Полюбить Бродягу

      “Солнечные лучи пробивались через густые кроны деревьев, освещая лес по-летнему ярким светом. В воздухе пахло терпкой сладостью трав, влажной корой и мшистым настилом земли. Птицы щебетали радостно и громко, но их голоса терялись за звонким детским смехом.       Темноволосый мальчик лет десяти катал на молодой лошади совсем маленькую девочку. Её коротенькие светлые волосы были заплетены в две смешно торчащие в бок косички.       - Виитол! Виитол! Ещё линку дай! - смешно коверкая имя брата, требовала капризная наездница.       Мальчик поспешил пересыпать остатки спелой лесной малины в ладошку сестры.       - Кто-то забыл сказать “пожалуйста”, - донёсся сзади строгий голос.       - Жааааалуста, - протянула девочка.       - А теперь нужно сказать братику...       - Сиииибо! - радостно перебила маму девочка, уже пряча по ягодке за каждую щёчку.       - Первая малина в этом году просто шикарная! Виктор, ты сам хоть попробовал? - нагнав детей, она ласково погладила мальчика по голове.       - Да, мама-крёстная...мама, - исправил сам себя Виктор.       - Ты можешь называть меня так, как хочется тебе, родной. Меня это не обижает. Ну, а теперь давай честно. Две ягодки не в счёт! - она поймала смеющийся взгляд мальчика и рассмеялась сама. - Я так и знала! - она попыталась отдать сыну свою малину, но тот решительно отказался.       - Кушай! Вы с Аникой малину всё равно больше любите. И малышу, наверное, тоже малина нравится, - мальчик с задумчивым интересом взглянул на округлившийся живот крёстной.       - Я тобой очень горжусь, Виктор! И папа с мамой тоже. Ты растёшь очень хорошим человеком, - избыток эмоций вылился в слезинку, скатившуюся с уголка глаза.       - Мама! Не плать! - тут же надув губки, готовая заплакать вместе с мамой крикнула маленькая Аника.       - Я не плачу, радость моя. Мне просто солнышки в глазик попали.       - Но соныко токо одно, мам!       - А у меня два! Солнышко Аника, - она нежно поцеловала ладошку дочки, перемазанную малиновым соком. - И солнышко Виктор, - коротким поцелуем она клюнула его в висок, стараясь не смущать излишней нежностью.       Аника звонко рассмеялась, быть солнышком ей нравилось.       Навстречу им вышел широкоплечий мужчина. Несколько прошедших лет его мало изменили, добавив лишь новых шрамов и кожаную повязку вместо одного глаза.       Глядя на семью, он не мог сдержать улыбки. Александр до сих пор не понимал, как же ему всё-таки удалось получить всё, о чём он мечтал.       Первым делом он подошёл к супруге, с поразительной для вояки лаской целуя её в губы, а затем и в лоб, открытые плечи и круглый животик.       - Как себя чувствует самая красивая женщина на свете? Не устала столько на ногах?       - Всё в порядке, - уверила та. - Только очень хочется рыбку. И апельсинов тоже хочется. Сладких.       - Какую рыбку хочется?       - Не знаю. Красную.       - Значит, на ужин попрошу подать красную рыбу. И нарезку апельсинов на десерт, - он оставил ещё один поцелуй на её губах и подошёл к детям. - А как дела у моих любимых искателей приключений?       - Отлично! Мы нашли большой малинник и пробовали первую ягоду в этом году, а ещё видели лисью нору у ручья. Я даже нашёл следы. Можно мне сегодня после картографии и борьбы взять метлу и немного полетать над лесом? Хочу посмотреть, кого из зверей удастся увидеть.       - Хорошо.       - Только, пожалуйста, возвращайся до того, как начнёт темнеть, - поспешила добавить Лира.       - Конечно! Может получится найти ещё один малинник! - воодушевлённо ответил мальчик.       - Ещё линку! - услышав о своей любимой ягоде, девочка поспешила потребовать добавки.       - На сегодня хватит, а то животик будет недоволен.       - Иди лучше к папе на ручки. Я умею мчаться куда быстрее этого пони! - с этими словами Александр усадил малышку себе на шею и поскакал с ней, кружа между деревьями. Виктор же умелым движением вскочил на лошадь и повёл её гарцевать вслед за отцом и сестрой.       Лира наблюдала за этой идиллией, ласково поглаживая животик. Окруженная любовью и заботой девушка расцвела. Бёдра округлились, фигура приобрела привлекательные формы, острые черты лица смягчились румяностью щёк. Её счастье грело её изнутри и украшало снаружи."       Вдруг картинка стала расплываться. Лицо девушки, фигуры детей и Александра стали искажаться, мутнеть. Словно кто-то бросил камень в воду, и отражение пошло крупной рябью. Детский смех погрубел, а затем и вовсе затих.       Наступила тьма.       Через несколько мгновений она начала обретать форму. Сначала тёмными силуэтами, затем всё чётче и чётче.       "Первым в нос ударил сильный запах дезинфицирующих растворов, хлорки, сырости и металла. Ударяясь о кафель, шумели струи горячей воды, укутывая странное неуютное помещение в облако плотного пара.       Откуда-то из дальнего конца длинного помещения раздавался стук и, приглушённые шумом воды, гневные требования открыть дверь.       На полу, прислонившись к когда-то белому кафелю стены, лежала девушка, а, может, тело девушки. Трудно было сказать, оставалась ли в исхудавшей бледной фигуре жизнь.       Длинные тёмно-бордовые ручьи стекали по предплечьям и превращались в ржаво-красную лужу, смешиваясь с водой на полу."       Вспышка яркого света “выжгла” картинку, и всё снова погрузилось в пустоту.       Баба Лада открыла глаза. Перекатившись на бок, с усилием поднялась на затёкшие ото сна ноги. Ладони вспотели, сердце стучало в горле, а в голове молотком пульсировала боль. За столько лет ведовства она научилась наверняка отличать сны от видений. То, что она видела напугало её, и обычным сном это не было.       Суетясь и причитая, женщина взяла с полки пучок трав и окурила комнату, прогоняя злых духов, которые могли просочиться к ней вместе с вещим сном. Этому обряду её научила бабка, а ту её бабка. Дар предсказания передавался в их семье через поколение. Не все им пользовались, не все в него верили. Мало ли какие кому сны снятся! Но Лада всегда предпочитала относиться к магии с вниманием, почтением и осторожностью.       Перед глазами всё стояли отдельные кадры из видения. Улыбающиеся детские лица. Кровь. Её любимый Сашка, светящийся от счастья. Кровь. Цветущая в любви девушка. Измученное тело на кафельном полу.       Как были связаны между собой эти события? Было ли одно продолжением другого? Или же это были параллельные дорожки судьбы: разные варианты одного будущего?       - Ох, за что им молодым такие наказания? - причитала вслух Лада, доставая со шкафчика иконку и зажигая перед ней свечку.       - О, Пресвятая Дева, Мать Господа Всевышнего, Заступница и Покровительница всех просящих. Не оставь детей моих в тёмный час, не отринь их, не отлучи от милости твоей. Помоги им, тьмой грехов и напастей ослеплённым. Прими со своей любовью и милостью, упаси от рока и приведи в свету. Славу тебе воспеваю, с Отцом и Святым Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.       Она трижды перекрестилась, поцеловала иконку, коснулась лбом Святого Образа. На душе стало полегче.       Лада помолилась и о плаванье Сашки, и о здоровье Виктора, которого звала не иначе как “Витька”. Помолилась и о себе напоследок.       После этого она проспала крепко до самого утра. Сны обычные и вещие её больше не беспокоили.