Когда гаснут огни города...

Мисаки чувствовала лишь боль и полное разочарование. Смысла жить или мотивации ждать чего-то хорошего уже не было. Она размышляла о своей бесполезности, сидя в своем кабинете. Девушку ждали парочка отчетов и каких-то контрактов, которые надо было рассмотреть и передать боссу, которые потребуют подробного рассмотрения и принятия решения с ее стороны, поэтому, тихо вздохнув, она принялась за работу. После нескольких часов усердных трудов, девушка направилась с бумагами к своему начальству. Постучавшись в кабинет и услышав привычное «Войдите!», Мисаки вошла и поклонилась. - Отчёты готовы, босс и еще,- она дождалась пока он посмотрит на нее,- наши партнеры прислали документы о сотрудничестве. Но, я хотела бы напомнить вам, что нам не известно, кто перехватил наш корабль с оружием, поэтому я считаю, что надо бы проверить их. - Что ж,- через пару минут, Мори встал и подошел к окну,- раз ты в курсе всех событий, то я поручаю это дело тебе и Накахаре. Он уже все знает,- Огай кивнул, тем дав понять, что девушка свободна. Она поклонилась и пошла к своему временному напарнику. Уже около его кабинета Мисаки встретила Ичёе, которая сказала, что «Накараха-сан уехал на задание», на что девушка просила передать Чуе, что будет ждать его звонка. На этом они разошлись. Наша героиня, несмотря на то, что она одна и никого не предупредила, решила, что у нее достаточно сил хоть немного помочь Мафии. Поэтому сейчас она стояла напротив одного партнера Портовой Мафии. - Нам стало известно, что вы перехватили корабль Мафии, перевозивший оружие,- она говорила спокойно, ровным голосом. - Вам это не доказать — Мафия глупа,- засмеялся мужчина. - Именно поэтому вы так волнуетесь? Что ж, тогда я могу вас заверить, что нам всем все давно известно. В этот момент к ее виску было подставлено дуло пистолета. Мисаки приоткрыла один глаз и улыбнулась. - Надеюсь, что вы не промахнетесь, у вас дрожит рука. Тут всех людей, кроме девушки и того человека, буквально разорвало так, что все вокруг было в крови. - Я бы с радостью убила вас, но у нас принято особо «важных» приводить живыми,- она подошла к мужчине и одним ударом его вырубила. Мисаки достала телефон и увидела несколько пропущенных от Чуи, который был записан у нее как «Алкаш». Девушка быстро отправила ее координаты с просьбой срочно приехать. Через несколько минут показались несколько черных машин, из одной вышел Накахара Чуя. - Обычно вы появляетесь раньше,- она наклонила голову в сторону. - Могла бы и предупредить… - Я сказала Хигучи, чтобы она передала вам, позвонить мне, когда вернетесь с задания. Так что, думаю, моей вины здесь быть не может. Чуя приказал людям отвезти задержанного в Мафию, а девушка отдала им запись разговора. Через пару минут Чуя остался наедине со своей напарницей. - Я не прощаюсь,- Мисаки собралась уходить, но Накахара схватил ее за руку.- Что-то не так? Его голубые глаза, казалось, смотрели прямо в душу, в самые скрытые ее уголки. И будто время остановилось лишь для них двоих. Они смотрели друг на друга около минуты и это мгновение могло бы продлиться и дольше если бы Мисаки не отошла от него. Ничего не говоря, она начала уходить и вскоре скрылась с поля зрения мафиози. Чуя сжал свою руку, пытаясь сохранить то тепло, которое ощущал от нее. Тут он понял, что хочет увидеть ее. И не просто увидеть. Вспомнив, что у него в кабинете была бумажка с адресами и телефонами всех членов Мафии, Накахара помчался в офис. Там, он перерыл все архивы, но нашел координаты девушки, завоевавшей его сердце. Он давно понял, что уже относится к ней не как напарнице, а как к девушке, которую хочется защищать от всего и всех. На поиски жилища Мисаки у Накахары ушло более двух часов. Укрылась от врагов она хорошо. В квартире он никого не нашел, но вкус у Мисаки был. Все в черных, гармонирующих тонах, мебель была подобрана качественно. Он прошел в гостиную и тут услышал щелчок двери. Чуя выглянул в коридор и увидел девушку, прижимавшую кровавую руку к ноге. Закрыв дверь, она прошла в свою комнату и, достав аптечку, начала обрабатывать рану. - Опять зашивать,- вздохнула Мисаки, глядя на порванные штаны,-и не только их. Она вдела нить в иглу, ранее обработанную спиртом, и начала зашивать рану. Она шипела от боли и кусала руку, но уже через пару минут на нее ноге красовался, если так можно сказать, аккуратный шов. Сидя на полу, она откинула спину и прижалась к кровати. - Черт,- прорычала она, услышав телефон, звонивший в кармане куртки. Кое-как поднявшись на ноги, она попыталась пройти в прихожую, но около входа на кухню, она не выдержала и упала на пол, приложившись головой о стену. Чуя вышел с кухни, взял Мисаки на руки и, отнеся ее в комнату, положил на кровать, заботливо укрыв пледом. - Накахара,- она приоткрыла глаза,- что вы здесь делаете? Он ничего не ответил и, поцеловав ее в нос, покинул квартиру, рассчитывая на то, что зайдет к ней завтра утром. Так и случилось. Когда он зашел на кухню, то увидел ее сидящей на подоконнике, докуривающей сигарету. Видок у нее был еще тот: синяки под глазами, лохматые волосы, окровавленная пижама, на которую у нее не хватило сил, слегка подрагивающие ресницы, означающие то, что она еще не до конца проснулась. Чуя открыл холодильник и единственное, что там находилось, так это были бутылки с вином, кстати исключительно с красным, и несколько яиц, из которых он и сделал яичницу. Почти силком накормив девушку он помог ей переодеться, что никого не смущало, ведь они уже не один раз «латали» друг друга. Он предложил ей показаться Мори ведь тот, как ни как, бывший портовый врач, но Мисаки отказалась. И Чуя знал почему. Ее отец был врачом, хирургом, и чуть не убил ее, обезумев. Но его дочь опередила его. Мисаки убила своих родителей и сменила фамилию, а имя оставила, ведь так ее называл брат, пропавший немного раньше ее первого убийства. Они пошли на работу. Накахара уже в который раз удивлялся упрямой натуре девушки. Ей как будто было все нипочем, но не все так просто. Ей было стыдно. Стыдно перед человеком, который всегда считал ее сильной. Она дала слабину тем вечером, показала настоящую себя, незащищенную от всей жестокости, нуждающуюся в ласке, в заботе, в любви. Мисаки понимала, что в Мафии она никогда не сможет получить то, в чем так нуждается. Она никогда не забудет тот день, когда появилась перед Огаем и согласилась на его предложение. Тогда они затеяли опасную, но веселую игру на выживание. Она приняла свою темную сторону и никогда не снимала маску безразличия. Кроме тех моментов, когда оставалась одна. Никто не знает, что она ждала звонка брата и рыдала в подушку по ночам, выкуривала по ночам полпачки сигарет, выпивала бутылки вина, от которого она еще не пьянела. Уже в кабинете у босса, она объяснила причину того, что Хигучи отчиталась за нее вчера. Мори кивнул и она, хромая, направилась к себе в кабинет, где ее уже ждал Чуя. Она смерила его своим, уже не безразличным, взглядом, в котором проглядывала благодарность, но ничего не говорила. В Мафии все знали с кем лучше не иметь дело, это были Рюноскэ, Накахара, Хироцу, Огай, Тачихара и, конечно же, Мисаки. Об этой молчаливой особе ходило много слухов, одним из которых было то, что она якобы состояла в романтических отношениях с Чуей, но они быстро опровергли его. Она подошла к окну и снова закурила. - Раньше,- подал голос Накахара,- ты смотрела на сигареты с презрением, а сейчас не расстаешься с ними. - Отчитываете меня? Хочу напомнить вам, что это мое дело, как поступать со своим здоровьем,- выкинув сигарету, она повернулась лицом к своему собеседнику, но оказалось, что он стоял прямо у нее за спиной. Мисаки могла бы с гордостью сказать, что его глаза и шея – ее фетиш. она смотрела бы еще долго в его глаза, но он поцеловал ее. Это не был страстный или мокрый поцелуй, нет. Он был полон нежности и любви, которых девушка раньше не ощущала, но ответила ему. Чуя обнял ее одной рукой за талию, а вторую положил на ее щеку. Она, в свою же очередь, положила обе руки ему на грудь. Она долго вспоминала этот поцелуй, лежа дома в кровати. Нога уже не болела, но она запомнила это приятное покалывание на губах. Ей захотелось поцеловать его, дотронуться до него. И видимо не только ей. В дверь позвонили. Мисаки никого не ждала, но если бы это был кто-нибудь из Мафии, то ей бы позвонили. Вооружившись, она открыла дверь и направила оружие… В пустоту. На лестничной площадке никого не оказалось. В ее спальне что-то упало. Закрыв дверь на несколько оборотов ключа , она направилась в свою комнату, где увидела темный силуэт в плаще и шляпе. - А то уж подумала, что воры перепутали окна,- силуэт, не шевелясь, стоял у окна. - Я все думал, почему ты постоянно смотришь в окна, но так и не нашел ответа. Мисаки подошла к нему и положила руку на плечо. - Я и сама раньше не понимала того,- она встала рядом.- Наверное, меня просто притягивают огни ночного города, а днем я люблю смотреть на то, как все куда-то торопятся, спешат на работу,- она прикрыла глаза и грустно улыбнулась. - Почему ты разрешаешь себе показывать мне себя настоящую? Ты всегда замкнута и молчалива, а сейчас… - Разговорчива? Или открыта, как книга?- девушка засмеялась. Накахара молчал. В мафии все были безжалостны к людям, и правило «каждый сам за себя» там знал каждый второй. Мафия и любовь – понятия несовместимые. И Чуя прекрасно это понимал. Он не хотел давать ей ложную надежду, а она не хотела врать ему. - Я хотел тебя увидеть,- неожиданно он прижал ее к себе, а она обняла его. - Я тоже. Они стояли так еще долго, также долго целовались и заснули в объятиях друг друга. Каждый из них надеялся на то, что их тайна останется между ними, что никто в Мафии не пронюхает о их настоящей, искренней любви. *** - Я говорил… - Аргх… Ладно. Вот тебе твои сто. Две фигуры мужчин стояли в темном переулке. Один был одет в своей костюм и красный шарф на плечах, а другой – в кимоно. - Они действительно красивая пара,- сказал Юкичи. - Вот именно поэтому ты и проиграл в нашем споре,- Огай говорил тихим хитрым голосом. - Забыли. Еще посмотрим, как долго они пробудут вместе. - Я могу это устроить,- прошептал Мори, улыбнувшись вслед уходящему бывшему напарнику.