У кошки девять жизней, а у неё лишь одна любовь для него одного

- Давай быстрее, 38-ая! - Та иду я, иду! Может мне ещё побежать вам на радость или как? И какого вы подняли меня в пять утра, Горилла доэволюционная? - Так не хер было сбегать! Так бы сейчас спала б себе спокойно в своей камере и чё ты там сказала про гориллу? На такой прекрасной ноте началось мое ужасное утро. Мы с Гориллой, фыркая друг на друга, шли в 4-ый корпус. Да, дорога была длинной. Если моя пробежка с поисками до 13-го корпуса занимала, минимум, полчаса, то на монорельсе – 50-60 минут монотонной поездки. Вдобавок, поездка была с пересадками. Ну, хотя бы выпал шанс вновь осмотреть колонию, без какой либо спешки. Сквозь окно здания было видно лишь розовые башни разных размеров. Парой встречались алые или фиолетовые. На некоторых были серые решетки или большие окна. Душа так и рвалась обойти каждую из башен и узнать все их секреты после пережитой ночи. Кто знает, что на меня там ждёт. Вот и первые лучики тянутся высоко-высоко, сообщая о том, что само солнце уже не спит и настаёт новый день. На душе вновь стало тоскливо. - О чем задумалась? - грубо спросил меня надзиратель, но я лишь повела плечами, не отводя взгляд от восхода. Каким бы не был вечным этот час, мы всё ровно добрались до моего корпуса. Зайдя в него, вдали от порога уже стоял Кенширо. Вид у него не был приветственный, а скорее разгневанный, но при этом сдержанный. Положив руки на грудь, он подошёл к нам и спросил: - И как это понимать, Хоулп? Не успела тут обжиться, а уже бежать надумала. Что скажешь в свое оправдание? - Скажу лишь то, что сбегать я не собиралась, просто в камере уж больно тесно для меня одной. - Слышь Пёс, ты за ней бы по строже следил, вить она умудрилась выпустить моих зэков из 13-ой камеры и мне пришлось их ловить этой ночью. -ЧТО? ЭТО НЕ ПРАВДА!!!- яростно сказала я, после чего Согороку дьявольским взглядом приказал мне молчать, а затем добавил: - Не хрен нам тут врать, 38-ая! Вот ублюдок. Мало того, что он чуть ли не розхирячил меня в стенку так он ещё осмеливается нагло врать про меня в моем же присутствие. Если б не наручники и присутствие месье Йозакуры, то я б его…! Интересно, если Хаджиме одним ударом способен сделать огромную дыру в бедной стене, то на что способен Кенширо? Как повести себя дальше, я мало себе представляла, поэтому просто зло посмотрела на Хаджиме, а затем, раздраженно - на Йозакуру. Разборки надзирателей держались не долго. Про вторжение заключенных с 13-ой камеры в 4-ый корпус они даже не упомянули, а я осталась причиной всех последних проблем. Очень обидно, мягко говоря. Когда Горилла ушел, Кенширо, без суда и следствий, взяв меня за плечё, повел в неизвестном мне направлении. Наша дорога окончилась на верхнем этаже в одной из башен корпуса. Вокруг двери ведшие наверни-ка в какие-то кабинеты. Что будет дальше, мне оставалось лишь гадать - За то, что этой ночью ты совершила побег и выпустила других заключенных - строго начал надзиратель – ты понесешь свое наказание, а именно, будешь вымывать полы во всех трех блоках 4-го корпуса! - Во всех трех? Одна? – громко спросила я Напоследок, перед тем как уйти, Кенширо выдал мне швабру с половой тряпкой и ведро с водой, а ещё двоих охранников пристроил, что б те следили за мной. Не теряя личного времени, я без колебаний и претензий, но с огромной обидой на весь мир, принялась за работу, вить в моих планах, на данный момент, после уборки, доспать недоспанные часы в своей камере, а после заката вновь прогуляться. Да, уборка не из легких, но это не мешало ей идти полным ходом. Мне пришлось убирать не только в офисных отделах, но и там где сидят остальные заключенные. Поэтому в мой адрес ни раз летели зэковские комплименты о моей внешности, даже с похотливым характером. Я старалась не обращать на это внимание и делала вид, что я глухая. Спасибо хоть охранники особо не мешали. Свои дела я привыкла делать быстро, поэтому работала без остановок и лишних слов. Охранники молча следили за мной, зэки что-то говорили обо мне, тряпка уже протерлась до дыр, а вода в который раз стала черной от той грязи, которую я собрала. Спина уже начинает давать о себе знать легким покалыванием. Зато серые бетонные полы блестели как ничто другое. Уборка не останавливалась. Примерно к обеду, я уже заканчивала вымывать вторую башню корпуса и по сути меня должна была тешить мысль о хорошо и быстро выполненной работе, но всю уборку мои мысли все никак не покидал тот миг, когда стреляли в Нико. Сказать, что это сильно задело меня равносильно тому, что совсем ничего не сказать. Тогда, наяву, словно всплыл какой-то фрагмент памяти: " - Стой дура, а то стрелять буду! Выстрел с пистолета - Не стреляй, идиота кусок, подопытный образец нам нужен живым и невредимым!" – пронеслось тогда у меня в голове. Всё какое-то знакомое, но одновременно нет. Одним словом - дежавю. Закончив уборку на последнем этаже, я собиралась идти в следующий блок, но я настолько глубоко утонула в своих мыслях, что не заметила, как в кого-то врезалась. Вернулась на землю я только тогда, когда почувствовала на себе мокрую одежду с той грязью, которую собрала с этого этажа. Малоприятное ощущение, ещё вдобавок мне стало так неловко. Подняв глаза, я увидела перед собой Киджи. Он был удивлен этой встречи не меньше чем я, но продолжать смотреть ему в глаза я стыдилась, вить очень хорошо знала его. - Божечки мой, Хоулп, что ты тут делаешь и почему ты сидишь в этой луже? О луже я и позабыла, а отвечать Киджи побоялась, поэтому я просто смотрела куда-то в сторону, желая провалится сквозь землю. Я думала, что Киджи противно видеть меня в колонии в статусе заключённый, но вместо неприятных разговоров он, взяв меня за руку, помог встать, а затем протянул мне большой фиолетовый проток - Ну, Хоулп, не удалось поговорить при первой встречи, так давай сегодня поговорим. Давай я помогу тебе вытереться - в его голосе я не слышала злости, разочарования или что-то в этом роде, а даже что-то доброе, на что я не заслуживала. - О чем нам с тобой говорить? О том, как я опустилась до такого и стала преступницей? - тихо ответила я, продолжая смотреть куда-то в сторону. - Про это мы тоже поговорим, а сейчас... О БОЖЕ МОЙ, КАКОЙ КОШМАР! - Чё? У меня кровь с ушей потекла от такого кричащего визга. Я поинтересовалась у Киджи в чем дело. Оказалось, его жахнул мой синий, грязный и мокрый комбинезон с серыми мокасинами. В последующий миг, он хватает меня за руку и пытается отнести туда, не знаю куда, а охранники, которые следили за мной, пытаются остановить его, но высшего по званию они не имели права ослушаться. Я конечно пыталась противиться, вить дополнительные проблемы с моим надзирателем мне не нужны, но если Киджи что-то решил, то так именно оно и будет. Киджи, напоследок, сказал охранникам, чтоб те передали Йозакуре, что я буду находиться с ним, а затем, ничего не объясняя и крепко держа меня за руку, он повёл меня в сторону монорельса, после чего мы поехали в неизвестном для меня направлении.

***

Добравшись до нужного места через малое время поездки, Хоулп увидела перед собой ещё одно большое здание со стенами жёлтого цвета с оттенком рыжего и с некоторыми алыми деталями, а также с самооткрывающиимся дверьми, а вот окон или решёток у него не было. Что это за здание, заключенной оставалось лишь догадываться. Ярко накрашенный надзиратель завёл её вовнутрь - и Хоулп увидела перед собой огромные витрины с различной одеждой, обувью, а также марки известных магазинов косметики и трендов, спасалоны и парикмахерские. И это только первый этаж возле входа. Хоулп, находясь в ступоре, едва выдавила из себя эти слова: - Что это за место? - Это торговый центр, дорогуша! – инфантильно заявил Киджи. Услышав эти слова, заключенная моментально вспомнила былые времена и как ей удавалось не заметно ускользнуть от проблемы. Она уже собиралась убежать обратно в свой корпус от греха подальше, но не тут-то было - Секундочку, куда это ты собралась?- спросил Мыцуба, поймав 38-ую за воротник- Я за тебя на данный момент в ответе, поэтому ты от сюда никуда не пойдёшь, пока мы не купим тебе новую одежду - В смысле одежду? Какая блин одежда? Я заключённая и мне не полагается новая одежда, учитывая то, что я не заслуживаю такого от тебя! Почему ты добр ко мне…? - Господи, какая разница? – спокойным тоном сказал надзиратель, повернув Хоулп лицом к себе - Заключённый ты или нет. Ты, прежде всего – моя любимая племянница и зная тебя. Я уверен, что твое преступление не столь тяжкое. Ты ж никого не убила?- от неожиданного вопроса, 38-ая моментально повела головой в знак отрицания – Вот и славненько. А ТЕПЕРЬ, каков не был твой статус - красота превыше всего. Тем более, когда ты молодая девушка, а то гляди ни один парень в твою сторону не глянет. - "Опять двадцать пять, а он не изменился с нашей последней встречи." - подумала Хоулп Не успела Хоулп сказать что либо в ответ, как её уже Киджи повел по различным магазинам одежды. По походу в первые два магазина меховых изделий было видно, как молодежный шопинг перерастал в попытку купить пару шуб по выгодной скидке на ближайшую зиму. Но, оклемавшись, Киджи всё же вспомнил, для чего они с Хоулп пришли сюда и где-то в пятом магазине, им всё же удалось подобрать для Хоулп новый образ. Чтоб уж больно не раскатить губу на кошелёк надзирателя девушка старалась выбирать максимально скромные и не дорогие вещи. Учитывая то, что Хоулп на данный момент находится в Японии, она решила подобрать одежду под японскую моду. Заключенная выбрала себе не сильно короткие черные шорты, длинные темно-синие панчохи, голубые кеды, а также футболку в чёрно-белую полосочку. Как ни как, она всё же заключенная. Но главной покупкой стала черная кофта на замке и с милыми кошачьими ушками на капюшоне. На одной из ушек была круглая серьга. Хоулп попросила Киджи купить эту кофточку, невзирая на цену. Уж больно она так сильно понравилась ей. Шопинг - это лишь вершина айсберга, а вот поход в парикмахерскую - отдельная драма. Парикмахерская, где работает лучший парикмахер, по словам Киджи, находится на втором этаже. Хоулп не хотела идти туда, так как она особо не доверяла парикмахерам. Попросишь укоротить волосы на пару сантиметров, тебе же укоротят на все тридцать, если у тебя не каре. У девушки были каштановые волосы с ярким отблеском при свете, а также они были длинные вплоть до талии. Хоулп сильно любила свои волосы, поэтому она старалась их отращивать и за всю прожитую жизнь она ни разу не садилась в парикмахерское кресло под режущие предметы. Единственное, что она могла позволить им – это сделать какую-то красивую прическу. В парикмахерской, которую расхваливал надзиратель, было уж больно тихо. Много рабочих мест и при этом ни одного клиента или работника. У Хоулп появилась надежда, что с этого похода ничего не выйдет, но она сразу начала пропадать, когда надзиратель начал звать парикмахера по имени Роберто. Он откликнулся на призыв Киджи. Спустя несколько секунд, в помещение зашел молодой мужчина с золотыми волосами и блестящей улыбкой. На первый взгляд, заключенной он показался уж больно пафосным, но вследствие дальнейшего разговора, Роберто оказался весьма хорошим человеком. Когда разговор дошел до основной темы и Киджи начал предлагать свои идеи насчет новой стрижки для Хоулп, девушка сразу начала идти в отказную. Как только надзиратель не уговаривал её и как только Роберто не убеждал девушку в своей квалификации, Хоулп, словно старый баран, уперлась рогом и повторяла лишь одно слово: «НЕТ!». Решив пойти по правилам Хоулп, Роберто предложил оставить длину волос при этом изменить форму челки и покрасить некоторые пряди волос в розовый цвет. Немного подумав, девушка всё же согласилась. Спустя час Хоулп уже светилась от своего нового образа. Хоть этот поход в торговый центр не был для неё желанным, она всё же осталась довольной. За всё пройденное время Киджи с Хоулп успели многое обсудить про моду, работу и, в общем, про жизнь. Дальнейший разговор родственников продолжился в маленьком кафе на том же этаже. Киджи заказал две чашки японского чая и начал расспрашивать племянницу: - Ну что ж, Хоулп, попробуй мне рассказать о том, как ты попала сюда, в Намбу - начал он - А что тут рассказывать? Я уже как год ворую деньги у миллионеров и прочих политиков и, во время последней кражи, я сделала огромную ошибку и оказалась тут – начала свой рассказ Хоуп, попивая при этом горячий чай - А что послужило причиной для этого решения? Ты же знаешь, что это не правильно?- после этого вопроса, девушка сделала унылый вид и опустила глаза -ЗНАЮ! Но… Мой отец… он во всём виноват – выговорила эти слова с горечью и обидой Хоулр. Девушка не хотела вспоминать тот ад, который её семье пришлось пережить, но она постаралась найти слова и силы, чтоб всё рассказать надзирателю - Мой брат?- удивился Киджи - Давненько я с ним не говорил. Что он опять натворил? - Один поступок, которому нет прощения! Поначалу всё было хорошо и мы жили счастливой семьей, но после того как компанию отца закрыли из-за падения продажи его продукции, всё изменилось. Его словно подменили. Папа начал много пить, а о новой работе не шло и речи. Ради очередной выпивки, он был готов вынести последнее из дома, а в пьяном состоянии, свой гнев он выплескивал на маме, пока я и Сейлор прятались в нашей комнате. Однажды он ударил и меня, когда я хотела защитить маму. Мне было сильно больно и при этом мне было всего лишь четырнадцать лет. - Вот идиота кусок - громко шепнул Киджи – Что было дальше? - Дальше, спустя некоторое время, он ушел - и мы даже вздохнули с облегчением. Но это было лишь началом нашей проблемы – Продолжила Хоулп холодным тоном - после ухода отца, к нам позвонили с банка и сказали, что на нашу фамилию был оформлен кредит размером в 70 000 долларов. Мы быстро догадались, что это сделал папа, но мы ничего не могли с этим поделать. В первое время маме пришлось взять две смены на работе и дополнительные группы детей в хореографической школе, а затем нам пришлось продать нашу трех комнатную квартиру и переехать в однокомнатную. Мы особо не жаловались и быстро привыкли к новой обстановке. Маме всё же удалось выплатить кредит за два года. Но затем началось самое страшное… Моей маме поставили диагноз – рак косного мозга. От боли в костях ей пришлось поменять работу. Не успели мы прийти в себя после этой новости, как вдруг с банка вновь сообщили о новом кредите размером в 250 000 и мне, после поступления в университет, пришлось устроится на работу, чтоб хоть как-то помочь ей. А после того, получилось так, что меня выкрали на два месяца и я не помню, как это всё произошло и что со мной творилось – Хоулп, не смотря на обиду, старалась не показывать каких либо лишних эмоций, чтоб не заставлять надзирателя сильно волноваться – Я стала воровать деньги у богатых людей, чтоб хоть как-то оплатить эти долги, мамину операцию, обучение сестры в школе и моё проживание в общежитии. И нам же надо было как-то прокормить себя. Было трудно. Было противно от того кем я стала… - Так почему же вы ко мне не обратились за помощью? Я же вам не чужой человек и я мог вам помочь и тебе б не пришлось так поступить – сказал Киджи, положив руки на плечи племянницы -Так как проценты на кредит начали расти, мама начала одалживать деньги у своих родственников, а вот к тебе она не хотела обращаться, потому что ты папин брат. -Что за бред…? -Но знаешь, Киджи… мне всё же удалось набрать нужную сумму денег и оплатить всё, что надо было оплатить. Жизнь наконец-то начала налаживаться. Маму прооперировали. Кредиты втайне от мамы я оплатила - и я завязала с преступным миром. Я думала, что всё будет хорошо. Я ничего не говорила маме о кражах, но она всё узнала. - Как ты можешь так спокойно говорить о подобных вещах? - спросил Киджи, не увидев ни капли ярко выраженных эмоций на лице Хоулп - А к чему лишние эмоции, если это ни как не поможет моей ситуации? Мне хоть и больно на душе от пережитого, но я со всех сил стараюсь смериться содеянным. - Как мама узнала о твоем проступке? - Я пришла поздно с учебы домой и увидела маму на кухне, а перед ней, на столе, сумку…. Сумку, которая когда-то принадлежала папе, а в ней лежали мой костюм и остатки украденных денег. Самое удивительное то, что я была уверена, что сожгла эту сумку и всё что в ней было. Между нами завязалась ссора, во время которой мама сказала мне: «Ты совсем как твой отец. Такая же обманщица и предательница, как и он!». После этого я потеряла контроль над своими эмоциями и снова начала воровать. Я совершила попытку ограбления банка в Париже и при этом избила нескольких полицейских, а одного довела до коматозного состояния. И после суда я оказалась тут, в Намбе. - Понятно. Всё с тобой понятно – промолвил Киджи, делая глоток чая – И что ты планируешь дальше делать? - Ничего – кратко ответила Хоулп, продолжая пить чай, после чего она получила крепкого удара по голове от надзирателя. У неё аж шишка на голове выскочила. - А теперь послушай меня, дорогуша – разозлился Киджи, включив режим мудрой мамочки – А ты действительно похожа на своего отца!! -Что~о? Это сильно обидно для меня. Ты вить слышал, до чего подобное сравнение довело меня?! - Да слышал, но оно так и есть. Ты, также как и твой отец, ищешь максимально легкий путь и при этом опускаешь руки, оказавшись в передряге. Сейчас тебя должно волновать то, как ты начнешь налаживать со своей мамой отношения. А про свою сестру ты подумала? Ты вить для неё была авторитетом. Я понимаю твою обиду и ситуацию, но ты обязана наладить со своей семьёй и друзьями отношения и, тем более, ты не должна просиживать свою юность в колонии строго режима! Вить ты умная, способная, талантливая, жизнерадостная и красивая девушка. У тебя было столько планов на жизнь, и ты пользовалась уважением не только родных, но и всех, кто тебя окружал. Неужели ты готова променять свои жизненные планы и мечты на четырехстенную камеру? Слова Киджи задевали заключенную за живое. Перед глазами вновь начали появляться те самые радостные моменты, ради которых она хотела жить, как и любой уважающий себя человек. -«Оно и правда. Сделанное и прожитое время не воротишь, а пожизненные ошибки рано или поздно придется исправлять. Я хоть и обижена на отца, но я не обязана с этой обидой жить, а свою душевную боль надо лечить, чтоб дальше легче жилось. Может мне действительно стоит начать налаживать свою жизнь и отношения с мамой?» - Подумала Хоулп и добавила - Киджи, если оно и так и наша встреча неспроста, ты поможешь мне наладить мою жизнь? - Разумеется, я помогу тебе! Только ты должна понимать, что всё зависит только от тебя самой и твоего желания! – с улыбкой ответил надзиратель, а затем сильно обнял Хоулп – Надолго тебя посадили? - Пожизненно – от услышанного, Мицуба едва удержался ногах - Ты серьёзно? - Да! - П-погоди секундочку... Ты хочешь сказать, что суд присудил тебе пожизненный срок? - не поверил словам Хоулп надзиратель - Прикинь - Ну ты и даешь. Что-то тут неладное. Я не согласен с ширением суда. Значит мы поступим следующим образом: я поговорю со своим начальством и постараюсь уговорить начальницу, чтоб она позволила перевести тебя в мой корпус и мы начнем делать всё возможное, чтоб сократить твоё заключение до минимального и ты как можно скорее померилась с мамой. Хорошо? - Хорошо! Спасибо огромное.

***

После душевного разговора, Киджи решил прикупить себе несколько новых вещей, а Хоулп уже не спешила возвращаться в 4-ый корпус и вместо этого она решила составить компанию надзирателю. Так как девушка училась на дизайнера и хорошо разбирается в моде, Мицуба решил посоветоваться с ней насчёт нового образа и какую одежду ему стоит купить. Всё было хорошо, наша семейка спокойно и радостно проводила время, сплетничая обо всём, о чём только можно посплетничать. Этот радостный момент жизни длился до тех пор, пока Хоул с Киджи не остановились в очередном магазине. Пока Киджи примерял какую-то вещь, которая ему сильно приглянулась, в одной из гардеробных, внимание Хоулп привлекло красивое яркое платье на витрине в соседнем магазине. Ей захотелось рассмотреть это платье поближе и она подошла к нему. Пока девушка рассматривала платье, она услышала чей-то грубый мужской голос: - ВОТ ОНА! ЛОВИТЕ ЕЁ! Повернувшись в сторону того человека, который воскликнул эти слова, заключенная увидела знакомых охранников с 4-го корпуса. Первая мысли, которая пронзила голову заключенной - это бежать. И бежать не к надзирателю Киджи, а туда, куда глаза глядят. Охранники, разумеется, за ней. Хоулп бежала как можно быстро, особо не разбирая дороги. На пути встречалось несколько людей, лавочек и даже декоративных деревьев, но ей всё же удавалось преодолевать препятствия, ловко пробегая мимо их или перепрыгивая всё, что встречалось на пути. Парой встречались крутые повороты и даже едва заметные всеми знакомые ступеньки, через которые Хоулп успела споткнутся. Охранники оказались не робкого десятка и они, стараясь поймать беглянку, тоже ловко и шустро преодолевали те же преграды, что и заключенная. Всю эту ситуацию просто не возможно не назвать настоящим побегом. В какой-то момент в голову Хоулп пришла идея найти надзирателя Киджи, а затем разобраться с данной ситуацией. Эта идея была б очень уместной и замечательной если б не один факт – пока Хоулп бежала по торговому центру, она успела заблудится и ей ничего не оставалось кроме того как продолжать бежать. Охранники продолжают преследовать и догонять заключенную, и в какой-то момент им всё же почти удалось её поймать, но в последний момент, взяв хороший разгон и наступив на поручень эскалатора в центральном холле, Хоулп пригнула, сделав при этом сальто. Пока заключенная парила в воздухе, неожиданно, она пересеклась с чьим-то взглядом алых глас. Не известно почему, но этот взгляд приковал к себе девушку. Она б остановила время, чтоб посмотреть на те глаза подольше, но этот миг закончился, когда Хоулп приземлилась на пол недалеко от начала эскалатора. Обернувшись назад, Хоул увидела на середине того же эскалатора двух парней: один из них был с фиолетовыми волосами, в белой рубашке и чем-то черным на поясе похожим на фартук, а второй – с волосами мятного цвета и в бирюзовом костюме. У Хоулп не было времени разбираться с тем, кто только что посмотрел на неё, пока она находилась в воздухе, но, увидев то, как охранники, не успев остановится, споткнулись и покатились вниз по эскалатору, она воспользовалась моментом и побежала дальше в надежде окончательно оторваться от них. Охранники не могли упустить бежавшую заключенную поэтому, пересилив боль и сильные ушибы, они побежали за ней в след. Охранники бежали, стараясь не упустить беглянку из виду при этом прикрикивая: «СТОЙ!!! ИНАЧЕ СТРЕЛЯТЬ БУДЕМ!!». Разумеется, слова про выстрел - это лишь блеф вить в колонии «Намба» охранникам иметь при себе огнестрельное оружие запрещено. В последний миг они увидели, как заключенная забежала за угол, но стоило охранникам побежать за ней, то ей уже и след простыл. Охранникам и в голову не приходило, куда девушка могла скрыться. И им ни чего не оставалось, кроме того, как вновь начать поиски заключенной. Они побежали дальше, а Хоулп тем временем, когда всё стихло, вышла из убежища. Она пряталась в одном из магазинов посреди одежды, прямо под носом охранников. Хоулп, вздохнув с облегчением, решила найти надзирателя Киджи и вернуться с ним в свой корпус, но не тут-то было. Взяв неплохой разгон, Хоулп побежала на поиски родственника, но, неожиданно для себя, она на повороте столкнулась с кем-то и, не устояв на ногах, упала на пол. Отойдя от неприятный боли, девушка подняла глаза и увидела перед собой двух парней. Спустя секунду, Хоулп узнала в них тех же парней, которые стояли тогда на экскаваторе. - Ой. Простите меня, пожалуйста, за то, что сбил с ног столь прекрасную особу - сказал один из них и, протянув руку, помог Хоулп встать - Ничего страшного - промолвила она - Это мне стоило смотреть, куда я бегу. В какой-то момент заключённой стало неловко, но, взяв себя в руки, ей неожиданно стало интересно, с кем именно она тогда встретилась взглядом во время прыжка над эскалатором. У того парня, который был одет как официант, были ярко зелёные глаза, словно молодая трава на лесной лужайке. А вот у второго глаза были алыми. Нет! Скорее это цвет спелой яркой вишни, покрытой утренней росой. Хоулп едва не заметила, как она засмотрелась на те глаза. Тот парень, заприметив на себе взгляд незнакомки, подошел к ней поближе и заговорил: - Надеюсь, мы не доставляем вам неприятности, и могу ли я задать вам маленький вопросик? - Может в следующий раз? – ответила 38-ая – Ребята, я б с радостью отвела на все ваши вопросы, но я сильно спешу… - Неужели это всё из-за тех охранников, которые Вас преследовали? Может, мы можем чем-то помочь? - Да! То есть, нет! То есть… спасибо за предложение, но я справлюсь и бес какой либо помощи, а вот за то, что сбили с ног, вы не волнуйтесь. Я не злопамятная… Я побежала. -Постойте! – сказало двое -Прежде чем Вы убежите – продолжил красноглазый – можем ли мы задать один вопросик? - Но…- девушка действительно хотела как можно быстрее найти надзирателя вить те охранники могут появится в любой момент и тогда у неё могут возникнуть большие проблемы, но её что-то сдерживало. Тяжко выдохнув, она ответила - Как вам будет угодно. - Какое у Вас имя? - Хоулп - робко ответила она - Какое прекрасное имя - сказал фиолетововолосый - И правда. Не так часто встречаются обладатели столь прекрасного имени. Да и вы, Хоулп, тоже весьма прекрасны и очаровательны. Меня кстати Труа зовут, а моего друга Хани - С-спасибо большое, мне очень приятно и обращайтесь ко мне на «Ты» - едва выдавила из себя эти слова девушка, а затем подумала - "Чет жареным запахло" Подобного рода комплименты Хоулп нечасто слышала от парней в свой адрес, поэтому она немного смутилась, но при этом насторожилась, мол почувствовала что-то неладное. Ответив на их вопрос, девушка собиралась уже бежать, но её вновь остановили: - Погоди секундочку, Хоулп. Можешь ли ты ответить на мой вопросик?- спросил Хани - Это уже второй вопрос, а мы договорились на один. -Ну, пожалуйста - настоятельно попросил парень - Ну ладно – тяжко вздохнула заключенная, а затем, повернувшись к Хани лицом, посмотрела ему в глаза. Он мягко улыбнулся и, подойдя поближе к девушке, спросил у неё: - Какого цвета ваши трусики? – парень слегка наклонился, чтоб получше услышать ответ. От этого вопроса и последнего движения Хани, Хоулп уж больно сильно смутилась и~и… - ФУ... БЛЯ... ИЗВРАЩЕНЕЦ - воскликнула она и со всей силы, не заметно для себя, ударила бедолагу по носу, после чего тот не устоял на ногах от боли и упал на пол. У него даже кровь из носа пошла, а сама Хоуп замерла на месте, коленки слегка задрожали, а лицо сильно покраснело от смущения. - Блин, опять перестаралась, извини меня Хани, пожалуйста. Я не хотела - Хоуп стояла на месте и не знала, что дальше делать. Подойти к Хани она побоялась, но следующее мало не вывело землю с под ног: - Сладенький, ты как, в порядке? - воскликнул Труа, переживая за друга -Сладенький? ТРУА, ТЫ ЧТО ГЕЙ? - прокричала в адрес очкарика девушка - Нет! Ты не так всё поняла! И бить меня не надо. Хоулп не знала, что ей делать даль, поэтому она остаточно решила бежать, чтоб найти Киджи, но он уже нашел её. Когда заключенная сделала задний ход, она случайно натолкнулась на кого-то. Будучи вся на нервах, Хоулп замахнулась для второго удара, но, к счастью, её остановила рука надзирателя третьего корпуса. -Божечки мой, Хоулп, какого ты замахиваешься на своих же и что тут случилось? Почему ты убежала?... – спросил Киджи, отпустив руку племянницы - Киджи~и. Слава всему святому, ты тут – мало не в истерике сказала это 38-ая – у меня тут такое случилось… Хоулп едва сдерживалась, чтоб не разрыдаться. Вдруг заключенная услышала чей-то смешок. Она повернулась в сторону звука и увидела, как Труа тихо насмехался над чем-то - Чего смешного? – спросила она - Хи-хи. Прости, просто не каждый день увидишь, как Сладенькому дает по носу красивая девушка та и твое лицо было забавным. Вот и засмеялся. Та и сейчас твоё лицо…хи-хи… -Иди в жопу, лошара – сказала Хоул, вновь покрывшись красным румянцем Не успел парень, что либо ответить, как их разговор перервал Киджи: - Я не понял. Третий и Восемьдесят второй, а вы что тут делаете? Почему вы не в своей камере? Неужели вы сбежали? - Третий и Восемьдесят второй? Так выходит вы заключенные? – спросила 38-ая. Всё смущение и румянец, словно рукой сняло, но им на смену явилось удивление на лице. Хоулп не заметила, как вновь посмотрела в глаза Труа. - Судя по твоему номеру на кофте и тому, что ты бежала от тех охранников, ты тоже заключенная – привлек на себя внимание Хани, прикрывая нос платком, который успел просочится кровью. - Охранники, бежала. Вдобавок вас двоих каким-то ветром сюда занесло – маленько запаниковал Киджи Взяв себя в руки, он начал думать, как разрулить эту ситуацию. Тридцать восьмую уже стоило б возвращать в четвёртый корпус, а вот вести с собой заключенных из третьего корпуса у Мицубы не было желание, но и племянницу везти в 3-ий корпус раньше времени тоже особо не хотелось. Всё развязалась, когда к ним подбежали слегка запыханный Йозакура Кенширо весьма не в добром настроении и те самые охранники, которые гнались за заключенной - Вот ты где 38-ая. Я уже тебя обыскался – зло, но сдержанно сказал мужчина -Кенширо? Что ты тут делаешь? Разве твои подчинённые не сказали тебе, что Хоулп находится со мной? - удивился Киджи - Да, говорили, но тебе, Фазан накрашенный, разве не говорили, что забирать чужих заключённых без ведома их надзирателя строго-настрого запрещено. Киджи, разумеется, понимал, что его поступок никто не одобрит, особенно начальница. Как оправдаться перед коллегой, он не знал - Да, знаю, Пёс! Слышь, Кенширо, мне нужно будет с тобой поговорить один на один. - И о чём же? - удивился надзиратель 4-го корпуса -О чём-то важном, но не при заключённых. Предлагаю встретится у входа к начальству, а сейчас мне нужно разобраться со своими заключенными – промолвил Мицуба, а затем зло посмотрел на 3-го и 82-го. Те аж слегка задрожали. Согласившись встретиться с Киджи, Кенширо надел на Хоулп наручники и повел её обратно в свою камеру, в четвёртый корпус.

В 4-ом корпусе

Добравшись до своего корпуса, я со своим надзирателем, месье Йозакурой, шли уже по знакомому мне коридору. Я шла впереди а надзиратель – позади и я всей спиной чувствовала темную негативную ауру и то, как злоба переполняло его с ног до головы. Всю дорогу он молчал, а моё сердце чувствовало, что это всё с рук мне не сойдет. Думаю, что сегодня с вечерними прогулками стоит воздержаться, а то гляди, надзиратель заставит всю колонию моим же языком до блеска вылизывать, а мне это счастье и с доплатой не нужно. Дойдя до моей камеры, Кенширо снял с меня наручники и закрыл за решеткой, а затем, ничего не сказав, ушел. Наверняка отправился к Киджи. Интересно о чём Киджи хочет с ним поговорить. Может о моём переходе с 4-го в 3-ий корпус или о том, чтоб Йозакура молчал о поступке Киджи. Не~е Киджи не такой! Он обычно отвечает за свои слова и поступки и в этой ситуации, думаю, не исключение. Выйдя из своих раздумий, я подошла к небольшому зеркалу, которое висело на стене в моей камере и начала любоваться над своим новым образом. Новая одежда впадала в душу и заставляла довольствоваться, а вот волосы, после похода в парикмахерскую, вновь стали мягкими и объемными как когда-то в школьные времена. В студенческие времена о таких радостных моментах я могла лишь мечтать, ведь моя жизнь буквально разрывалась между учебой и работой, а вот на личную жизнь или семью времени особо не хватало. Я думала, что жизнь наладится, но оказалось всё наоборот. Я снова не заметила, как утонула в своих воспоминаниях. Неожиданно ко мне обратился знакомый голос, который слегка напугал меня. Это был Мусаши: -Сладко пахнет.Неужели снова новую заключенную привели? – сказал он мне. - Нет, Мусаши, это же я, Хоулп? – ответила я ему -Хоулп? Запах и аура другие, а вот голос всё тот же. Где ты была и что с тобой случилось? - Не паникуй ты так. Просто… я встретилась с близким мне человеком вот и прогулялась с ним маленько. А ты всё так же сидишь на одном и том же месте и читаешь свою книгу? - А чем мне ещё заняться? Мне особо никуда не пускают, та и что я могу сделать? - сказал Мусаши - Скучно ты живёшь, Мусаши - сказала я, а затем спросила - Слышь, Мусаши, я погляжу, что у тебя повязка на глазах… - мне конечно немного неудобно спрашивать его о подобном, но моё любопытство взяло надомной верх -Да~а… - без каких либо смущений или стеснений ответил он мне - Если это так, то как ты читаешь? - Шрифт Брайля. Слышала о таком? - от ответа Мусаши меня даже осенило - Ого. А я и забыла, что такое есть на свете - я смотрела на парня и вспоминала нашу первую встречу. Он ведь тогда начал говорить не как очередной зэк, а весьма нормальный человек. Что тогда что сейчас, я не чувствовала от него ни каких-либо негативных эмоций в мой адрес. Мне даже стало стыдно за мою грубость – Прости - сказала я - За что?- удивился странному слову Мусаши - За первую встречу. Я тогда нагрубила тебе, а ты всего лишь хотел меня предупредить о том, чтобы я была осторожна - Та ничего страшного. Ты только появилась в Намбе. Наверное, ты многое пережила та и колония - не место для девушек. К тому же я тебя тогда напугал. Я задумалась, а затем сказала: - Знаешь, Мусаши, а ты весьма интересный человек - промолвила я, взяв с кровати лишнюю подушку. Для дальнейшего разговора, я положила её на пол у решетки и удобно примостилась на ней, а затем спросила -А ты из какой страны? -Из Германии, а ты у нас из Франции?- спросил он - Да. А как ты догадался - удивилась я от предъявки моего соседа -Ты вчера что-то бормотала себе под нос на французском, та и к нашему пёсику ты начинаешь обращение со слова «месье». Я знаю 48 разных языков, и французские в том числе, так что мне понравились твои вчерашние стишки -48?- после услышанного, я чуть ли не потеряла дар речи Каким это надо быть одаренным полиглотом, чтоб в его возрасте знать столько языков? Я блин знаю от силы четыре языка. Японский и французский - мои родные языки, а вот немецкий и английский я учила по школьной программе. Мне было сильно интересно болтать на разные темы с Мусаши. Он, оказывается, раньше хотел стать переводчиком, поэтому он и выучил столько языков. О прошлом мне он особо ничего не рассказывал, а я особо и не спрашивала, зато он порекомендовал интересную литературу и посоветовал договориться с надзирателем, чтоб он помог мне её раздобыть. Мы разговаривали о много и я даже не заметила, как наступил вечер.

Тем временем у надзирателей

Кенширо шел по коридору здание в указанное Мицубой место, где должен состоятся их совместный разговор. Йозакура был зол на Киджи за его легкомысленный поступок. Признанному офицеру и надзирателю колонии «Намба» не позволительно нарушать устав и правила Намбы вопреки своим желаниям. Такой поступок непростителен. Но больше всего мужчина был зол на Хоулп. Она тут всего лишь третий день, а уже успела столько проблем натворить. Вчера устроила побег и выпустила заключённых из другого корпуса, а сегодня вновь покинул пределы корпуса без его ведома. А что будет завтра? Самому Богу лишь известно. Отпустив все раздумья, Кенширо всё же задумался над тем, о чём Мицуба хотел с ним поговорить. Йозакура особо не гадал, а продолжал идти навстречу. Дойдя до нужного места и увидев перед собой надзирателя 3-го корпуса, Кенширо спросил: - Нус, и про что ты хотел поговорить, Петух накрашенный? - Фильтруй свой базар, Пёс неотесанный. Я хочу поговорить с тобой на серьёзную тему, а именно о заключенной №38 - сказал Киджи - О 38-ой? А именно? - удивился Пёс - Я хочу, чтоб Хоулп перевели в 3-ий корпус и у меня есть на то причины. Я хотел бы, чтоб мы с тобой пошли к начальнице и договорились о переводе. - Да? А ты хоть в курсе, за какое преступление её отправили в Намбу? И как бы начальница неспроста оправила Хоулп в мой корпус. Ты не подумал, что она, может быть, больше мне доверят, чем кому либо. Да и к тому же, 38-ая очень проблематичный заключенный. Вряд ли тебе удастся за ней уследить. За те три дня, которые Хоулп провела тут, она успела доставить мне кучу хлопот. - Поверь! Ей со мной будет куда лучше, вить она моя племянница и я лучше могу на неё повлиять, чем ты – заявил Киджи - И к тому же, ты же знаешь про решение суда по поводу заключения 38-ой. Неужели за какие-то кражи и избиение людей суд присуждает пожизненный срок? Кому как не тебе это знать. - А то, что Хоулп довела одного полицейского до коматозного состояния, тебя не волнует? - Но Хоулп не убила же его и к тому же, ты не знаешь причину этого поступка. Сегодня Хоулп мне всё рассказала. Настойчивость и решительность Мицубы давили со всех сторон на Кенширо. Много фактов и законов заставляют засомневаться в решении суда. Причину Киджи помочь заключенной невозможно не понять. Йозакура конечно не ожидал услышать такую новость от своего коллеги, хотя если задуматься, то сходство их фамилий изначально вызвало подозрение. Кенширо задумался и переоценил данную ситуацию. После этого, с большим трудом, но всё же Кенширо дал свое согласие и он со своим коллегой отправились к кабинету начальницы. Дорога была и не близко и недолгой. Они дольше отвечали на вопрос датчика, прежде чем попасть в зал ожидания. Им вдобавок ещё пришлось ждать, пока с начальницей общался диктор колонии "Намба" - Мицуру Хитокое. Когда разговор окончился, Мицуба и Йозакура вошли в кабинет начальницы с её разрешения. Зайдя в кабинет, перед надзирателями предстала строгая Момоко Хьякушики, перед который на рабочем столе лежала куча документов и отчётов. Начальница удивилась приходу надзирателей, вить недавно она получила от них все нужные бумажки та и, зная их двоих, вряд ли у них могут возникнуть какие-либо проблемы в третьем и четвёртом корпусах. Поинтересовавшись, что привело двух надзирателей к ней, начальница услышала: -Я хочу чтоб заключённую №38, Мицубу Хоулп, перевели в мой корпус - уверенно заявил надзиратель 3-го корпуса. Момоко удивилась данной просьбе Киджи. Не меняясь в лице, женщина попроси его пояснить причину данной заявки. Киджи рассказал о том, что заключенная является его племянницей, о том, как она попросила его помочь ей поскорее покинуть стены этой колонии и о многом другом. Даже тот факт, что Хоулп была приговорена к пожизненному заключению не остановил Мицубу - и его убеждение не были напрасными. Начальница задумалась о решении суда по поводу выговора к 38-ой и спросила: - Уверены ли вы в своем решении и готовы ли вы потратить свои силы, чтоб изменить решение суда? - на этот вопрос Мицуба ответил решительное:"Да!" Решив дать шанс заключённой и надзирателю, Хьякушики дала своё согласие на перевод Хоулп. Убрав всё лишнее со стола, начальница приготовила нужные документы о переводе. После того как все поставили нужные печати и подписи, каждый разошелся по своим делам. Кенширо дал Киджи все нужные документы с досье заключённой №38, и пожелал, чтоб у того всё вышло и уже завтра Хоулп должна была отправиться в третий корпус.

Следующим утром

Это утро практически не отличалась от других. Я спокойно спала, никого не трогал но, уже по установленной традиции, надзиратель перевернул мою кровать с ног на голову, а затем приказал всё прибрать. Я злилась на месье Йозакуру, но поделать ничего не могла. Что-то пугало меня в нём. Этой ночью я почти не спала. До позднего вечера я увлеченно общалась с Мусаши, а когда объявили отбой, я пыталась побороть в себе желание покинуть стены своей камеры вить, учитывая то, что за проведённое время в Намбе у меня появилось достаточно проблем, мне новых и даром не надо. Пока я убиралась, мой надзиратель сказал мне, что сегодня меня переведут в третий корпус. Радости моей не было границ. Я была рада, потому что жизнь дает мне шанс всё исправить та и с Киджи я давно не виделись, до момента последней встречи. Не успел наступить обед, а меня уже вели в третий корпус. Там нас встретил Киджи, а затем он повел меня в мою новую камеру. Пока мы шли, мой новый надзиратель рассказывал мне о местном порядке и графике, а я, невнимательно, но всё же слушала его, но внезапно я услышала знакомый голос - Привет, Хоулп! Я резко остановилась, сердце заколотилось. Я посмотрела на человека, который сказал мне эти слова и я увидела перед собой, в камере, знакомые мне лица - Труа и Хани, которые приветливо улыбались мне, а один из них даже помахал мне рукой в знак приветствия. Первое, что промелькнуло у меня в голове это: -" Господи мой. Мама моя родная, пожалуйста, прости мою душу грешную и забери меня, пожалуйста, домой".