Инициация

Ну что же, рассказы о родном мире минбарцев были правдивы. Эта раса далеко ушла от остального мира не только в своем военном и духовном развитии. Но и в урбанологии. Сначала Сьюзан побывала в нескольких небольших поселениях на окраине больших городов. Обучение, тренировки лучше проводить в уединенных местах. Поселения были чистые, логично обустроенные, с хорошими дорогами. На Земле такое редкость. Как бы ни вещали земные политики об успеха в этой области. Земляне были скорее декораторами, а не строителями. Они бесконечно украшали большие столицы, скрывая ошибки ремонтом дорог и домов, и совсем не думали об окраинах, в которых, между прочим, тоже проживали люди. И большое количество. — Всем должно быть комфортно, — ответил Сьюзан минбарец, чинивший дорогу в поселении, в котором она проходила обучение последнюю половину минбарского цикла. — Комфорт успокаивает, расслабляет, дает мозгу возможность не думать о плохом и развиваться. Потом посмотрел на результат своей деятельности и философски добавил, что комфорт позволяет снизить агрессивность. И это хороший результат. Убивать соплеменников неправильно. — Вален запретил, — с благоговением пояснил минбарец. — А когда дороги плохие, часто возникает искушение нарушить запрет великого. Сьюзан тогда только согласилась. Ведь действительно возникает, спорить здесь не о чем. А вот учиться этой просто мысли землянам еще не одну тысячу лет. Если окраины и маленькие города этой древней расы просто комфортны, то Йедор, столица Минбара, — настоящий триумф разума и науки. Грамотно построенные здания, четкая и понятная планировка, живописные районы, хорошие пешеходные дороги и, конечно, разнообразные храмы, которые величественно смотрятся в общем пейзаже. Все сделано с любовью и уважению к себе и своим соплеменникам. Этому тоже землянам предстоит учиться, когда они смогут побороть свою гордыню. Только вот Сьюзан не очень верит в это «когда». От того находиться в сердце Минбара становится еще сложнее. — Не спится? — Джорах — наставник Сьюзан — садится рядом с ней на скамейку в храме. Так и не услышав ответ, он решает, что немного истории не повредит. Он вообще любит историю. Это Сьюзан подметила давно. — Этот храм заложил Вален. До этого минбарцы строили маленькие и узкие помещения для храмов. Но Вален сказал, что нужны большие окна, чтобы было больше света. Красивые витражи. Храм — это корабль, символизирующий Вселенную… Джорах продолжал говорить, будто цитируя аббата Сугерия. О котором он, разумеется, никогда не слышал. Сьюзан оглядывается по сторонам. Витражи и правда цветные, а окна пропускают много света. Джеффри, похоже, любил готику. И она здесь прижилась и неплохо трансформировалась. — … созерцая витражи, минбарец отстраняется от материального, телесного, сосредотачивается на духовном, божественном мире. Но тебя это, кажется, совсем не трогает, Сьюзан. — Отчего же, здесь красиво и очень духовно, — с чувством подтверждает она, чтобы не обидеть наставника. — Но тебе все равно здесь не нравится. — Джорах кладет свою руку на ее, останавливая не начавшийся спор. — Я вижу, не нравится. Не только храм. Но и сам Минбар в целом. — Минбар чудесен. Но я человек. — Человек в изгнание, но проблема не только в этом. — Джорах задумчиво отводит взгляд в сторону, рассматривая убранства храма. — Ты вежлива, благодушна. Но я вижу, как ты смотришь на моих соплеменников, когда думаешь, что этого никто не видит. — И как же я смотрю, учитель? — раздраженно спрашивает она. — Как мангусты на змей. Внимательно, выжидательно, готовясь к бою. — Вы преувеличивает, учитель. Я не готовлюсь к бою. Война закончилась давно. — Разговор не очень приятен. Но Сьюзан учили, что такие разговоры тоже могут быть полезны. Даже если она в это не верит. — Я долго думал об этом. Искал причину. Перебирал варианты. Но, кажется, верен только один, который я должен проверить. — Джорах поворачивается лицом к Сьюзан, и спрашивает, внимательно наблюдая за её лицом: — Война закончилась. Но она длилась долго. Что ты потеряла в ней, Сьюзан? Что мы у тебя забрали? Вопрос так сразу в лоб сбивает концентрацию Сьюзан. Она хочет встать и уйти. Но её учили, что нужно иногда отвечать на неприятные вопросы. Даже если она не верит, что это будет полезно. Отступать все равно уже некуда. Она смахивает непрошеную слезу рукой. Отворачивается от учителя, смотри прямо перед собой. — Брата. — Не отца или жениха? — Отец был слишком стар, чтобы сражаться. Его тоже уже нет. Женихи — субстанция не постоянная. А вот брат был единственным. Он меня любил. — Я должен принести свои извинения. — Извинения здесь не помогут, — резко прерывает его Сьюзан. — Он был единственным и любимым. Он играл со мной, помогал избегать Пси-Корпуса. Мы планировали переезд в тихое место. Жить рядом. Дружить семьями, воспитывать своих детей, баловать племянников. Но случилась война. Он не вернулся. От него ничего не осталось. Черные звезды ничего после не оставляют. Извинения не нужны. Извинения ничего не изменят. — Ничего не изменят, — соглашается Джорах. — Но я все равно хочу извиниться. Сьюзан опускает голову на руки. Стараясь скрыть слезы. Джорах только поглаживает плачущую женщину по голове. Это кажется ему правильным, большего от него она все равно не примет. — Я не хотел лишать тебя брата. Никто из нас не хотел. Многие из нас задавались вопросом, зачем нам эта война. Но она произошла, как и многие вещи в нашей истории. Я прошу простить нас за это. — Я попробую. — Сьюзан вытирает тыльной стороной руки последние слезы. Выпрямляется, поворачивается к своему учителю. — Хотя это трудно. — У тебя нет выбора, Сьюзан. Завтра ты станешь рейнджером. Одной из нас. Минбар станет твоим домом на неопределенный период времени. Джорах прав. Она это знает, но неприятное чувство на краю сознания остается. — Я предаю память своего брата. — У меня есть два брата и сестра, Сьюзан, я хочу чтобы они жили счастливо. Я думаю, твой брат желал бы тебе того же. Джорах рассуждает здраво, но чувство никуда не уходит. — И я знаю, это не мое дело. Но мне кажется, ты должна ценить полученный шанс и не стыдиться его. Любой из моего народа хотел бы иметь возможность быть полезным для своего близкого. — И он тоже… Он чуть не умер. Как бы я потом с этим жила? — Сьюзан выпрямляется как струна. В её глазах Джорах видит столько же огня, сколько и в глазах другого своего ученика. И это кажется ему интересным. — О, вы так похожи. — Этой реплики достаточно, чтобы Сьюзан сбавил свой пыл. — Он был таким же резким. Холодным, увлеченным идеями и делом. Он совершенно не хотел жить после смерти своего брата. Это изменилось после встречи с тобой. Ты не должна этого стыдиться. Сьюзан фыркает и отворачивается. Она, кажется, все-таки нашла минус столицы. Слишком много умных минбарцев на один квадратный метр. Но с этим ей тоже придется смириться. Смирение — это теперь главный лейтмотив в ее жизни после исцеления. Что делать с остальным, она пока не очень решила. — Отлично. — Голос Джораха становится снова официальным. — Я выполнил свой долг наставника перед завтрашним испытанием. Теперь с чистой совестью могу идти спать. Ты можешь посидеть еще недолго. Недолго, ты меня слышишь? — Слышу, учитель. — Отлично, завтра серьезный день. Джорах прощается и уходит. Сьюзан сидит еще около двадцати минут и приходит к выводу, что брат хотел бы жизни для нее. А Минбар — это просто очередные декорации. Не такие плохие, как она уже успела понять.

~

Посвящение — это красивое мероприятие и торжественное. Его не пропускают другие рейнджеры, свободные от своих миссий, на него приходит посмотреть обычные минбарцы. Сьюзан стоит в стороне, рассматривая других новичков. Многие из них минбарцы, есть пара инопланетян, она единственный человек. И, кажется, единственная преклонного возраста. Остальные намного моложе. Она говорила Деленн. Что стара для всех этих испытаний и символики, говорила, что может делать эту же работу просто так. Но та настаивала на соблюдении обычаев и традиций. — Ну что же, Сьюзан, я уверен, что ты готова, — снова произносит Джорах свою напутственную речь. — Ты справишься и наконец-то будешь делать то, к чему так рвалась последний цикл. Я лишь надеюсь, что буду иметь удовольствие иногда беседовать иногда со своей ученицей. Тебя отличают ум и сила духа. — Вы снова меня захваливаете, Джорах. — Минбарцы никогда не врут. А я настоящий минбарец. — Спасибо. — Сьюзан нравится его искренность. — Я буду наблюдать сверху. И я буду не единственным, — говорит Джорах, глядя в сторону, где в небольшом круге из минбарцев и землян стоит Маркус. И смотрит точно на нее. — Хорошо, — отвечает Сьюзан, отводя взгляд от компании рейнджеров. Ей нужно пройти эту пресловутую инициацию. Все остальные проблемы она будет решать потом.