Помимо политики и приказов

— Работаешь? — Онили приблизился и попытался заглянуть в лист, на котором Расия аккуратно писала. В движении, сидя на коне, заглядывать было сложно. — А что ещё делать, — ответила Расия, выводя на листе «…под мою ответственность…». — Решила написать доверенность на служанку супруги, пока время есть. — Точно! — хлопнул себя по лбу Онили и отъехал. Наверняка тоже писать доверенность. Лист был прикреплён к планшету, который Расия держала одной рукой вместе с поводьями. В другой она держала вечную ручку и задумчиво покусывала её кончик в момент задумчивости. Если с леди Дейлири всё было понятно, то у её служанки не было гварнейской фамилии. Потому Расия решила записать её на норийский манер как «мин Желка из дома Спекра» и размышляла, не будет ли это ошибкой. Для проверки ей бы пригодилось взглянуть в миграционные листы, но миграционных листов с собой, естественно, не было. Не выдержав собственной беспамятности, она подъехала к Имирии, тщательно подбирая слова для вопроса. Перебрав два десятка вариантов, Расия пришла к выводу, что вопрос Имирии по-любому не понравится и плюнула на вежливость. — Мири, солнышко, ты не помнишь, как у нас на границе мигрантов записывают? Просто имя или на норийский манер? — На норийский, — неожиданно спокойно ответила Имирия. — «Мин такой-то из дома» и дальше имя одного из родителей. Всё равно потом в паспорте имя по норийскому типу записывается, и лишней путаницы в документах не нужно. — Спасибо, — обрадовалась Расия и бодро стала дописывать доверенность. Но тут же в её голову закрались сомнения. — А леди Дейлири тогда как записать? — Хер знает, — честно ответила Имирия. — Нам сказали сохранить оригинальное гварнейское имя, и я не догадалась спросить, как в документах оно должно быть. Надеюсь, с элаей всё будет в порядке. Имирия перевела тему совсем неожиданно. Расия подозревала, что это мучает её с самого отъезда, и потому как пришлось к слову — так она и высказалась. Элая уезжала самой последней. На прямой вопрос Имирии, когда элая изволит ехать обратно в Норию, последовал ответ, что элае надо ещё кое-какие дела уладить на гварнейской стороне. После чего элае пришлось каждого элейна заверять, что с ней всё будет хорошо, охраны ей не надо, потому что личная есть, не надо никому оставаться и её ждать и всё такое. Онили и Имирия мгновенно придумали вселенский заговор, по которому на самом деле элая должна была изначально остаться в Гварне, но никому про это не сказала. — Всё нормально будет. Она же обратно как обычно поедет и дома будет ещё раньше нас. В ответ на это Имирия недовольно скривилась и покосилась на гварнейцев. Расия заранее положила с собой книгу, которую сейчас читала. В ней рассказывалось о вампире, который вначале попал в шторм, а потом — на необитаемый остров. На острове по каким-то невероятным причинам не работала магия, и главному герою приходилось нелегко. Он как раз смог построить себе шалаш, кое-как зафиксировал сломанную руку, добыл себе воду и фруктов. Но от отсутствия крови начал слабеть. Расия остановилась как раз на том моменте, где главный герой, ослабевший и простуженный, собрался идти охотиться. Она не сомневалась, что у него получится (до конца книги было ещё далеко), но ей было интересно, как именно он справится с этой сложной ситуацией. Книга должна была лежать в её седельной сумке, но её там не оказалось. Вместо неё лежал лёгкий любовный роман. Расия знала, что её седельную сумку собирала Эри, и подозревала, что девушка специально подложила не ту книгу. Делать было нечего, пришлось читать лёгкий любовный роман. Как в большинстве любовных романов, там была Она, обычная девушка, работающая официанткой в кофейне-кондитерской. И однажды она встретила Её, богатую торговку. Она в Неё, конечно же, влюбилась с первого взгляда, и Её вроде как Она интересовала. И началась захватывающая (нет) история их взаимоотношений с сексом, прогулками под луной, милыми подарками и бесконечным потоком соплей о том, как кто-то кого-то недостоин. На моменте, когда Она застала Её с каким-то мужиком (наверняка братом) и, проливая слёзы, шла под дождём, Расия не выдержала соплей и захлопнула книгу. На горизонте как раз появился мост через границу. Вначале Расия с радостью подумала о том, что наконец-то, ещё два часа, и они будут дома. Но потом вспомнила о просьбе элаи и о договорённости между элаей и элейнами, о военном совете и невольно застонала — в лучшем случае они доедут до дома завтра вечером. До постоялого двора доехали уже ночью. После границы Дейлири начала засыпать, но ей удалось продержаться до тёплой постели. Их с Желкой поместили в одну комнату с двумя односпальными кроватями. Первое, что хотелось сделать Дейлири после целого дня пути, — умыться и растянуться на кровати. — Госпожа, подойдите, пожалуйста, сюда, — стоило Дейлири сесть на стул, как её тут же окликнула служанка. Пришлось вставать и идти на голос. В комнате постоялого двора оказалась ещё одна маленькая комнатка с туалетом и чем-то, название чего Дейлири вспомнила не сразу по той причине, что таких штук в Гварне не было — все мылись или в бане, или в ванне. — Это душ, — определила Дейлири. — Их на западе ставят. Как кран, только не для рук, а для всего тела. — А вода откуда идёт? — Желка посмотрела на Дейлири с лёгким осуждением. Как будто Дейлири могла понять, что именно смущает девушку. Оглядев конструкцию, Дейлири уверенно указала на два вентиля. — Хорошо, — сказала Желка, — но почему их два? Этого Дейлири не знала и решила узнать экспериментальным путём, повернув тот, на котором была оранжевая метка. Как повернула — так и поспешила повернуть обратно, чуть не обжёгшись водой. Решив, что по логике если оранжевый — горячий, то светло-голубой должен быть не горячим, Дейлири повернула второй вентиль. На этот раз она была недостаточно расторопна и облила себя холодной водой. — Поздравляю, госпожа, — с долей ехидства в голосе сказала Желка. — Теперь вашу одежду придётся сушить. — Не так сильно она и намокла, до утра высохнет, — спокойно ответила Дейлири и с интересом глянула на систему. В Гварне водопровод тоже использовался, но там был отдельный кран для холодной воды и отдельный для горячей. Она бы предположила, что в такой конструкции горячая и холодная должны были бы смешиваться в неком резервуаре, и тогда должен был быть третий вентиль — для подачи тёплой воды. Но ни резервуара, ни третьего вентиля не было. Встав так, чтобы новый поток воды не промочил одежду окончательно, Дейлири повернула вначале вентиль для холодной воды, а затем — для горячей. Следующее открытие которое она сделала — температуру можно было регулировать в зависимости от того, как сильно открыт вентиль для той или иной воды. Закрыв оба вентиля, Дейлири повернулась к Желке и попросила: — Сходи, пожалуйста, выясни, сколько горячей воды есть. Желка кивнула и вышла из комнаты. Оставшись в одиночестве, Дейлири умылась из раковины (на которой был отдельный кран, но с такой же системой подачи воды) и уже хотела пойти искать своё ночное платье, как вернулась крайне озадаченная Желка. — Говорят, — голос её был ещё более озадачен, чем вид, — что горячая вода без ограничения. Якобы холодную прямо в трубах подогревают, пока она идёт. Дейлири не смогла сразу представить, как это технически может быть возможно, однако сильно этим заинтересовалась и даже решила, что об этом стоит написать матушке. — Хорошо. Достань тогда моё ночное платье и помоги раздеться. Нет, вначале раздеться, а потом ночное платье. Смыв с себя дорожную пыль, Дейлири сама распустила свои волосы из тугого пучка и присела на стул. Следовало помолиться перед сном, но сил никаких не было. Желка подскочила и взяла волосы Дейлири в свои руки. — Что ты делаешь? — Косу вам заплетаю. С косой-то вы можете спать, госпожа, а мне, между прочим, утром будет легче вас расчесать. Никаких возражений со стороны Дейлири не последовало. — Ты действительно не против того, что поехала со мной? — Конечно, нет! — жарко заверила Желка. — Тогда почему всё госпожой и госпожой называешь? — поинтересовалась Дейлири. Она бы и посмотрела внимательно, да неудобно было поворачиваться. — Так у вампиров слух знаете какой, — зашептала Желка. — А ну как не обращусь к тебе как полагается — так и четвертуют?! Дейлири казалось, что Желка преувеличивает. Но спорить не стала — нравится ей её постоянно госпожой звать и пусть. Закончив с волосами, Желка мгновенно уединилась в комнате с душем, и оттуда послышался шум воды. А Дейлири почувствовала, как её голова начинает болеть. Заставив себя встать со стула, она заглянула в седельную сумку, в которую совершенно точно убирала самое необходимое. К своему удивлению, лекарств она не увидела. Голова начинала болеть всё сильнее. Дейлири ещё раз перебрала все вещи, не нашла лекарств и встала. К головной боли добавилось головокружение, и, не в силах стоять, девушка села на стул. Закрыв глаза, Дейлири пальцами потёрла виски и обнаружила, что легче не становится. И тут раздался стук в дверь. — Открыто, — крикнула Дейлири, не открывая глаз. Дверь скрипнула, и раздался голос супруги: — Я только уточнить хотела, вам с Желкой ужин сюда подать или вы спуститесь? — Сюда, — ответила Дейлири. Подумав, добавила: — Я не буду ужинать. — Как так, весь день же не ели, — в голосе супруги послышалась грусть. — Тебе нужна помощь? Голос Расии раздался совсем рядом, так что Дейлири даже вздрогнула. Она совершенно не слышала шагов супруги, но была уверена, что до этого она говорила от двери — а теперь Расия стояла совсем близко. Для этого могло быть только одно объяснение — шаги супруги заглушал шум воды. — Нет, — ответ сам вырвался до того, как Дейлири успела его обдумать. А подумав, всё-таки добавила: — Хотя, наверное, да. У вас найдутся обезболивающие? И всё-таки открыла глаза. Супруга стояла рядом. Поднимать голову, чтобы посмотреть на её лицо, не было никаких сил, и Дейлири видела её не выше пояса. Но по кольцам на пальцах она определила, что это действительно элемина Расия. — Найдётся. Что болит? — Голова, — Дейлири удержалась от того, чтобы застонать, хотя единственное, что сейчас хотела, — это стонать от боли. — Ещё что-то болит? — Нет. — А температура… — рука с кольцами потянулась ко лбу Дейлири и замерла, так его и не коснувшись. — Можно потрогать? Дейлири была готова на что угодно, лишь бы ей стало легче. Она смогла выдавить из себя «да». Расия положила свою руку на лоб, и Дейлири почувствовала, как её рука холодна. Она сразу подумала, что, видимо, температура высокая. — Обычная, — вынесла вердикт Расия и убрала свою руку. — Сейчас принесу обезболивающее. Едва Расия вышла из комнаты, как Дейлири закрыла глаза и спрятала лицо в ладони. Голова по ощущениям пульсировала и готова была взорваться, как ягодный пирог в духовке. Вода в комнате с душем перестала шуметь и почти одновременно с этим скрипнула дверь. Дейлири опять не услышала, как её супруга подошла к столу, и поняла это лишь по голосу. — Ты молоко пьёшь? — Нет, — ответила Дейлири. — Не люблю. — Тогда бутерброд съешь. Не поешь — легче не станет. Дейлири пришлось отнять голову от ладоней. Она взяла бутерброд, думая, что будет им давиться, но, к своему удивлению, съела его быстро и даже не отказалась бы ещё от одного. В это время Расия налила в стакан воды, высыпала туда порошок из бумажного кулька и перемешала. Убедившись, что бутерброд в Дейлири, протянула стакан. Дейлири сделала первый глоток и невольно скривилась, чувствуя горький вкус. — Пей до конца, — велела супруга. — В течении получаса подействует. Дейлири кивнула. Она в любом случае выпила бы до конца, просто ей надо было подготовиться. Зажмурившись и стараясь не дышать, Дейлири выпила всё лекарство до конца. Она откинулась на стул и прикрыла глаза. Голова продолжала болеть. — Дейлири, тебе надо спать лечь, — раздался голос Расии. — Да, — ответила Дейлири. — Я сейчас посижу и лягу. Неожиданно на её голову легли руки, которые предположительно принадлежали супруге. Пальцы рук начали нежно разминать кожу головы, и это оказалось очень приятно. А ещё от этого боль стала меньше. — Стало полегче? — спросила Расия, останавливаясь. — Да, спасибо, — улыбнулась Дейлири. — Вот и хорошо. А теперь вставай и ложись в постель. Расия потянула Дейлири за руку и пришлось подчиниться. Путь до кровати оказался смазан из-за всё ещё не прошедшего головокружения. Оказавшись в постели, Дейлири кое-как забралась под одеяло. Супруга неожиданно сама укрыла Дейлири, подоткнула одеяло и опять потрогала лоб своей прохладной рукой. — Спасибо, — прошептала Дейлири. — Не за что, — ответила Расия. Помедлив, сказала: — Тебе спасибо. — За что? Дейлири не помнила, чтобы сделала что-то, за что супруга могла бы её благодарить. Она попыталась это сделать, но усталость и уходящая головная боль мешали этому. Расия лишь вздохнула и неожиданно наклонилась и коснулась своими губами лба Дейлири. Губы оказались теплее ладони. Дейлири неожиданно поняла, что этот жест не был страшным (как можно было бы подумать), он был просто неожиданным и, возможно, хотелось бы, чтобы он повторился. — Спокойной ночи, — сказала супруга. — Спокойной ночи, — Дейлири закрыла глаза. Ей было сложно уснуть, пока рядом сидела Расия. Они же почти не знакомы, и от этого становилось как-то неловко. К счастью, Расию окликнули из коридора. Она встала с кровати, затем Дейлири услышала, как скрипнула дверь, и голос Эри спросил у Расии что-то про кровь. Дверь закрылась. Приоткрыв глаза, Дейлири убедилась что осталась одна. Желка наконец перестала прятаться в комнате с душем и вышла, осторожно оглядываясь. Закрыв глаза, Дейлири, не вставая с постели, произнесла вечернюю молитву. — Как там твоя супруга? — Нормально, — ответила Расия, прикидывая, сколько еды надо поставить на поднос. — Когда я уходила, она засыпала. — Так что с ней случилось? Простудилась? Понос? Что-то ещё? — Эри с таким волнением спрашивала, словно это была её супруга. Расия не успела ничего ответить так как в разговор неожиданно вмешался супруг Онили (Ханет, кажется). — Простите, я случайно услышал ваш разговор. С леди Дейлири что-то случилось? Выглядел и говорил он куда более обеспокоенно, чем Эри, и Расия в принципе это понимала. — Всё в порядке, — ответила Расия сразу обоим, ставя тарелку с салатом на поднос и решая, что полторы порции ужина достаточно. — Просто головная боль от усталости. Поспит и всё пройдёт. Слышала, Эри? — Расия на всякий случай строго глянула на сесевире. — Завтра никаких ранних подъёмов, надо дать Дейлири выспаться. — Дейлири очень рано встаёт, — неожиданно сказал супруг Онили. — Может и до рассвета подняться. Расия прикинула, сколько обычно спят люди и во сколько надо лечь, чтобы встать до рассвета. — Тогда точно от усталости. Но всё равно надо дать ей выспаться. Спасибо, — Расия улыбнулась супругу Онили, силясь вспомнить, точно ли его Ханет зовут или она что-то путает. — Не за что, — кивнул супруг Онили и отошёл. Расия взяла поднос и пошла наверх к комнатам. Эри увязалась следом. — Слушай, так ты про кровь не ответила. Тут только волчья и куриная. Пить-то какую будем? — Мне куриную. — Но куриная с вином!.. — застонала Эри. — Давай без вина, — поморщилась Расия. — До дома доедем и тогда уже выпьем. — Ну нет, — из-за угла вынырнула Имирия. — Давай сегодня. Я страсть как хочу наконец нормально выпить. А то по просьбе Мелины четыре дня только и делали, что вежливо улыбались и старательно не демонстрировали, что мы вообще-то кровь пьём. А какой алкоголь без крови? И вообще, наконец-то до Нории доехали, уже почти дома! Расия улыбнулась. Имирии она не могла отказать. — Хорошо. Только еду занесу.