Давай откроем храм Джашина

      — Давай откроем храм Джашина.       Какузу даже не изменился в лице, когда сделал это предложение — всё так же сидел в кресле и изучал новостной свиток, подыскивая очередную побочную миссию.       А вот Хидан за несколько мгновений прошёл все стадии от непонимания до форменного ужаса и вскочил, побросав свои дела. Несколькими широкими шагами он пересёк комнату по диагонали и, запрыгнув в кресло, где сидел Какузу, схватил его за голову, внимательно вглядываясь в глаза.       — Дед, ты в порядке? — Он начал ощупывать смуглое лицо и оттягивать веки, проверяя склеру. — Умом тронулся? Может, помираешь?       Свернув чуть помятый свиток, Какузу перехватил бесцеремонно трогающие его лицо руки.       — Угомонись, — рыкнул он, угрожающе хмурясь. — Я серьёзно спрашиваю.       Хидан как-то разом сник и обессиленно опустился ему на колени, уткнувшись невидящим взглядом в пол.       — Ну вот, мой напарник совсем съехал с катушек… Кем же его заменят? Может, этой жуткой акулой? Или горшочным растением? Или другим дедулей, Скорпионом? — Он сокрушённо покачал головой.       — Совсем идиот, да? — рявкнул Какузу и мощным ударом в грудину столкнул Хидана с себя. Тот отлетел на пол и тут же, как будто не скорбел пару секунд назад, злобно оскалился. — Ноешь так, будто не рад этому предложению.       — А чему радоваться, если ты так безбожно пиздишь? — огрызнулся Хидан, потирая ушибленную грудь. Они буравили друг друга взглядами, пылающими ненавистью всего мира, пока Хидан не вскинул бровь, со всем скепсисом уточняя: — Или не пиздишь?       Какузу выдохнул, утихомиривая всколыхнувшуюся внутри ярость.       — Я думал, что умру раньше, чем до тебя дойдёт.       Хидан повёл головой, всё ещё недоверчиво глядя на него.       — Чё, прям храм?       — Ты глухой или тупой, не могу понять? — прошипел Какузу, и Хидан вскочил.       — Да погодь, не кипишуй. — Он подошёл к креслу и снова уселся к Какузу на колени, смотря прямо ему в глаза. — Храм Джашина? Настоящий? С жертвоприношениями? Молитвами и прочими ритуалами? — С каждым вопросом его голос становился всё более возбуждённым, а сам Хидан непроизвольно наклонялся к Какузу, пока тот сильнее вжимался в кресло.       — Да, — скривился он наконец, когда сбегать от вопросов стало попросту некуда. Вскинув руки, Хидан издал ликующий вопль и сократил последнее расстояние, заключая недовольного Какузу в объятия.       — Я так рад, что ты встал на путь истинный! — воскликнул он, сияя от восторга. — Мне уже не терпится провести ритуал посвящения, который сделает тебя последователем господа нашего Джашина!       — Я не собираюсь становиться последователем твоего обожаемого бога, — отрезал Какузу. Хидан замер.       — То есть? — Улыбка слетела с его лица.       — Я предложил открыть храм, но не сказал, что хочу обратиться в твою веру.       Хидан тупо уставился на него, вникая в смысл его слов и обдумывая их, после чего непонимающе нахмурился.       — Тогда зачем тебе открывать храм, если ты не собираешься в нём молиться?       — Выгода, — просто ответил Какузу. — Будем брать деньги за проведение ритуалов, можно будет наладить ритуальные убийства по заказу, а ещё требовать всякие приношения на нужды Джашина и прочее. Мне выгодно, тебе приятно — каждый получит то, чего хочет.       Хидан заторможенно кивнул, после понимающе вздёрнул подбородок и расплылся в широкой улыбке.       — А ты не так прост, Какузу, — протянул он, потряхивая пальцем, — такой славный план придумал, просто отличный…       Внезапно его лицо исказилось яростью, и он с размаху врезал Какузу кулаком по лицу.       — Да пошёл ты, Какузу! — рявкнул он, вскакивая с его колен и отпрыгивая на пол. — Просто пошёл ты на хрен, старый ублюдок! Я никогда, слышишь, никогда не буду торговать своей религией! И тебе не дам! А попробуешь — руки нахуй пообрубаю!       Схватив косу, он вылетел за дверь и громко захлопнул её. Какузу потёр пострадавшую скулу и, развернув свиток, продолжил искать побочные миссии вместо той, которая только что с треском провалилась.