Рыцари и лжецы

Райан сидел на первом этаже, читая учебник. Новый учебный год, новый учебник - старое предисловие. Учебник по соционике каждый раз начинался с одинакового текста. Если рассказывать кратко, то изначально существовало три расы: рыцари, говорящие только правду, лжецы, говорящие только ложь, и волшебники, которые могли сами решать, что говорить. Но это было давно. Сейчас больше всего рыцарей, иногда попадаются хитрожопые волшебники, которые благоразумно спрятались, а лжецы... Их истребили во времена Великого переворота рыцарей. Те были против лжецов в органах управления, да и в целом - бесполезная обуза общества - любили говорить они. И даже тот факт, что лжецы чаще открывали и изобретали различные штуки для дальнейшего развития общества... Города проходили своего рода "фильтрацию", горожан собирали в специальные здания и заставляли назвать свое имя, известные факты и прочее. Рыцари и волшебники без проблем отвечали, а лжецы не могли назвать чистую правду. Их задерживали, а затем уничтожали. Конец предисловия звучал примерно так: "Мы будем изучать способы выявления расы окружающих вас людей, чтобы иметь продуктивное общение". Сейчас нет преследования расы лжецов, но их презирают, ущемляют права, не позволяют нормально жить. Райан ненавидел соционику, потому что он, Джордж Райан Росс Третий являлся лжецом. Дело в том, что не всех лжецов истребили. Лжецы не умели говорить правду, зато были достаточно умны, чтобы подделывать документы, изобретать различные способы незаметно искажать правду, манипулировать словами и смыслами спасаясь от "фильтрации". Кто-то кашлянул, вырвав Райана из размышлений. - Хэй, - парень неловко поправил очки и прочистил горло, - не подскажешь, где кабинет продвинутого изучения истории литературы темного времени? Райан закрыл глаза. Ври. - Он (не) на шестом этаже. - Правило первое - говори про себя "не" перед правдой. У Райана, правда, не получалось проговаривать в уме, так что ему приходилось шептать. Мимо них пробежала толпа волейболистов. Парень неловко потупил глаза: - Прости, я не расслышал. Второе правило - если вопрос требует общего ответа, представь, что отвечаешь на другой враньем. - Шестой (час). - Райан не мог ответить на другой вопрос, поэтому тут он тоже лишнее проговаривал шепотом. - Спасибо! Школа для многих являлась адом, но для Райана она стала местом, где он в любой момент мог открыться, и тогда... Он боялся представить, что было бы в таком случае. - Райан. Райан-Райан, что ж ты тут стоишь? У нас восьмой этаж, урок соционики. - Рад видеть, Брендон, - выдавив улыбку, Райан поспешил убраться подальше от человека, что незаметно появился из толпы. Вот уж действительно заноза в заднице, которая постоянно пытается засунуть нос не в свое дело. И все бы хорошо, да только Райан знал, что не сможет спрятаться от него. Хотя бы потому, что не хочет. - Посто-ой, куда ты так побежал? Если б я не знал, что ты из рыцарей, то подумал, что ты сейчас блефуешь. - промурлыкал Брендон, догоняя одноклассника. Райан каждый раз паниковал, когда Брендон вкидывал что-то в таком роде. - Ты (не) сказал, что нам на восьмой, а я не собираюсь опаздывать. На самом деле он собирался прийти ближе к концу урока, потому что каждый раз, когда его заставляли решать задачи на нахождение лжецов, он хотел исчезнуть. Идеальных миров не бывает, но Райан готов был попасть в любой, лишь бы не здесь. - Ты скучный. Ску-у-учный. Именно поэтому с тобой никто не общается. Неправда. Просто Райан всех прогнал. На самом деле он очень хотел бы общаться со своими прекрасными одноклассниками, но не мог. Ему было легко назвать их тупыми отморозками, наврать о том, как их презирает, чтобы потерять последние крупицы интереса окружающих к себе. Одиноко, но безопасно. Брендон не в счет, он действительно отбитый и, кажется, не особо следил за языком Райана. Он любил шутить про лжецов, любил придумывать различные "челленджи", которые довольно часто выводили Райана из себя. Однако что-то в нем притягивало. Они часто проводили школьные перемены вдвоем, развлекаясь самыми разнообразными способами. Их знакомство произошло при весьма странных обстоятельствах. Брендону нужно было привлечь всеобщее внимание для чего-то, и он попросил Райана что-то придумать. Тот незамедлительно отвесил пощечину однокласснику и воскликнул: - Я любил тебя, а ты изменил мне, придурок! Между нами все кончено! Райану было тринадцать, и он еще не осознавал опасности своего действия. Эффект превзошел себя: весь этаж устремил свои взоры к ярко-красному Брендону. Райан успел смыться. Если для Райана та шутка была забавным розыгрышем, то Брендон внезапно открыл секрет будущего приятеля. Несмотря на свой юный возраст, Брендон обожал соционику, в особенности задачи на выявление лжецов. Когда Райан сказал те две фразы, Брендон сразу вычислил, что Райан либо волшебник, либо лжец, ведь до этого они виделись только на уроках, и между ними точно не могло ничего быть. Если он окажется волшебником, то ничего страшного не произойдет, а если лжецом... Райан зацепил Брендона, и тот больше не смог перестать думать о нем. С того дня Брендон решил следить за Райаном и его языком. Он не мог объяснить, почему не сдает одноклассника другим, почему помогает прятать его. Просто он знал, что это правильно. Он ненавидел факт существования системы, которая не позволяет людям разных рас быть на равных. Он старался показать Райану, что считает лжецов действительно крутыми ребятами, хотя шутки явно не подходили для этой цели. Брендон всегда восхищался выдержкой Райана, который даже в случае неизбежности краха, держал себя в руках и выходил почти всегда без последствий. Но Брендон не верил в удачу, поэтому старался как можно быстрее узнать, кем же является Райан, который умудрялся каким-то образом говорить правду там, где она не нужна, и лгать, где и так все ясно. Брендон очень ценил общение в любом виде, поэтому очень боялся потерять его в своих попытках докопаться до сути. Ведь он не понаслышке знал, как Райан ненавидел так называемую "фильтрацию", а если он спросит напрямую, то... Брендон поспешил догнать Райана: - Давай сделаем очередную дичь? - Пхах, - Райан немного нервно выдохнул. Последние недели три, он начал избегать Брендона, нервничать в его присутствии и постоянно пялиться. Брендон боялся, что Райан узнал о его цели, и опасался, что тот станет презирать и избегать его. - Неплохая разрядка перед соционикой, почему бы и нет. Че будем делать? Они стали размышлять. Чего они только не делали. Подмена информации об уроках, различные тупые розыгрыши типа "заливания-туалетов-жидким-мылом-и-ожидание-первого-смоющего-воду", вызывание отрицательных эмоций у всего преподавательского коллектива и прочие шалости надоели. Брендон вспомнил их первую шутку и поспешил рассказать о ней Райану. Тот побледнел и начал лепетать что-то похожее на "прикольно, правда я ничего подобного не помню, не верится, что три года назад я был таким сообразительным, можно замутить нечто подобное, учитывая, что ты мне абсолютно никогда не нравился в романтическом плане, так что да, почему бы и не..." и так далее, повторяясь и запинаясь. Брендон честно предложил отказаться от задумки, видя некоторые неудобства со стороны Райана, но тот упорно отказывался, аргументируя тем, что это действительно прикольная штука, и для него она ничего не значит. На самом деле Брендону тоже было неудобно разыгрывать ту сценку, учитывая, что в первый раз она была на пустом месте, а в этот... Брендон так долго общался с Райаном, чтоб разгадать загадку, что незаметно для себя по уши вляпался в этого одинокого, вечно чего-то недоговаривавшего, грустного, но безусловно сильного паренька. Они встали посередине коридора и приготовились. Райан стал через чур сосредоточенным, что-то долго бормотал себе под нос. - Чего ты ждешь? Начинай давай! Райан дал звонкую пощечину Брендону и крикнул: - Ты изменил мне придурок, катись к черту! Пощечина оказалась весьма сильной, Брендон рефлекторно приложил руку и ошарашено оглянулся. Райан пропал. Люди оценивающе рассматривали Брендона, кто-то шептался, некоторые останавливались, чтоб попялиться на красный след от ладони на щеке. Надо же, они смогли в точности повторить давний трюк. Или... Не совсем в точности! Брендона осенило: не было одной фразы, а это значит только одно - кажется он наконец знает, какой необходимо задать вопрос. Но Райан не появился на соционике. На математических науках, и на логической практике его тоже не было. Он не появился даже на паре языка. Подождав его после уроков на седьмом этаже возле зоны отдыха, он спустился в гардероб. Там он и нашел Райана, который что-то увлеченно читал. - О, чего ты так долго? Все уже ушли, я уж думал, тебя засосали грамматические структуры, - отложив книгу, Райан улыбнулся. Брендон мог бы спросить "Был ли ты на уроках?", но Райан не ответил бы, лишь посмотрел бы на Брендона, как на больного, и перевел тему. Осталось лишь задать вопрос, на который Брендон знает ответ, и с которого так просто не съедешь. И такой вопрос сегодня нашелся. Правда ответа Брендон точно не знал, но для чего же еще нужны вопросы, не так ли? Брендон улыбнулся в ответ, и Райан напрягся. Что-то было не так, и Райан догадывался что. Он встал и подошел к Брендону. Вряд ли тот будет его бить, если он узнал, что Райан лжец или, что он имеет какие-либо чувства помимо дружеских, однако лучше подойти за ударом, чем бездействовать. - Райан, дорогой, у меня к тебе всего один вопрос. - Брендон обошел Райана и, встав со спины, положил руки ему на плечи. - Честно сказать, я боюсь получить на него ответ, но еще сильнее боюсь не понять ответ. Райан застыл. - Скажи мне, - Райан повернул голову в сторону и встретился с внимательными глазами Брендона. В его взгляде можно было найти много чего непонятного и весьма пугающего, но ничего жестокого, злобного или агрессивного. - Ты любишь меня? - Нет. Брендон расплылся в улыбке. Он решил задачу по имени Райан, которая мучала его не один год, и он доволен результатом. Райан тоже улыбнулся. Когда утром он услышал ту историю, он уже тогда понял, что Брендон если не обо всем, то о многом знал. А если он до сих пор никому не выдал Райана, то ему можно доверять. - Я не люблю тебя. - Я знаю. Я тоже очень тебя люблю. Брендон приблизился, и Райан закрыл глаза. Он хотел бы исчезнуть из мира, где должен прятаться от всех, но Брендон знает, а значит и здесь вполне терпимо.