Принцесса-Солнце

~ однако выясняется, что всё-таки есть ~

Отдалённый шум, возня, треск сучьев. – Что за… В этом буреломе чёрт ногу сломит. – Попрошу – ты нас сюда завёл. Недовольное ворчание. – Ты хотел ночевать на дороге? – Я хотел ночевать на постоялом дворе. Наигранный подобострастный лепет. – Простите, ваше высочество, мне стоило расчистить нам этаж именем короля? Ну так у них тут другой король. – Думаешь, селяне знают его в лицо? Пока до этой дыры дойдёт коронационный портрет, он успеет состариться и почить. Третий голос, самый бодрый. – Мы же ещё далеко от столицы, я уверен, не вся Коро… – Да что ты знаешь, мелкий? – Эй, у меня родственники из Короны! Мне много рассказывали, а кроме того я читал… – Ох, сделай милость, избавь нас… – Да отцепись от него уже. – А что? Он мне плешь скоро проест своей заумью. Понимаешь? Плешь! Пауза, пригласительный смех. Вялое хмыканье, снова пауза. – Ну ты чего, я же пошутил. – Устал я от вас обоих, друзья мои. Лучше ищите, где остановиться, я уже с ног валюсь. – Ты же на коне. Снова треск сучьев. – Стойте! Тут ям ещё больше, слезайте, кони ноги переломают. – Угомонись, любитель животных, ничего с… – Слезай, он прав. Пешком хочешь продолжать? Тебя ни один из наших не выдержит. – Это разбивает мне сердце, – признался собеседник. – Мне, усталому путнику, не желавшему зла и мечтавшему лишь о… – Смотрите! Они прищурились. За деревьями тускло мерцал огонёк. – Точно костёр! – младший замахал руками, потрепал по морде своего коня и сгрёб его под уздцы. – Смотри, Вольфганг, скоро ты сможешь отдохнуть и напиться. – И мы заодно, – ехидно добавили рядом. – Тихо вы, перепугаете людей спросонок, а так, может, к костру пустят. Только не орите, как пьяная ватага, и вообще, заткнитесь.

***

Кассандра всё ещё лежала лицом к огню, грея руки о камни, выложенные вокруг горки хвороста, когда услышала за треском костра ещё какие-то шорохи. Сон и неприятные мысли сразу смахнуло. Она уже не дёргалась, как в первое время, но насторожилась. Такие стычки в безлюдных местах были муторнее любой крупной драки при свете дня. Она прислушалась. Так и есть, это не сгоревшие ветки трещат, это в глубине леса. Вскоре к треску прибавились приглушённые расстоянием голоса. А вот и разбойники, подумала она. После зимы можно встретить либо купцов, но не оставили же они обоз за полмили, либо банду, а даже если и нет, приятного мало. Зато она не спит, и врасплох её не застанут. Они показались из-за деревьев прямо с той стороны костра. Кассандре потребовалось всего пару мгновений, чтобы вскочить и схватить сухую ветку – она вспыхнула спичкой, едва пройдя сквозь пламя. Послышался вскрик, и незваный гость подался назад. Кассандра не успела проморгаться после яркого света и различить, сколько их, но выиграла себе пару секунд. – Кто такие и что надо? – спросила она для проформы, просто чтобы удержать наступление. – Успокойся, – крякнули из-за факела, – мы не бандиты. Пожалуйста, убери эту штуку, мне волосы чуть не подпалило. Голос выдавал, по крайней мере, не заматерелого головореза. Воришки с награбленным, авантюристы? Или правда заблудились? Она немного опустила факел, чтобы рассмотреть лицо. Кинула взгляд за его спину. Опустила ещё ниже. Так, допустим. – Слушай, мы искали ровное место для лагеря, насколько… – продолжил подожжённый, спеша воспользоваться паузой, – насколько такое возможно в этой чаще. Правда. Честно, – он улыбнулся, хотя выглядел ещё немного прибито. И для наглядности показал пустые руки. – Куда идёте? – Мы, – быстрый взгляд на спутников, – путешественники, – улыбка стала шире и увереннее, – мы с друзьями едем в Корону, но за последние два часа любой трактир, куда ни стучимся, забит под завязку, даже конюшни, – он потёр лоб и взъерошил чёлку. Выглядел и правда усталым. Это был молодой мужчина, пожалуй, одетый слишком хорошо, хоть и по-походному. Рядом наблюдались ещё двое – темнокожий здоровяк, лысый, но с бородищей, и тощий парнишка на вид лет пятнадцати, что-то бормочущий лошадям. – …Не думали, что тут так сложно найти место для привала. И жутко устали. Увидели огонь и… – Садитесь, – решила Кассандра, указала древком на землю рядом с костром и совсем опустила факел. Не посылать же их искать себе другую поляну в формальной сотне шагов от своей. Всё с ними ясно, дворянин со слугами в поисках приключений залезли, сами не поняли, куда, но почему сейчас? На вид не местные, а если едут издалека, то какого чёрта в это время года и по бездорожью? Встретить других путешественников – дело обычное, рассказать, кто откуда едет и что видел – неплохой способ скрасить дорогу. Но сейчас любопытство было довольно вялым, не слишком хотелось болтать со встречными, особенно после очередного тяжёлого сна. Но каждый может заблудиться и утомить коней. Словом, Кассандра проявила терпимость. И почти сразу пожалела. Она подбородком указала, где ручей, облокотилась на своё бревно и потянулась к походному мешку, а вот компания явно приободрилась, оперативно поснимала седельные сумки, парнишка повёл рассёдлывать лошадей, а двое других расселись вокруг костра и принялись трещать. Так Кассандра узнала, что они думают о дешёвых постоялых дворах, их владельцах, плохих дорогах, правда, всё это звучало бодро и почти без раздражения – они были слишком рады стоянке и уже разведённому костру. Никто почему-то не свалился от усталости, она-то надеялась, что шума будет поменьше. Но не тут-то было. Перестав сотрясать воздух своими бурными впечатлениями от дорог Короны, они вспомнили о правилах хорошего тона, так уместных в этом дремучем лесу. – Мы же не представились, – спохватился условный дворянин и по-новому посмотрел на Кассандру. Видимо, он не удивился, увидев у походного костра женщину, но потом всё-таки удивился, и это его на что-то вдохновило, потому что до того державшийся устало и довольно просто, он вдруг подобрался. – Давайте без лишних церемоний, – предложил он, – друзья зовут меня Флинном. Кстати, дружище, – он обернулся к темнокожему, – достань из моей сумки чего-то согреться, вон в той, ага. А ты… Флинн уже выдохнул впечатления от дороги и стычки и тут же начал её раздражать. Сдались ей богатые бездельники – вон, улыбается и думает, что неотразим. Кассандра терпеть не могла пустой болтовни, чьих-то попыток произвести впечатление, претензий на остроумие и всего того, что в воображении оратора выглядит наверняка блистательно. – А давай без светских бесед, – оборвала Кассандра. – Я тоже, – сказала она с нажимом, ведь только что ей все уши проныли о невообразимой усталости, – я тоже ужасно устала и хочу есть, а не разговаривать. А потом рассветёт, все отдохнут, и мы с вами, друзья мои, разойдёмся, как в море корабли. Серьёзно, – добавила она угрюмо, – у меня голова гудит от вашего трёпа. – Не хочешь – как хочешь, – не смутился Флинн и перешёл на человеческий тон. – Но хоть скажешь, откуда тут? Нечасто встретишь одинокого путешественника, тем более женщину, уж прости. Кассандра поняла, что не отделается, да и не назвать себя совсем – только вызвать подозрения. – Я наёмница, – мрачно отозвалась она. – Я так и подумал, – кивнул Флинн и действительно не удивился. Остальные двое тоже подтянулись к костру, разобравшись с конями и вещами. Кассандре было предложено выпить и разделить их, прямо скажем, не скудные запасы. Она отказалась, потому что тогда пришлось бы делиться своим, а своего было мало, как и оставшихся денег. Она действительно нанималась несколько раз зимой по дороге, когда средств, взятых в поездку, не осталось, а её… предприятие затянулось на неопределённый срок довольно далеко от столицы или хотя бы небольшого города. Здесь тянулась дальняя часть стены, отделяющей Корону от соседних королевств, и на много миль были разбросаны деревни и просто глухие земли. Лучшей практики и проверки на прочность для первого раза было, пожалуй, не придумать. И для второго тоже. Вокруг костра шла оживлённая беседа. Путешественникам, кажется, нравилось решительно всё, несмотря на временные трудности. Они-то развлекаются. Наверняка могут обеспечить себе комнаты на постоялом дворе и обед из трёх блюд. Кассандру снова взяла злость – беззаботные бездельники, их просто понесло получать впечатления от жизни, и они могут в любой момент вернуться, без клейма «ни с чем». Какая роскошь. Только рассвело, она собралась в дорогу. Остальные почему-то тоже, хотя торопиться им было некуда, но она была слишком занята невесёлыми мыслями, чтобы обращать внимание на спутников, пока выводили коней из леса. Мимо уже то и дело проезжали гружёные телеги. По главной дороге – до следующего трактира, пополнить запасы и дальше… куда глаза глядят, на самом деле. Она усмехнулась. Может, придёт тепло, и станет лучше. Из раздумий её вырвал спутник, тот, что пару раз шутил про плешь, но за неимением собственных волос выше носа сам проедал её Кассандре и прекрасно с этим справлялся. – Тебе в какую сторону? – спросил он. Дорога была широкая и единственная, а выбор примитивен – либо в одну, либо в другую. – Туда, – она мотнула головой, – всего хорошего. – Отлично, – обрадовалась неунывающая братия, – тогда нам по пути. – Город там, – сказала Кассандра. – Эта дорога ведёт к границе. – Да знаем, знаем, – беспечно ответил Флинн, – мы оттуда и ехали, но ближайший трактир тут совсем недалеко, мы от него почти сразу свернули в лес. – Последний, из которого нас выставили, – пояснил лысый. – Но оттуда доносились дивные ароматы. Я бы не отказался сейчас туда заглянуть, что скажете? Все одобрительно загудели, видимо, правда их давно не впускали под крышу, а Кассандра мысленно застонала. Потом выяснится, что и в город им по пути, и весёлая компания обеспечена ещё на неделю. Богатый щёголь, здоровяк-телохранитель и мальчик на побегушках. Очаровательно. Но дорога и трактир не куплены, решила она уже в седле, и с какой стати кому-то под кого-то подстраиваться? Тут разве что с другого края дороги едь или в галоп пускайся. Все трое оседлали лошадей и поехали вровень, не умолкая, и перебивая то друг друга, то всю беседу смехом в три глотки.

***

Флинн распахнул дверь трактира, как собственную. Внутри было немало народу для такой рани, но это и к лучшему – трактирщик уже на ногах, людей достаточно, хоть выслушивать этих троих не придётся. – Мы вернулись, – объявил тем временем Флинн хозяину, – горячей воды, любезный, пожалуйста, в виде ванны и в виде супа, всем. Кассандра протолкалась к дальнему краю стойки, пока её от щедрот не облагодетельствовали. В трактир вошёл ещё кто-то, нелюбезно толкнув спутника Флинна, но она не рассматривала. Слуга уже подвинул к ней тарелку со вчерашним варевом и кружку с чем-то мутным, как у входа зашумели. Кассандра через плечо увидела, как к занявшей стол компании неторопливо, но целенаправленно поднимаются от дальнего стола два верзилы вида настолько бандитского, что ничего хорошего это не сулит. – Смотрите, какая птица, и вдруг в нашей дыре. Путешествуешь, дворянчик? – Путешествую, друг мой, – широко улыбнулся Флинн. Трактирная публика поглядывала на них, явно замечая, что пришельцы не в рванье каком-то и заказали слишком шикарно. Гомон в зале притих, изо всех углов краем уха прислушивались, что намечается, а кто-то уже привстал, явно имея, что добавить. – Давно не видели никого столь изысканного в окраинах Короны, – заметил один подчёркнуто-светски. – Наши богатеи сейчас по домам сидят, – подал голос другой, – а эти издалека вроде. – Мы тут с голоду пухнем, а им горячего подавай? – один за другим люди вставали и подтягивались к столу, где сидели трое горе-приключенцев. – А не поделишься сам с нами, а, брат? Угостишь всех горячей едой? – Да что ты с ним церемонишься, эта богатейская рожа тебя угостит, а потом ещё раз. Злобный тощий мужик дёрнулся и даже вытащил нож, но дорогу ему преградил рыжий великан. Тощий наткнулся на выставленную руку толщиной с него самого и чуть не отлетел на пол, а Кассандра краем глаза заметила, что к стойке за её спиной кто-то подсел. – Ты чего?! – захрипел нищий. – Это не просто дворянчик, – сообщил громила собранию. – Узнал его, присмотрелся только. Я говорил вам, ребята, как мы, – кивок на брата, – отсидели год за кражу паршивого кошелька, клячу на такие гроши не купишь? – Фредерик, солнце наше, всех сажал, не новость, – протянул кто-то. – Да не Фредерик, – осклабился рыжий. – Мы тогда наёмниками были в Тёмном Королевстве, далеко отсюда. Но у них с работёнкой туго. У короля гвардия, – он скривился, – элитная, подумать не успеешь, а твой зад уже на нарах. Валить мы собрались, а вон даже выехать не успели, упрятал нас король Эдмунд, – развернулся он к Флинну. – Твой папаша.