Помимо политики и приказов

Если бы окно, у которого так удобно устроилась Расия, выходило бы на восток, то, возможно, она проснулась бы от солнца и с шелушащимся носом. Но окно выходило на северную сторону, и потому её разбудил скрип двери и шевеление супруги в постели. Расия как сидела с книгой, так и уснула, почти не меняя позы. О том, что она проснулась, можно было догадаться лишь по тому, что она пару раз растерянно моргнула, прислушиваясь к шагам и голосам. — Госпожа, вам завтрак сюда принести или вы вниз спуститесь? — Сюда, — голос Дейлири быть чуть заспанный. — И подготовь дорожное платье. И, ммм, родители уже проснулись? — Про родителей ничего не знаю. Могу к ним зайти. — Ой, не надо, — чуть испуганно ответила Дейлири. — Проснутся сами — уж точно зайдут. То есть, не надо их беспокоить. До Расии не сразу дошло, что её и стул скрывает от обзора шкаф. Да и она не двигалась с самого пробуждения, так что, скорее всего, девушки даже не догадываются, что она тут спала. — Доброе утро, — поспешила подать голос Расия, чтобы не сделать ситуацию ещё более неловкой, чем она и так была. Обе девушки испуганно ойкнули и повернулись в её сторону. Осторожно встав и чувствуя неловкость, Расия потянулась и улыбнулась супруге. Менее испуганной Дейлири не стала, а вот её служанка, похоже, немного успокоилась. Боясь напугать девушек каким-либо лишним жестом или словом, Расия подошла к столу, положила книгу и направилась к двери. И только на пороге обернулась, вспомнив, что надо бы напомнить про планы на день. — Раз вы проснулись, то я пойду скажу, что можно собираться. Хорошо? — Хорошо, — ответила Дейлири, опустив взгляд и нервно прижимая к груди одеяло. Расия кивнула и вышла, прикрыв за собой дверь. Почему-то ей было необычайно мерзко, как будто она не приказ элаи исполняет, а собственноручно вырывает неокрепшего птенчика из гнезда. Спать хотелось ужасно. На улице оказалось достаточно солнечно, на небе не было ни облачка. Естественно, Расия забыла свои часы в палатке и не могла сориентироваться во времени. Могла только определить, что ныне несусветная рань и неплохо бы поспать ещё часа три. — Доброе утро, супруга гварнейской супруги! — Эри приветливо махнула рукой. — И тебе доброе, — зевнула Расия, подходя. Эри сунула в руки баночку с противоожоговой мазью, за что Расия была ей безмерно благодарна. Пока она намазывала нос и руки, Эри молчала, но стоило вернуть ей противоожоговую мазь, как её прорвало. — Ну как ночь? Всё ли хорошо прошло? Выспалась? — Вполне себе, — потянулась Расия, — стул был вполне удобен. — Так ты на стуле спала? Как так вышло? — Ну, как… кровать узкая, супруга спит. Вот я и решила посидеть на стуле. Когда выезжаем? — Как соберёмся. Мы с Онили поедем через северный мост. Он тоже хочет побыстрее домой попасть. Мы охрану у чёрного выхода ещё поставили на всякий случай. Помнишь, как вчера Лиро с отцом своей супруги разругался? Тот орал, что уроет… как там было… — Что он уроет этого сраного вампира, если с его дочерью хоть что-то плохое случится, — напомнила Расия и невольно улыбнулась. Несмотря на посыл, сцена была смешная. — Вот! Так Лиро хоть и поржал тогда, но на всякий случай выставил охрану у чёрного хода и ходит теперь мрачнее тучи. Я его спрашивала, как старого друга, что там как. Ну, все же видели что он потом с глазу на глаз с тем мужиком — забыла, как его зовут — говорил. И о чём — неизвестно. И Лиро мне не сказал, нехороший он гражданин. Но Лиро мне сказал, что у него был тройничок — он, значит, на полу сидел, супруга его спала, а отец супруги под дверью караулил и чуть какой шум возмущённо спрашивал, что это там Лиро с его дочерью делает. — А он с ней что-то делал? — без особого энтузиазма спросила Расия. — Нет, конечно! Но рассказал, что чисто ради смеха втихую накапал крови на простыню супруги. Ну ты же знаешь, у гварнейцев есть обычай — проверять простыни после первой брачной ночи. Ну, то есть, как втихую. Он у супруги своей спросил, не против ли она, а супруга… Расия завидела приближающуюся Имирию и приветливо махнула ей рукой. Эри замолкла с таким видом, словно только и ждёт приближение Имирии, чтобы разразиться новым потоком сплетен. Расия порадовалась, что настроение Эри за эти уже четыре дня наконец хоть немного улучшилось — до этого она по большей части молчала. — Доброе утро, — кивнула Имирия подходя. — Всё нормально? — Да. Когда планируем выезжать? — Как Онили соберётся, было бы неплохо. Мы уже свернулись и ждём вас. Твоя супруга собирается? — Да, — Расия понадеялась, что так в действительности происходит. — Кстати, а с твоей супругой едет служанка? — Эри выжидательно уставилась на растерянную от вопроса Расию. — А должна? — По идее, да. Все гварнейские супруги прихватывают с собой свою личную прислугу. — Нас не предупреждали что гварнейцев будет двое, — мгновенно помрачнела Имирия. — Расия, иди скажи своей… супруге, чтобы никаких служанок. Действительно, никто нигде не обмолвился, что к высокородным гварнейским детям прилагается личная гварнейская прислуга. Расия обдумала это, прежде чем ответить Имирии. — Если ей нужна личная прислуга, то пусть едет. Это мы возвращаемся домой, а леди Дейлири едет в незнакомую страну в незнакомое место. Если её оставить без уровня привычного ей комфорта — а подобные моменты мы все обсуждали с элаей — то мы усугубим ей период адаптации. Имирия недовольно поджала губы. — Я не могу с этим поспорить, хотя про прислугу всё ещё никто до этого не обмолвился! — Предлагаю спросить мин Таси о том, почему никто не предположил, что к стандартному уровню комфорта гварнейских детей относится наличие личной прислуги. — И где ты тут найдёшь мин Таси? Мин Таси и во дворце не найти, если она сама не захочет, — возразила Имирия и осмотрелась. Расия не сразу поняла, что высматривает Имирия. Но как только она высмотрела, что хотела, и двинулась, всё сразу стало понятно — под тем самым дубом, где вчера регистрировали брачные союзы, всё ещё стоял стол. И там сидела элая Мелина и отвечала на вопросы. Логично было предположить, что именно к ней направилась Имирия со своими претензиями. — Идём поучаствуем, — обратилась Расия к Эри и поспешила за своей элейной. — А у меня такая ба-айка… — разочарованно протянула Эри, впрочем, не спеша делиться этой байкой. Перед элаей Имирия встала, как подобает, прямо, кротко кивнула и спокойно спросила: — Элая Мелина, вы были в курсе о том, что к гварнейским супругам прилагается гварнейская прислуга? — Увы, — элая выглядела спокойной: казалось, ничто не могло её разозлить. — Наша ошибка, даже не подумали об этой стороне вопроса. Сказались слишком разные культурные традиции. — Хорошо, это следствие разных культур, — кивнула Имирия, всем своим видом показывая, что сейчас начнёт ругаться. — Но скажите, элая, если мы этого не знали, должны ли мы к себе домой брать гварнейскую прислугу вместе с гварнейскими супругами? Не слишком ли много гварнейцев? — Я изучила вопрос совместно с элеминой, элейной Ринаей и элейном… — Погодите! — повысила голос Имирия. — Но почему вы не позвали всех остальных элейн?! — Вероятно, потому что решение надо было принимать достаточно быстро. Элейн Мери уезжал раньше всех и хотел быстрее разобраться с ситуацией. Решение было… — Элая! Это достаточно важное обсуждение! Нельзя его проводить без участия всех! Я не собираюсь тащить в свой дом лишних гварнейцев! — Элейна Имирия! — также повысила голос элая. — Решение было принято единолично мной без лишних обсуждений, и на него не повлияло бы то, сколько элейнов при этом присутствовали! Извольте выслушать до конца, что я пытаюсь сказать! — Ладно, — Имирия уселась на стол, так как стул был предусмотрен только для элаи, и скрестила руки на груди. — Что вы там решили? — У высокородных гварнейцев действительно есть личная прислуга. Обычно это один гражданин, который помогает гварнейцу одеваться и следит за его бытом. Бывают исключения, но не очень много. Личная прислуга — действительно необходимый уровень комфорта для гварнейцев высокого происхождения, как и в принципе прислуга. Личная прислуга служит с достаточно юного возраста одному гражданину до собственного замужества или до смерти. Между прислугой и высокородным гварнейцем за это время возникает близкая привязанность. Потому было принято решение, что один гварнейский супруг может взять с собой в качестве прислуги одного гражданина, так как это действительно является необходимым для комфортного проживания высокородного гварнейца. Единственная проблема здесь заключается в том, что гражданин, исполняющий обязанность прислуги, может отказаться ехать. В таком случае я предлагаю в качестве альтернативного варианта нанять гражданина для личной прислуги в Нории. Естественно, содержание личной прислуги и обучение этих граждан будет оплачиваться из центральной казны. — Звучит отвратительно, — высказала своё мнение Имирия. — Нория так долго отходила от господско-прислуговых отношений, что тащить туда подобное кажется неразумным. Расия, сможешь сделать так, чтобы эти гварнейцы не попадались мне на глаза? — Сделаю, что смогу, — без особого энтузиазма кивнула Расия. Расии показалось, что элая хотела ещё что-то сказать, но не сказала. К тому, что Дейлири предпочитает ездить верхом, любуясь пейзажами, а не трястись в карете, сочувственно глядя на матушку, которую постоянно мутило в дороге, родители относились по-разному. Матушка неизменно охала и причитала, что как так, приличная девушка, дочь ландграфа, завидная невеста — и на лошади. Отец наоборот, радовался тому, что дщерь его не какая-то там размазня и в случае чего поскачет, как никто другой. И когда супруга сообщила, что все едут верхом, Дейлири только порадовалась и сразу же велела служанке доставать костюм для верховой езды. И как раз когда Дейлири паковала седельную сумку, в комнату ворвалась матушка вместе с своей служанкой. — Вещи-то твои так и не собрали! — охнула она вместо пожелания доброго утра. — Доброе утро. Желка уже почти всё собрала, матушка, — ответила Дейлири, проверяя, хорошо ли запакованы лекарства и не побьются ли склянки по дороге. — Так-то оно так, но ведь проверить надо всё ли взяли! Желка, Нести, давайте-ка ещё раз всё проверим. Желка и Нести начали проверять, действительно ли всё запаковали, матушка поминутно охала, сборы медленно превращались в хаос. — А что ты в костюме для верховой езды? — заметила-таки матушка одежду. — Разве не в упряжке поедете? — Верхом. — Да ты что! Да как же так! Разве супруга твоя не знает, что приличным леди подобает… В комнату вошёл отец и строго осмотрел весь хаос. Выглядел он так, словно не спал всю ночь. —…хотя, возможно, она просто не знает и надо ей об этом сказать! — продолжала причитать матушка. — Дорогой, ты слышал? Наша доченька верхом-то поедет! Да разве это возможно? — И хорошо, что верхом, — сказал отец. — В случае чего убежать сможет. Матушка в ужасе округлила глаза и приоткрыла рот и явно намеревалась обрушить шквал негодования. К счастью, её отвлекла Нести, которая как раз пыталась завернуть в бумагу белые сапожки. Матушка мгновенно переключилась обратно на сборы, рассказывая, куда что стоит положить или переложить. — Что здесь вообще происходит? — тихо спросил отец у Дейлири. — Матушка пришла, чтобы помочь собраться, — так же тихо ответила Дейлири. Хаос в комнате не утихал. Отец кивнул, коснулся локтя дочери и вышел. Покосившись на матушку, которая уже лично начала впихивать вещи обратно в сумки, Дейлири осторожно вышла из комнаты вслед за отцом. В коридоре было достаточно оживлённо — все собирались, кто-то бранился, кто-то пронёсся мимо Дейлири с ворохом тряпок. Отца в этом шумном месте не было, и Дейлири предположила, что он в комнате. Так и оказалось. — Таки едешь, — сказал отец, стоило только Дейлири прикрыть за собой дверь. — Да. — Ладно. Я обдумал всё ещё раз, — отец подошёл к столу и перебрал бумаги, — и решил, что, возможно, действительно судьба твоя такая. А раз так, то уж постарайся принести пользу. И протянул Дейлири лист бумаги. Видно было, что отец всю ночь размышлял, что же такого полезного может сделать Дейлири, и составил список того, что его дочь должна была узнать. — Ты с собой эту бумагу не бери. Сейчас запомни, — строго сказал отец. Дейлири присела на стул и ещё раз внимательно прочитала, что от неё хотел отец. — А если не получится? — Ты уж постарайся. Ты, Дейлири, девушка тихая, незаметная, на тебя никто особо внимания обращать не будет. Выведаешь всё и мне напиши. — Мы же больше не собираемся воевать с Норией. — Это уж как пойдёт, — загадочно сказал отец. Церковь учит, что надо слушаться своих родителей. Даже если кажется, что они неправы. И Дейлири подчинилась воле отца на сегодняшний день и запомнила всё, что он записал. Но сомневалась, что будет исполнять. Ведь только до замужества дочери должны подчиняться воле родителей.