Дополнительный квест

Ларри хорошо видел свою комнату, хотя было темно. Он точно находился в постели, и всё же что-то не давало ему покоя. Дверь чёрного хода, через которую можно выйти к домику на дереве, оказалась открыта. Она бесшумно качалась туда-сюда, и было видно, что там, на улице, кромешная тьма. Холод пробрался даже под одеяло, и становилось отчётливо ясно — за его пределами настоящий мороз. Следовало закрыть дверь, но Ларри словно придавило, и даже очередной вдох давался с трудом. Так длилось бесконечно долго, пока в проёме двери не возник Сал. Ларри понял, что это он, из-за почти светящегося в темноте белоснежного протеза. Он вошёл в комнату, бесшумно и быстро оказавшись возле кровати. Наклонившись над другом, заслонил собой весь обзор. Ларри разом накрыло горячей волной возбуждения: кровь в венах будто вскипела и готова была расплавить его тело, вылившись бурным потоком наружу. С трудом шевеля губами, он прошептал: — Сал… А тот расстегнул ремешок на своём протезе и, сильно сдвинув его на лоб, наклонился так близко, что… Звук смс так не вовремя ворвался в странный и всё же такой сладкий сон. Ларри разочарованно вздохнул и прижал руки к лицу, а затем, стремительно накрыв ими пах, сел в кровати. В комнате никого не было кроме него самого. Он встал, ощущая слабость в ногах, и добрёл до двери комнаты. Всё тело подрагивало, а голову словно туманом заволокло. Мысли и образы, сменяли друг друга, не задерживаясь ни на секунду. Убедившись, что находится дома один, прошел в ванную. О телефоне он вспомнил лишь за завтраком. Отправитель — Салли-Кромсали: «Тодд выяснил насчёт домов, приходи». Ларри ощутил неловкость от того, что именно сообщение Сала прервало его сон. Он уже с трудом мог вспомнить подробности, но ему это явно понравилось. Он прикрыл глаза, пытаясь вновь воспроизвести весь сюжет. Произнесенное им имя и жар по всему телу — больше ничего. По спине вновь пробежали мурашки. Ларри тряхнул головой и потёр подбородок, ощущая под пальцами жёсткую щетину. «Скоро буду», — быстро набрал он в ответном смс, а затем залпом допил кофе. Через полчаса он уже был в гараже на заднем дворе нового дома его друзей. Тут было всё необходимое для их расследования паранормальных событий в апартаментах Эддисона. Все собранные данные на пробковой доске, мощный компьютер с выходом в интернет и, конечно же, всякие мудрёные изобретения Тодда на случай обороны от сверхъестественного. Сам изобретатель сейчас активно натирал салфеткой очки, явно готовясь как следует погрузиться в карту Нокфела, которая лежала перед ними на столе. — Какие, кстати, дома? — поинтересовался Ларри. — Я немного не понял. — В прошлый раз возник вопрос, по какому проекту строили апартаменты, — напомнил Сал. — Да, — подключился Тодд. — Раз есть дом, есть и архитектор, который его спроектировал, а судя по его незамысловатому виду, это какое-то типовое дешёвое жильё. — Но разве Розенберг не говорила, что отец Эддисона построил дом на её земле? — Он сам его построить не мог, это не бунгало. Нужен проект, рабочие… В общем я поискал как следует в интернете и в газетах тех лет — всё же это не совсем обычные дома, их планировка разрабатывалась специально для сдачи жилья в наём. Всего таких было построено шесть, хотя собирались больше. Во время строительства всплыли огрехи и проект кардинально исправили. Однако удивительно, что два этих дома остались, хотя остальные четыре были снесены ещё в семидесятые. — Так у наших апартаментов есть братик, — Ларри с большим интересом уставился на карту, где Тодд что-то обвёл. — Именно! И там устроили недорогой хостел. Вообще, там есть кемпинг недалеко от озера и заповедника, но для тех, кто не любит спать в палатке, это вариант. — Ты думаешь, у культа и там есть резиденция? — Допускаю эту мысль. В любом случае, это всего шесть часов пути, чего бы не проверить? После недолгих споров они всё же решили ехать, оставалось это лишь как-то утрясти с Нилом. Машина была только у него, и его надо было убедить, что отдых на природе — отличный вариант досуга. Примерно через неделю они уже грузили вещи в багажник ярко-жёлтой Вольво. Нил выглядел очень довольным, словно сам давно мечтал поехать в это захолустье, так что Ларри даже немного удивился. Улучив момент, он спросил у Сала, что же там наплёл Тодд. — Всё, что сообщил мне наш гений, это «Дело верное» и «Всё под контролем». Ларри недоверчиво покосился в сторону сладкой парочки. — Ладно, главное — едем, — Сал улыбнулся. Ларри давно научился слышать, когда друг улыбается. По интонации голоса или дыханию. Они стояли так близко, что он ощущал тепло его тела, и ему хотелось придвинуться ещё ближе. — А, да, это важно! — Сал подался вперёд, понизив голос. — Нил с Тоддом будут жить в кемпинге, а мы с тобой — в хостеле. Типа я не могу спать на земле. Это Тодд придумал. А я ведь ни разу не спал в палатке, даже немного обидно. — Ну, ещё успеешь, — несколько заторможено ответил Ларри. Он чувствовал запах его волос и хотя все мужские шампуни пахнут почти одинаково, еле подавил желание ткнуться носом в голубую макушку. — Едем или как? — весело поинтересовался Нил, открывая дверь с водительской стороны. Тодд уже сидел на переднем сидении. Сал быстро направился к машине, а Ларри последовал за ним, но уже не так бодро. Утренние лучи солнца так красиво высвечивали светло-голубые волосы, что можно было впервые пожалеть, что он художник, а не фотограф. Надо было зафиксировать это немедленно вместе с цветами, запахами и звуками этого летнего утра. Этими звуками, конечно же, были рёв мотора старенького Вольво и тяжёлый металл из динамиков, когда они двинулись с места. Ветер врывался в открытые окна и трепал их волосы. Тодд внимательно следил за соответствием маршрута, и все знали, что в этом на него можно положиться. Сал глядел в окно, но позже Ларри заметил, что он начал клевать носом и постоянно вздрагивать. — Может, немного поспишь? — Да, наверное. Сал откинул голову на спинку сидения, но быстро понял, что это не самая комфортная поза. Он попробовал устроиться и так, и эдак, и, наконец, повернулся и виноватым голосом спросил: — Могу я положить на тебя голову? — Да, конечно, чувак. Ларри ожидал, что Сал как-то облокотится, но тот просто лёг на сиденье, поджав ноги, и устроил голову у него на коленях, подложив под неё свёрнутую толстовку. — Мой протез тебе нигде не давит? — Не-е, всё нормально, — заверил Ларри, стараясь чтобы его голос не звучал слишком довольно. Он спрятал улыбку в кулак, делая вид, что зевает. Поездка обещала быть приятной. Они делали остановки каждые два часа. Тодд всегда следил за временем и строго через пятнадцать минут загонял всех обратно в машину, заявляя, что иначе они и до ночи не доедут. Ларри же хотелось, чтобы эта поездка никогда не кончалась. Однако всему приходит конец, и вот они уже припарковались перед хостелом. Мотор заглох, и все уставились на старое здание, как две капли воды похожее на апартаменты Эддисона. — Вот это да! — Нил не был посвящён в истинную причину поездки, поэтому искренне удивился такому совпадению. — Да это ж вылитый близнец твоего бывшего дома, Тодд! — Ха, действительно, — отозвался тот, изо всех сил изображая изумление. — Ну, парни, чувствуете себя как дома, — засмеялся Нил и вылез из машины, чтобы помочь найти их рюкзаки в багажнике среди кучи других вещей. Взяв свой багаж, Сал и Ларри махнули друзьям на прощание и пошли к обшарпанной двери хостела. Сал сразу, едва они переступили порог, заявил, что у него от этого места мурашки. За стойкой регистрации никого не оказалось, ветхого вида журнал был закрыт, а когда Ларри коснулся звонка, ему сразу захотелось вытереть руку. Он с сомнением посмотрел на собственные пальцы, но его отвлёк появившийся из подсобки администратор. Высокий сутулый старик в белой рубашке со старомодными чёрными нарукавниками. — Добрый день, юные… — наверное, он хотел сказать «джентльмены», но протез и прическа Сала явно сбили его с толку. После секундной паузы он поглядел на Ларри и спросил: — Чем могу быть полезен, сэр? — Мы с братом хотели бы снять номер на двоих, — Ларри принуждённо улыбнулся. Под пристальным взглядом старика ему стало как-то не по себе. — Мне жаль, но свободных номеров нет. Взгляд Ларри выражал недоумение, и он уже было хотел что-то возразить, но Сал его опередил: — Что ж, ладненько, в другой раз, — сказал он и, подхватив Ларри под локоть, вывел из здания. — Чувак, да что за хрень? Парковка же пустая, они что, пешком сюда все пришли?! — к тому времени как они вышли из здания, тут не стало даже жёлтой Вольво. — Да нет, конечно, просто мы ему чем-то не понравились, — пожал плечами Сал. — Но не будем же мы скандал устраивать? Давай осмотримся и расспросим постояльцев, наверняка кто-то выйдет на прогулку. — Ха, с каких это пор заселение в хостел на конкурсной основе? — нахмурился Ларри, но с планом друга согласился. Сал достал гирбой из рюкзака, и они отправились вдоль здания. По экрану то и дело пробегала рябь, но он так ни разу и не засветился. Вернувшись вновь к выходу они наткнулись на администратора. — О, хорошо, что вы ещё не ушли! — сказал он с явным облегчением в голосе. — Знаете, я только заступил на смену и не знал, что утром кое-то из постояльцев выехал. Так что для вас найдётся местечко на пятом этаже, если одного номера вам будет достаточно. — Вполне, — ответил Сал и постарался как можно более незаметно убрать гирбой за спину, чтобы избежать вопросов о назначении прибора. — Это отлично, спасибо! По пути к стойке регистрации администратор ещё раз уточнил, являются ли парни братьями и сколько им лет. — Мы сводные братья. Совершеннолетние, — холодно пояснил Ларри, подумав про себя, что вообще они не обязаны отчитываться о том, в каких состоят отношениях. Доставшийся им номер был обозначен как 5В. Стандартная планировка квартир была поделена таким образом: комнаты считались отдельными номерами, а гостиная, кухня и ванная — общей территорией. В комнате их ждала двухъярусная кровать, платяной шкаф и телевизор. Обстановочка на все двадцать долларов, которые они заплатили за ночь. — Интересно, кто наши соседи? — Сал посмотрел на разделяющую номера стену. — Узнаем вечером, наверное. Хорошо, что здесь общая кухня, сможем неформально спросить, как им тут живётся. Сал с ним согласился и предложил немного прогуляться. — Мне здесь как-то не по душе, — он поежился. Заглянув в шкаф, закинул туда все вещи. В рюкзаке остался только гирбой, который он решил оставить при себе. Ларри пригладил волосы, глядя в большое зеркало на стене, а потом аккуратно сдвинул его в сторону. — Ищешь люк как в апартаментах? — Не, просто видел в одном фильме, типа тайная комната за зеркалом. Теперь никогда им не доверяю. Ну, зеркалам в смысле. — С этим явно порядок, но всё же… — Сал поглядел на потолок. — Что такое? — Да не, ничего. Идём на улицу. Они подошли к выходу из своей комнаты, но дверь вдруг открылась, а на пороге оказалась девушка примерно их возраста. — Вы зря сюда приехали, — тут же выпалила она. — Что? Это входит в оплату номера? Театрализованное представление «Вы в клише фильма ужасов»? — Ларри привычным жестом сунул руки в карманы и с подозрением уставился на девушку. На ней было летнее платье в мелкий цветочек и бейдж с именем «Анна». Брюнетка, лицо бледное, и под глазами залегли глубокие тени. — Да уж если кого подозревать в подставе, так это вас, ребята! Что за хрень у тебя? — Анна обернулась к Салу. — До хеллоуина далеко, знаешь ли. — Это протез, — спокойно ответил Сал. — Да? — она явно не ожидала такого. — Вот дьявол! Прости… Я как-то не подумала. Тут просто творится чёрти что, вот я и… — В каком смысле? — перебил её Ларри. — Ну всякое… Вы, ребята, точно сочтете меня чокнутой. Но здесь происходит какая-то срань. Я сегодня же увольняюсь! Ну то есть, я уже уволилась, просто что-то никак не найду свой медальон. — Как он выглядел? — участливо поинтересовался Сал. — Да обычный такой… не золото и не серебро, наверное, медь или вроде того. Но вы бы его сразу узнали. На нём зелёные камни, похоже, обычные стекляшки, но они немного светятся в темноте. — Твоя бабушка случаем не Мария Кюри? Она тоже, знаешь ли, носила кое-что светящееся на груди. — А? Ох, нет, это точно не радий, — Анна засмеялась. — Мой бывший даже на счётчике Гейгера проверял. — Тогда всё в порядке. Слушай, мы его поищем, но, может, ты всё-таки расскажешь, что довело тебя до увольнения? — Да вы мне всё равно не поверите. Сал с Ларри заверили девушку, что они ей поверят в любом случае, и тогда она, ещё немного поколебавшись, всё же решилась. — Я тут работаю месяца три. Паршивая, скажу вам, работёнка, но, блин, куда мне ещё: ни образования, ни хрена! Плюсы — не надо платить за жильё, минусы — ну вот они все перед вами! — Старое здание, а значит много уборки? — предположил Ларри, который не понаслышке знал, каково это. — А? Ну и это тоже, но чёрт знает, как этот клоповник вообще концы с концами сводит. Людей же почти нет, а старик ещё и не всех пускает! — Почему? — живо заинтересовался Сал. — Да я откуда знаю? Чокнулся от старости, или ему просто лень работать в свою смену, я-то в свою всех пускаю, конечно. У меня вообще нет никаких инструкций кого-то фильтровать. Номеров хватает. Хотя есть тут и вообще закрытые. Старик говорит, что потерял ключи от них! Слыхали вы такое?! — Анна упёрла руки в бока, оглядела своих слушателей и тут же поняла, что они не удовлетворены таким рассказом. — Ладно, не это самое странное, а то, что бывало снимет человек номер, а на утро — всё. — Пропадет? — едва не хором спросили парни. — Что? Неее. Все, кто приезжают, потом уезжают, просто странные они при этом. Вот совсем другие становятся. Словно за ночь их что-то довело. — Что довело? — Не знаю… может, ощущение, что кто-то смотрит… Анна вздрогнула и посмотрела за спину Салу и Ларри. Они оба обернулись, но там ничего не было кроме шкафа, а девушка тут же объявила, что ей уже пора. — Будьте осторожны и… поищите мой медальон, ладно? Мой номер 1B, если что. Не перепутайте с номером старика, он злится, когда к нему стучат. Ну, пока! — Эй, погоди, — Ларри попытался её задержать, но девушка посмотрела на него умоляюще и покачала головой. Она поспешно удалилась, оставив парней в полной растерянности. — Её будто что-то напугало, — заметил Сал. — Да не то слово. Видимо, этот старый хмырь её достал причудами, и у неё расстроились нервы, — пожал плечами Ларри. — А что если он связан с культом? — И… что же он делает для культа? Подглядывает в замочные скважины? Вот если б постояльцы пропадали — другое дело. А что думаешь ты? Сал обвёл взглядом номер. — Я думаю, что очень хочу обратно на солнышко. Место правда стрёмное, чел. — Согласен. Нам всё равно надо к нашим, поглядеть, как они там устроились. Да и вся еда у них. — Идём? — А медальон? — Ну, мы его поищем по дороге, можем пройти все этажи, заодно проверим… Проверим, нет ли выломанных и заколоченных дверей, звуков перемалываемых костей, всего, чего они навидались в своём доме сполна. Они прошли с гирбоем свой этаж. В апартаментах он был аварийным, здесь же наоборот выглядел свеженьким, как и четвёртый, на третьем было старое напольное покрытие, а на втором в коридоре не было света. Они пощёлкали выключателем. Конечно, лампочки могли просто перегореть, но все разом — это странно. Подсвечивая телефоном и гирбоем, они обследовали и второй этаж, и хотя прибор ничего не показал, оба сошлись на мысли, что тут жутко. То ли из-за темноты, то ли из-за сырости. — Получается, тут никто не живёт сейчас, — заметил Сал. — Определенно нет. Хочешь, заглянем в один из номеров? — Справишься с замком? — Сал слегка подёргал дверь 2С, убедившись, что она действительно закрыта. Ларри посветил на замок. — Ха, да с таким и ты справишься, -, но едва он успел сунуть отмычку в замок, как вдруг Сал зажал ему рот рукой и прижал всем телом к двери. Кто-то поднимался по лестнице. «Если в хостеле действительно дело не чисто, будет катастрофой, если нас тут застукают», — думала одна часть Ларри. Что касаемо другой, то ей явно было хорошо. «Тебе должно быть стыдно, Джонсон, ужасно стыдно! Сал твой лучший друг, а ты… А я хотел бы его поцеловать, прямо сейчас». Опять же, если их тут застукают за поцелуями, это будет выглядеть намного лучше, чем взлом двери. Но ни одна безумная идея так и не была реализована, потому что кто бы не поднимался по ступеням, он явно проследовал на этаж выше. Сал отпустил руку и отстранился, всё ещё глядя в сторону лестницы. Ларри остался неподвижным. Даже спустя минуту он мог бы показать каждую пылающую точку, где соприкоснулись их тела. — Ты уснул, что ли? — прошептал Сал. Вынув отмычку, он вручил её Ларри и слегка подтолкнул в сторону лестницы. — Шевели ногами. Они отправились в кемпинг, а взлом двери решили отложить на более позднее время, когда все будут спать. По пути они обменялись насыщенными впечатлениями о хостеле, обсудили, как бы рассказать всё Тодду, и так, за разговорами получасовая дорога показалась не такой уж долгой. Их встретил Нил и сказал, что они с Тоддом уже поставили палатку и начали готовить ужин. Подойдя к костровой яме, они обнаружили рядом с Тоддом незнакомцев. Девушка и парень, самые обыкновенные, их возраста или чуть старше. Ларри не запомнил, как их звали, видимо, у них были самые заурядные имена, типа Джон и Барбара. Оказалось, этим летом они путешествовали по всей Америке. Незаметно подкрались сумерки, их костёр всё ярче выделялся на фоне сгустившейся темноты. Все понемножку рассказали о себе, съели целую гору сосисок, выпили по бутылочке пива. Джон принёс из палатки гитару, но он был начинающим музыкантом и знал мало песен, так что инструмент очень скоро оказался в руках у Сала. — Что сыграть? — спросил он у Ларри. — Ну ты знаешь. «Коробку”¹, конечно. Ларри не был поклонником Нирваны, но эта группа нравилась Салу, и он полюбил эту музыку ровно так же как цвет его волос, запах и тембр голоса. — Когда я слаб, она смотрит на меня холодным взглядом², — запел Сал, ловко перебирая струны гитары, и Ларри ощутил, как внутри разливается тепло. Что бы ни игралось по просьбе друзей, эта песня всегда была для него, и он знал это. Текст не имел никакого значения, он мог бы хоть мычать под музыку, Ларри всё равно бы понравилось. Когда Сал закончил петь, Джон зааплодировал, и к нему присоединились все остальные. — Слышь, пацан, да у тебя действительно талант! — заявил Джон и, видимо, по-настоящему впечатлившись, он захотел как-то отблагодарить музыканта, поэтому предложил напиток из своей фляжки. — Что это? — Это полный улёт, — прокомментировала Барбара. Судя по её раскрасневшимся щекам, она знала, о чём говорит. — Напиток богов! Попробуй, я уверена, ты никогда такого не пил! — Спасибо, не люблю крепкий алкоголь, — качнул головой. — Да ты просто не знаешь, от чего отказываешься, — Джона явно удивил ответ. — Что тебе будет с одного глотка? Попробуй! Сал продолжил неловко отказываться, поэтому Ларри заявил, что с удовольствием попробует сам и расскажет другу о своих впечатлениях. Штука и правда оказалась вкусной, но очень крепкой. Это была какая-то домашняя настойка на травах. Фляжка пошла по рукам, а Сал сыграл ещё пару песен. В какой-то момент Барбара принесла для него колу. Сал погрузил в стаканчик соломинку, и просунув её под протез, отпил немного. — Странный вкус, — прокомментировал он с сомнением. — Я добавила настойку, самую малость, — Барбара улыбнулась с самым невинным видом. — Ладно… — Сал поставил стаканчик на землю рядом с собой, возможно даже не собираясь больше из него пить, но у костра было жарко, и после каждой песни пересыхало горло, поэтому он отпивал ещё глоток, а потом ещё… Ларри заметил неладное только когда они уже собрались уходить. — Ну, всё, пора нам в хостел. Сал, отложив гитару, встал и едва не рухнул прямо в догорающий костёр. — Эй, осторожнее! Ларри поймал его и притянул к себе. Сал заверил, что с ним всё нормально, но оказавшись без поддержки, начал заваливаться назад. Тут его подстраховал Тодд. — Ты в порядке? Его обступили друзья, а Джон вдруг засмеялся: — Барби, признавайся, когда ты успела подлить ему ещё настойки? — Да всего-то пару капель для настроения… — девушка, кажется, была уже сама не рада, что так поступила. — Может, ему тут остаться? Я могу уступить свой мешок. — Не, ему нельзя спать на земле, — со знанием дела выдал Нил. Судя по выражению лица Тодда, он сильно пожалел, что сочинил эту байку, но отступать было некуда. — Ребят, мы бы вас отвезли, но, боюсь, мы тут все на под градусом. — Мы дойдём, — пробормотал Сал и взялся за подставленную руку Ларри, который уже успел закинуть себе за спину его рюкзак. Впрочем, через пару шагов они уже шли в обнимку — так меньше шатало. — Извини… мне… надо осторожней было… — едва ворочая языком проговорил Сал, когда они уже вошли в лес. — Если кто и виноват, так это те чокнутые ребята, — успокоил его Ларри. — Ты проспишься, и всё будет нормально. Сосны тихо поскрипывали на ветру. Небо было сине-фиолетовым, хмурым, и звёзд не было видно, лишь луна мутным силуэтом угадывалась в облаках. Ларри светил им под ноги своим телефоном, из-за чего казалось, что вокруг ещё темнее и за каждым деревом чудился чей-то взгляд. Ларри списал это на воображение, но всё же чуть ускорил шаг, насколько это было возможно. Сал скорей всего тратил все силы на удержание равновесия, так что Ларри не стал отвлекать его лишними разговорами, поэтому дорога показалась бесконечно долгой, и, когда они наконец добрались до хостела, он чувствовал себя очень уставшим. Они вошли в полутёмный холл, освещённый лишь лампой на стойке регистрации. На месте никого не было, и пришлось вновь трогать этот премерзкий звонок, который был вымазан чем-то липким. Ларри старательно тёр руку о штанину, когда в коридоре появился администратор. — Не надо так настырно звонить! Ларри очень удивился, услышав женский голос. В круг света вошла Анна. — Ты же уволилась. Анна казалась сонной и, видимо, была только из ванной — её волосы были мокрыми, а обнажённое тело едва прикрыто халатом. — Я передумала, — сказала она с каким-то вызовом в голосе. — Ладно, тогда можно нам ключ? — Ларри чувствовал, что Анна явно не намерена болтать, да и Сал уже практически повис на нём, даже не пытаясь вступать в разговор. — Твой брат болен или пьян? — спросила Анна, заходя за стойку. — Второе, — Ларри улыбнулся, но девушка стала ещё более хмурой. — Вообще-то мы пьяных не пускаем, — сказала она, но всё же отдала ключ. — Больше мы так не будем, — Ларри схватил ключ и повёл Сала к лифту, но на полдороги вдруг обернулся. — Ты нашла свой медальон? Анна посмотрела на него так, словно не ожидала такого вопроса, но после паузы ответила с натянутой улыбкой: — Конечно. Ларри решил, что Анна сама немного выпила. Это объяснило не только её поведение, но и неприятный запах, исходивший от неё. Однако долго думать он над этим не стал, у него были более насущные проблемы. Лифт довёз их до пятого этажа и Ларри пришлось изрядно повозиться, пытаясь одновременно открыть дверь и при этом не уронить безвольное тело. Он усадил Сала на кровать, и тот завалился на бок. — Осторожней, — Ларри присел рядом с ним на корточки. — Давай-ка я поудобнее тебя устрою. Сал не ответил, его глаза были закрыты. Ларри снял с него ботинки и, просунув руки под него, чуть подвинул вглубь нижней полки, чтобы не свалился во сне на пол. — Я сниму с тебя протез, ладно? Ты же без него спишь? — спросил он, хоть и понимал, что Сал вряд ли сможет принять решение. Осторожно приподнял его голову одной рукой, а второй быстро расстегнул ремешки. Сал приоткрыл глаза, пробормотав что-то вроде «не надо» и тут же со стоном их закрыл. — Не сердись, я просто боюсь, что ты задохнёшься в нем… ну, в таком состоянии, — он осторожно снял протез. Ларри уже видел Сала без него. Лицо асимметрично из-за множества неровных шрамов, нос почти отсутствовал, так же как губы. Ларри не был психом и, конечно, он не сказал бы, что это лицо красивое, но оно и не пугало, а если бы можно было, он точно поцеловал его, не задумываясь. Рука уже дернулась, опережая мысль, чтобы погладить Сала по голове, но Ларри вовремя себя остановил. Вместо этого он расплёл голубые хвостики, машинально сунув резинки в карман своих джинсов, и, поднявшись, огляделся. Тумбочки не было, пришлось повесить протез на зеркало. Вернувшись, он укрыл Сала своим одеялом. Ларри очень удивился, утром, обнаружив протез на том же месте. Свесившись с верхнего яруса кровати, он увидел, что нижний пуст. Прислушался — в ванной шумела вода. «Поздравляю, Джонсон, тайна исчезновения Фишера раскрыта», — подумал он про себя и спустился вниз. Потянувшись, Ларри вновь обернулся к зеркалу. Протез, свисающий с края, напоминал кадр из фильма «Ворон»³. Он подошёл ближе, глядя неотрывно, словно загипнотизированный. Как обычно он испытывал чувство нежности буквально на пустом месте. Это зародилось глубоко внутри и постепенно пробило себе дорогу, как росток — скорлупу семечка. То, что поначалу казалось странным интересом, эдаким сорняком на клумбе других мыслей и чувств, выросло в огромное дерево, которое не спрячешь, не утаишь. Ларри казалось, что все кругом знают его тайну, что все слова, произнесённые им, открывают её. Знают живые и мёртвые, стены его комнаты пропитались этой одержимостью, его безумием, как новые холсты — синей краской, которой становилось всё больше в его работах. Ведь с неё всё и началось. Однажды мама попросила его нарисовать для неё букет синих роз, которые подарил ей Генри. Она сказала, что хочет оставить их навсегда, первые цветы, которые подарены ей как женщине, а не как заболевшей соседке. И Ларри согласился. Он любил маму и хотел сделать ей приятно, он же не знал, что стоит ему смешать нужный оттенок и коснуться кистью белоснежного холста, как он окажется проклят, только у демона его сновидений глаза были вовсе не красные. В тот день он смог остановится, лишь когда в его комнату постучал тот, кто в итоге был нарисован вместо букета цветов. Ларри пришлось кричать, что он не одет, и судорожно бегать с картиной по всей комнате, не зная, куда её спрятать. С тех пор он как с ума сошёл. Рисовал как одержимый. Портретов во всех доступных техниках становилось так много, что он уже не знал, куда их припрятать. И это не говоря уже о мыслях, которые заняли и голову, и весь подвальный этаж и, наверное, расползлись по всем апартаментам, как волосы Рапунцель. Он думал, что всё так очевидно, что его выдаёт буквально каждый вздох, но на самом деле единственным человеком, знавшим о его чувствах к лучшему другу, был Тодд. Ну и, наверное, Нил. Наверняка же он рассказал своему парню такую потрясную новость. — А как ты понял, что ты гей? — поинтересовался Ларри как бы между прочим пару месяцев назад. — А как ты понял, что ты натурал? — пожал плечами Тодд, откладывая в сторону паяльник и оборачиваясь к другу. На его столе были разложены различные детали от микроволновки. Увлеченный работой, он не сразу сообразил к чему этот вопрос. — Или погоди… Неужели ты открыл в себе бисексуальность? Ларри явно смутил вопрос, а также ужасно довольное и хитрое выражение лица собеседника. Он ответил после продолжительной паузы. — Ну… Может человек быть гетеро и при этом любить одного единственного парня? — Шкала Кинси⁴ к твоим услугам. Ну в смысле, да, я думаю вполне. А Сал в курсе? — С чего ты взял, что я про Сала? — А про кого ещё? Про Пыха, что ли? Но если всё-таки про Пыха, чувак, у меня для тебя плохие новости: у них с Мейпл явно всё серьёзно, — Тодд скорбно покачал головой, а Ларри закатил глаза. — Ты прям мастер пошутить. — Нил тоже так считает, — не без гордости согласился с ним Тодд. — И, кстати, он сразу решил, что вы парочка. Пришлось пояснять, что это у вас сугубо братские чувства. Но, видимо, я ошибся… — Я тоже считал, что сугубо братские, — сдался Ларри, чувствуя, что у него прямо гора с плеч свалилась. Наконец-то он смог хоть с кем-то этим поделиться, признав тем самым, что уже не сможет просто выкинуть из головы мысли о чувствах к другу. — И что думаешь с этим делать? Скажешь ему или унесёшь свой секрет в могилу? — Второе мне больше по душе. — В принципе, ты можешь подождать, пока Сал всё сам поймёт, если его ещё раньше не убьёт лавина собственных портретов, упавших на него с твоего шкафа. — Их всего-то штук пять, — насупился Ларри. — А скетчбук не в счёт? — Не в счёт, он — моя постоянная модель для отработки анатомии. И вообще, мы проводим много времени вместе, так бывает… Может, мне надо почаще быть одному. Но дни «я хочу побыть один» всегда имели один и тот же итог — новый портрет. И вот они с Салом тут, наедине, в кои-то веки не на заплесневелом пятом этаже апартаментов Эддисона, и, вроде, даже без призраков, но он всё равно не представлял, как обо всём рассказать. Ларри провёл пальцами по гладкой поверхности протеза, и улыбнувшись, вдруг произнёс вслух: — Чувак, давно хотел сказать, что просто торчу от тебя. Ну, то есть… я имею в виду, что ты самый лучший чувак на свете! Только не как друг. Я недавно понял, что ты для меня намного больше, чем друг. Я хочу сказать… Сал, ты хотел бы… ну, то есть… — Хотел… чего? — вдруг ответил протез голосом Сала, и Ларри вздрогнул. Занятый разговорами с самим собой он не услышал, как прекратила течь вода в ванной, и как открылась дверь. Сал стоял за его спиной, но едва Ларри обернулся, проскочил мимо и, быстр надел свой протез. — Я… — Ларри почувствовал как кровь бросилась в лицо. Единственное, что ему хотелось в данный момент, это провалиться сквозь землю или исчезнуть с этой планеты навсегда. Сал не успел и слово сказать, как Ларри выбежал из комнаты. Он заперся в ванной. Тут было влажно и жарко от пара, но его горящие щёки этого не ощущали. Ларри сел на пол, обхватив лицо руками. Что же теперь делать? Как смотреть другу в глаза? Казалось, весь мир был разрушен одним нелепым жестом. Он сидел в немом оцепенении, периодически проклиная себя за тупость, пока не услышал, как Сал осторожно постучал, позвав его по имени. Его голос звучал участливо. Ни злости, ни отвращения. Это немного успокоило и Ларри, взяв себя в руки, всё-таки встал и открыл дверь. Они молча посмотрели друг на друга. Надо было что-то сказать, отступать не имело смысла. — Ты всё слышал… что ты думаешь? — спросил Ларри, решившись. — Может, если в следующий раз спросишь у меня, а не у моего протеза, получишь ответ. У Ларри сразу отлегло от сердца. «В следующий раз», звучало очень обнадеживающе. — Но давай не сейчас, у нас тут типа дела, лады? — Сал протянул руку и слегка сжал его запястье. Ларри слышал, что тот улыбался. Он кивнул с ответной улыбкой. На запястье осталось прикосновение, как браслет из чего-то невыносимо горячего — то, от чего щемило в груди.