Звезды на небе рассыпались

...Ионов дернул болтавшийся где-то в ногах рюкзак и вышел из укрытия. Ему уже было плевать на то, что он увидит снаружи. Самое страшное, что могло сейчас случиться – это реакция Жени на свой собственный поступок. А то, какой она будет, Вася, увы, прекрасно знал. Как бы ни была высечена у Мурашовой память, вела она себя по отношению к нему весьма ожидаемо. Кот понимал, что худшей идеей сейчас будет выяснение отношений, поэтому он молчал. Ничего не говоря осмотрелся, вернулся к укрытию, взял притихшую Женю за руку и вывел наружу. Мура не сопротивлялась. Она плохо понимала, что произошло, почему так случилось и что будет дальше. Хотелось спросить, какого рожна все это значит, но Женя не могла – она ведь первая его поцеловала, поэтому было стыдно, неловко… и те самые вопросы следовало адресовать себе. Когда они немного отошли, Вася достал из рюкзака куртку: – Переоденься. Было ясно, что Женя в мокрой насквозь кофте продрогнет и рискует подхватить воспаление легких. Каплей отвернулся и осматривал местность. Вновь было тихо. Даже вертолет, видимо, отправился патрулировать другой район. До удачного участка границы оставалось километров десять. Их можно было бы преодолеть за пару часов, но Ионов чувствовал, что смертельно устал. Все навалилось как-то разом и выбило почву из-под ног. Прислушиваясь, как возится со сменой одежды Женя, он все пытался решить: имеют ли они право на еще одну ночь вместе? Поможет ли она им или будет лишь промедлением на пути к конечному пункту… – Я готова, – тихо, едва заметно смущаясь, сказала Женя. – Хорошо. Думаю, нам стоит немного передохнуть перед тем, как перейти границу. К тому же, мне не нравится активность в этом районе. Кто знает, кого они ищут и кого мы еще можем встретить на своем пути. Мура кивнула: – Хорошо. Ионов двинулся вперед, Женя следовала за ним. Молчание, повисшее между ними, было напряженным и тяжелым. Вася все гадал, что же происходит в этой русоволосой голове… А Мура отчаянно пыталась разыскать хоть какое-то воспоминание. Через пару минут каплей опять свернул в сторону склона. Им пришлось взобраться вверх, чтобы устроить привал. На небольшом уступе росло несколько деревьев, которые низко нависали над поверхностью земли, тем самым гарантируя защиту от луча прожектора вертолета. Вася вручил Жене баллончик и попросил разбрызгать немного в той стороне, откуда они пришли, чтобы сбить со следа собак. Сам он принялся обламывать ветки, чтобы соорудить лежанку. По-хорошему, следовало развести костер и просушить одежду, но малейший всполох гарантировал, что их мгновенно обнаружат. Кот прилег, хотя прекрасно понимал, что спать ему не придется. Пистолет и БУП были наготове, под рукой. Женя же лишь присела на край импровизированной лежанки и ковырялась палочкой в земле. Вася видел, что девушку слегка потряхивает и от холода, и, вероятно, от событий недавнего времени. – Мур, ложись ко мне. Костер развести мы не можем, так что остается единственный способ согреться. Девушка обернулась, но ничего не сказала. Да и разглядеть каплея в тени деревьев удавалось с трудом. Тяжело вздохнув, Женя все-таки опустилась на спину, отвернулась от Кота, но позволила себе прижаться к нему всем телом. Внутри боролись противоречивые чувства: хотелось бежать отсюда без оглядки, хотелось разобраться в себе, но, с другой стороны, хотелось плюнуть, повернуться к Васе и пустить все на самотек. Мысли путались, не давая Жене заснуть, поэтому она ворочалась, заставляя Ионова вздрагивать каждый раз. Немного согревшись, Мура повернулась на спину и все же открыла глаза. Сначала видела перед собой лишь ветки, но после, сфокусировавшись чуть дальше, заметила, как рассыпались на небе звезды. Вася почувствовал, что Женя лежит с открытыми глазами. – Постарайся немного поспать, – осторожно погладив девушку по голове, прошептал Кот. Однако Мура его, кажется, даже не услышала. Она всматривалась в темное небо, уже не пытаясь в чем-то разобраться. Женя лишь надеялась, что все это скоро закончится. Проснулась она от легкого толчка спустя, как ей показалось, несколько минут. Однако небо сменило оттенок на более светлый, что говорило о приближающемся рассвете. – Надо выдвигаться, – тихо сказал Вася, поднимаясь с лежанки. Сам он подремал буквально минут двадцать, но сон все равно был беспокойным. Только чудом за три часа их привала ничего не случилось: их не обнаружили, над ними не кружил вертолет… Кот хотел бы за это время расставить все точки над «Ё» в их с Женей отношениях, но понимал, что ему нечего сказать, а она, когда вернутся воспоминания, все равно решит этот вопрос избитой фразой про отсутствие будущего. Долго собираться причин не было, поэтому уже спустя четверть часа бойцы были далеко от места ночлега. Женя, которую после пробуждения опять начали терзать мысли по поводу случившегося в расщелине, решилась начать этот разговор. – У нас с тобой что-то было? – То есть? – Ты понимаешь, о чем я, – Мура вдохнула, собираясь с мыслями. – Мне кажется, ты был ближе, чем просто сослуживец. – Тебе кажется или ты что-то вспомнила? – глухо отозвался Кот. – Кажется. – В таком случае, мне нечего тебе сказать. Моя версия случившегося отличается от твоей трактовки. – Нам не стоило там, в укрытии… Ионов распознал в голосе знакомые нотки сожаления о случившемся и все же не сдержался – нервно рассмеялся, остановился, отошел от девушки на пару шагов. – Опять у тебя все просто. Сделала, обозвала ошибкой, умыла руки, – Вася горестно усмехнулся. – Если бы ты только знала, как мне это надоело! И что меня бесит больше всего, так это то, что даже сейчас, не помня себя, ты умудрилась найти причину, чтобы назвать этот поцелуй ошибкой. Когда ты признаешь уже наконец, что это изнутри, что все не просто так? Когда научишься доверять своим чувствам и отдаваться им без оглядки на завтрашний день, на службу? Ладно я, тебе самой от себя не противно? Женя смотрела на стоящего напротив Васю и понятия не имела, что ему на это ответить. – Я… мне… – Ладно, расслабься, – резко сник Кот. – Нам идти надо. Каплей быстрым шагом пошел вперед, не замечая, кажется, того, что Женя осталась стоять на месте. Лишь спустя полминуты она тоже двинулась в нужную сторону, нагоняя Кота.