Подарок

      Я так спешила, что чуть не упала на скользких ступеньках. Еле ухватившись за перила, я поспешила в Больничное крыло, именно туда должны были отвести отца после покушения. — Папа? Папа, ты в порядке? — успела.       Уточнив статью в Кодексе, я поняла все происходящее — похоже, что после личной встречи Император испугался, что при «должном» воспитании отца, Императорская семья потеряет благосклонность в моих глазах. Наверное, он захотел сам заняться моим «правильным» воспитанием. Так как у меня нет других родственников, кроме папы, в случае его смерти, опекунство надо мной перешло бы семье моего жениха — Императорская семья.       Он организовал покушение на моего отца, но у него ничего не вышло. Но спланировал он всё тщательно — преступника убили на месте за, якобы, покушение на Императора, отец должен был умереть, но он сильный человек, поэтому лежит сейчас в госпитале, с ранением в спину.       Я прикрыла глаза. Мне бы стоило удивиться, но что-то мне подсказывало — сними розовые очки раньше, все стало бы мне давно известно. Ещё в прошлой жизни… — Не волнуйся, милая, — папа нежно погладил меня по щеке. — Я в порядке и быстро пойду на поправку.       А потом они опять попытаются тебя убить.       Действовать быстро они не станут — слишком подозрительно будет. Но и исключать дальнейшие попытки нельзя… — Прости, — заплакала она, прижимаясь к отцовской груди, надеясь, что он не услышит.       Это осталось с прошлой жизни. Как она винила себя в несчастье отца! Осудили, за то, что он хотел её защитить, забрали всё заработанное им, потому что она его дочь… Убили в конце концов. Это острое чувство вины не покидало её даже на смертном одре. Сидя в камере, она шептала в пустоту: — Прости меня, папа, прости, что твоя дочь оказалась такой дурой и не смогла уберечь тебя от всех невзгод.       Его и сейчас хотят убить, потому что она его дочь. — Как ты, Маркиз?       Аристия резко повернула голову выходу. Император стоял там, весь взволнованный, будто не знал, что произошло. «Ублюдок». Она уставилась на него, закусив губу от злости. Она уже почти потеряла самоконтроль в тот самый момент, когда увидела его, ещё бы чуть-чуть и накинулась бы. Но её крепко держал в объятиях отец. — Я в порядке, Ваше Величество… — Не пытайся кланяться, ты все-таки ранен.       Ну почему никто не слышит этого яда? Почему никто не видит его недовольства? Почему мы все так слепы?!       Сегодня она поняла одно — они не оставят её в покое, будут искать любые способы, чтобы прибрать её к рукам…

***

      Её с отцом долго не отпускали, но папа всё-таки смог убедить лекарей в безнадобности его нахождения в королевских палатах. Сжимая плотно губы, нас отпустили.       Как только мы прибыли, я сразу же направилась в свои покои и закрыла дверь за собой, предупреждая, что от пережитого стресса, буду спать. Стражники переглянулись, но не стали спорить. — Да, госпожа!       Надеясь, что они не будут заглядывать в её покои, она решилась на риск…       Вниз по простыне спускаться было страшно, но ей двигала ярость не прошедшая после встречи с Императором. Дальше было сложнее. Видимо, отец усилил охрану особняка, они были буквально везде и часто осматривались. Поэтому ей пришлось ползти под кустами, хорошо, что тонкая фигура позволяла не касаться ветвей и не создавать шум.       Она долго смотрела вслед ушедшим стражникам, пока они полностью не скрылись из виду. «Такими темпами я и до утра не доберусь.» У неё появилась мысль пойти туда потом, но решила всё-таки попробовать проползти дальше, не зря же она потратила на это столько сил. Проникнув в щель между забором и дном ямы, она осмотрелась. Никого. — Ну, осталось за малым… — и скрылась в ночной мгле.