Принц на выданье

      Принц, держа перед собой меч, крался по винтовой лестнице к самой вершине башни — в покои принцессы. При этом юношу, безусловно, очень смущал тот факт, что он до сих пор не встретил дракона. Это могло означать только одно — огнедышащий защитник королевской чести прячется где-то поблизости и в любой момент может напасть из-за угла. Однако пока всё было спокойно и тихо. Подозрительно спокойно и тихо.       Подниматься было тяжело, и не в последнюю очередь из-за громоздких доспехов, которые заботливая матушка всучила принцу перед самым отъездом. Король-отец, конечно, пытался возражать, убеждая «эту глупую женщину», что настоящий мужик справится и без всяких там железяк. Но вы же знаете мам — они никогда не отпустят своё дитятко сражаться с драконом, не сопроводив его положенной долей нравоучений, ценных указаний и, конечно, же дополнительных слоёв защиты. Хорошо хоть шапку не заставила надевать. В общем, пришлось принцу послушно заклепаться в латы. Правда, знакомый кузнец сделал для них специальные застёжки, так что, когда юноше совсем надоело тащить на себе эту тяжесть, он просто выскользнул из этой горы железа, как уж, и оставил большую часть доспехов прямо посреди лестницы. От драконьего пламени и когтей они всё равно бы не спасли, а в лёгкой кольчужке уклоняться будет как-то сподручнее.       Примерно на тридцатом лестничном пролёте принц устроил маленький отдых, перекусив предусмотрительно положенными маменькой в сумку пирожками с мясом. Перед новым забегом по ступеням юный воин достал из-за пазухи нарисованный королевским художником портрет принцессы. Хороша была, чертовка, необыкновенно. Даже если сделать поправку на придворный статус живописца, привыкшего подхалимничать.       Вообще, вся эта авантюра с башней и драконом — исключительно дань традициям. В приличных современных королевских семьях уже давно отринули всю эту архаику и спокойно похищают невест прямо из спален. И мороки меньше, и сразу можно во всей красоте рассмотреть «товар». Но нет же, старший принц самого обширного на континенте государства просто обязан держать марку. Поэтому, когда восемнадцать лет назад королевы двух соседних держав почти одновременно забеременели, их мужья сразу уговорились, что организуют всё как положено. Юную принцессу с детства держали в башне, куда к ней водили учителей и доставляли необходимую литературу, а принца учили верховой езде и обращению с клинком, дабы не посрамил в ответственный момент отцову честь.       Разумеется, к своему совершеннолетию принц уже успел всех дворовых девок изучить и даже к лекарю пару раз бегал, чтоб тот ему спринцовочки поделал, однако принцесса — это же принцесса! Так что пылал наш юный герой романтизмом так, что аж за версту было видать. Опять же, родителей подводить не хотелось.       Мечтая о прекрасной деве, дошёл-таки принц до деревянной двери, ведущей в обитель его наречённой супруги. А дракона меж тем было всё не видать…       В узком коридорчике ящеру явно было делать совершенно нечего, так что «спаситель несчастных барышень» спрятал меч в ножны и уверенно постучался.       Не получив ответа, принц постучался ещё раз и тут же прислонил ухо к двери. Услышал лёгкий суетливый топоток (тут же представил эти ножки — от маленьких ступней до аккуратных коленок и выше, прямо до… кхм-кхм…). Затем ещё какой-то шорох. Юбок, скорее всего.       Постучал будущий король и в третий раз. «Что ж у нас как в театре-то? Три звонка уже было!» — подумал он про себя немного раздражённо. И, наконец, решив, что больше ждать не будет, распахнул дверь, чтобы… столкнуться нос к носу с каким-то парнем. Тот испуганно отскочил назад и забегал глазками по комнате.       — Это ещё что такое? — возмутился принц, мигом вообразив самое страшное — что его принцессу уже пришёл спасать другой принц. И даже, возможно… кхм-кхм… спас пару раз. — Это моя принцесса, и я её спасаю! — заявил он и выставил вперёд вновь обнажённый по такому случаю меч.       — Э-э-э! Спокойнее, дружище! Я всё понял и не возражаю. Ты только остынь! — забормотал соперник, вскинув руки. — Давай ты сейчас спрячешь свой острый ножик для грибов, и мы с тобой всё тихо-мирно обсудим.       — Почему это я должен с тобой говорить? И вообще — где принцесса?! — призвал мерзавца к ответу горящий справедливым негодованием принц.       — Кхм-кхм… ну… — стоящий напротив парень немного порозовел и смущённо завозил носком по полу. — Ну как бы я принцесса.       — Чего?! — вытаращил глаза принц.       — Просто папа всегда хотел девочку… — ещё больше покраснел юноша. — А родился я.       Шокированный принц опустил клинок.       — Но был же уговор…       — Вот из-за него так и вышло.       — Ничего не понимаю! Если родился парень вместо девки — почему нельзя было сразу об этом сказать? — принц непонимающе затряс головой.       — Ну как-то неловко бы вышло… — ответил парень, не поднимая глаз.       — А сейчас, значит, всё в порядке?! — закричал принц.       — Ну мы же можем хотя бы попробовать… — парень наконец посмотрел на своего «спасителя». Глаза у него оказались просто огромными, да ещё и небесно-голубыми. Прямо как принц любил. Да и волосы у его «невесты» были тёмные, длинные, слегка вьющиеся — как у девушки. Даже одежда принца не смущала — по новой моде многие барышни начали ходить в брюках. Одна беда — гульфик у «принцессевых» брюк был о-о-очень впечатляющим…       — Стоп! А где дракон? — вдруг вспомнил принц, жутко краснея и отводя глаза в сторону.       — Умер. Он старый был, — просто ответил юноша. — Я, кстати, Рин.       — Лиам, — коротко представился принц, после некоторой заминки пожав руку «товарищу». — Ты мне скажи. Ладно ещё, уговор, традиции, все дела. Но ведь детей-то у нас по определению быть не может! — вернулся он к самой острой проблеме.       — То есть, в общем и целом, ты не против моей кандидатуры? — хитро сощурился Рин.       — Да блин, не о том речь! Я всё понять пытаюсь, о чём твои предки думали! — взбеленился Лиам.       — Эх! Кабы я это понять мог… — с тоской вздохнул юноша.       — А как нам это перед народом представить? Может, лучше скажем, что принцессу дракон съел? Или инфекция какая-нибудь её подкосила… — с надеждой предложил Лиам.       — А мне что прикажешь делать тогда? — резонно возразил Рин. — Сухари сушить?       — Нда, фиговый расклад… — принц плюхнулся на кровать рядом с «прекрасной девой».       Молодой человек погрузился в свои невесёлые мысли и не сразу заметил, как ему на колено осторожно легла чужая рука. Рука же на этом не остановилась, а поползла выше, к шнуровке штанов…       — Э-э-э! Ты что делаешь? — Лиам отпрыгнул от парня, забравшись с ногами на матрас. А тот и не думал оправдываться. Вместо этого Рин тоже залез на кровать и на четвереньках пополз за своим «суженым», пресекая все его попытки сбежать. — Мама! — пискнул принц, когда его прижали к стене.       — Мама дома сидит, ждёт твоего возвращения со «второй половинкой», — низко прошептал Рин, забираясь руками под рубашку принца.       — Ты извращенец, что ли? — возмутился Лиам, пытаясь прекратить наглые поползновения. Но куда там!       — Нет, просто секса хочется — страх как! — Рин придавил ноги принца коленями, а сам, почти не обращая внимания на сопротивление, стащил с него камзол вместе с рубашкой. Лиама с детства учили драться, однако к такой «суперпозиции» его как-то не готовили. Рин же тем временем принялся покрывать шею и грудь принца жаркими поцелуями, водя руками по его животу и спине. От такой настойчивой ласки Лиам немного размяк и даже начал получать удовольствие. Пока не почувствовал, что его «невеста» возбуждена и явно опасна.       — Куда?! — попытавшегося уползти принца за ноги притянули назад, попутно наполовину стянув с него штаны. На достигнутом Рин не остановился и закончил раздевать своего героя буквально одним рывком.       — Прекрати сейчас же! Я не хочу! — вновь попытался ускользнуть Лиам, но его силой прижали к кровати. Рин навалился сверху и, ехидно щурясь, заметил:       — Вижу я, как ты не хочешь. Чтоб я так лет до ста «не хотел»!       Принц от смущения покраснел от пальцев на ногах до корней волос. И тут же испуганно зажмурил глаза, когда Рин начал раздеваться сам. Он-то, конечно, порядком возбудился от всех этих поглаживаний да поцелуйчиков, но… с парнем? Фу!       — Ты лучше расслабься, спаситель мой, — посоветовал Рин, и Лиам широко распахнул глаза, сообразив, к чему ведёт этот паршивец. А тот с самым невозмутимым видом как раз облизывал себе пальцы. Принц сначала не понял, что он собирается делать, ведь такого опыта у него ещё не было. Однако следующие действия наглядно показали, что именно здесь делается и зачем.       — Эй, больно! — закричал Лиам, когда Рин ввёл в него палец. Юноша весь напрягся и застыл, пот тёк просто градом, делая его похожим на мокрую мышь.       — А я тебе говорю — расслабься, — прошептал Рин, склоняясь к самому лицу Лиама и одновременно добавляя второй палец. Принц зашипел от болезненного ощущения, но Рин именно в этот момент принялся тереться своим пахом об его, заставляя чуть опавший член принца снова встать. Лиам постарался сделать, как было велено, расслабляя все мышцы. Рин закинул одну ногу принца себе на пояс и подложил ему под спину подушку для удобства. Закусив губу и глядя Лиаму в лицо, Рин принялся массировать и растягивать его, готовя под себя. Пару раз он намеренно задевал простату, так что принцу как-то даже расхотелось сопротивляться. Наконец, сочтя, что Лиам достаточно растянут, Рин вытащил пальцы и ненадолго опустил принца на матрас, одновременно притягивая его лицо к своему члену:       — Оближи.       — Чего? — снова попытался возмутиться принц.       — Ну я и на сухую могу…       — Понял-понял! — испуганно закивал головой Лиам и, морщась с непривычки, осторожно попытался целиком взять в рот чужой член. Естественно, ничего у него не получилось, поэтому принц отказался от этой идеи и начал его просто облизывать, стараясь как можно лучше смочить всё своей слюной. В конце концов, для себя же старался.       Рин отпустил голову принца, и тот со вздохом облегчения откинулся назад, обречённо ожидая, что будет дальше. На этот раз Рин заставил принца обхватить себя обеими ногами и, не торопясь, вошёл в него. Лиам снова сжался от боли, и тогда Рин начал целовать его грудь, животом задевая возбуждённую плоть. Принц постарался свыкнуться с новыми ощущениями и расслабиться. Почувствовав это, Рин, больше не осторожничая, задвигался, почти полностью выходя каждый раз и затем с силой вдавливая принца в кровать. Он неплохо знал мужскую анатомию, поэтому очень скоро стоны боли сменились стонами наслаждения, и Лиам стал сам сжиматься, принимая в себя член любовника, чтобы доставить ему ответное удовольствие, и притягивая Рина к себе крепко сжатыми ногами.       В комнате становилось жарко, тяжёлое дыхание и стоны через приоткрытую дверь спальни доносились в коридор и оттуда, отражаясь в каменных стенах, разлетались по всей башне.       Рин взялся рукой за член принца и довольно грубыми движениями помог ему кончить, хотя сам явно не собирался прерываться. Напротив — он всё сильнее и глубже проникал в парня, заставляя того полнее чувствовать своё подчинённое положение и принуждая его угождать верхнему, чтобы поскорее избавиться от боли. Наконец, Рин счёл, что уже достаточно измотал принца, и, прекратив сдерживаться, обильно кончил прямо в него.       — В следующий... раз… я... сверху… — сбивчиво пробормотал Лиам, поворачиваясь к довольному Рину, когда тот повалился на подушки.       — То есть ты не возражаешь против повторения? — ехидно улыбнувшись, спросил Рин.       — Повторения? Да после случившегося ты просто обязан на мне жениться! — возмутился принц.       — О-о-о, с удовольствием! — притягивая парня к себе, протянул Рин. — И супружеский долг ты мне будешь отдавать каждый день!

***

      — Ну, папа!       — Сама виновата!       — Но у нас же был уговор!       — А вот нечего было на танцы в соседнюю деревню мотаться. Сама же и упустила своего принца!       — Да кто ж знал, что он на дракона польстится?       — Вот-вот. Такого самца-производителя упустила — даже дракона завалил…       — Но Лиам же мой принц! Скажи им! Заставь их!       — Прости, дочка, но теперь уже не могу — они же жениться собираются.       — Но они же парни! Им нельзя! Как священник это вообще допустил?       — Ну он тоже пытался им это объяснить. Но тридцатиметровый огнедышащий ящер, вежливо просящий подумать… знаешь, я святого отца ни в чём не виню.       — Ну, папа!!!       — Зато теперь у тебя есть сразу два лучших друга девушек!       — А жених?!       — Не знаю… Вон, у соседей дочка подросла — может, подумаешь?..