Возрождение Саида Рашида

- Чтож, - девушка откинула огненный локон за спину и пригубила вино, - ничего удивительного, ведь они и сами жили в аду. Вы никогда не задумывались, что женщины, вынужденные делить между собой мужа, глубоко несчастны? Вы скажете, что в вашей вере так принято и что ваши жёны в вашем доме всем обеспечены... - Это так. - Не сомневаюсь. Однако что они чувствуют, какие эмоции испытывают, борясь за ваше внимание? Вам не кажется, что все те оскорбления, которые они бросали друг - другу, назначались вам, просто высказать их вам они не осмелились? Мы, бразильянки, не настолько кротки и безропотны, как ваши женщины и если нам что то в отношениях не нравится, мы говорим это прямо. Судя по тому, что ваша возлюбленная нашла в себе силы и смелость идти за своим счастьем, я могу предположить, что она воспитание получила здесь. Да и что может быть ужаснее, чем насильственное замужество? Я верю, что вы очень любили её, но её собственные чувства вас, судя по вашему рассказу, не особо интересовали. Я никогда не соглашусь на отношения с мужчиной, которому будет все равно, что испытываю я, а главное - его собственные эмоции. Даже если смертельно влюблюсь. Саид надолго задумался, теребя в руках вилку. Слова собеседницы крепко засели в его уме. Он никогда не смотрел на своих женщин и родственников с той точки зрения, на которую навела его Изисинья. Получалась неприглядная картина - всю жизнь считая, что поступает правильно и справедливо, мужчина по сути мучил своих женщин и как результат, мучился сам. В этот момент в душе Саида пошатнулась вера в истинность учения пророка. Если пророк учил, что полигамия благословенна, а на самом деле, женщины в полигамном браке страдают, от вынужденного пожизненного соперничества, то прав ли пророк или это просто желание мужчины обладать многими женщинами? На ум пришёл пример Мохаммеда и Латифы, которые всю жизнь живут друг - другом и счастливы. Дядя Али был четырежды женат, но счастье обрёл только с одной женой - Зораиде. А он был мужем трёх женщин, но оказался настолько несчастным, что в один прекрасный день оказался на крыше двадцати этажного дома, собираясь спрыгнуть вниз. На той крыше... - Сеньорита Изис, я вот всё думаю, как так случилось, что вы в день, когда я хотел свести счёты с жизнью, оказались на той крыше? Даже если бы вы увидели меня, стоящего у края, снизу, вы не успели бы даже доехать на лифте, чтобы остановить меня от последнего шага. - Видете ли, ничего странного в этом нет. Это мой маленький обычай, который я придумала сама. Каждое утро, перед тем, как идти в хоспис, я поднимаюсь на крышу этого дома и молюсь Пресвятой Деве о здоровье наших малюток. Так было и тогда - я поднялась на крышу и начала молитву, когда увидела, как выходите на неё вы. Сперва я подумала, что вы тоже молитесь, вы были настолько поглощены своими мыслями, что не заметили меня на противоположной стороне, но потом я поняла ваше намерение покончить с собой и бросилась вас спасать. Вот так всё и было. И я очень рада, что сделала это. Подумать только, если бы вы тогда осуществили своё желание, бедные дети остались бы без анестезии, лекарств и были бы выброшены на улицу! Вас послал нам сам Господь! Девушка порывисто наклонилась к Саиду и глядя ему в глаза, обхватила его руки своими. Саид почувствовал, как по его рукам пошел ток и привстав, наклонился и поцеловал эмоциональную красавицу в губы. Она ответила, Сладкий, как нектар райского персика поцелуй, продлился несколько минут, когда Изис, словно пройдя в себя, отстранилась и смущённо отвела взгляд. Остаток вечера они сидели молча, он обдумывая разговор и тайком разглядывая прекрасную спутницу, она - стыдливо опустив глаза и коря себя последними словами за необдуманный поступок, не смотря на то, что поцелуй всё горел на её губах и его вкус сводил с ума, заставляя мечтать о повторении. Поздно вечером, марокканец проводил девушку домой, на крыльцо старого, бедняцкого дома и хотя безумно хотел сорвать ещё один поцелуй, на прощание, но видя её смущение, так и не посмел. Лишь пожал нежную девичью руку и развернувшись, быстрыми шагами пошел к своей гостинице.