Право выбрать жизнь

Строгие стены вдоль ровного длинного коридора. По нему простиралось очень много дверей, в большей степени те, за которыми находились закрытые аудитории. Учебное крыло очень большое, хотя занятыми из них было очень мало. Так как учеников на всех не хватало, эту проблему организация старалась решить, обнаруживая с каждым новым днём целые громады «иных» среди обычного мирного населения. — «Порочные?» — в сознании подростка снова прозвучали знакомые слова, с которыми, вопреки всем разумным доводам, он не мог согласиться. Парень осмотрел такой же шумный коридор, где, казалось, учеников стало ещё больше. Подросток зажмурился, когда на голову накатила сильная волна напряжения. От неё в ушах послышался безумный шум и их вмиг заложило, из-за чего окружающие звуки он слышал отдалённо, глухо. — Отстань, — прошипел Марбас сквозь зубы, предполагая, кто пытался достучаться до его сознания. Мальчишка сильно запрокинул голову, ударившись ею о стену позади. Настырный шум не хотел проходить, из-за чего мальчишка подумывал прогнать незваного гостя из головы, разорвав ему все пути доступа к сознанию. — Ещё рано, — произнёс низкий и ласковый голос, обладательница которого пронеслась перед ним, но из-за сильно зажмуренных глаз парень видел только её нечёткий тонкий образ. Неизвестная прикоснулась ко лбу новичка, положив на его середину два пальца. После этого лёгкого жеста напряжение сразу отступило, а парень с облегчением широко раскрыл глаза и начал жадно хватать воздух. — Что это было? — всё ещё не осмотрев спасителя, спросил Марбас. Подросток наклонился вперёд, опираясь ладонями на собственные колена. — Так ангелы проявляют свою настойчивость, когда им нужно проникнуть в чужое сознание, — пояснила девушка, судя по тонкому голосу. — Аглаида пыталась пробиться к твоим воспоминаниям? Теперь Марбас внимательно посмотрел на невинный, по его мнению, детский образ хрупкой девушки, что склонилась над ним, присев на корточки. — Ты что-то вспомнил? — после недолгой паузы спросила она. Марбас всё ещё глубоко дышал и в ответ, чтобы не говорить, покачал головой из стороны в сторону. — Тебе повезло, — с лёгкой улыбкой заявила она. Эта небольшая миловидная гримаса исказила тонкие нежные черты и немного сдвинула в сторону тёмное пятнышко на правой щеке, что ярко выделялось посреди блеклых веснушек. Лицо казалось овальным из-за густых бледно-фиолетовых локонов, что закрывали его часть и уши. Они были собраны позади в непрочный пучок, из-за чего резинка склонялась вперёд, а вместе с ней и тяжёлые, длинные волосы с окрашенными корнями в насыщенный фиолетовый цвет. — Кто ты? — осознав всю сложность ситуации, спросил Марбас. — Асфея, — сразу ответила она. — Как ты это сделала? — парень намекнул на нежное лёгкое касание, что сразу закрыло ангелу доступ к его сознанию. — Кесарий научил, — сразу ответила она. — Пошли. Ты ведь пока здесь никого не знаешь? Переведённый ученик снова покачал головой, он всё ещё не в состоянии отвечать на поставленные вопросы целыми фразами. — Тогда давай, — девушка подала руку пострадавшему, и, как только тот принял помощь, она потянула новенького вслед за собой, по опустошённому от школьников коридору. Асфея без труда ориентировалась в длинных коридорах школы. А личности, что не были знакомыми с этой постройкой, могли посчитать её запутанным сложным лабиринтом. После несколькоминутной ходьбы по пустынным коридорам девушка вывела новенького в опустошённую местность, в которую, по всей видимости, редко заходили нормальные ученики. — А мы не опоздаем на занятия? — парень указал рукой назад, где в коридоре всё ещё слышал голоса других учеников. — Какие? — непонимающе спросила проводница, что обернулась назад к переведённому ученику, из-за чего её собранные в хвост волосы резко мотнулись в соответствующую сторону. — А разве… — Людям будет не выгодно управлять умной скотиной, — пояснил причину подобной реакции своей подруги человек, что вышел из, казалось, закрытой аудитории. — Это заведение только называется школой, но учеников здесь не обучают. Марбас поднял глаза на незнакомца, что был намного старше него; можно даже сказать, что этот высокий худощавый парень — одноклассник ангелов, с которыми он ранее столкнулся. Внешность лидера, по сравнению с эксцентричной собеседницей, была самой обыкновенной. Круглые большие очки плотно ложились подушечками на переносице, а тонкие стёкла в оправе часто отбивали лучи света, из-за чего создавали на ровной поверхности зеркальную гладь, скрывая за стёклами глаза человека. Выше — ровные брови, что наполовину закрывала оправа очков своим верхним континуумом. Стандартная азиатская внешность с тёмными короткими волосами, что зачёсаны больше на одну сторону. — Аглаида пыталась его завербовать, — незамедлительно известила девушка, что немного отступила от новенького, позволяя лидеру его осмотреть. — Значит, — неизвестный подошёл к переведённому мальчишке и склонился, чтобы быть с ним наравне. При этом подбородок их лидера упёрся в широкий ворот тёплого свитера, это вопреки относительно тёплой погоде на улице, — нам повезло добраться к тебе раньше. Она успела проникнуть… — Думаю, нет, — сразу пояснила Асфея, что перебила своего неназванного лидера. — Ну, если они нас не нашли… Прости за этот скупой приём, ты уже познакомился с нашей элитой? Марбас не спешил выступать и доверять незнакомцам. Он просто кивнул в ответ на заданный ему вопрос. — Ты ведь спас женщину с её нерождённым ребёнком, — подобная фраза вынудила Марбаса насторожиться, ведь до этого его поступок называли глупым раскрытием своих способностей. Неизвестный заметил смену его поведения и заинтересованность, из-за чего его лицо исказила лёгкая улыбка. — Не бойся, я не телепат, — прояснил ситуацию странный человек, — меня зовут Кесарий, и мою способность считают бесполезной. По крайней мере, подобного мнения придерживается администрация этого заведения. Парень внезапно развёл руками и немного отошёл от группы подростков, что внимательно его слушали и даже не пытались перебить. — Ты хочешь мне её раскрыть? — поинтересовался Марбас, с осторожностью произнося эту фразу. Старшеклассник улыбнулся и довольно хмыкнул, хотя слушателям оставалось только догадываться, как это было, ведь парень по-прежнему стоял к ним спиной. — А что? — скорее с интересом, нежели с вызовом спросил Кесарий. Марбас начал вспоминать недавние события, из-за которых один запомнился ему ярче остальных. — Что если, — неуверенно начал переведённый ученик, — Аглаида сейчас нас слушает? — Исключено, — сразу отказал студент. Теперь Кесарий обернулся к слушателям, сцепив за спиной руки в крепкий замок. — Почему? — теперь Марбас не мог понять спокойствия, которое было присущее лидеру странной компании даже после озвучивание причины, что его беспокоила. — Будь это так, — парень приблизился к нему и сильно наклонился, чтобы поравняться с ухом невысокого собеседника, — ты бы не задал этот вопрос. Логично? Марбас склонил голову от столь примитивной логики, в которой бесспорно было зерно истины. — Кстати, — после недолгой паузы продолжил Кесарий, — тебе интересно, что с той женщиной? Студент ясно дал понять, о ком именно идёт речь. Той беременной незнакомке, чьё имя Марбас не удосужился узнать после спасения. — Она супруга человека, что управляет этой организацией. Её муж отправляет и удерживает нас в этой тюрьме, — сразу пояснил всю ситуацию Кесарий. — Забавно? Это судьба или её глупая оплошность? Марбасу казалось, что лидеру небольшой группы школьников было приятно озвучивать хорошо известные ему факты, но совершенно неведомые непросвещённым товарищам. — Его нерождённого ребенка спас монстр, — пояснил причину своего раздражения Кесарий, — а он продолжает утеснять наши права? Спросил старшеклассник у своих собеседников, слегка подняв руки вверх над своим телом. Переведённого ученика подобный факт, конечно, удивил, но он не отвлёкся от основной мысли, что кружилась в его голове. — Зачем вы меня спасли? — после недолгой паузы спросил он. Марбасу было неудобно наблюдать за окружающими его личностями, ведь они старше него и, разумеется, выше, из-за чего ему приходилось смотреть на них с высоко поднятой головой. — Организация, что занимается отловом «иных», утесняет наши права, — вместо ответа на вопрос произнёс Кесарий. — Я хочу устроить революцию, — объявил своё намерение старшеклассник, — мы начнём борьбу за свою независимость. По довольному выражению лица Марбас понял, что студент зависим от этой идеи и что знает намного больше, чем озвучил сейчас перед небольшой аудиторией. Он, в отличии от Вавиля, предпочитал работать в тени и незаметно для всех достигать своей цели. — Война? — перефразировал красивые слова собеседника Марбас, объединив высокие цели в приземлённое и примитивное желание, что присущее всем живым существам на Земле. Марбас сдвинул брови ближе к переносице, так как он не был в восторге от этого намерения. — Нет, — вмиг отказал Кесарий и, казалось, разочаровался в возможном союзнике, что обобщил высшую цель, миссию до обычной человеческой борьбы за территорию и власть, — мы на это неспособны. Пока, — после недолгой паузы добавил он, — но существа восстанут, когда придёт время. Очередная фраза натолкнула подростка на мысль, что диктор не всё ему рассказывает, из-за чего Марбас косо посмотрел на подозрительного человека снизу вверх. — Какая у тебя способность? — поинтересовался переведённый ученик, который предполагал, что она является корнем этих намерений и повлияла на формирование характера обычного и непримечательного студента. — Секрет, — произнёс Кесарий, приложив к губам палец, разделяя лицо на две относительно ровные половины. Ожидаемо, но досадно. Из-за этого Марбас спустился на землю, хотя просто поник, получив от ворот поворот. Однако для «иных» подобный вопрос считается грубым, как спросить у девушки «сколько ей лет». Так что ожидаемо не получить откровенный ответ на этот вопрос. — Вас только двое? — Марбас решил сменить тему разговора, ведь по его предположениям эта себя изжила и из неё он не сможет ещё что-то выведать. — Нет, — без сомнения ответил Кесарий, теперь с интересом смотря на предполагаемого союзника, — трое. Марбас посмотрел сначала на высокого бесстрашного диктора, а после на нежную девушку, что привела его в это безобидное логово революционеров. — И кто последний? — спросил переведённый ученик, так как перед ним было всего лишь два затейника. — Вы скоро познакомитесь, — Кесарий кратко посмотрел назад, на приоткрытую дверь, и снова перевёл свой взгляд на низкого студента перед собой. — Ты, кстати, готов к нам присоединиться? Казалось невзначай спросил старшеклассник, чтобы получить ответ на вопрос, который изначально его интересовал. Марбас покачал головой из стороны в сторону, так как всё сказанное пусть и выглядело со стороны благородно, но по сути было простым ребячеством без возможности на удачный исход. — Не знаю, всё… то, что со мной произошло за последние двадцать четыре часа… слишком… ненормально. Мабрасу было сложно подобрать слова и тем более охарактеризовать ситуацию, в которой он вынужден незамедлительно дать ответ, не зная всей сути этой задумки. — Мальчик, — строго произнёс Кесарий, немного склонившись над новым союзником, при этом оперевшись ладонями о свои колени, — то, как люди обращаются с нами, — «ненормально». И мы это исправим. Так что, ты готов к нам присоединиться? Снова задал прямой, интересующий его вопрос старшеклассник. Марбас уже хотел ответить, но увидел, как из аудитории вышел ещё один ученик, что потирал красные сонные глаза слегка сжатым кулаком. — А, это… — поспешил пояснить Кесарий, когда заметил смену интереса своего собеседника, — Гармон. В отличии от нас, он единственный не знает природы своих способностей. И она очень нестабильная. — Привет, — протяжным грубым голосом произнёс Гармон. Последний участник этой маленькой компании опёрся на дверной косяк рукой, а после облокотился на него всем телом. — Кесарий, это новый союзник? Обратился он к лидеру этой небольшой шумной компашки с заоблачными целями. Гармон слишком отличался от товарищей. Отдельного внимания заслуживало крепкое телосложение, что подросток прятал за широкой толстовкой. Хотя даже эта одежка не скрыла его широких плеч. А рядом с невзрачными союзниками странный человек выглядел внушающе. Из-за капюшона выглядывала кучма коричневых кудрявых волос, немного светлей радужки глаз, с покрасневшей кожей вокруг них. — Пока не знаю, — так же неоднозначно произнёс старшеклассник, что снова посмотрел на возможного союзника. — Марбас, поможешь нам восстановить справедливость? Переведённый ученик по-прежнему считал их задумку самоубийством, однако разумные доводы подсказывали принять совершенно безрассудное решение. — Это лучше, чем сидеть на уроках, — Марбас нехотя признал подобную истину, а после, подняв на настойчивого собеседника глаза, сильно запрокинул голову назад, но теперь там он не ощутил жёсткой стены, в которую обычно упирался макушкой.