странный

      я прихожу к тебе по средам и пятницам. сегодня суббота. но я здесь, потому что не могу выкинуть тебя из головы. ты въелся мне в голову со своими очаровательными странностями, шикарными ногами и любовью к убийствам. я недавно видел, как ты перерезаешь глотку какой-то девочке, предварительно успев накачать её морфином, ей было всего лет 16 на вид. а потом ты разрубил её на части. зрелище не из приятных, особенно когда ловишь на себе последний мимолётный взгляд очередной жертвы, полный мольбы и надежды, но ничего не можешь сделать.       ты делаешь это в ванной, прямо в своей небольшой квартире, и никогда её не моешь. некогда белый кафель полностью в крови и она стекает по стенам, а соседей абсолютно не смущают крики и запах трупов. будто они там сами уже сдохли. а может они просто до усрачки боятся соседа с топором. но тебя не надо боятся, своих ты не тронешь, я знаю. иначе бы не был сейчас жив.       ты разделываешь тело обычно аккуратно, следя за каждым движением. за тем, как тесак медленно прорезает кожу и как распиливает кости. меня тошнит от запаха, но ты постоянно пшыкаешь всё освежителем, чтоб мне было не противно, но вообще запах трупов не очень сочетается с альпийской свежестью за 50 рублей.       однако стоит мне зайти в квартиру (дверь всегда открыта, заходите, кто хотите, что называется), как я слышу чавкающие звуки удара ножом по мясу из ванной и твой громкий мат. ты кромсаешь ножом, которым обычно режешь еду, ногу бедной девочки, которая уже покрылась трупными пятнами. я подхожу к тебе со спины и вжимаюсь грудью. твоя футболка вся насквозь потная и в крови, а ещё кажется в яблочном соке. ты, похоже, опять надел её задом наперед.       ты на секунду останавливаешься и оборачиваешься на меня, насколько позволяет поза. твои зрачки сильно расширены, похоже ты под коксом. ну спасибо господи, что хоть не метадон, как в прошлый раз. — сегодня суббота, что ты тут забыл? - ты откладываешь нож и отрываешь кусочек мышцы с лодыжки, а потом начинаешь его жевать. меня почти скручивает от этого зрелища вкупе с запахом, но ты лишь улыбаешься, а потом полностью поворачиваешься ко мне.       у меня спирает дыхание, а где-то внизу живота скапливается моя отчаянная любовь к тебе, переростая в платоническую. ты знаешь, что я люблю тебя (я говорю это тебе каждый день, вместо типичного "доброго утра", а про себя прокручиваю эти слова ещё несколько раз), что если тебя посадят, то я не переживу этого. но ты ухмыляешься на эти слова и треплешь меня кровавой ладонью по волосам, зная как меня провоцирует любая твоя ласка.       ты смотришь нежно, как на свои самые любимые трупы, чьи черепа хранишь в нижнем левом шкафчике на кухне. но меня ты не любишь, хотя как-то сказал, что добавил бы меня в свою коллекцию. мне никогда в жизни ты не говорил ничего откровеннее и я посчитал это ответным признанием, но ты любишь только трупы, а я даже не во френдзоне.       сейчас я даже на секунду представляю, будто мы нормальные, как обычная пара с собакой, которую мы выгуливаем вдвоём с мороженным в руках из макдака. как ты целуешь меня перед работой, а я вечером приношу тебе твои любимые сладости, чтобы под них посмотреть дебильный сериал. но всё это, конечно, лишь мои мечты.       на деле ты ебнутый на всю голову убийца, на счёту которого трупов 25, а я влюблённый по уши и не замечающий в тебе самых жутких вещей, которые вот они, на самом виду. но в этом есть своя романтика, верно? собака и мороженое это невероятно для такого, как ты. скорее у нас будет лежать труп несчастной псины, а ты будешь делать "фруктовый" лёд из замороженной крови, разбавленной водкой (вот, что такое кровавая мэри, а не эта херня с соком). а потом ещё будешь пошло запихивать лёд за щёку и водить по нему языком, просто потому что тебе нравится дразнить меня, зная, что я не могу даже дотронуться до тебя лишний раз без твоего разрешения.       и сейчас ты делаешь то же самое, облизываешь губы с явным намёком и дышишь мне прямо в лицо. у меня еле хватает выдержки, чтоб не выебать тебя прямо в этой чёртовой ванной, рядом с отрубленной ногой 16-тилетки. однако ты обдолбан и до тебя это не доходит, ты продолжаешь дышать мне в губы, запуская окровавленные руки под футболку. — я.. я просто ну, шёл мимо, решил з-зайти.. — извини, я пойду н-наверное. - я отталкиваю тебя, хотя мне неебически хотелось поцеловать тебя, но совесть не позволяет. точнее, мой инстинкт самосохранения. потому что тот нож, который ты отложил, может оказаться у меня в печени, за любое неверное движение. но ты дуешься и крепко держишь меня за запястье.       я уже давно научился держать себя в руках, выучил все твои 17 видов настроения и при каком как нужно себя вести. потому что я помню, что ты сделал с девушкой, которая обматерила тебя в кафе за то, что ты пролил немного кофе на её оригинальный хилфигер. мне не хочется быть отданным на съедение псинам, поэтому я держусь. а ещё я знаю, что когда ты обдолбанный, то готов сам раздвинуть ноги, но я ни за что не должен поддаваться, иначе я потеряю твоё доверие и жизнь.       хотя, буду честен, я бы многое отдал, лишь бы мои последние секунды жизни были в твоих руках.       но я надеюсь ещё немного насладиться тобой и твоей прекрасной странностью, потому что оно того стоит. однако, мою выдержку ты не оцениваешь. хмыкаешь с обидой, отпуская меня и уходишь в гостинную, обтерев руки мокрой тряпкой.       это твоё 11-ое настроение, довольно частое и сейчас я должен уйти на пару минут, пока ты не успокоишься. но ты не успокаиваешься и через полчаса, а просто ходишь передо мной в одних боксёрах, пока у меня текут слюни. специально виляешь задницей и играешь с окровавленным ножом, махая им у меня перед носом. мстишь мне, как же без этого. а потом достаешь из морозилки настоящий фруктовый лёд на палочке и уходишь к себе в комнату, явно окончательно обидевшись. какой же ты пизданутый. обижаешься на то, что я не потакаю твоим желаниям, но сам говоришь, чтобы я не смел тебя трогать. я беру нож и прячу его в стол от греха подальше, но к тебе не рискую заходить, только после того, как ты выходишь сам, я всё-таки решаюсь подойти, но ты ищешь нож и похоже хочешь вернуться к ноге в ванной. точнее к тому, что от неё осталось. у тебя в руках лёд, который ты старательно обсасываешь, и пара капель всё же текут по подбородку, застывая липким пятном в ямочке ключиц. ты смотришь на меня, а потом как ни в чём не бывало берешь другой нож и возвращаешься к разделке, в этот раз ведя себя куда сдержаннее.       я залипаю на тебя ещё 5 минут, наблюдая за твоей спиной. ты надел какую-то огромную "батину" футболку, которая закрывает задницу, но ты явно специально нагибаешься, а я только думаю, что мне нужно срочно валить.       я постоянно убиваю в себе порыв лишний раз увидеть тебя, так как каждый мой визит заканчивается стояком и чем-то непонятным. это непонятное и не усугубляет наши отношения, но и никак их не двигает. но сегодня я не удержался. я не проходил мимо, я специально пришёл к тебе. только ради мимолетных ощущений твоих объятий и твоего дыхания у меня на губах. ты говоришь, что я тоже становлюсь психом. может это и правда, ведь я серьёзно чуть ли не одержим тобой. может быть, когда я окончательно сойду с ума, ты наконец примешь меня?       сейчас момент всё ещё не упущен, но я не могу, потому что знаю - это лишь проверка. ты не хочешь меня, но знаешь, как я хочу тебя. я в который раз прохожу этот тест, завоёвывая своё право быть рядом. ты подпускаешь только тех, кому сам не сможешь причинить вреда и хочешь найти такого же. я буду и дальше держать планку твоего доверия, пока ты не скажешь, что любишь меня. а сейчас я ухожу, хватая куртку и прикрывая дверь. вслед я слышу только тихий смех и неразборчивый шёпот, который заканчивается уже слышимым: — жду тебя в среду, любимый!