсем. Мелькольн отказался. Равера сказала, что нападение устроил он. А он свалил все на нее и сказал, что я могу ее казнить, если хочется, но под мое начало он не встанет. Я проморгался и приподнял голову, чтобы посмотреть на Кайсена. — Так ты казнил Раверу? — Пока нет. И, честно говоря, я слегка в растерянности и не знаю, кому из них верить. Но то, что Мелькольн не собирается вступиться за Раверу, которая была ему предана все это время, и вовсе меня обескуражило. — А если Равера не виновна, то, может, ее и казнить необязательно? Она знает, что отец ее бросил? Может, она захотела бы присоединиться к тебе? — Вряд ли. Да и все еще неизвестно, кто из них лжет. — Но сказать ей о словах Мелькольна все равно стоит, мне кажется. — Ты моим советником решил заделаться? — усмехнулся Кайсен, взъерошив мои волосы еще сильнее, отчего я только поморщился. — Спи лучше. Я снова улегся, обнимая его, но немного помолчав, все же решился сказать то, о чем думал. — Просто вас и так мало по сравнению с другими расами, а вы еще и, следуя каким-то древним обычаям, убиваете друг друга за любую провинность. Неужели вы совсем не цените жизнь сородичей? Может, какие-то повинности все же можно было бы прощать? Я замолчал, ожидая, что Кайсен сейчас начнет ругать меня за излишнюю болтливость, но он не начал. Может, уже уснул и вообще меня не слышал? Но поднимать голову и проверять я не стал. Вздохнув, я закрыл глаза и стал пытаться уснуть. Однако нормально поспать так и не получилось из-за копошащихся в голове мыслей. Потому я поднялся раньше обычного, но покидать комнату не спешил, с удовольствием оставаясь рядом с моим спящим демоном. Провалявшись без дела некоторое время, я в итоге зачем-то решил почитать поподробнее про семью этого самого дяди Мелькольна. И вот что узнал: у него в данное время было трое несовершеннолетних детей и третья по счету жена. Первая не выжила после тяжелых родов, оставив больного младшего брата Раверы на нее и отца. Вторая жена и вовсе отправилась на четвертую ступень, так как за семь лет брака не сумела забеременеть. А третья родила Мелькольну еще двух девочек. Младшей сейчас было четыре года, ее старшей сестре — шесть. Больному мальчику же — родному брату Раверы — четырнадцать. У меня мурашки бегали по коже от осознания, что все они вскоре могут быть убиты. И не кем-нибудь, а моим Кайсеном. А ведь я был более чем уверен, что делать это ему совсем не хотелось. Но как спасти тех, кто спасения не хочет? Неужели нет каких-то законов, которые позволили бы хотя бы детей оставить в живых, лишив их права мести? Как бы хотелось, чтобы все было проще и детям не приходилось расплачиваться за проступки своих отцов. Из задумчивости меня вывел хриплый голос Кая: — Ты, наверно, думаешь, что я убил отца из-за какой-то глупости… — Что? — переспросил я, удивленно обернувшись к нему. — С чего ты это решил? — Ночью ты сказал, что мы убиваем друг друга почем зря, — отозвался он, принимая полусидячее положение и откидываясь на спинку кровати. На меня он не смотрел, а скорее на узоры на одеяле, немного хмурясь при этом. — Хочешь, расскажу, почему я пошел против отца? Я лишь неуверенно кивнул, откладывая планшет на тумбочку и придвигаясь к Кайсену. А он вздохнул и приобнял меня. — Помнишь, я рассказывал про мои вторые отношения? Про Нейта. Я сказал тебе, что он умер. — Я снова кивнул, припоминая нечто подобное. — Он не просто умер. Его казнил мой отец за то, что я отказался с ним расстаться. — Я ошарашенно замер, не зная, как реагировать. А мой демон продолжил: — Приближалось время моей свадьбы с Раверой, а отец все больше совал нос в наши с Нейтом отношения, не давая насладиться последними неделями вместе. Я часто ругался с ним, грозился отказаться от свадьбы, если он не прекратит давить на меня. Возможно, он даже поверил в это и потому решил проблему радикально — казнил Нейта за связь со мной. Когда я узнал об этом, во мне что-то оборвалось. Это был необдуманный импульсивный поступок, но я просто пришел к отцу и выстрелил… — Кай выдохнул. Было видно, что вспоминать те события ему по-прежнему больно. — До сих пор все как в тумане, не особо помню, что было сразу после. Но дальше события посыпались одно за другим. Мой отказ от свадьбы привел к тому, что дядя Мелькольн объявил мне бойкот. Странно, что не объявил войну. Равера осталась без мужа, а другого ей, насколько я понял, так и не смогли подобрать. Свое положение потеряли многие дрэйды, служившие моему отцу, а я оказался в уязвимом положении без поддержки и плана. Так что в итоге из-за моей связи с простым ньюлом пострадала чуть ли не половина семьи. Все из-за меня. Этот разлад с дядей, эти попытки их мести мне, эта необходимость казнить всю его ветвь — все из-за меня. И я уже просто не знаю, как поступить будет правильно. Мне надоело, что людям вокруг меня приходится погибать… Впасть в остолбенение мне не дало понимание, что Кайсен только что излил мне душу, рассказал самый большой секрет, и теперь ему нужна поддержка, а не мой шок. Я залез на его ноги и обнял за шею, прижимаясь всем телом и поглаживая по волосам. — Неправда. Не из-за тебя. Все из-за ваших чокнутых правил, — проговорил я, пытаясь подобрать слова. — Ты не виноват, что влюбился, и тем более не виноват, что вам это запрещают какие-то там старые законы. Это глупо — жить всю жизнь в золотой клетке. Я тоже, как и ты, не смог бы так существовать. — Ты сейчас так и живешь — в моей золотой клетке, — слегка грустно проговорил Кайсен. — Ну, она мне нравится, — улыбнулся я, чуть отстраняясь. — Не надо себя ни в чем винить. Просто… неужели нет способа прийти к согласию с дядей без смертей? — Есть. Отдать ему мое место. Но тогда он скинет меня на четвертую ступень. — Это плохо? — Это сложно. Я должен буду продолжать жить по тем же правилам, не имея никакого влияния. А если не будет влияния, я не смогу оставить тебя рядом с собой. Там любая моя ошибка или действие против системы будет приравниваться к преступлению и караться казнью. Если только у меня не будет какой-нибудь «крыши» со ступени повыше, а для такого мне придется вступить в брак. — Пиздец, — процедил я, опуская взгляд. Просто иначе я не представлял, как выразить свои эмоции по поводу их дебильных законов. — А нельзя просто помириться? — Я убил его брата. Как ты себе это представляешь? — усмехнулся Кай, погладив меня по перьям на плече. — А он разве сильно предан родственным связям? Он не ценит свою дочь, свою наследницу, сказал казнить. Чудится мне, что он тупо хочет твое место, а на месть за брата ему плевать. Возможно, злится, что у него, в отличие от тебя, не было повода казнить его и стать главой. Не знаю. Какой-то он мутный, этот твой дядя. В любом случае, неужели нельзя как-то спасти его жену и маленьких детей? Уж они точно не должны страдать из-за ваших разборок. — В этот момент я осекся и отвел взгляд, спросив чуть тише: — Я… много болтаю, да? Кайсен лишь задумчиво смотрел на меня, уже вовсе не улыбаясь. — Ты подал мне идею, Эндрю, — медленно сказал он и притянул меня к себе для поцелуя. — Спасибо. — И что за идея? Не смертельная, надеюсь? — спросил я, слезая с Кайсена, ведь он стал подниматься. — Может, еще поспишь? — Лучше сегодня закончу пораньше, — ответил он и зашел в ванную, проигнорировав остальные мои вопросы. Я снова упал спиной на кровать, пытаясь понять, что уж я такого сказал и какая идея могла прийти в голову моему демону. Хотелось помочь ему разобраться со всеми этими трудностями, даже с учетом, что я ни хрена не смыслю в их законах. Я как-то пытался разобраться, но там огромный устав, почти что уголовный кодекс — сам черт ногу сломит. На его изучение потребовалось бы несколько лет, а я ни разу не юрист. Да и Адиала вряд ли позволила бы «какому-то там мадару» совать нос в дела семьи. Но помочь все равно хотелось. Оставалось только надеяться, что идея Кайсена и правда безопасная и сможет решить хотя бы часть проблем. Когда он вышел, я начал допытываться, о чем он говорил, желая услышать подробности, на что он ответил только «потом расскажу». Как всегда, даже мой демон не хотел мне давать слишком много информации. Пришлось смириться и отстать. День я провел как обычно: завтрак, тренировка, обед, стрельбище, а после, до ужина, пошел составить компанию Оэрии в оранжерее. Она вечно гуляла то там, то в парке. Видимо, ей нравилось смотреть на живые растения. У них в мире ведь не так уж и много их осталось. Пройдя по дорожке мимо клумб и кустов с какими-то фиолетовыми цветами, я заметил женскую фигуру в черном платье, сидящую на скамье ко мне спиной. Однако, подойдя ближе, я понял, что это совсем не Оэрия. Равера смотрела на дерево, стоявшее посреди импровизированной площадки, однако заметив меня, перевела взгляд, начиная без стеснения разглядывать. И чтобы не натворить какой-нибудь хрени, за которую потом мне может влететь, я хотел молча свалить, но Равера не дала. — Подойди, черный мадар, побеседуем. От ее низкого властного голоса у меня аж дыхание сперло. Это вам не доброжелательная Оэрия с напускной важностью. Это Равера, мать ее, Кроун, воспитанная быть женой главы семьи. И я для нее не значимее, чем кусочек грязи под ногами. Ослушаться ее я не имел права, но теперь еще больше боялся ляпнуть что-то не то. Подойдя и встав напротив, я слегка ей поклонился, а потом стал рассматривать ее внушительные рога, почти такие же, как у Кая, и практически красные светящиеся глаза. На фотографиях в интернете она казалась милее. — Ты тот сзеретни, о котором я слышала? — с усмешкой спросила она. — Кайсен Кроун купил тебя и привез в свой дом, вопреки законам клана, так? Как у тебя смелости хватило согласиться на контракт с ним? — Не так страшен черт, как его малюют, — пожал я плечами, засовывая руки в карманы. — Что? — удивилась Равера, приподняв бровь и глядя на меня теперь, как на сумасшедшего. — Ну, то есть не боюсь я его. И законов вашего клана я не знал, когда согласился на контракт. Но и сейчас, зная их, не отказался бы. А почему это вас волнует? — Потому что выходит, что от нашей свадьбы он отказался ради покупки необычного сзеретни, — хмыкнула она. — Он отказался… совсем не поэтому, — нахмурился я. — Но я не имею права разглашать причину. В любом случае, вам он насолить хотел меньше всего. Равера помолчала, поправляя юбку платья, а я огляделся, все еще пытаясь найти Оэрию, но нашел только трех грозных дрэйдов неподалеку. Я сразу догадался, что они охраняют именно Раверу, ведь она здесь не гостья, а пленница. — Что ж, я пойду, мисс Кроун, хорошо вам отдохнуть. Я снова поклонился и хотел уже было уйти, но она меня окликнула: — Погоди, мадар. — Я нехотя обернулся к ней уже только из уважения к Каю, а не из любопытства. Эта девушка мне не нравилась даже больше, чем Адиала. — Ты на самом деле знаешь, что произошло между моим кузеном и его отцом? — Возможно, — уклончиво ответил я. — Но думаю, это никого не касается, кроме самого Кайсена. Даже вас. Извините. После этого я смог наконец смыться и снова заняться поиском Оэрии. Ее я нашел минут через десять на траве под небольшим деревом. — Ты будто прячешься, — сказал я, опускаясь рядом. — Так и есть, — вздохнула она, жалостливо сдвинув брови. — Где-то здесь ходит Равера. Не хочу с ней сталкиваться. — Ушла бы тогда куда-то. Чего сидеть здесь? — Она может понять, что я ее избегаю, а так я вроде как просто занимаюсь своими делами, — хихикнула Оэрия. — Только вот роман мой закончился. И мне теперь слегка грустно. Я уже так привыкла ко всем главным героям, что начинать читать что-то другое совсем не хочется. — Но хорошо же закончилась история? — Ну, как сказать. Центральные герои романа, конечно, счастливы. Но им многим пришлось пожертвовать, чтобы быть друг с другом. Да и другие персонажи душевно ранены из-за их выбора. Счастливый финал с грустной перчинкой. — Уже неплохо, — улыбнулся я. — А почему ты боишься Раверу? Что она тебе сделает? Во-первых, ее охраняют трое здоровенных амбалов, а во-вторых, ты ведь тоже Кроун теперь, пусть и на пару ступеней ниже. — Да просто наслышана о ней, — пожала плечами Оэрия. — Она крайне горделивая и довольно жестокая. Говорят, провинившихся казнит собственноручно, хотя обычно на это отправляют специально обученных людей. А первая ступень дает ей кучу привилегий. Если нужно будет, я конечно поговорю с ней. Но лучше не буду с ней встречаться, не хочется. Я призадумался. При нашем разговоре Равера показалась мне довольно раздраженной. Хотя если учесть ее нынешнее положение, то ничего удивительного в ее настроении нет. Мы просидели в оранжерее еще несколько часов, но с Раверой, к счастью, больше так и не столкнулись. А потом я вернулся в комнату, где уже находился Кай. Он как раз только вышел из душа. — Видел Раверу, — сразу решил признаться я, проходя к Кайсену на диванчик, где он сушил волосы полотенцем. — Она оскорблена, что вместо нее рядом с тобой нахожусь я. А еще спрашивала, знаю ли я, почему ты отменил вашу свадьбу. Я ушел от ответа, сказал, что это только твое дело. Вот. Я сел рядом с ним, ожидая комментариев. Но Кай почему-то не спешил отвечать. — И чего она никак не уймется с этой свадьбой? — наконец пробурчал он, вставая с дивана, чтобы взять расческу. — Еще что-нибудь говорила? Я облокотился на колено и подпер рукой голову. — Нет. Я очень торопился свалить. Если бы она не настояла, я бы с ней вообще не заговорил. Она здесь заложница? — Пока я осуществляю свой план — да. Но потом, возможно, ее статус изменится. — Даже предположить боюсь, что ты там задумал, — проговорил я и решил оставить эту тему. — Ты уже спать ложишься? Я тоже в душ хотел сходить. — Я тебя дождусь, — легко улыбнулся демон, садясь на кровать. — Супер. Я быстро. Я оживленно подскочил с дивана и, коротко поцеловав Кая в губы, пошел в ванную. Там я быстро обмылся и, пока обтирался и одевался, услышал, как из спальни начал доноситься чужой голос. Этот голос я быстро признал, он явно принадлежал Равере. И разговаривала она на повышенных тонах. А я абсолютно точно понимал, что Кайсен вряд ли ее приглашал, а значит что-то не так. Слов за плотно закрытой автоматической дверью я распознать не мог, как и они там наверняка меня не слышали, а потому я как можно тише открыл скрытый шкафчик со спрятанным там оружием и, сняв его с предохранителя, приготовился выйти. Но все же я очень надеялся, что стрелять мне не придется. Когда я нажал на панель, дверь открылась и разговор затих. Я прямо из дверного проема поднял оружие, взяв Раверу на прицел. А увидев, что она стоит в трех шагах от Кая с таким же оружием в руках и целится в него, у меня и вовсе душа ушла в пятки. — Предупреждаю, выстрелишь — и тоже сразу же останешься без башки, — выпалил я, чувствуя напряжение в каждой клеточке тела. Но Равера даже бровью не повела. — Тебе не обязательно защищать хозяина, мадар, — сказала она, все также целясь в сидящего на кровати Кайсена. — Когда он умрет, ты просто вернешься в свой клуб, обещаю. — Да я лучше сдохну, чем останусь жить без него. Я нестабильный сзеретни и готов убить любого, кто угрожает его жизни. Тем более что Мелькольн дал добро на твою казнь. Я уже собирался нажать на спуск, даже если мой демон потом меня сожрет за это, но услышал его голос раньше: — Погоди, Эндрю. Не торопись. Если она дернется, стреляй. А пока я хочу поговорить. И только теперь до меня дошло, что если бы она хотела его убить, уже убила бы. А раз он все еще жив, значит, она пришла что-то требовать. — Твой сзеретни умело лжет. Если ты казнишь меня, мой отец этого просто так не оставит! — прошипела Равера. — Ошибаешься, у меня есть письменное подтверждение, — легко усмехнулся Кай, поднимаясь с кровати. Темная внимательно следила за каждым его движением, а я все боялся упустить момент, когда она захочет нажать на спусковой крючок. — К тому же в знак своих искренних извинений за организованное тобой нападение, он прислал мне твоего младшего брата, разрешая казнить вас обоих. Как тебе? Руки Раверы дрогнули, и на мгновение она потеряла былой суровый вид, шокированно округлив глаза. Но потом снова злобно оскалилась: — Лжешь! Он не мог! — Ты вправе не верить, но если выстрелишь в меня, следом умрешь не только ты, но и Рион. Может, лучше ты положишь пистолет и мы спокойно поговорим? Равера гордо смотрела на Кайсена, но пистолет в ее руках дрожал. А я понимал, что Кай знает ее больное место и умело на него давит. Молчание повисло в комнате на ужасно долгие и напряженные минуты. Я чувствовал, как колотится мое сердце, как палец пару раз дрогнул на спусковом крючке, ведь я ужасно боялся за жизнь Кая, но обстановку разрядил тихий голос Раверы: — Я поняла. Мне бросить оружие на пол? — Да, — ответил я быстрее Кайсена. Она аккуратно опустила пистолет, поставила его на предохранитель, бросила и легонько пнула от себя ногой. А я тут же бросился его забрать. — Присядешь? — спросил мой демон, указывая Равере на диван. — Пусть мадар выйдет, — потребовала темная, что мне совсем не понравилось. — Мистер Кроун, могу я ее обыскать? — спросил я, откладывая пистолеты на дальнюю тумбочку. — Он не имеет права меня трогать! — Имеет, — непринужденно ответил Кайсен. — Я дал ему те же права, какими обладают служащие мне дрэйды. Так что да, Эндрю, обыщи ее. Равера зашипела на меня, словно дикая кошка, когда я стал подходить к ней, но я не обратил никакого внимания, начиная, как меня и учили, обшаривать ее с ног до головы. Сейчас мне было плевать, кто она такая, куда больше меня волновала безопасность Кая. А потому я твердо решил, что пусть только попробует начать сопротивляться, я не постесняюсь применить выученные приемы и ткнуть ее клыкастой мордой в пол. Но по окончании обыска я сделал вывод, что больше ничего опасного у нее с собой нет, и отошел на пару шагов. — Пусть мадар выйдет, — снова потребовала разозленная темная, но Кайсен в ответ покачал головой. — Он останется. — Ты живешь с ним и доверяешь так, словно он тебе супруг! Это неприемлемо! — В моей семье приемлемо все, что мне не претит. Успокойся, Рави. Сядь, и мы наконец поговорим. Я лишь усмехнулся с этого милого «Рави», которое этой стерве совсем не шло, а Равера, хмыкнув, все же села на диван. Я же остался стоять, скрестив руки на груди, рядом с тумбочкой, где лежало оружие, на всякий случай. — Что ты хочешь за жизнь моего брата? — спросила Равера, гордо вздернув подбородок. — Послушания, — протянул Кайсен. — Видишь ли, я уже знаю, что покушение организовала не ты. Мои люди выяснили, что твоя мачеха беременна и, скорее всего, мальчиком. Причем, в отличие от Риона, здоровым. А твоему отцу было бы выгодно, будь в нашей семье единственным мальчиком именно его ребенок. Он боится, что у меня тоже родится наследник, и тогда мой статус в семье для совета укоренится. А теперь, после неудачного покушения, я бы должен был казнить всю вашу ветвь за непослушание, но… — он развел руками. — Я хочу дать вам шанс остаться в живых. — Зачем тебе это? — недоверчиво процедила Равера. — Да просто надоела бесконечная цепочка мести и смертей, — вздохнул Кай, отводя уставший взгляд. — Я не считаю правила клана верными, и мне абсолютно не нравится, что каждый темный обязан расплачиваться за ошибки своих родственников. Я даю вам шанс, потому что мне жаль твоих братьев и сестер, а также Фириду, она ведь не выбирала себе мужа, все решили за нее. А вот если ты казнишь меня, этот мадар убьет тебя, а Адиала казнит Риона. И твой отец, который первым нарушил шаткий негласный договор о неприкосновенности, в итоге получит свое, пожертвовав почти половиной своей семьи. Ты готова умереть за того, кто так легко от тебя отказался? Кайсен внимательно смотрел на кузину, а та сидела с каменным горделивым выражением лица, но глаза были опущены в пол. Я же и пискнуть боялся, понимая, что именно мне придется стрелять в Раверу, если она сейчас откажет. Ведь, как сказала Оэрия, казнить провинившихся отправляют специально обученных людей, а я последнее время только и делал, что обучался бою и стрельбе. В то, что Кайсен пожалеет меня и отправит кого-то другого это делать, я верил слабо. — Отец не согласится повиноваться, — наконец произнесла Равера, подняв на Кая взгляд. А я облегченно выдохнул, понимая, что Равера не собирается продолжать препираться. — Я и не надеялся, что Мелькольн согласится, — усмехнулся Кай, усевшись поудобнее и сцепив пальцы в замок. — Но я ведь изначально не отворачивался от семьи, это вы отвернулись от меня. Я не убивал ваших людей, не нападал, не оскорблял. Мои разборки с отцом никак вас не коснулись. Единственное, что я сделал — это отменил свадьбу. Но сама подумай, так ли это плохо? Нам — брату и сестре — не пришлось спать друг с другом. Я могу обещать, что под моим началом тебе не придется срочно искать мужа. Я обеспечу тебе свою нишу. Тебе и Риону. — То есть я должна предать отца? — очень тихо спросила Равера, словно боялась, что Мелькольн ее услышит. — Нет, Рави, не придется. Он ведь тебя уже предал. Он откупился тобой и Рионом от моей мести, понимаешь? Повесил на тебя свои проступки. — Тогда что ты от меня хочешь, если наши с братом жизни уже в твоих руках? — Убеди Фириду поклясться мне в верности и принять мою сторону. — Что? — снова округлила глаза Равера. — Каким образом? — Доходчиво объясни ситуацию. Если она этого не сделает, между мной и твоим отцом начнется война. И я на все сто процентов уверен, что одержу победу, у меня ведь ресурсов больше для этого. А потом я обязан буду казнить как Мелькольна, так и его жену с детьми. Но этого можно избежать. Если она откажется от поддержки мужа, я понижу Мелькольна до четвертой ступени, а всех вас всего лишь до второй, чтобы гарантировать свою безопасность. Его дети останутся под моим покровительством. При таком раскладе все останутся живы и ни у кого больше не будет причин для мести. Пойми, я просто хочу прийти к перемирию. Но пока твой отец имеет власть и норовит занять мое место, в нашей семье так и будет происходить бардак. — Я? На вторую ступень? — еще больше вспенилась Равера, а я только глаза закатил. — Ты рехнулся? И что будет с моим отцом на четвертой ступени? — Он останется Кроуном под моим крылом без права жениться. Опять же, все это ради того, чтобы он не вздумал снова угрожать мне, Оэрии или моему наследнику. Да и твое понижение тоже исключительно ради этого. Прости, но никому из вас с вашими надуманными обидами я доверять не могу, а потому хочу исключить любые риски. Равера молчала, нахмурившись. Даже не представляю, о чем она думала, но выражение ее лица становилось все мрачнее и мрачнее. — Либо смерть, либо вторая ступень? — Не четвертая же, — хмыкнул Кай. — Рави, не делай вид, что ты переживаешь за отца, я же знаю, что это не так. Мы с тобой с детства их ненавидели. Может, тебе даже было бы легче, если бы я его казнил. Но я не стану, не хочу, чтобы дети Фириды ненавидели меня. Убеди ее. Скажи, что под моим началом она до самой старости останется Кроуном второй ступени, и к тому же ей больше не придется рожать, женское здоровье ведь не вечно. Со мной, как с главой, никому из вас ничего не грозит: ни понижение, ни казнь, ни принуждение к браку — ничего. — Кайсен, почему ты просто не отдал свое место моему отцу? — спросила Равера куда мягче, чем до этого. — Сразу же, когда казнил Сеймунда? — Потому что знаю, что твой отец не оставил бы меня в живых после этого. — Но почему отменил свадьбу? — Потому что понял, что есть кое-что намного приятнее и важнее размножения. А гордость не позволила бы мне завести любовника. Да и тогда я был убит горем… В общем, этим решением я на самом деле избавил нас с тобой от многих проблем. — Демон вдруг перевел взгляд на меня. — Пусть на мне и висит огромная ответственность и куча обязанностей, зато сейчас я счастлив. А ты можешь таким похвастаться? — спросил он у Раверы, поднимаясь с дивана. — В общем, даю тебе время подумать и принять решение. А еще я усилю твою охрану, — усмехнулся он. — Не нужно мне время, — отозвалась темная, также поднявшись на ноги. — Отправь Фириде приглашение для встречи на нейтральной территории. От моего имени. И желательно, чтобы отец об этом не узнал. Кайсен… я поверила тебе сейчас только ради Риона. Надеюсь, с ним все в порядке и ты не обманываешь меня в своих намерениях. — Мне нет смысла обманывать. Я распоряжусь, чтобы тебя отвели к Риону. Можешь оставаться с ним сколько захочешь. Равера, глядя на Кая, вдруг легко улыбнулась. — Спасибо. И прости, что направила на тебя оружие. На самом деле я не хотела твоей смерти. — Я это понял, сестра, — улыбнулся мой демон в ответ. — Не переживай, обиды не держу. Он подошел к панели и вызвал охрану, которая и не заметила пропажи Раверы. Вскоре пришли пять человек во главе с Адиалой. Она обещала наказать трех растяп, упустивших пленницу, и попросила Раверу следовать за ней, обещая привести к младшему брату. Когда они ушли, я наконец смог расслабленно усесться на постель, в голос выдыхая: — Наконец, все закончилось. — Все только началось, — возразил Кайсен, устроившись под одеялом. — Посмотрим, попытается ли она меня обмануть или ради Риона подчинится и смирится. — Мелькольн и правда отдал тебе его? Почему? — Рион — умственно отсталый. Для дяди он абсолютно бесполезный ресурс. — Неужели для него все его дети — всего лишь ресурсы для достижения целей? — Как видишь. Равера тоже потеряла ценность, оставшись без мужа. А теперь уже все выгодные варианты заняты. В общем, они оба теперь ему без надобности и он решил избавиться от них моими руками. Думает, видимо, что раз я казнил отца, то продолжу убивать родственников направо и налево. — Он совсем тебя не знает. — Он и своих детей не знает, как видишь. И мой отец меня абсолютно не знал… Надеюсь, я не буду таким. — Не будешь, — сказал я, укладываясь рядом и притягивая демона к себе за шею, чтобы поцеловать. — Я переволновался, когда увидел, что тебя держат на прицеле. — И я это ценю, — тихо ответил Кай, после чего снова меня поцеловал. — Завтра будет сложный день. Спокойной ночи.