Три медяка и бутылка тевинтерского

- Сколько еще осталось? - Последний, кажется. Около версты, - эльф сощурился, пытаясь прислушаться к своим ощущениям. В руке легко запульсировало. - Нет, метров шестьсот. - Вот здесь еще есть разрывы, - Варрик ткнул пальцем в карту на пергаменте. - Нет, гном, сегодня ты больше не потянешь, - уверенно заявил Павус. - Ставлю серебряный. - Пять серебряных на то, что куски от твоей юбки начнут летать по округе раньше, чем я выпущу стрелу! - Это не юб... - ХВАТИТ! - злобный голос Инквизитора заставил всех прикусить язык, а Кассандра довольно хмыкнула. Лавеллан всегда был добр и лоялен, но временами не терпел пустых разговоров и, более всего, не любил, когда кто-то начинал с ним спорить. - Последний разрыв на сегодня. Это приказ. Отряд молча двинулся дальше. Дориан не знал, что его так задело, но поведение Аллароса явно обидело его. Все сегодня устали, намочили ноги и хотели вернуться в лагерь, но совсем не обязательно было вымещать свое недовольство на других. Подняв голову, маг двинулся вперед, обгоняя отряд. - Дориан, - окликнул его Инквизитор, но Павус сделал вид, что ничего не услышал. - Дориан, прекрати показывать свой характер, иначе его показывать начну я. Тевинтерец усмехнулся и про себя ответил "ты уже", но вслух решил не произносить. Он остановился, чтобы подождать остальных. Когда Лавеллан проходил мимо, он посмотрел Дориану в лицо и недовольно покачал головой, показывая, что он разочарован. "О, замечательно, теперь я виноват!" - подумал Павус. Впереди уже виднелся разрыв, источавший зеленое свечение. Чем ближе подходил отряд, тем сильнее начинала искриться дыра в Завесе. Дориан приготовился, сжал в руке посох, и... Началось. В этот раз демонов было много. Он не успевал добить одного, как из разрыва тут же лез другой. Разъяренно отправляя в них огненные заклинания, Дориан вертелся, как волчок, управляя посохом. В ладонях потеплело, земля под ногами тоже, казалось, стала нагреваться. Сражение было таким жестоким, что Дориан не видел никого кроме демонов. Лишь стрелы Варрика свистели мимо головы, а Кассандра за его спиной размахивала мечом. Маг настолько был погружен в процесс битвы, что не обратил внимания: Алларос пропал из виду. Тевинтерец его не замечал и даже не думал об этом - лишь продолжал воссоздавать пламя в своих руках. Еще жарче, еще мощнее. От множества заклинаний, выпущенных друг за другом, глотку начинало раздирать от боли. Демон отчаяния возвращал все атаки сполна. Только Дориан забыл про одну важную деталь: барьер. Он не произнес заклинание еще в начале битвы, а теперь и вовсе не вспомнил об этом. Внезапно раздался звук, режущий слух. Ужас. Огромный, чертовски огромный Ужас, с бесконечно-длинными конечностями и завивающимися рогами. Он успел увидеть его только на одну секунду, затем зажмурился от страшного вопля демона, а когда распахнул глаза, того на месте не оказалось. Демон выбрал жертву. Мышщы шеи так сильно свело, что Дориан не мог повернуть голову, поэтому он продолжал сражаться только в одном направлении, надеясь, что сзади его кто-нибудь прикроет. Одно из приведений стало стремительно приближаться, Павус успел отступить на пару шагов и нанести финальный удар. Но под ногами он почувствовал что-то твердое, похожее на длинную ветвь. Еще не осознав до конца произошедшее, он опустил взгляд вниз и увидел посох с разбитым на конце камнем. Оцепенение спало, Дориан быстро начал оглядываться по сторонам и среди месива какой-то непонятной слизи, праха и останков убитых демонов, заметил беззащитное тело. - НЕТ! Он пронес себя волнами магии вперед, оказался рядом и грохнулся на колени, воссоздавая одной рукой куполообразный барьер вокруг. - Нет, нет, нет, этого не может быть, - он приподнял голову Аллароса. Глаза у него были закрыты, и лишь тихие хрипы, срывавшиеся с губ, говорили о том, что тот еще жив. Чувствуя, как в глазах собирается влага, Дориан оглядел тело Лавеллана: пластины доспеха смяты, все в крови, а грудная клетка явно разворочена в мясо. Подбежал Варрик. - Андрасте меня дери, что с ним?! - первые несколько секунд Дориан не мог ответить, казалось, язык у него онемел. Но затем он набрался такой твердой решительности, что даже сам не осознавал этого. - Мы с Кассандрой забираем его и двигаемся на юг, ты прикрывает сзади, ясно? Гном кивнул в ответ, подозвал Искательницу. Стараясь не поддаваться панике, отряд слаженно выполнял свои задачи: Кассандра и Дориан быстро уносили Инквизитора, Варрик отстреливался от демонов, которые пытались потянуться за ними. В конце концов, монстры потеряли к ним интерес, да и не желали далеко расползаться от разрыва. Когда они отошли на безопасное расстояние, Кассандра воскликнула: - Господи, Дориан, давай остановимся, нужно осмотреть рану. - Если мы остановимся, то он не выживет! - со злостью ответил маг. - Так сделай что-нибудь! - Я не лекарь, Кассандра, я не знаю таких заклинаний! На лице Искательницы выразилась смятение. Она привыкла находить выход из любой ситуации, даже самой сложной, привыкла держать все под контролем, а теперь она несла на руках умирающего Инквизитора и невольно ощущала, как жизнь его покидает. Дориан судорожно соображал. Нет, кое-что он все-таки мог сделать. - Подожди... - он махнул свободной рукой, предлагая остановиться. Покрепче прижав к себе тело Аллароса, который находился без сознания, он положил пальцы на его не окровавленную часть лица и закрыл глаза. В эту же минуту тоненькие светящиеся ниточки потянулись от руки Дориана к губам Инквизитора. Тот сначала закашлялся, а потом начал дышать ровнее и ощутимее. - Что ты сделал? Дориан, у которого в одно мгновение резко осунулось лицо и, кажется, появились мешки под глазами, хрипло ответил: - Отдал часть энергии. Так он сможет протянуть подольше. Судя по дыханию, у него пробито легкое и сломано пару ребер. Для такой серьезной раны нужен хороший целитель-маг, - после этих слов он поднял взгляд на Кассандру, желая найти в ее глазах хоть толику надежды. Но Искательница с сожалением коротко качнула головой, давая понять, что такого целителя в лагере нет. Дориан ругнулся сквозь зубы. Все-то у Инквизиции было на месте, кроме самого необходимого! - Варрик, - он обратился к догнавшему их гному. - Как можно быстрее дойди до лагеря и найди там целителя, любого, кто хоть немного разбирается в медицине. Тетрас кивнул, вдохнул поглубже и побежал дальше. Еще до того, как они дошли до лагеря, их встретили солдаты Инквизиции. Они приняли и осторожно уложили предводителя на носилки. Смотря им вслед, Дориан чувствовал, как на его руках и щеке засыхает кровь. Его кровь, черт возьми, кровь Аллароса, кровь аматуса! Внезапно Дориан осознал, что за Инквизитором прячется маленький беззащитный эльф, который, как выяснилось, тоже смертен, ведь теперь он может издать последний вздох в любую минуту. В глазах снова защипало. Кассандра тоже молчала. Они оба понимали: высказывать надежды на то, что Лавеллан останется жив, глупо и ненадежно, но и отчаиваться было слишком рано. Искательница невольно положила руку на плечо мага, немного сжав его. Она не знала, да и не хотела знать, чем был вызван такой внезапный порыв откровения, но им обоим это казалось таким правильным и естественным, что и это обсуждать они не стали. На негнущихся ногах Дориан пошел к лагерю. Было решено немедленно отправлять Инквизитора на повозке в Скайхолд и везти его без остановок. В лагере смогли найти какого-то лекаря, но он лишь покачивал головой и не давал однозначных ответов. Лишь твердил, что нужно как можно скорее ехать. С Инквизитора сняли доспех. Дориан даже не решился посмотреть, что оказалось под ним, потому что это окончательно свело бы его с ума. В перевязке не было смысла, и его просто накрыли одеялом. К отряду подошел один из солдат, который собирался ехать в повозке. - Кто-то должен поехать с нами, - сказал он с едва заметным антиванским акцентом. Варрик стоял, опершись на приклад Бьянки. Он не произнес ни слова. Кассандра зачем-то вновь посмотрела на Дориана, дожидаясь, пока тот кивнет. В итоге было решено: с Инквизитором поедет Искательница. Когда уже все было готово к отправлению, Павус подцепил пальцами золотую цепочку на своей шее и расстегнул ее. Он забрался в повозку и, стараясь как можно лучше запомнить лицо Аллароса, оставил в его руке медальон в виде двух переплетенных змей. Мысль о том, что Дориан может больше никогда не увидеть аматуса живым, заставляла его вздрагивать, как от резкого звука.

***

На следующий день Дориан вместе с Варриком отправились на лошади домой. Два путника не сильно привлекали внимание, а потому никого в сопровождение они не взяли. По дороге говорили мало и сухо. Теперь было не до смеха. По правде сказать, Дориан все это время был погружен в свои мысли. Пару раз тевинтерец чуть не упустил поводья лошади (гном в эти моменты сильно пугался), а когда останавливались на привал, совсем не спал и ел мало. Варрик уже не на шутку стал переживать за Дориана. Магу казалось, что он подвел Аллароса. Из-за своей упертости, самонадеянности и глупой обиды он напрочь забыл установить барьер. Он делал так в начале каждой схватки, а в этот раз забыл, потому что хотел показать свой характер, свое недовольство. Безмозглый идиот. Если действительно на все воля Создателя, то Дориан знатно поплатится. Или уже поплатился. Он, чаще всего, решал проблемы по мере их поступления и редко забегал вперед, но теперь подсознание подкидывало самые ужасные сценарии развития событий. До Скайхолда оставалось около двух дней езды. Путники хотели поехать самой короткой дорогой, но она в последнее время была слишком опасна, поэтому пришлось идти через забытую Создателем деревушку, которой даже не было на карте. Удивительно, но хозяйство и домики в этом поселении были в хорошем состоянии. Людей, живших здесь, не затронула война, даже мор, кажется, обошел их стороной. Остановиться решили в таверне - это было удобнее всего. Конечно, не совсем безопасно, но деревня была скрыта от глаз чужаков, поэтому странники забредали сюда лишь изредка. Главный зал таверны пропах кислым пивом и потом уставших от работы в поле мужиков. Дориан поморщился. - Да уж, можно выгнать имперца из Империи, но Империю из него - никогда, - с насмешкой произнес гном. - Меня никто не выгонял оттуда. Тетрас спорить не стал. - Красавица, - он обратился к девушке с большим бюстом, которая протирала кружки за деревянной стойкой. - Нам бутыль вина и чего-нибудь горячего. - Вина нет, - девушка поморщилась и перекинула тряпку через плечо. - А если я накину золотой? - после этих слов девушка коротко улыбнулась и ушла куда-то. Вернулась она уже с бутылкой из зеленоватого стекла в плетеной корзиночке. - Жаркое подадут через полчаса. - Спасибо, дорогая, - сказал Варрик и направился к столу. Дориан сидел, скрестив руки на груди и нахмурившись с видом полнейшего отвращения. На разговор он явно не был настроен, но когда Варрика это волновало. - Послушай, - гном склонился над столом. - Ну что тебя гложет, а? Ты уже четвертый день сам не свой. Мне даже неловко становится. Дориан продолжал уперто молчать. - Знаешь, когда люди выговариваются, им легчает. - Ты не понимаешь, Варрик, - маг вздохнул. - Я его подвел. Я подвел Инквизитора. - Чем ты его подвел? Может, это по твоей вине в той заднице мира оказалось столько демонов, да еще и таких живучих? Нет? Тогда перестать клевать самому себе мозги. - А если он умрет? Если он уже умер? - Это война, Посверкунчик! Это сражение, это битва, пострадать мог каждый из нас. Никто от этого не застрахован, - гном выглядел так, словно растолковывал ребенку очевидные вещи. - Но он будет жить, я уверен. Этот парень еще всех нас переживет. Ты помнишь, как он выбрался из той заварушки во Внутренних землях? - Когда он убегал от разъяренных магов? - Ага. Или вспомни, как он на верхом на друффало забодал волка. Дориан улыбнулся. - Все будет нормально. Иначе и быть не может. Жаркое подали только через час. Дориан не хотел признавать, но Варрик оказался прав - ему действительно полегчало, немного, но полегчало. Эта таверна все еще была ужасна: вино было слишком кислым, а жаркое почему-то оказалось наполовину холодным, но Павус ел и пил, слушая истории гнома. - Не дергайся, - Варрик опустил взгляд, делая вид, что рассказывает что-то интересное. - В левом углу за твоей спиной уже второй час сидит какой-то подозрительный тип. Медленно сглотнув, Дориан оглядел ту часть таверны, которая была ему видна. Затем коротко кивнул Варрику. Оба поднялись из-за стола, наигранно посмеиваясь, и двинулись к лестнице. - А потом мы ему всучили целый мешок денег и две пары штанов, чтобы не терял, - громко рассказывал Варрик, буквально всей спиной ощущая присутствие чужака. В момент, когда они дошли до угла, Дориан резко развернулся и прижал незнакомца к стене, не забыв при этом хорошенько приложить его. Внизу раздавались возгласы пьяных мужиков. - А теперь ты будешь паинькой и скажешь, какого черта здесь забыл, - сверкнув глазами, Дориан зажег в свободной руке пламя. Незнакомец противно улыбнулся, оголяя беззубый рот. Варрик попытался разглядеть в нем знакомые черты, но безуспешно. - Дориан Павус, - человек говорил противным голосом, похожим на скрежетавший металл. Он глянул вниз. - И Варрик Тетрас. Вы уже потеряли своего Инквизитора, скоро и вся ваша Инквизиция падет. Только в эту минуту Дориан заметил сверкнувший кинжал, но успел вовремя увернуться и ударить незнакомца по руке. Тот жалобно завизжал и выронил оружие. В эту же секунду маг поморщился, как от зубной боли, а Варрик схватил кинжал и засадил неприятелю поглубже в грудь. Мужчины отступили в сторону, давая безжизненному телу с грохотом упасть на деревянный пол. - Кто это? - Понятия не имею, - ответил Варрик. Он ногой перевернул убитого на спину и снова посмотрел на оружие. – Нет, у него был обычный кортик. Как бы то ни было, стало понятно - оставаться здесь небезопасно. Кто-то был прекрасно осведомлен о том, кто они такие, и пытался их убить. И кто-то явно желал Инквизиции не славных побед. В эту же ночь Варрик и Дориан снова отправились в дорогу.